Фата Моргана или Дикий Ирис Луизы Глюк

Известная американская поэтесса умерла недавно в возрасте 80 лет в День Покрова Пресвятой Богородицы. Нобелевский лауреат по литературе и лауреат главной премии писателей в США - Пулитцеровской. За это стихотворение и сборник стихов под таким названием она и получила эту премию.

Мой спонтанный зарифмованный перевод с английского:

В конце самых страшных последних страданий
Но всё же был выход, маячила дверь.
И звуки ветвей, ослабев от метаний,
Во тьме догоревшего Солнца, поверь,
Мерцали условно.

Послушай, тот вход называется Смертью,
И я его смутно, но, кажется, помню.
Стенанием сосен - ума круговертью,
Видение полно...

Потом ничего – пустота и сознание
Проходит куда-то где больше не выжить.
В туннеле земли реет скопище птиц,
И всполохи света – мельканием рыжим
Уже не касаются плотных ресниц
Душа неприкаяна.

Вы все, кто не помнит извне перехода
В тот мир ДНК, где Вселенная - колос,
Я вам говорю: вы частица Природы,
И вы обретёте Бессмертия Голос.
Сюда возвратитесь, как струи фонтана,
Из центра Земли или Жизни – вулканом,
Огромным лазоревым Фата-Моргана
Волной – великаном.

31.10 2023 20-00
______________________________________
Иллюстрация - Фата-Моргана (итал. [fata mor;;a;na]) - сложная форма превосходящего миража, видимого узкой полосой прямо над горизонтом. Чаще наблюдается такое видение над морем. Это оптическое явление в атмосфере, состоящее из нескольких форм миражей, при котором отдалённые объекты видны многократно.


Текст оригинала:
Louise Gl;ck

The Wild Iris

At the end of my suffering
there was a door.

Hear me out: that which you call death
I remember.

Overhead, noises, branches of the pine shifting.
Then nothing. The weak sun
flickered over the dry surface.

It is terrible to survive
as consciousness
buried in the dark earth.

Then it was over: that which you fear, being
a soul and unable
to speak, ending abruptly, the stiff earth
bending a little. And what I took to be
birds darting in low shrubs.

You who do not remember
passage from the other world
I tell you I could speak again: whatever
returns from oblivion returns
to find a voice:

from the center of my life came
a great fountain, deep blue
shadows on azure seawater.