16+
Лайт-версия сайта

Вторая арийско-малоазийская культура – КЧХ

Блоги / Блог пользователя svobodny / Вторая арийско-малоазийская культура – КЧХ

02 апреля ’2021   13:06

О МАЛОАЗИЙСКОЙ КУЛЬТУРЕ ЧАТАЛ-ХЮЮКА

Профессор В. А. Сафронов, археолог, при определении праарийской родины, доказал что первые земледельческие поселения появились на Балканах уже 5 тысяч лет назад, а через тысячу лет земледелием занимались уже на всей территории Юго-Восточной и Центральной Европы, в связи с чем он приходит к убедительному выводу, что «арийская цивилизация развивалась одновременно и в Малой Азии и на Балканах и в Центральной Европе». При этом он отдает приоритет старшинства древнейшей цивилизации Старого Света - Культуре Винча (КВ), считая, что культуры Месопотамии, Нила и Инда гораздо моложе ее.
Претендующая на «материнство» праарийская культура, по логике, «обязана» покрыть ареал арийской гидронимии да к тому же еще и иметь контакты с а) семитскими культурами, б) картвело-язычными культурами, в) Северо-Кавказскими народо-языками. Этим условиям соответствуют только культуры 4-го, 3-го и 2-го тысячелетий до Р.Х., находящиеся в Балканском ареале, а именно: Винча, Лендьел и КВК (культура воронковидных кубков).
Эти культуры хронологически последовательно сменяют друг друга и их фазы взаимно обогащают друг друга. И уже от цивилизации Винча, по его мнению, произошли родственные ей культурные общности в Хорватии, Словении, Задунайской Венгрии, в Западной Словакии .

Теоретическое обоснование появления такой культуры было осуществлено лингвистом Н.Д.Андреевым в его реконструкции раннеарийского языка, которая позволила локализовать предполагаемую культуру и определить примерное время ее существования. Такая теоретически предсказанная культура совпала по своим признакам с анатолийской Культурой Чатал-Хююк. Цивилизация началась за тысячелетия до Шумера в Иерихоне и Чатал-Хююке. Важно иметь в виду что, по данным ДНК-генеалогии, имеется полное совпадение по времени общего предка русских и анатолийских ариев, жившего 4500 лет назад и, судя по артефактам, миграция культуры Ч/Х происходила в северо-западном направлении и ряд ее характеристик аналогичен характеристикам культуры Винча, причем совпадение это не конвергентное а генетическое.
Что касается восточного направления, то, продвигаясь из Сербии и Косово в восточном направлении, славяне достигнут Буковины и Среднего Поднепровья, и уже в 3 тысячелетии до Р.Х. почти все Подунавье-Поднепровье будет охвачено высокоразвитой трипольской культурой.
В процессе вызревания трипольской культуры принимали участие, помимо автохтонного, ряд пришлых этносов, но при этом центральная линия этнокультурного процесса оставалась неизменной - западная часть трипольского этнического массива передавала восточным племенам Триполья достижения балканских и Трансильванских племен в области металлургии меди и пашенного земледелия.

Академик В.С. Леднев, говоря об особенностях путей первых послепотопных этномиграций, делает очень существенное замечание, говоря о том, что в послепотопное время Черное и Каспийское моря долго не разделялись и лишь со временем приняли нынешние привычные для нас очертания. Не существовало тогда сухопутного урало-каспийского коридора, т.к. море подходило к Южным отрогам Уральского хребта. Таким образом, в условиях, когда путь из Азии в Европу с восточной стороны Каспия был закрыт, а сухопутного Кавказского пути по берегу Черного моря и вовсе не было, для миграций из Малой Азии реально доступным был лишь один путь – через Балканы, который уже далее разветвлялся
- А) по северо-восточному берегу Адриатики (иллирийский маршрут);
- Б) Между Альпами и Карпатами (буковинский путь).
А когда *уровень Каспийского моря упал,
когда *разделились Черное и Каспийское моря
и *образовались устья низовьев Дона и Волги,
тогда миграция по дельтам Дуная и Днестра была дополнена расселением по Днепру и Волго-Донскому бассейну(пеласгийский маршрут).

Ю. Откупщиков, уже как лингвист, в работе «Догреческий субстрат», по существу подтверждая позицию Сафронова, убедительно доказывает, что именно на Балканах, имевших уже непосредственно после Потопа развитую цивилизацию, в догреческий период был развитый язык – палеобалканский койне с линейной системой письма. Обратим внимание на этот существенный момент происхождения линейного письма. Язык этот включал в себя еще слабо дифференцированные диалекты:
протогреческий, фракийский, фригийский, македонский и карийский.
В свою очередь, этот язык мог восходить своими корнями ко временам пеласгов, заселявших Трою.
С точки зрения связи протогреческого языка с автохтонными малоазийскими культурами интересен такой этнический термин как «ионийцы», берущий начало еще от библейского Иавана, Ya-wana, этнонима, произведшего топоним озера Ван и этноним народа Сванов а также анатолийский суффикс wana и лувийский uan, от которого происходит топоним Ya –т.е. «Кипр». Кстати, и этноним «данайцы» не соотносится ли с лувийским Danawann?

