Медведь - узурпатор

Эту историю мне рассказал мальчик – подросток. Не помню
при каких обстоятельствах. И в какое время ( может это был я сам, поскольку
описываемые места мне странным образом знакомы) А может я там и родился.
По крайней мере мне так кажется, после того как я воспроизвел эту историю на
бумаге. В повествовании я ничего не менял. Добавил несколько «умных» фраз.
Поэтому, если в рассказе они встречаются. Это вина не мальчика. Моя.
Да, каюсь, и представил историю, которую поведал мне мальчик, как
свои воспоминания… Возможно, я имею на это право…


Севера…
Медведя я не люблю. Ни в гастрономическом, ни в натуральном виде.
И связанно это не с тем, что я плохо отношусь к живым организмам. В общем даже нет.
А с детскими воспоминаниями.
Рос я в Стойбе. Поселок на сотен пять дворов. Растянут вдоль Селемджи.
напополам разделен второй более мелкой, горной рекой – Мыном. Название
«Стойба» от якутского – «стойбище». Якутское стойбище когда – то было
выше поселка на другом берегу Селемджи. На моей памяти там осталась
поляна от местонахождения этого кочевого устройства. Её называли Верхняя Стойба.
Местная легенда гласит, что когда якуты из первобытно – общинного строя
шагнули в социализм, то одному из чиновников пришла в …в место… ну, чем гвозди у
Шукшина выдергивали… да, в это самое место… мысль. Сделать аборигенов
оседлыми. Задумано – сделано. Расчистили в тайге бульдозерами поляну. Переселили. Из
лесотундры в тайгу. Лесотундра от нас километров за двести пятьдесят начинается. Там
якуты до этого и кочевали. А что бы аборигены по привычке не разбежались на другом
берегу построили еще один поселок. В который поселили ссыльных зэков. Так власти
за поселенцами и якутами присматривали. Поселенцы золото под присмотром мыли.
Якуты водку кушали. А что делать? Олени в первый же год передохли. Их пытались
сеном кормить, а они неразумные к ягелю привыкшие. Водки не жалко. По тем временам
её всем хватало. Жалко аборигенов. Это потом ученые установили, что у них там
какого то фермента нет, который мы 500 лет приобретали. Напьются и за ножи,
которыми оленей разделывали. И начинают, видимо по старой памяти друг на
друге упражняться. Сан авиация, вертолет с района. Кого не до конца разделали
собирают. Так и мотается вертолет с одного стойбища в другое. Прилетает хирург, сделал что смог. А его якут по законам гостеприимства к своей жене под бочок.
Традиция у них такая. Гость пришел. Жена обогрей. Севера…
Через некоторое время этот якут на оленях (где он их взял? Наверно у родственников
занял в лесотундре. Там они естественным образом размножаются). В район приезжает.
Хирург его с распростертыми объятиями встречает. А он к его жене приставать.
Дорога тяжелый, ехал долго. Согреться надо… Соболей баргузинских сует. Не на продажу. Жена дари. А соболь баргузинский лучший в мире. Черный. А кончик
волоса серебром отливает. И водится только в окрестностях Якутского Кряжа… Неувязочка вышла… Севера…
Ближайший поселок к Стойбе 50км, что в одну, что в другую сторону.
Зима. Ночь. Шатун. Аптека. Не -а, аптека здесь не причем. Так к слову пришлось. Шатун – это мишка, который мало пил и мало кушал, когда была возможность
летом. И совсем он не такой безобидный, как плюшевый. Ногти у него, ну, да когти,
как долото. На одной лапе пять. На другой столько же. Так он этим инструментом
оконную раму вскрывает – мышь не услышит.
Местная учительница засиделась за тетрадками. Тогда было принято даже
в маленьком поселке иметь по учительнице. Глядь. А мишка к спящей дочке подбирается.
Она и испугаться не успела – спасать дитя надо. Схватила, что под руку попало и
в пасть мишке. Мишка её прихватил и поволок. Благо бульдозеристы со смены возвращались, фарами осветили, отогнали. Руку он ей пожевал. А она ему
в горло, как оказалось, бутылку из под лимонада засунула. Так вскрытие показало,
ну то есть разделка туши, когда медведя через пару дней по его следам нашли еще теплого, но представившегося… Жива осталась и училка и дочка ее… Севера…
Еще случай. Дед с бабкой. Слышат по ночи кошка скребется. Ну на всякий
случай решили посмотреть не медведь ли. Предыдущая история у всех на слуху.
