Подарок для бабушки

Володя Красносельский был в бешенстве и яростно зарычал. Крупнокалиберные искры разлетелись в стороны по баллистическим траекториям, угрожая воспламенить богатую импортную мебель. В кабинете на секунду установилась благоговейная тишина, все внимали шефу. Угрюмым взглядом василиска Вова окинул приближенных и раздраженно крикнул:

- Почему не позвали к телефону? Почему с бабушкой не соединили?

- Владимир Владимирович, у вас было совещание с представителями деловых кругов, - дрожащим голосом ответила Наташенька. – Вы же сами просили ни с кем не соединять.

Немигающее око Владимира сфокусировалось на своем секретаре.

- Ох, хороша Наташка!

Грозный рык упал на несколько децибелов и уже немного спокойней он продолжал:

- Все равно надо было соединить. Бабушка звонила.

В этот миг его исполосованное шрамами лицо приобрело умиротворенное выражение, словно он вспомнил что-то очень хорошее.

- Владимир Владимирович, я приняла телефонограмму. Здесь все записано, - девушка положила изящную руку на папку “Входящие документы”.

- Читай, - строго велел босс.

Секретарь достала листок и хорошо поставленным голосом начала доклад.

- Здравствуй, Вовушка. Как поживаешь, внучек? Соскучилась я сильно, совсем ты ко мне не заглядываешь. Приезжай завтра, да курочек с собой захвати, штучки две-три, а если будет петушок, бери, не сомневайся. В городе у вас все есть, так что уважь бабушку. Курочки мне нужны молоденькие, чтоб яички несли. Ты смотри там, повнимательнее, а то всучат пенсионерок. Ты же у меня такой доверчивый.

Внук смахнул набежавшую слезу и задумался.

- Что у меня завтра?

- До обеда деловые встречи, - начала перечислять Наташа. – Потом сауна, парикмахер, массаж, - здесь девушка многообещающе посмотрела на шефа. –
Вечером встреча с господином Орловским.

Владимир взглянул на портрет Президента, висящий в красном углу.

- Что, тезка, делать будем?

Президент строго смотрел на Володю и молчал.

- Так. Все надо отменять к чертовой матери. Кроме стрелки с Орловскими, а то братва не поймет, не по понятиям это.

- Что бы через час я знал, где взять куриц. Обзвоните магазины, базы, зоопарки, где они там водятся. А ты, Писто…., Николай Иваныч, возьми это дело на контроль, - отдал распоряжение Володя.

Коля-Пистолет, начальник охраны Красносельского, озадаченно почесал лысый череп. Такой сложной задачи шеф еще не поручал. Но глаза боятся, а руки делают, и через пятьдесят девять минут задание было выполнено.

Наташа работала с телефонным справочником, хакер Гоша молотил по клавишам ноутбука, а Коля-Пистолет неподалеку чистил верный “Глок”.
Присутствие Николая Ивановича стимулировало поиски, и очень скоро обрисовалась следующая картина.

Где-то на южных рубежах нашей необъятной родины чихнуло несколько куриц, и повсеместно был объявлен строжайший карантин. Птицефабрики прекратили продавать отбракованных несушек, в зоопарке их отродясь не было, а частный сектор затаился, ожидая дальнейшего развития событий. Отлично проявил себя хакер Гоша, не зря же ему такие деньги платили. Совсем рядом, в часе езды от офиса, был обнаружен фермер, предлагавший через Интернет птицу редких пород. Вот, что могут информационные технологии. На десять утра следующего дня была назначена встреча, и все участники поисков вздохнули с облегчением.

Черный бронированный “Мерседес” и “Гелентваген” с охраной на большой скорости миновали пост ДПС и устремились на юго-восток.

- Слышь, Пистолет, что ты знаешь о курицах? – спросил вдруг Володя Красносельский.

- Ну, это.. Бывают белые и рыжие. Можно курицу-гриль приготовить, сациви Вахтанг делает, ножки Буша опять-таки. Ежели по запчастям: грудка, крылышки, бедрышки.

- Ты эту расчлененку мне прекращай. Куриц будем брать живыми.

Вскоре кортеж подъехал к небольшому поселку. Поплутав по незнакомым улочкам, через несколько минут они остановились у большого фермерского дома.

Их уже ждали. У калитки стояли моложавый мужчина лет пятидесяти и приятная женщина в стеганом ватнике.

Охрана расположилась на ближних подступах, а Коля-Пистолет с боссом поздоровались с хозяевами.

- Я предлагаю прямо к делу, времени в обрез, - сказал Володя, пожимая руку фермеру. – Показывайте, что у вас есть.

Мужчина, как выяснилось, морской офицер в отставке, пригласил гостей пройти к вольеру. Пока делегация пробиралась между грядками, фермер кратко, по-военному, доложил об истории создания куроводческого хозяйства.

В годы службы на Черноморском флоте у него родилась, а в дальнейшем оформилась идея о выведении куры нового тысячелетия. По его словам: "Это должна быть крупная и не боящаяся морозов птица, способная жить в снегу и обладающая повышенной яйценоскостью". Когда над бушующим морем он видел чаек, то перед глазами вставал свой дом, где-нибудь под Питером, белые леггорны, гуляющие по участку, и постреливающая на сковородке яичница. Фермер через Сеть познакомился с немецкими куроводами, которые, как известно, понимают толк в “курках и яйках”, получил в подарок вражеский инкубатор и приступил к делу. В его речи присутствовали научные термины, такие как: нанотехнология, генетический материал, и еще какие-то никогда не слышанные Володей, слова. Фермер был на половине пути к своей цели, опыты шли успешно.

