ОПЕРАЦИЯ «СЕВЕРНЫЙ КАВКАЗ – 455»

Рассказ был впервые опубликовано в журнале "Камертон"
--------------------------------------------------------------------------------

(Рассказ на основе реальных событий)

Не приведи, судьба, на склоне дней
Ей пережить родных своих детей.
И если бед не избежать на свете,
Пошли их мне, не ей самой, не детям
Той женщины, которую люблю!

Кайсын Кулиев

После окончания Краснодарского политехнического института меня направили по распределению1 в Среднюю Азию, где я провёл много лет. Моя профессия дала мне возможность побывать в самых разных уголках этого региона. Я жил и в казахских степях, и в горных сёлах Кыргызстана, где услышал историю о балкарском народе, который волею судьбы когда-то жил в этих краях.

Даже спустя шестьдесят восемь лет люди с теплотой вспоминают балкарских женщин и девушек, которые оказались далеко от своих родных мест из-за сложных обстоятельств.
Спустя много лет я наконец-то побывал в удивительной Кабардино-Балкарии, где живут гостеприимные и трудолюбивые люди. Я общался с ними, слушал их истории и воспоминания.
На основе этих бесед я написал этот рассказ.

1943 год

Не покладая рук, сражаясь с врагом, наша армия освободила Кабардино-Балкарию.
Радостные жители вышли на улицы, надев свои лучшие наряды. Все осознали, что ужасная война закончилась, и теперь спокойная, пусть и не очень богатая жизнь стала реальностью.

Из доклада, специального уполномоченного «О состоянии балкарских районов республики»

«Руководство автономной республики допустило ряд серьёзных просчётов, вследствие чего фашистам достались некоторые промышленные предприятия и сотни тысяч голов как крупного, так и мелкого рогатого скота!»

Февраля 1944 года. Москва. Кремль

Хозяин кабинета неспешно набил трубку табаком, раскурил её, поднялся с кресла и подошёл к окну. Он отодвинул плотную штору.

За окном ночь уступала место новому дню.
– Лаврентий, – обратился Иосиф Виссарионович к Генеральному комиссару государственной безопасности, который стоял навытяжку, – я ознакомился с твоим докладом. Возьми своих заместителей Серова и Кобулова и отправляйтесь на Северный Кавказ. Необходимо как можно скорее... э... уладить все местные вопросы.
После этих слов Верховный некоторое время молчал, задумчиво выпуская клубы дыма, а затем тихо добавил:
– С полной коммунистической решимостью! Надеюсь, ты меня правильно понял и услышал?!

Двадцатого февраля 1944 года

Берия возглавил специальную делегацию и отправился в Грозный.
Вскоре в Ставку поступил секретный доклад:
«Определённая часть населения демонстрирует враждебное отношение к советской власти. В некоторых районах действуют бандгруппы, сформированные из дезертиров.
Полагаем, что необходимо рассмотреть вопрос о возможности переселения балкарцев за пределы КБАССР!»После доклада в Москву ушла шифротелеграмма:
«В случае Вашего согласия, я смогу организовать на месте все необходимые мероприятия по выселению балкарцев до моего возвращения в Москву. Прошу Ваших указаний»2.

Верховный главнокомандующий предложение своего доверенного лица незамедлительно... одобрил!

26 февраля. НКВД СССР. Приказ № 00186

«О мероприятиях по выселению из Кабардино-Балкарской АССР балкарского населения»

Подпись: Л. П. Берия

Пятого марта того же года

Государственный комитет обороны, под председательством И. В. Сталина принял постановление:

«О выселении всего балкарского населения Кабардино-Балкарии в Казахскую и Киргизскую ССР»

Датой начала операции определили десятое марта 1944 года, однако позднее она была перенесена на два дня раньше! (С максимальной циничностью приурочили начало операции к женскому дню)

***

Утро праздничного дня выдалось сырым, хмурым и неприветливым. Солнце категорически отказывалось подниматься над горами.

Безмятежные села разбудил истошный лай собак и лязг передёргиваемых затворов автоматов и карабинов. Повсюду окрики солдат и грозные приказы их командиров.

Женщин, стариков и даже детишек вели под конвоем.
– Надо же! Дожили! – возмущалась седовласая амма Айша3 – под конвоем ведут не фашисты-завоеватели, а свои, солдаты-освободители!

– Ты права. Такое и в страшном сне не могла себе представить! –согласилась соседка Медина.