Точно он родимый. Свет во всех комнатах включили. И давай на образа молиться.
Медведь к окну и они с иконой туда же. Медведь вокруг дома и они за ним
внутри дома, конечно. Зверь стеснительный попался. Так и не решился против
Бога идти. Утром восвояси убрался. А дед с бабкой с тех пор страшно набожные
стали. Их даже из партии по этой причине исключили...Почему медведь не залёг? Может неурожай в тайге, а может пожары. Может еще что. Я не знаю.
Ну зато хорошо помню, если ночью тебя «приспичит»… По малому можно и «на ведро»
сходить. А «по большому»? «Нужник» в огороде, где-то посередине. Огород на метров сто в тайгу вдается. И что с того, что выше описанные события происходили в соседнем поселке? Всего то 50километров, что они для медведя? Родителей не будишь им на работу. Ты же самостоятельный и самосознательный. Пионер, одним словом. За этот поход медведь «нападал» на тебя раз пять или шесть. Были в данной ситуации свои плюсы. «Облегчение» наступало мгновенно. Главное донести… Потом все утихло… А потом… Уже в нашем поселке…
Через несколько лет появился медведь. И шатуном то его назвать сложно.
Свою охоту он начинал осенью перед тем, как залечь в спячку. Специализировался
исключительно по домашним хрякам. Людей не трогал. Говядина его тоже не
интересовала. Помню случай. Пошли с ребятами на рыбалку. По краю поселка
(по лесу) пятнадцать минут и на месте. По поселку в три раза дольше. Выходим
на полянку. Там четыре собаки без шкуры. И в воздухе сладковатый запах
тления. Кому их шкуры понадобились? Назад возвращались
уже по сумеркам. Смотрю, а собак уже две. Наутро выясняется – мишка соседскую
«стайку» посетил, хряка утащил. Бычка не тронул. Это было у него в первый раз.
Все когда то бывает в первый раз. Я сопоставил, своими комсомольскими мозгами,
собак и хряка. Добавил к этому свои прежние воспоминания и пошел к соседу.
Просить ружье. Не, не для того, что бы медведя догонять. А на случай, если он
вздумает за мной гоняться. Батёк с матерью характерами, как говориться,
не сошлись. Поэтому я был старший в семье. Сестра не в счет. Защитник, так
сказать, местного помола. У нас в поселке с ружьем на «ты», как правило с двенадцати
лет. Севера… Поэтому в свои четырнадцать я был ассом - профессионалом. На моем счету
имелось несколько рябчиков и уток. Чем я страшно гордился. Медведей не было,
врать не буду, не встречались. Пока… Сосед поартачился для порядка, но ружье
дал. «Шестнадцатый», одностволка, «бескурковка». Как отказать? Мать – врач.
От нее зависело жизнь и смерть многих селян. Он же не знал, что я по собственной
инициативе. А сотовых телефонов тогда не было. У многих селян ружейный арсенал дома – профессиональные охотники.
Рука так и тянется кавычки поставить, как показали последующие события.
А что я? Стал спать хорошо. Ружье рядом с кроватью на табуретке переломленное. Патрон,
заряженный жаканом, дослан. Попробуй, мишка, сунься. Комсомольца голыми
руками не возьмешь. А медведь что? Ему моя оборона не интересна. У него
другая специализация. Вот с этого места поподробнее.
Севера… Поэтому сооружение, которое называлось у нас «стайкой», имело
основательную конструкцию. Не из каких то там досок, а из бревен, как правило
«листвяка», проканапаченого паклей. Крыша основательная двухскатная. В
этом заведении – курочки, свиньи, бычки, коровки. Кто во что горазд.
Мишка, разбирает угол «стайки» хряка на спину и в тайгу. Первый раз у
него все получилось. Как я отмечал. Собрались охотники, большинство профессионалы.
У многих по нескольку «зимовий» ( основательный домик для жизни в тайге).
Есть и медведи на счету. Даже у моего батька и то один пестун был, хотя он к
любителям относился. Нашли остатки свиньи. Медведь любит мясо с душком.