Красносельский, виртуоз разводки и большой мастер пудрить головной мозг, просто принял полученную информацию к сведению и угрюмо посматривал по сторонам.
Был у него один знакомый морской офицер, напутствие которого Вова запомнил на всю жизнь.

- Выпил грамм семьсот – осмотрись!

Вот и курятник. За забором из сетки важно прогуливались несколько десятков куриц. Что говорить, птица действительно крупная, вид у кур был беззаботный, можно сказать счастливый.

- Могу предложить сегодня Юрловских Голосистых, - моряк показал на гигантских черных кур, - и Орловских Хохлатых.

Последние были намного меньше и имели непривычный глазу хохолок на голове.

Помня заветы бабушки, Володя решил посоветоваться с соратником.

- Что думаешь, Николай Иваныч?

Коля-Пистолет, познавший все тайны внешней и внутренней баллистики, погладил череп и глубокомысленно изрек:

- Калибр у черных поболе, надо брать.

- Согласен. Орловских я всегда недолюбливал. Давай нам моряк четырех Юрловских и петуха присмотри.

- Сколько с нас?

- Так. Пять птиц по сорок долларов, - фермер задумался. – Итого двести.

Володя не любил вражеские деньги, тратил их без сожаления, но торг – это святое.
Переговоры шли около пяти минут. Мужчины швыряли оземь шапки, плевали под ноги, Владимир несколько раз направлялся к выходу, наконец, консенсус был достигнут. Способствовал этому еле слышный щелчок предохранителя. Вова украдкой посмотрел на одухотворенное лицо Николая Иваныча и понял, что вопрос сейчас будет решен. Красносельский быстро прекратил торг, и мужики ударили по рукам. Сошлись на сотне.

Фермерская жена принесла деревянную посудину с зерном, и куры с песнями приступили к приему пищи. Они так яростно долбили корыто, что у Коли-Пистолета начала болеть голова.

- Так ведь и сотрясение мозга можно заработать.

Увлекшуюся едой птицу взяли легко и непринужденно, упаковали в коробку из под ксерокса и отнесли в “Гелентваген”. Оставалось поймать петуха. Фермер зашел в курятник и выгнал на прогулочную площадку страшного монстра. Это был угрюмый самец с громадными желто-коричневыми лапами и не отросшим, как следует, хвостом. Бройлер, если вы когда-нибудь видели бройлера, просто карлик по сравнению с этой птицей. А вот африканский страус, похоже, был его близким родственником. Петух покидать уютный курятник явно не собирался и с утробными криками нарезал круги по периметру сетки.

- Мне одному не поймать, - признался моряк, - за женой, что ли, сходить.

- Некогда. Коля, давай, - отдал распоряжение Красносельский.

Приказы шефа не обсуждаются, и начальник охраны смело шагнул в вольер. Отлов петуха шел долго и трудно. Применялись разные тактические комбинации и, наконец, Пистолет поймал за ногу ошалевшую от страха птицу. Сказать, что Николай Иваныч был взбешен, это значит, ничего не сказать. Дорогой костюм был выпачкан в курином помете, рубаха вылезла из брюк, а потерявший былую форму галстук лежал на плече. В глазах читалась заветная мечта – умерщвление монстра посредством смещения шейных позвонков.

Моряк принес еще одну коробку размером побольше и попытался запихать туда петуха. Петя яростно сопротивлялся, но прочел во взгляде Пистолета смертный приговор и, смиряясь с судьбой, впал в ступор.

- Как с ним бабушка справится? - подумал Владимир и дал сигнал к отправлению.

Кортеж на огромной скорости помчался на юг Ленинградской области. В багажнике джипа подпрыгивали два мешка пшеницы, взысканных с фермера за испорченный костюм.

Через два часа восемнадцать минут Володя Красносельский обнимал бабушку.

- Вот, баба Даша, привез тебе подарок, - кивнул Владимир на картонные коробки.
- Смотри только с петухом осторожно. Дикий он какой-то. Пусть пока взаперти посидит.

- Хорошо, хорошо Вовушка. Идите пока с Коленькой покушайте. Я борщ приготовила, какой ты любишь. Да самогоночки наварила. А я пока курочек покормлю.

Пока Владимир с Пистолетом хлебали борщ и пробовали домашний самогон, случилось одно неприятное событие. Бабуля, пожалевшая томящегося в камере предварительного заключения петуха, приоткрыла дверь и ласково сказала:

- Петруша, иди, поклюй зернышек. Цып, цып.

Почувствовав запах свободы, Петя шагнул через порог, отодвинул могучим крылом бедную старую бабушку и устремился на юг, наверное, в Африку. Немедленно была организована погоня, но следы Петруши затерялись в ближайшей лесополосе.

- Хотел я его еще в курятнике замочить, - прокомментировал случившееся Пистолет, глядя на заплаканную женщину.

Через час кортеж опять был в пути. В бардачке “Мерседеса” перекатывалось свежее яичко, осоловевший от самогона Коля-Пистолет клевал носом, а лицо Володи Красносельского постепенно приобретало свое обычное угрюмое выражение. До стрелки оставалось четыре часа. Он не любил Орловских.