– Ничего, – стал успокаивать их баба,4 с трудом передвигающий ноги, – немца пережили, не померли, и это переживём. Куда мы денемся? Главное – вы не плачьте и силы берегите. Они вам ещё, ой, как пригодятся. И мужьям на фронт ничего не сообщайте. Пусть там врага добивают да живыми домой возвращаются.

– Куда домой? Где он наш новый дом? – хотела ответить амма, но промолчала. К чему задавать вопросы, на которые нет ответа.

Аул Усхуре (теперь нежилой аул в Хуламо-Безенгийском ущелье)

– Да, какая там депортация? Не будь глупым, – старик погладил свою бороду и продолжил. – Никто из наших никогда с врагом никаких дел не имел. Это раз! И два – за что нас могут переселить? Даже самая мощная и грязная машина не сможет добраться до нашего аула. У неё не хватит сил и воздуха. Ведь она не человек!

Он ошибся: солдаты – люди! Они дошли. Старику позволили взять на спину старый медный котёл и даже помогли ему спуститься. Затем они вернулись, взяли на руки двухлетнего мальчика вместе с его матерью и доставили их к полуторке, которая ждала всех остальных.

(Тщательно продуманная операция была успешно завершена всего за...два часа! Насильственному выселению поверглось всё население без исключения: и седые заслуженные участники Гражданской войны, и инвалиды (в том числе уже этой Отечественной!) войны, жёны и дети мужчин, ушедших на фронт. И, даже...депутаты всех уровней, заодно с руководителями партийных и советских органов)6.

***

Людей, измученных тяготами, со всех концов республики собрали и привезли на станцию Нальчик.

Их разместили в товарных вагонах.

Четырнадцать эшелонов, состоящих из пятидесяти шести вагонов каждый, один за другим начали движение на восток. Операция под кодовым наименованием «Северный Кавказ – 455» проводилась оперативно и «организованно»7.

Одиннадцатого марта. Секретная телеграмма Верховному главнокомандующему.

«Балкарцев выселено 37 103 человека.

Подпись. Л. Берия»

Сталин, в ответном письме выразил свою благодарность частям и подразделениям РККА и войск НКВД, принявшим активное участие в операции «Северный Кавказ – 455».

В итоге сто девять человек личного состава был удостоены государственных наград!

Восьмого апреля 1944 года. Указ Президиума Верховного Совета СССР

«О переселении балкарцев, проживающих в Кабардино-Балкарской АССР и о переименовании Кабардино-Балкарской АССР в Кабардинскую АССР».

Согласно этой бумаге выселяемым разрешалось брать с собой пропитание и имущество общим весом до пятисот килограмм... на семью.

Женщины, закутавшись в одежду, найденную ими в спешке, делились своими тревогами в грузовых вагонах, ранее использовавшихся для перевозки скота. В большинстве из них отсутствовали даже элементарные удобства, такие как нары или обогреватели.

– В наше село Мухол приехали солдаты... хорошие. Прикладами не подгоняли, дали собрать пожитки в дорогу. Сколько у каждого чемоданов и мешков не пересчитывали, да и весов ни у кого из них, конечно же, не было.

– А к нам нагрянули... очень плохие, злые и пьяные, – Айша краешком платка вытерла слёзы.

– Орали, сквернословили и размахивали своими ружьями, – добавила Медина.
Поезд двигался медленно. На каждой остановке люди спешили выйти, чтобы воспользоваться туалетом.

Во время одной из таких остановок отстал и не вернулся один из пассажиров – мужчина, ехавший в том же вагоне. И таких случаев было немало.

По пути женщины с тревогой обсуждали судьбу пропавших людей, включая соседа по вагону, и спрашивали у сопровождающих, что с ними будет дальше.

Однако суровые солдаты лишь пожимали плечами, не давая никаких объяснений.

Женщины единодушно заявляли, что мужчины, особенно пожилые, не могут пользоваться туалетом в вагонах в присутствии женщин, поэтому им приходится отходить на некоторое расстояние. Они также сетовали на то, что поезд отправляется без предварительных объявлений и команд, поэтому они отстают. Но кто их слушал?

В дальнем уголке вагона тихо плакала пожилая женщина, которая, по словам соседок, беспокоилась о своей старой собаке, оставленной без присмотра. Собака жила с ними с самого детства, и теперь женщина не знала, как она там одна.
– Как она одна там? Дождётся ли сына? Когда тот вернётся Верхнюю Балкарию с проклятой войны? – причитала она.