Авторитетный лингвист О.Трубачев выводит праславянский язык непосредственно из общеарийского в 3-м – 2-м тысячелетии до Р.Х. По его мнению, гомогенность славянской языковой общности изначальна и всякое искусственное выведение славян из других этносов попросту антинаучно.
Археологические данные свидетельствуют, что внутрибалтийские плавания стали обычным явлением еще в раннюю послепотопную эпоху – сходные изображения кораблей найдены и на восточном берегу, в Финляндии, Карелии и на Онежском озере (Русском Севере!). Ясно, что расселение ариев шло не только сухопутным, но и морским путем. Поэтому не удивительно, что они попали в Англию и Ирландию, может быть, даже раньше, чем на территорию Франции.
Первые земледельческие поселения появились на Балканах по карбонной датировке С14 еще в 6 тысячелетии до Р.Х., т.е. 8 тысяч лет тому назад, а через тысячу лет земледелием занимались уже на всей территории Юго-Восточной и Центральной Европы.
Наиболее древнее открытое неолитическое поселение русов-бореалов на Балканах – Лепенский Вир близ Железных Ворот в Югославии. Оно возникло по С14 в 5800 г. до Р.Х. Русы Лепенского Вира не знали земледелия. Они занимались рыбной ловлей и охотой, строили дома из известнякового камня. В поселении обнаружены основания 59-ти таких домов. В домах были очаги, «красные углы». Интересно, что между очагами и «красными углами» в земле нашли каменные скульптурные изображения человеческих голов в натуральную величину. Это, несомненно, известный нам культ «мертвой головы», культ «доброго предка-хранителя», «домового», «терафима» – культ, свойственный русоариям. Здесь, в Лепенском Вире впервые черепа были заменены на их искусственно созданные подобия.
Наиболее ранним керамическим поселением на Балканах было городище Неа Никомедиа в Македонии в низовье Вистрицы (6070-5800 гг. до Р.Х. по С14) Русы-никомедийцы сеяли пшеницу, горох, чечевицу, ячмень, разводили мелкий рогатый скот. Дома они строили глинобитные, столбовые, обрабатывали землю каменными орудиями и сеяли овес.
Дома возводились очень просто: ставился каркас из деревянных столбов, к нему прилаживали стены, сплетенные из тонких прутьев, которые затем обмазывали глиной. Обогревались жилища сводчатыми печами. Такой дом очень похож на украинскую хату. Когда же он ветшал, его сносили, выравнивали место и строили новый. Таким образом, древний поселок рос ввысь.



