Кто за, кто против

Говорят, что мы идём к капитализму,
Нас ведёт туда бессменный ихний вождь.
Вот ему в четверг на съезде вставят клизму
И всё с неба будет сыпаться, как дождь.

Говорят, он в этом съел уже собаку
Не одну, а целых семьдесят собак.
Его Ленин всё науськивал на драку,
Но пока что всё обходится без драк.

Он готовит в Думе план,
Пополняя свой карман.
Он всё время в Думе думает про нас.
Как подгонят броневик,
Так залезет тот старик,
Это будет наш победный, звёздный час.

Говорят, что скоро будет справедливо
Что у них уже есть справедливорос.
Правда, тявкает не часто и трусливо.
Но, чуть что, всегда сигналит сразу SOS.

Говорят, что он всегда во всём за граждан,
Только лает справедливо и за власть,
Да и тявкает про то, что знает каждый,
Открывает лишь для виду свою пасть.

Он сидит там тридцать лет.
Он уже стал там, как дед.
А в буфете он, как ест свой бутерброд,
Попивая сладко чай,
Спросит, как бы невзначай:
- А покушал ли сегодня наш народ?

Говорят, что был ещё один когда-то.
Он был клоуном у них – ну, анархист.
Сам он ВУЗ закончил круглым азиатом,
Мама – русская, а папа был… юрист.

Он хотел дать каждой бабе по два мужа,
Он хотел мыть в океане сапоги.
То есть, был он на всю голову простужен,
А вокруг ему мерещились враги.

Он устраивал дебош,
Он кусал всех, точно вошь,
В президенты даже метил и не раз.
Вроде был он, как пророк,
Всё предсказывал, как мог,
А кто был с им не согласен, - сразу в глаз.

Вот такие в нашем царстве у нас «слуги».
Скоро новых будем (тех же) выбирать,
Потому, как нет других во всей округе.
Будем дальше в демократию играть.

Мы везде расставим урны: хоть в буфете,
Хоть на кладбище, хоть в бане, хоть в кустах,
Лишь бы только были счастливы все дети –
Как в Артеке, так ещё в двух-трёх местах.

Все засуньте в этот день
Куда надо бюллетень,
Да глядите не распахивайте рот,
Потому как есть закон,
Что мандат до похорон
Выдают тому, кто сущий патриот.