(По данным Народного Комиссариата Внутренних Дел на 24 марта 1944 года по пути к месту назначения от голода, холода и болезней скончались… пятьсот шестьдесят два человека)

На конечной станции, кое-как выйдя на перрон, измученные люди увидели...горы! Но не родные, не те, к которым привыкли и где каждый камень был знаком с раннего детства, с первых робких шагов.

В этих неприветливых краях и предстояло всё начинать заново.

Прожить ещё одну, совсем иную жизнь.

– Эй, спецпереселенцы! Строиться и марш комендатуру... на перепись! – раздалась в темноте команда невидимого командира.

Так измождённые, чудом выжившие люди впервые услышали, кто они теперь есть! И отныне это страшное слово они будут слышать...ежедневно.

Каждую неделю, а зачастую и через день они были обязаны приходить в комендатуру и отмечаться: мол, живы ещё и, главное, никуда не сбежали.

Иногда вызывали на перепись и перекличку... даже по ночам.

– Ходить, а тем более ездить к родственникам в соседние сёла запрещается! Категорически!

– Даже на похороны? Если кто-то умрёт? Здесь ведь стариков много, – спросила Айша, сделав шаг вперёд.

– Ни по какому поводу! Иначе тюрьма или того хуже. По законам военного времени, – гаркнул комендант, – надеюсь, это всем понятно! Пишите друг другу письма – это можно, это разрешено!
Балкарки быстро наладили контакт с киргизскими женщинами и обменивали у них отруби или муку на вещи, которые привезли с собой.

Набирали в чистых горных ручьях воду, кипятили её, и бросали в этот казан... горсть отрубей – вкуснейшая получалась похлёбка.
Проживали в длинных бараках, где в одном конце находилась печка, а
в другом – ещё одна.
С раннего утра и до позднего вечера трудились.
Через год после окончания войны жизнь начала налаживаться. С фронта стали возвращаться местные мужчины, которые взяли на себя самую тяжелую работу.

Однажды, проходя мимо железной дороги, Медина набрала немного угля для своей соседки по бараку. У той недавно родилась маленькая дочь, и угля в их доме было недостаточно.

Её поймали и осудили за кражу. Три килограмма угля – три года тюрьмы! Однако со временем спецпереселенцам начали выделять небольшие участки земли. Им разрешили строить свои собственные дома.

Однако одежды и обуви всё ещё не хватало. Айша где-то раздобыла грубое трофейное сукно и умудрялась шить из него брюки, которые были прочными, хоть и обдирали ноги. Но зато в них было тепло.

На ноги надевали старые сапоги, а сверху – калоши с деревянными вставками, так как работать приходилось на рисовом поле по колено в воде. Они таскали связки с сорняками. План выполняли почти все. Тех, кто простывал и заболевал, переводили на «лёгкую» работу, например, шить мешки, а если состояние здоровья совсем ухудшалось, отправляли в город торговать ими. Постепенно они обживались, вставали на ноги и растили детей.

Они справлялись с трудностями, как могли, и не переставали мечтать о возвращении – на свою, пусть и столь же неприветливую, но такую родную землю... Кавказ!

Двадцать восьмого апреля 1956 года

Указ Президиума Верховного Совета СССР «О снятии ограничений в правовом положении крымских татар, балкарцев, турок – граждан СССР, курдов, хемшилов и членов их семей, выселенных в период Великой Отечественной войны».

Документ утверждал, что снятие людей с учёта спецпоселенцев не означает их возвращения на родину. Однако балкарцы начали готовиться к возвращению домой, в родную Балкарию!


***

Айша с трудом, кряхтя и охая, забралась в кузов грузовика. По дороге громко, как только могла, выкрикивала название аулов, которые они проезжали. Прижавшиеся к ней дети вертели головами из стороны в сторону и ничего не понимали. Они выросли совсем в других местах, но всё равно шестым чувством ощущали – это и есть их настоящая Родина.

Слушая рассказы чудом выживших, о прошлом этого народа, я понял: классик

балкарской литературы Кайсын Шуваевич Кулиев был абсолютно прав!

Балкарцев спасли их женщины!
Оставшись одни без своих отцов, братьев и мужей, они свято помнили и чтили заповедь мудрого Кязима: «Не дайте сердцам озлобиться»!
И потому работали день и ночь не опуская рук. Выращивали урожаи, возводили дома и обеспечивали свои семейные очаги всем необходимым.
Поддерживали друг друга и воспитывали детей по традициям своих родных кавказских гор. Они научились выполнять всю мужскую работу, при этом оставаясь добрыми, нежными, любящими и заботливыми.