МЕДУЗА НА ПЕСКЕ

МЕДУЗА НА ПЕСКЕ

Безрезультатно завершился на одном из телеканалов шумный поиск ответа на вопрос: «ЗАЧЕМ ЧЕЛОВЕК ЖИВЕТ?». И это вполне естественно, поскольку вопрос сформулирован не вполне корректно.
При рождении человек, кроме нескольких врожденных условных рефлексов, от природы не получает ничего и сам по себе длительное время нежизнеспособен. Предоставленный самому себе на раннем этапе жизни ребенок, подобно медузе, выброшенной на пляж, обречен на быструю гибель.
И только окружающая социальная среда (семья, родители, школа и т.п.) делают его ЧЕЛОВЕКОМ путем длительного обучения всему тому, что накопило человечество к моменту его рождения. Отсюда следует логичный ответ на поставленный выше вопрос: человек живет для того, чтобы своей деятельностью обеспечить более благоприятные условия для жизни следующих поколений или, другими словами, всю жизнь и все силы отдать борьбе за прогресс человечества, за расширение границ его возможностей и познаний.
А не ущемляется ли при этом ЛИЧНОСТЬ человека, СВОБОДА его воли, не подавляются ли его желания, стремления, интересы? Не становится ли он рабом своих родителей, учителей, начальников и т.п.? Нет! Как показывает жизненный опыт многих, человек может полноценно реализовать свою личность только на пути служения обществу и человечеству.
Обратимся к бесценному творчеству А.Пушкина. Оплакивая судьбу своего погибшего молодого героя Ленского, он поэтическими средствами говорит о вышеназванной диалектике личного и общественного.

Друзья мои, вам жаль поэта:
Во цвете радостных надежд,
Их не свершив еще для света,
Чуть из младенческих одежд,
Увял! Где жаркое волненье,
Где благородное стремленье
И чувств, и мыслей молодых,
Высоких, нежных, удалых?
Где бурные любви желанья,
И жажда знаний и труда,
И страх порока и стыда,
И вы, заветные мечтанья,
Вы, призрак жизни неземной,
Вы, сны поэзии святой!

Быть может, он для блага мира
Иль хоть для славы был рожден;
Его умолкнувшая лира
Гремучий, непрерывный звон
В веках поднять могла. Поэта,
Быть может, на ступенях света
Ждала высокая ступень.
Его страдальческая тень,
Быть может, унесла с собою
Святую тайну, и для нас
Погиб животворящий глас,
И за могильною чертою
К ней не домчится гимн времен,
Благословение племен.