ЧАТАЛ-ХЮЮК
Этот археологический памятник первостепенного для мировой культуры значения находится в Малой Азии, в центральной плоскогорной Анатолии в долине реки Коньи, в 34 километрах от города дервишей Конья и в 130 километрах от побережья Средиземного моря.
Согласно радиокарбонной датировке, этот город послепотопной эпохи, располагавшийся на двух холмах, возник ок. 7250 г. до Р.Х. и просуществовал до 6150 г до Р.Х.. Там археологи обнаружили 13 строительных горизонтов с остатками домов, святилищ, стенных росписей, рельефов, скульптур, предметов обмена и т.п., в нижних слоях городища обнаружилось, что и до этого города существовало на этом месте неолитическое поселение. При этом найденные там вещи, свидетельствуют о связях этого района с Сирией и Палестиной.
Холм Чатал-Хююк создавался жителями на протяжении веков путём постройки новых домов поверх старых, что в настоящее время составляет 17 м археологического слоя. Дома преимущественно созданы из глины (из сырцового кирпича), за исключением крыши, которая имела несущие деревянные балки. Археологи считают, что срок службы дома был около 70 лет. Дома стояли настолько близко, что между ними не было проходов. Также у домов не было дверных проёмов, вход в большинстве случаев был устроен с крыши, куда были проложены лестницы как внутри, так и снаружи домов, поэтому «городское движение», по-видимому, проходило по крышам зданий. Вход был также единственным вентиляционным отверстием, как для поступления свежего воздуха, так и для отвода дыма от открытых очагов, не имевших труб. Подобные современные посёлки, которые выглядят как Чатал-Хююк, это поселения догонов в Мали в Западной Африке. Между домами были некоторые места открытого пространства. Они выступали как свалки для мусора из кухонь. В них находят животные и растительные отходы, глиняную посуду, статуэтки, бусы..
Дома имели вентиляционные шахты и плоские крыши-террасы, на которые был выход изнутри дома. Световые окна располагались в верхней части стены. Дома были одноэтажными, в каждом имелись очаги (дома топились по-черному), кладовая комната и большие уступы, заменявшие кровати и лавки. Потолки подпирались деревянными опорами. Наверх вели деревянные лестницы. В город невозможно было попасть после того, как лестницы на внешнем ряду домов убирались, так как не было непосредственного входа в город.
Жители Чатала были земледельцами – значительные земельные угодья окружали город.
Значительную часть светлого времени жители Чатала проводили на плоских крышах. Уже традиционно для русоариев жители городища выкрашивали в красный цвет опорные колонны и часть стен внутри дома (красный угол). Открытые дворы встречались редко. Дверей не было, в жилище забирались через чердачные проходы. Внутреннего убранства почти не было, имелись лишь приподнятые над полом глиняные платформы, служившие и лежанками и скамьями. Средняя жилая площадь была около 25 кв. м, кухня занимала около трети помещения, печь располагалась в нижней части стены. В кладовых стояли плетеные корзины для зерна (пшеница, ячмень), фруктов, корнеплодов и инструментов.
Крыша и стены были покрыты полированным алебастром. Каждый год необходимо было добавлять новый слой глины. Помещения внутри были покрыты слоем сажи из печи и камина. Наряду с печью и отверстием в крыше, представлявшей собой местную кухню и расположенных на южной стороне, в стене, как правило, был небольшой проём, который вёл в небольшую комнату. Такая комната использовалась в качестве склада. Был только один этаж. В главной комнате в дополнение к печи и камину были скамейки, низкие платформы, ёмкости для хранения пищи. В каждой постройке дом на 5 и 10 человек, но нет ни одного дома, который имеет более 8 кроватей.
Дома также использовались в качестве «кладбища»: во многих из них были обнаружены захоронения. В одном из домов было похоронено 68 человек. Тела усопших хоронили в подполье домов, чаще всего, под очагами и другими внутренними возвышениями, вместе с дарами: драгоценными и полудрагоценными камнями, оружием, тканями, деревянными сосудами.
Тела усопших тщательно пеленали и нередко укладывали в плетеные корзины или заворачивали в тростниковые маты. Поскольку скелеты часто расчленены, предполагают, что перед захоронением тела долго выставляли на открытом воздухе, после чего хоронили только кости. Иногда черепа отделяли, вероятно, для использования в некоем ритуале, так как их находят в других местах поселения.
Стены больших домов богато украшены росписью. Около трети домов были красочнее, чем остальные, со скульптурами бычьих голов. Мелларт посчитал, что эта часть поселения была жреческой. В этом «святилище», датированном 6200 до н. э., были найдены четыре человеческих черепа, расположенных за бычьими головами на стенах. Другое место, где были обнаружены первые фрески — Джаль-аль-Мугхара в Сирии возрастом 9 тыс. лет до х. э.
Некоторые из фресок изображают геометрические узоры, в то время как другие изобразительные сцены: охота на зубров или оленей, мужчин с эрегированным фаллосом, изображения ныне вымерших крупных копытных.Одна из фресок в «святилище» состоит из нескольких рядов фигур, которые можно трактовать как изображение домов. В середине картины рисунок, который истолковывается как двуглавая вершина потухшего вулкана Хасандаг во время извержения, наблюдаемая из Чатал-Хююка. Эту фреску расценивают как первый в истории пример пейзажной живописи или картографии.
Другая фреска показывает человека, который работает (или танцует), удерживая изогнутый предмет — возможно, лук. На человека надета набедренная повязка из леопардовой шкуры. Есть фрески, которые изображают хищных птиц —стервятников. Встречаются рисунки, когда показаны хищники вместе с обезглавленными людьми.
Представлены рельефы с изображением больших кошек (скорее всего рысей или леопардов и обычно попарно). Скульптуры бычьих голов были с особенностью - они крепились или на стены, или на низкие платформы, некоторые из этих быков возглавляли целые ряды из голов.
Артефакты и украшения
Найдено множество женских статуэток из мрамора, коричневого и голубого известняка, кальцита, сланца, базальта, алебастра и глины.
Среди самых известных находок выделяется статуэтка из обожжённой глины высотой 16,5 см, изображающая сидящую тучную женщину с оружием, которая отдыхает на двух больших кошках. Рысь или леопард, некоторые учёные считают их львами, а другие полагают, что это леопарды. Некоторые учёные предлагают версию, что статуэтка изображает женщину, которая вот-вот родит. Статуэтка с сидящей женщиной самая сложная из найденных фигурок. Среди более простых встречается женская фигурка с отверстием в спине, возможно в это отверстие засыпалось зерно.
Были обнаружены предметы из обсидиана, некоторые из них ровно и гладко отполированы, что позволило предположить археологам, что они использовались в качестве простых зеркал. Таким образом, Чатал-Хююк был первым «производителем зеркал». Другие найденные обсидиановые куски были обработаны для использования в роли ножей, наконечников стрел и копий.
Также использовался кремень: были найдены два кремневых ножа с ручками из резной кости. Это позволяет предположить, что местная община специализировалась в горном деле и активно развивала культуру изготовления изделий из камня. Кроме того, были обнаружены фрагменты тканей, деревянные чашки, бусы из камня, кости и глины, а также корзины и керамзит, которые находят только в старых слоях (применяли для приготовления пищи).
Сельское хозяйство, охота и рыбалка
В Чатал-Хююке было обнаружено большое количество следов растений, а некоторые археологи убеждены, что одомашненные растения составляли основную часть рациона из растительной пищи. Главным образом выращивалась пшеница двузернянка, а также пшеница однозернянка, горох, боб обыкновенный, горошек чёткообразный, чечевица. Кроме того, были найдены плоды диких растений, такие как миндаль, жёлуди, фисташки. Часть археоботаников считает, что люди из Чатал-Хююка использовали поля, расположенные в 10 км от поселения.
Среди животных наиболее часто находят овец, крупный рогатый скот, коз, лошадей и собак. Овцы и козы были одомашненные, в то же время крупный рогатый скот был дикий. Лошади также не были одомашнены, на них также велась охота, как на свиней и оленей. В дополнение к охоте жители ловили рыбу и собирали птичьи яйца.
В таком случае Анатолия а точнее ее культурный протогород Чатал-Хююк становятся самим ранним центром одомашнивания крупного рогатого скота.
Торговля. Производство. Хозяйство.
Территория вокруг Чатал-Хююка была бедна ресурсами. Рядом добывали только глину, которая использовалась в качестве строительного материала, другое же сырьё доставлялось издалека. Археологи полагают, что жители держали под контролем добычу каппадокийского обсидиана и это обстоятельство могло оказывать существенное влияние на экономику поселения. Некоторые учёные даже предполагают, что торговля обсидианом была главным источником доходов для города. Балки из сосны и можжевельника, использовавшиеся жителями в своих домах, также проделывали долгий путь — они, возможно, были привезены с Таврских гор. Кремень поставлялся из Сирии. Обнаружены раковины моллюсков из Средиземного и Красного моря.
Большое значение имела охота. Охотились на оленей и диких свиней. То есть установлены две формы производящей экономики: экстенсивное земледелие и скотоводство. Обработка земли производилась мотыгами. Господство кремневых и обсидиановых орудий труда. Постоянными предметами торговли и источником городского дохода были обсидиан и кремень. Обсидиан, вероятно, находили у вулкана Хасан-даг (Центральная Анатолия). Вулканическое стекло, помимо режущих инструментов, использовалось для изготовления полированных зеркал. Добывали алебастр и белый мрамор. Продукты земледелия хранились в каменных сосудах. Медные руды добывались на склонах Тавра. Изготавливали бусы из яшмы, сердолика и халцедона. Добывали и горный хрусталь. Существовала специализация производства, отдельно обрабатывали обсидиан, отдельно металлы, ткачество было отдельным, обработка дерева.
