Мрачная баллада

Ночью гроза мне радирует в крышу -
SOS! Приближается армагеддец!
Делаю вид, будто сплю и не слышу,
как оторвало концы от колец,

будто не знаю, что вырвало гвоздик,
а за окном не убог свет, не сир,
что эскапада давно сосёт кости,
а плоскостопие врюхалось в жир.

Мысль внутриматочно дышит тревогой.
Дождь на стекло прилепил мёртвый лист.
Мир за окном половинит дорога,
в нём голый дуб-эксгибиционист.

Слезоточив озон - в форточку дымкой.
Въелся оскоминой в память склероз.
В зиму сусеки подскрёб невидимкой
вдрызг раздобревший авитаминоз.

Пыль одиночества - снегом на рамах.
Стеклопакетам рассвет не к лицу.
Тройка, семёрка... Туза дай! Нет - дама;
шиш - за рубли, за горбушку - мацу.

Шулер невнятно протявкал шакалом,
смылся на север, иначе - в тюрьму.
Дать бы по роже тяжёлым шандалом
за мухлевание. Только кому?

Время Прокрустом устало нас мерить,
праны сосать злым румыном из нас.
Мама! - взмолился. - А можно ли верить
в крылья, в их силу и прямо сейчас?!

Вере донатит букет суеверий.
Пить бросить чтоб, ты сперва начни пить.
Можно ли вязь гнуса и фанаберий
гайкой с болтом доброхотства скрепить?

Дождь-мракобес с ночью-ведьмой ткут сложную
многоходовку - ткачи, ё-моё.
Но! Писк будильника - песня тревожная
снова взывает вскочить под ружьё...
_ _ _