Охота на волков

Сергей Ворошилов (до 1865-после 1911), Псковская охота на волков
​
Охота пуще неволи... Русская поговорка

​После двух головокружительных экспедиций последнего школьного лета, мы с моим другом Ваней не имели никакого желания готовиться к поступлению в вуз. Учёба в школе просто обрыдла – я не видел, что знания, которые мы получаем в школе, когда-то пригождаются в реальной жизни (ну, может быть, только на 20%), а в вузе, скорее всего, будет тоже самое. Пройдёт 40 лет и я приду к таким же выводам, как в отношении средней, так и высшей школы.
Мы мечтали только о путешествиях и свободной жизни, потому что это нам нравилось. Отец Вани был охотником, и у нас в доме тоже была двустволка, с которой никто на охоту не ходил. В сентябре-октябре, обычно в субботу, мы уходили на весь день на охоту, вначале забрасываясь на автобусе к какой-то не слишком удалённой деревне, а домой возвращались пешком, преодолевая около 30 км. Обычно, ничего не удавалось добыть, кроме рябчиков, приманивая их свистком, по зайцам и тетеревам, как правило, мазали. Конечно, в этой охоте важен был сам процесс: отдых и курение у костра, бесконечные разговоры о планах на прекрасное будущее в духе Джека Лондона, а вокруг золотая уральская осень! Мы оба много читали, особенно зарубежную литературу, которая почему-то не изучалась в школе, обсуждали прочитанное, также были достаточно откровенны, рассказывая друг другу о проблемах в своих семьях, в которых царил, увы, разлад…
С нами, вдруг задружил в последнем классе наш одноклассник Коля, у которого был уже свой мотоцикл, но без коляски. Мы сами в школьной мастерской изготовили коляску с деревянным корпусом. Теперь мы ездили на охоту втроём на мотоцикле, который легко можно было вытащить из любой грязи.
Новый, 1972 год мы встречали втроём у Вани (взрослые члены семьи отсутствовали!), Коля угостил нас крепчайшим самогоном – их семейным напитком, за столом обсуждались последние детали грядущей охоты на волков в зимние каникулы.
После боя курантов, мы пошли пешком в соседний посёлок, пары шампанского и самогона полностью выветрились после пятикилометровой прогулки при 20 градусах мороза. Центром притяжения в этом посёлке была большая горка, каждый парень пытался схватить за плечи или талию понравившуюся девчонку и скатиться с ней с горки, за эти 10 секунд можно было попытаться познакомиться, а главное, выяснить нет ли ответной симпатии. Девушка либо улыбалась, поднимаясь рядом с тобой снова на горку, либо резко вырывалась и воротила нос – уж как повезёт!
Надо сказать, что подготовка к охоте на волков была (за плечами были две экспедиции, правда летние): рюкзаки, тёплая одежда, лыжи, три ружья с пулями и картечью, а главное, на городском мясокомбинате мы набрали костей из отбросов и цельную лошадиную голову! В то время просто не было в продаже подробных карт в продаже, и у нас не было даже какого-либо плана местности! Предполагалось охотиться на приваду: на опушке леса оставляется животная приманка, охотники маскируются, устроившись в засаде в лесу, и отстреливают глупых серых пачками. За каждого волка в нашем районе давали по 50 рублей (полумесячная зарплата учителя), так что нас ждали золотые горы!
Стояла первая декада января - самое холодное на Урале время. Заброска в сторону нежилой деревни Пальниково была на лесовозе. Когда лесовоз скрылся за поворотом, мы обнаружили, что забыли на нём лыжи! Но это были мелочи жизни, и Ваня, единственный кто знал дорогу, уверенно повел нас по лесу. Мы долго шли по довольно глубокому снегу, но деревни всё не было…Местность очень меняется зимой, а Ваня лишь однажды летом был в этой деревне. Смеркалось, и мы решили встать на ночлег. Поскольку ни палатки, ни спальных мешков у нас не было, пришлось ночевать у костра. Мне единственному удалось немного поспать, нам повезло – ночь была не слишком холодной. К вечеру следующего дня, когда уже стемнело, каким-то чудом мы вышли к Пальниково (конскую голову уже не было сил тащить - пришлось бросить!), в которой была единственная уцелевшая изба с русской печкой. Радости нашей не было границ, когда мы приготовили горячий ужин (дров было предостаточно на дворе) и завалились спать на полати! Днём следующего дня пошли ставить приваду (кости с мясокомбината) на краю деревни, засаду пока не стали делать, а посмотреть, придут ли ночью волки. На другой день проверили приваду – волчьих следов не было ни рядом с ней, ни в ближайшем лесу. Решено было возвращаться, тем более, что мороз крепчал – было уже точно ниже 20 градусов. На следующее утро двинулись в обратный путь, и нам снова повезло – вышли на лесовозный тракт. Пошли по нему в сторону родного города, сориентировавшись по солнцу. К вечеру вышли к неведомой деревне – это оказался Кемуль, всего в 20 км от родного города, через час сели на автобус до дому.
Потери в походе были минимальны: Коля в походе потерял голос – простыл. Когда я зашёл домой и посмотрел в зеркало, на меня глянул незнакомый человек с потемневшим от копоти лицом. Так был получен бесценный опыт зимних походов, а на волков в своей жизни я больше не охотился – пусть себе гуляют…
После зимних каникул в вестибюле школы ко мне подошёл наш военрук, бывалый подполковник-фронтовик и сказал: так в походы зимой не ходят, могли погибнуть... Погибнуть - не знаю, но в случае второй ночёвки в лесу и понижения температуры до минус 30 градусов, обморозиться могли бы. До сих пор удивляюсь, как могли отпустить родители.

​21.08.2021, озеро Байкал