Русы-иафетиты Чатала были чрезвычайно умелыми хозяйственниками-землеробами и осёдлыми скотоводами. Проникновение крупного рогатого скота из Малой Азии на Балканы, а затем в Центральную и Северную Европу для специалистов очевидно. Вероятно, оттуда же в указанные районы проник мелкий рогатый скот и свиньи. Творчески доместицированный и приспособленный к местным экологическим условиям скот из Малой Азии по «Бычьему броду» Босфору был приведен в Восточную Европу.
Без сомнения, основную роль в распространении производящего хозяйства в Восточной Европе сыграли «экспортёры чатальских товаров» носители культур Винчи, Лендьела и КВК. Таким образом, приоритет в возникновении скотоводства, по крайней мере, крупного рогатого скота принадлежит раннеарийскому малоазийскому населению
Скотоводство у иафетитов было уже полифункциональным: скот использовался как тягловый; сложилось молочное хозяйство; на конец, домашнее стадо обеспечивало как потребности в мясе, так и в сырье (кожа, шкуры, шерсть, жилы и т. д.).
Раннеарийцам были известны все виды домашних животных, которые существуют вплоть до настоящего времени. Это бык, корова; овца, баран, ягненок; коза, козел; свинья, поросенок; конь, лошадь; осел; собака. Молочное хозяйство у них, зафиксированное по данным лексики и в материальной культуре Винча, Лендьел и КВК, относятся к середине V-IV тыс. до н. э. и являются самыми древними свидетельствами этого вида производящей экономики в мире. Лишь через тысячу лет молочное хозяйство возникло в Египте, затем в Месопотамии (Шнирельман, 1980, с. 220). Молочное хозяйство "одна из важнейших предпосылок возникновения полукочевого и кочевого хозяйства, что, вероятно, и обеспечивало мобильность и быстрое расселение русоариев в Центральной и Северной Европе, а потом явилось и причиной их великих миграций на восток, юго-восток.
Большинство исследователей убеждены, что сельское хозяйство пришло в Европу из Анатолии. Некоторые из них (как археолог Колин Ренфрю) заявляют, что индоевропейские языки распространялись совместно с экспансией сельского хозяйства, а индоевропейскую родину следует искать на Анатолийском плоскогорье, то есть в Чатал-Хююке. Данная теория позволяет считать Чатал-Хююк родиной населения, язык которого распространился на большую часть Европы и Азии.
Русоарии Чатала имели всё необходимое для нормальной жизни: зерно, горох, вику, мясо, птицу, фрукты, овощи, виноград (судя по огромному количеству виноградных косточек, он употреблялся в колоссальном количестве), растительное масло, ячменное пиво.
Местным достижением анатолийских земледельцев явилось выращивание ржи и чечевицы. В Чатал- Хююке культивировалось 22 вида полезных растений. А в домах – впервые в истории человечества – появились горшки с декоративными домашними растениями-цветами. В загонах содержались быки, коровы, овцы, бараны, свиньи, гуси, куры. Чатальцы, возможно, были первыми в мире ирригаторами – их поля орошались продуманной системой каналов.
Святилища играли первостепенную роль и располагались вместе с жилищами. В 88 из 300 раскопанных комнат были расписаны стены. Каждая фреска длиной от 12 до 18 метров. Рисунки подчеркивались глиняными рельефами и букраниями (т.е. бычьими черепами или керамическими изображениями их голов).
На самой крупной фреске самого большого святилища изображен город, а позади него извергающий лаву вулкан. Возможно, что это этот город и есть Чатал-Хююк. Культ быка ярко выражен и вместе с богиней-матерью занимает ведущее место. Глиняные фигурки быка, букрании и настенные изображения быков свидетельствуют об этом. Это был мужской культ, поскольку мужское божество изображается в головном уборе из шкуры леопарда, с металлическими локтевыми браслетами, сидящим или на троне или на быке. В росписях стен применялись: желтая и коричневая охра, ярко-синие и зеленые цвета (из медной руды), темно-красный и ярко-красный (окись ртути и гематита), лиловый и фиолетовый (из марганца), свинцово-серый (из галенита). В краски добавляли слюдяную крошку для придания блеска. Росписи периодически обновляли, для этого их покрывали слоем белой обмазки. Женское божество изображалось в трех вариантах – как молодая женщина, как старая женщина и как матерь. Часто богиню сопровождает леопард. Иногда его отсутствие заменяют изображенные на теле богини пятна в виде точек и крестов.
Хоронили родных и близких, подобно русоариям, под полами и уступами. Причем, опять-таки в практике было двойное захоронение: в дом переносили лишь кости, скелет покойника, когда плоть полностью истлевала. Т.е. это были своеобразные «мощи».
«Свой покойник», добрый предок, «домовой-дедушка» оберегал дом, семью, род от злых духов-навиев и прочих бед. Рядом с покойником клали утварь, в женские захоронения – бусы, кольца, обсидиановые зеркала, каменные и костяные коробочки с румянами, белилами и прочими косметическими средствами, лопаточки для их нанесения на лицо, браслеты ручные и ножные; в мужские – орудия труда, оружие, пряжки, и как знак власти, в особо знатные могилы – булаву, «жезл вождя».
Ритуал погребения, видимо, был связан с особой ролью грифов, что напоминает иранских огнепоклонников. Прежде чем его ингумировать, покойника подвергали экскарнации (т.е. с помощью птиц освобождали скелет от мягких тканей и органов), для чего тела выставляли на поживу птицам, возможно на специальных платформах в открытых башнях. Так что женщины с головой птицы символически изображали связь с потусторонним миром. После экскарнации кости, завернутые в ткани или циновки погребали под домами.
Под полом святилищ находят захоронения женских скелетов, ритуально окрашенных охрой. Охра символизировала огонь возрождения. В могилы клали инвентарь. В женские погребения - мотыги, украшения, в мужские – оружие. Черепа «своих» покойников оберегали дом, семью, город, народ. Но они лежали под бычьими головами – Культ «мёртвой головы» зафиксирован и на стенных росписях в изображении человека, несущего голову доброго предка, оберегающего её от злобных, налетающих на него грифов.
Полы и уступы-скамьи были покрыты плетеными циновками, выделанными шкурами, так что малоазийские русы весьма основательно заботились о своём быте.
Вместе с тем планировка – дом к дому – не давала возможности чужакам-грабителям проникнуть в город. Само городище было одной большой крепостью, внешние стены которой были наиболее прочными и толстыми. Жители Чатала умело пользовались луками. По сигналу тревоги тысячи лучников поднимались на крыши, перемещались к крайним домам и сверху осыпали чужаков градом стрел. Городище было неприступным. И в нём, в отличие от большинства других городищ русоариев Ближнего Востока, не сохранилось следов погромов.
Жители Чатала искусно владели пращой и копьями. По оставшейся настенной росписи, изображающей согласованные боевые действия, по множеству выявленных наконечников боевых стрел, копий, каменных и глиняных шаров для пращи, боевых топориков, булав, можно судить о довольно высокой степени военной организации русоариев центральной Анатолии.
Для тех времен воины были основательно вооружены. Под полами жилищ были найдены целые клады из множества обсидиановых наконечников стрел, копий, дротиков. Обсидиановые боевые ножи были не только серьезным оружием, но и произведениями искусства. Их рукояти выделывались с особым старанием.
Фрески Чатала изображают охоту на оленя, дикого буйвола (зубра), кабана, волков, леопарда (два последних не ради мяса, волк и леопард-рысь – священные животные русов. Особенно леопард, фигурирующий во множестве сцен, на фресках, в изображениях мужчин и женщин, и даже частью их одежд – леопардовые шкуры-накидки были явным признаком знатности. На оленей русы охотились в сопровождении собак. Они не просто приручали их, они умели обучать, дрессировать четвероногих помощников. Не были чужды русы Чатала и рыболовству. Но оно занимало второстепенные места.
Что касается ремесленного производства, то основным его материалом был камень. Из диорита делали великолепные булавы, топоры, тёсла и украшения. Ритуальные кинжалы вытёсывали из обсидиана и привозного кремня. Бусы, браслеты, пряжки, подвески, прочие украшения и мелкую пластику (фигурки людей, животных) вырезали из мрамора, алебастра, известняка, кальцита, нефрита, яшмы, синего и зеленого апатита и многих пород поделочного камня. Из полированного обсидиана изготовлялись даже прекрасные зеркала. В ходу были изделия из металла. Найдены бусы и украшения из меди, свинца и железа; множество мелких медных и свинцовых трубочек, шариков-бусинок нашивалось на подолы платьев или юбок. По окраинам городища найдены отвалы отработанных медных руд, кусочки шлака, в мастерских имелись печи, весьма пригодные для выплавки металлов. Но точных доказательств наличия металлургического производства – кузнечных орудий и сложных медных или иных металлических изделий в Чатал-Хююке пока не нашли.
Инвентарь мужских погребений включает обсидиановые кинжалы, выполненные в технике отжимной ретуши с художественно оформленной костяной рукоятью, обсидиановые наконечники копий и стрел, деревянная посуда. Глиняные печати «пентадеры» рассматриваются как знаки собственности. Женские захоронения сопровождали ожерелья, ручные и ножные браслеты,обсидиановые зеркала, ложки, мотыги, корзинки с румянами, деревянная посуда.
Палеозоологи не сомневаются, что в Южной Европе козы и овцы появились из Анатолии. Жители Чатала были отменными ткачами. Из стриженой шерсти они пряли пряжу и ткали шерстяные ткани высокого качества.
Найдено множество резных костяных ложек. Это указывает на то что жители Чатала варили жидкую пищу в котлах, горшках и т.д. Ложки – характернейший признак развитых земледельческих культур.