Для него это деликатес. По этой причине девяносто пять процентов этих животных
заражены триханелёзом. Это когда в мышцах червячки живут. Если человек
попробовал такой медвежатины. Червячки к нему перебираются. Такие случаи
были не редки в геологических партиях. Когда брашку выпили, а закуску, что
рядом ходила, в котел засунули. Часть масалыги варится, а часть на «улице гуляет»
- в бульон не поместилась. Результат известен. Вот почему гастрономический интерес у меня к медведю отсутствует. Севера…
Часть туши, которую нашли, ветками завалена. Сделали засаду. Ждут первую ночь.
Вторую. Дежурство по графику распределили. Всё чин по чину. На третью ночь приходит,
но с другой стороны поселка. В другую «стайку». Опять хряка утащил. Безнаказанно.
Сделали перераспределение сил. Новую засаду. Ночью медведь появился, старые потроха
забрал, уже «подвялившееся». Не пропадать же добру. А его там никто не ждал. Что тут началось. Каждый предлагает свой план. Весь посёлок гудит, как улей. Каждый
старается внести свою лепту. Я то не дурак. Сразу внес. Засаду около кровати устроил…
Решили дежурить каждый около своих домашних питомцев. Один раз даже камнями
отбили у медведя хряка. Охотники, как обычно, в засаде были. Тут Московский
разум вмешался…
Директор у нас в школе был. Из Московского Университета сосланный на поселение. По крайней мере, так молва народная гласила. В бане встречаемся.
Я по привычке на верхнюю полку, пару поддал и веничком машу, берёзовым.
У нас все так делают. Дубовые не применяем, поскольку Дубы в нашем климате не растут. Севера… А он на нижней полке мышцы разминает. У нас никто так не делает. Я еще поддал. Дальше машу. Он в предбанник.
Видно что – то забыл. Попарился, выхожу. Директор поясняет, что нельзя резко
начинать, сначала организм нужно подготовить к термическим нагрузкам.
Он меня дальневосточника, который самый первый засаду на медведя
устроил, учит. Смешной народ москвичи. Он мне потом «отомстил». На экзамене
в восьмом классе. Заходит. А если скорость в два раза увеличить результат как
изменится? Постоял и вышел. А результат изменился с «пятерки» на «четверку».
С тех пор и москвичей я не люблю, как и медведя. Аллергия у меня на них.
Директор – москвич подошел к медведю с научной точки зрения. Одолжил
у местных охотников пару натасканных на медведя лаек. Взял отпуск за свой счет.
И…Наверно подумал, что он в Московском парке за бурундуками гоняется.
Лайки вернулись из тайги через три дня. Директора через неделю нашли.
Повезло, что с медведем не встретился. Жив здоров. Характерами не сошлись.
С лайками. Севера… С тех пор директор даже за грибами перестал ходить, как
поговаривали злые языки…
Но медведя все таки выследили. Одноклассник мой вместе с мужиками
в засаде был. Рассказывает. Как обычно с вечера устроились. Аккумулятор от
машины, к нему фара присоединена. Подозрительный шорох фару включают.
Эту миссию моему однокласснику и доверили.
Зверь в луче света цепенеет. Глаза, как два фонарика. Вот между этих фонариков и стреляют. Время к двенадцати медведя нет. Мужики пропустили по пятьдесят
грамм самогоночки. Не для удовольствия. Согреву ради. Ночи холодные. Севера…
Два часа ночи, медведя нет. «Под утро слышу какой- то шорох,» - рассказывает одноклассник. «Включаю фару. Медведь стоит. На фару пялится. Душа в пятки
укатилась. Уши заткнул. Жду выстрела. И вдруг рядом кто – то как рявкнет…
Не помню, как дома оказался.» Как выяснилось, мужики основательно «согрелись».
Приспали под утро. Один из них во сне и всхрапнул. Даже медведя напугал.
Тот потроха бросил и больше не появлялся. Залег на зимовку.
Мужики перекрестились. Напасть сама собой миновала…
Не тут – то было. Следующей осенью сценарий повторился.
Еще через год то же самое. Убили медведя, потом второго.
А он, первый, успел размножиться и научить свое потомство, как правильно
жир на зиму нагуливать. Так объяснил нам сосланный директор. Так или не так.
Но еще несколько лет зверье терроризировало поселок… Я же остался со своими
фобиями на всю жизнь. Это еще один повод не любить медведя. Если оказываюсь в тайге, то за каждой елью он меня караулит. Не может простить, что я первый устроил на него
засаду… у кровати… Севера…