Общественная жизнь в Чатал-Хююке
О расслоении в обществе Чатал-Хююка раскопки не дают ответа, все дома не сильно отличались по размеру. Кроме того, не был найден ни один ремесленный дом. Отсутствие мастерских даёт предположение, что Чатал-Хююк не был городом в полном смысле этого слова, а скорее разросшейся деревней. Также не обнаружены общественные площади или административные здания. Отсюда следует, что поселение не имело централизованного управления. Но возможно ли это?
Бернхард Брозиус пишет: Отсутствуют указания на преступления, связанные с собственностью. Воровство как криминальное преступление археологически доказать невозможно, но можно обнаружить проявление особой формы воровства – ограбление могил. Такое ограбление встречается во всех культурах. Никакие наказания, никакие самые жестокие формы казней, божественные проклятия, ожидание ужасных мук на том свете не мешали людям грабить могилы.
Встаёт вопрос, чем это отсутствие объясняется. В Чатал-Хююке не обнаружено ни единого примера ограбления могил, Мелларт нашел лишь нетронутые захоронения. Вывод: в обществе, где продукты и изделия не имеют меновой стоимости, являясь исключительно предметами потребления, которые изготовляются и делятся среди тех, кому они нужны, но не обмениваются, всякий мотив для ограбления могил отпадает.
Ответ дают и скелеты Чатал-Гююка. Совершенно отсутствует деструктивное обращение с людьми в культовых целях. Не было ни трепанации черепов, как в неолитической Центральной Европе, ни деформации черепов, как у центрально-американских народов или в Древнем Египте, ни ритуального увечья рук, как в пиренейских пещерах, ни выбивания зубов при инициации, как у австралийских аборигенов, ни кровавых жертв. Животные забивались в целях потребления, но нет никаких признаков ритуальных убийств. И не было войны!
Отсутствие войн или «принципиальное миролюбие» как называл это еще Чайлд, такая важная характеристика культуры относится не только к Чатал-Хююку вплоть до последних дней его существовани, на протяжении 1500 лет это вообще было характерно для Анатолии. Более того - до 4000 г.Р.Х. – это было общей чертой всей балканской культуры до прихода туда эрбинов.Десять тысяч человек никогда не смогли бы жить столь плотно без всякой центральной власти, если бы они изначально не имели ненасильственных методов для разрешения конфликтов.
Женщины и мужчины, по-видимому, имели одинаковый статус в обществе. Между мужчинами и женщинами не было значительной разницы ни в еде, ни в величине тела, ни в образе жизни. Из изношенности костей вытекает, что оба пола занимались очень похожей деятельностью. Оба пола вели себя одинаково как в доме, так и вне его, в равной мере были заняты на кухне и в изготовлении орудий. В отличие от народов, и ныне живущих на сопоставимой стадии развития, в Чатал-Хююке нет никакого указания на разделение труда по принципу пола! Настенные рисунки, опубликованные в отчетах Мелларта о раскопках, показывают в сценах охоты и женщин вместе с мужчинами. И одинаковое погребение мужчин и женщин скрепляло равенство даже в смерти.
Энджел считает, что различные строения в Чатал-Гююке служили самыми настоящими больницами.
На незначительном участке всего раскопа (4% городища) было обнаружено 40 храмов-святилищ. Каждое святилище состояло из четырех комнат прямоугольной формы. Святилища окружали по три-четыре обычных дома. То есть, мы можем предположить, что каждая большая семья из двенадцати-двадцати человек имела свой домашний храм. Стены святилищ были выкрашены белой краской, по которой в центральной части наносилась красная панель «красный (красивый) угол». Над красной панелью, как правило, висели вылепленные из глины бычьи головы с натуральными бычьими рогами.
Во многих таких домашних храмах рогами украшались каменные столбы и кубы, стоящие под стенами. Бычья голова, как ипостась мужского начала, в его слепом животном проявлении, встречается в Чатал- Хююке повсюду. Бычьи головы найденные в Чатале имеют самые разные размеры: от огромных до миниатюрных, от чисто символических абстрактных кубов с рогами до реалистических фигурок или композиций – богиня-мать, рожающая бычью голову. В корзинах под бычьими головами были найдены человеческие черепа.
В богатом захоронении этого святилища вокруг головы женщины лежали три нижних клыкастых челюсти дикого кабана.
Судя по статуэткам и росписям стен, в городе поклонялись Богине-Матери и общество обладало матрилинейной структурой с преобладанием парной семьи.
Богиня-мать

Статуэтки из Чатал-Хююка с тучными женщинами были интерпретированы Джеймсом Меллаартом как изображения Богини-матери («Великая мать»). Так как многие находки подобных статуэток на просторах Европы ассоциировались с матриархальным строем, то и Чатал-Хююк стали считать матриархальным.
Идея о Богине-матери в мирном матристическом обществе вызвала резонанс в Нью-Эйдж движении, люди стали ездить в Чатал-Хююк как на паломничество. Были организованы «Goddess Tours», в ходе которых экофеминистки и приверженцы Нью-Эйдж движения приезжали в Чатал-Хююк молиться и устраивать танцы по кругу.

Основной мотив стенописей и рельефов – рожающая женщина в позе роженицы в момент родов, т.е. в позе «лягушки». Рядом с ней можно встретить и грифа (воплощение смерти) и бычью голову (символ возрождения жизненного цикла). Картины обрамляет множество сопроводительных символов, как то: рога, треугольники, ромбы, двойные треугольники («песочные часы»), бабочки.
Сочетание их бесконечно варьируется. Встречаются изображения охоты на оленей или женщин, несущих рыболовные сети, гор, растений, водоемов с водой. Живопись Ч/Х воспроизводит изображения животных, на которых охотились: олень, кабан, дикий бык (тур). Изображены способы охоты – с помощью лука и стрел, загонным способом. Есть изображения людей сидящих верхом на быке или олене. Скорее всего – это не приручение а священный ритуал магического воздействия на воспроизводство потомства.
Количество чатальских алтарей по отношению к общему числу помещений свидетельствует о культуре, поглощенной религиозными обрядами. Это был культ тотемных животных - грифа, гепарда, причем культ быка или коровы ( т.е. тельца)всегда стоял на первом месте.
Более поздние религии древнего Среднего Востока были также культами духа быка Тавра. Высеченные из камня головы крупного рогатого скота, выступающие в алтарях Чатал-Хююка, неопределенны в смысле пола и могут олицетворять собой быков, коров или просто крупный рогатый скот вообще. Однако преобладание в алтарях женской символики (к примеру, груди лепной работы, размещенные явно произвольно) подавляюще. Это говорит о том, что жрецами-служителями вероятно были женщины. Наличие встроенных "откидных мест" в некоторых алтарях наводит на мысль о том, что лечение или акушерство в шаманском стиле могло быть составной частью ритуалов.
Слав. МАТЬ-СЫРА ЗЕМЛЯ
На греческой почве память о Зивии – Живе воплотилась в образе сивилл – вещих дев, открывающих будущее. Самая знаменитая из них носила имя Герофила, что является греческой «калькой» с русского словосочетания Яролюба (т. е. любящая Яра). В скандинавской мифологии Жива известна как Сив – богиня, обладающая чудесными золотыми волосами (символ плодородия), жена громовержца Тора. Цвет ее волос отражает одно из значений ее славянского имени. У славян также известна богиня Сива, хурриты называли ее Шавушка.
Греч. Деметра, рим. Опс, Консивия древнегерм. Нертус
Персефона балт. Жемес-мате, Жемине
При переходе к следующему этапу хозяйствования, к интенсивному скотоводству и животноводческой специализации, богиня Ма обретает «птичью ипостась». Богиня Ма становится богиней Птицей. Такая богиня несет в себе двойственное начало, выступая с одной стороны как дарительница жизни а с другой – символизируя смерть. Во втором случае она предстает в виде грифа, совы или орла. Интересно, что Винчанская богиня-птица имеет «утиный профиль». Согласно древнему варианту ведических космогонических мифов именно утка (ута, уть), достав со дна океана в клюве землю, сотворила тем самым сушу. Кормящую силу богини-птицы символизировали знаки X и V, изображавшиеся на нагрудниках. Отсюда идет представление о «птичьем молоке».
Как восприемница общеарийской богини-птицы, у греков появляется Афина, которая ипостазируется в виде утки, чайки, ласточки, голубки, совы, грифа.
Поскольку в домашнем хозяйстве скотоводов стали играть большую роль овцы, то на фасадах и кровлях святилищ появились бараньи головы. Изображения их рогов смешиваются с фаллическими змеевидными и спиральными. Появляются мифы о летающих баранах, водоплавающих баранах, приносящих изобилие.
В домах русоарийцев Чатал-Хююка найдена типичная бытовая мелкая пластика, украшавшая жилища, и игрушки-множество глиняных фигурок людей и животных в самых разнообразных позах и видах. Они отображали повседневное, привычое – мать, отца, бычка, собаку, поросенка, козлика. И снова мы здесь встречаемся с образом Рожаницы Лады. Мы вновь видим каменное или керамическое изображение полной женщины с большими грудями и широкими бедрами. Русоарии эпохи керамического неолита изображают Мать Ладу как в каноническом, привычном виде половецких «каменных баб», так и более величественно – сидящей на скамье-троне и опирающейся на двух леопардов-рысей, охраняющих её. Великую Рожаницу оберегают покровители самого рода русов – рыси. Рыс-Леопард постоянно присутствует рядом с женским образом богини-матери. Он или стоит за спиной у неё, или богиня опирается на него. Есть каменные и глиняные фигурки, где полногрудая и широкобедрая женщина держит маленького леопарда на груди. Высказывались предположения, что богиня-мать не только олицетворение Все-Рожаницы, но и ещё более древний палеолитический образ охотницы, добывающей мясо-пищу для рода, (прообраз Артемиды-Роды). В таком случае, присутствие хищника, выполняющего волю богини-охотницы, богини-матери закономерно, при том что сама Лада (как и Рода Артемида, младшая ипостась Лады) не есть охотница как таковая. Она - владычица, повелительница, она повелевает «охотниками» – в данном случае леопардами\рысями («светлыми, красными, своими»). Из чего следует вывод: Лада повелевала людьми, охотниками рода, представляющими и видящими себя(ритуально) леопардами (типичное мировоззрение предшествующей эпохи). То есть в образе Матери Лады с леопардами\рысями мы видим свято хранимый потомственными русами-земледельцами сакральный образ Великой Рожаницы Всего Сущего и Матери-Повелительницы охотников рода – женской ипостаси самого неизреченного и незримого Рода.
На одном из рельефов два леопарда\рыси стоят мордами друг к другу. Богини Лады нет. Но рыси две, как и в случае с сидящей на троне Ладой. В святилищах и рядом с ними были обнаружены также фигурки, изображающие мужчину в леопардовой шкуре, бородатого могучего старика, сидящего верхом на быке и молодого человека, положившего руки на колени. Можно лишь предположить, что троица является тремя ипостасями Рода. Более или менее определённо можно говорить только о старце, сидящем на быке и практически слившемся с ним, нераздельным. Тут мы видим не наездника, а верховное божество, самого Рода. Практически всё, что касалось Рода у русов-арийцев было табуизировано. Род, в отличие от вполне реальной и земной Матери Лады, Рожаницы, был незрим. Присутствуя во всём своим духом, он сам не имел канонизированного образа-облика.
То изображение, которое Мелларт определяет как «мать с ребенком», есть скульптурое изображение Рожаницы и младшей Рожаницы – арийского мотива с палеолитических времен. И то, что младшая Рожаница вдвое меньше Старшей, вовсе не означает, что здесь изображен ребёнок. Младшие, подчиненные, находящиеся ниже на иерархической лестнице, всегда в древности изображались карликами в отношении старших и более знатных (тому примеры бесчисленные изображения гигантских фараонов или ассирийских царей и рядом крошечных их слуг, сановников, противников).
На основании настенных рисунков и того удивительного факта, что бедренные кости у почти половины всех жителей испытали анатомические изменения, какие могут вызывать активные танцы, следует сделать вывод, что празднества организовывались часто. И они имели ритуальный характер..

Нашествие конников с гор Загрос раздавило своими копытами цивилизацию ЧХ, принеся с собой военно-патриархальный стиль владычества.
Культ сомы-медовухи вытеснил потребление гриба; культ священного Царя занял место религии хтонической Богини.
На стенах святилищ, помимо объемных бычьих голов, были обнаружены рельефные изображения не только бычьей головы, но и др. животных: быков, коров, оленей, козлов, медведей, леопардов, а также многочисленные женские фигуры с раскинутыми руками и ногами в «охранительной» позе, антропоморфные части тел, женские груди, вылепленные из глины.
Цветные расписные рельефы и настенная живопись Чатала поражают воображение, такого богатства красок, сцен и сюжетов до этого городища археологи ещё не обнаруживали нигде. Под слоем глины в таких барельефах находили пучки соломы, части черепов животных, костей. Поверху рельефы тщательно и умело раскрашивались. Часто бычьи рога крепились рядом с женской грудью – в сочетании культов блуда (будущие языческие Ваал и Астарта).
Стены, свободные от рельефов, заполнялись рисунками-фресками, изображающими сцены охоты и религиозно-магические символы – кресты. Кроме настенных обережно-охранительных крестов обнаружены кресты с функцией печати. Их вырезали из камня для того, что наносить потом оттиски на мягкие материалы. Печати имеют форму четырехконечных и осьмиконечных крестов, типичных для ариев ещё с бореальной эпохи. Подобными печатями делались оттиски и с использованием красной охры. Красный (любимый русами цвет) в традициях арийцев неслучаен. На всех стенных росписях-фресках Чатала красным цветом изображены торсы мужчин-русоариев. Здесь мы видим полное лингвистическое (этимологическое) и смысловое соответствие: «русы» = «красные, красивые, хорошие, светлые, свои(сва\све) воины».

Хотя письменность Чатал-Хююка не расшифрована, она представлена последовательностью линейных знаков, сходных с письменностью культуры Винча а Винчанское письмо имеет возраст не менее 4 тыс. лет до Р.Х.
Судя по остаткам окалины и шлака, жители Чатал-Хююка одними из первых в мире научились выплавлять из руды медь, что связывает это селение с началом медного века.
Глиняные печати
В молодых слоях были найдены глиняные печати. Не совсем ясно, для чего они предназначались, возможно это отметка собственности на объекты. Если это так, то предположения о наличии частной собственности имеют под собой почву.
ТЕРАФИМЫ
Найденные черепа были покрыты алебастром, моделируя лицо, и раскрашены охрой. Подобные обычаи известны у населения из неолитических поселений Средиземноморья, в том числе из Иерихона и Чаёню (Турция). Всё это может говорить о культе черепа Предка в Чатал-Хююке. Не является ли это отголоском поклонения черепу Адама? Поскольку тела лиц с высоким статусом хоронили отдельно от черепов, исследователи сопоставили количество подобных мужских и женских захоронений и обнаружили, что оно приблизительно одинаково. В связи с этим, более поздние исследователи 2000-х годов предположили, что община не была ни патриархальной, ни матриархальной, и смысл изображения женских фигур был иным, нежели поклонение Богине-матери.
Младенческая смертность была велика, так как детских могил найдено довольно много. Кости многих детей содержат признаки анемии, которая, вероятно, была вызвана недоеданием. Анализ зубов захороненных людей показал, что в могилах одного дома хоронили людей, не связанных биологическим родством.



Комментарии:


Оставлять сообщения могут только зарегистрированные пользователи

Логин
Пароль

Регистрация
Забыли пароль?


Трибуна сайта





Наш рупор







© 2009 - 2021 www.neizvestniy-geniy.ru         Карта сайта

Яндекс.Метрика
Реклама на нашем сайте

Мы в соц. сетях —  FaceBook ВКонтакте Twitter Одноклассники Инстаграм Livejournal

Разработка web-сайта — Веб-студия BondSoft