Amadeus

Светлый путь, ковчег, бродяга,
всё что было сверху шеи
оборвал поток бадьягой
в ад и рай несовершенный.
Страшен век и вечно странен,
жизнь и смерть цепами спеты,
путь-звезда в корабль-странник
через нос петлёй продета.

Только вырванно кольцо
якоря
не чресла сильным,
ликом Образа лицо
осветилось через силу.

Я не вестник божьих правил,
просто в поисках экзоты
не спеша десницей правил
линий пену к горизонту.
Не махнут мне на прощанье
зацелованные руки,
невозможны больше тщанья
в гнутый гарус ветра муки.

Сном-сомнений недотрог,
кто-бы верил,
кто-бы мог
зародить открытий землю,
что лежит у ваших ног.

Не хранят оберега,
разорвавшей веры в клочья,
скал крутые берега
растерзают пастью волчьей.
Донесут обломки Весты
до живых благую весть
над без имени злым местом
расположат Южный крест.

Под крестом совьёт манок
гнёзд-желаний, не венок,
вечным их не исполненьем
буду я не одинок...

Что-же ты, моя душа
не открыла истин разом!
что-бы новых тел дыша
полной грудью правил разум.
Что-бы верных слуг хранил
рабьих меток раскаленных,
век чела их огранил
пыль оставив на коленях!..

Не менять им трюм на тэрмы,
Не любви слать Аллилуя,
Не боятся тьмы и темы,
гнать последним поцелуем!..

Не бесславно прожит миг,
доверяясь волн кипенью,
прямокрылый гордый бриг
режет прядь небесной тени.
Повернув её огням,
корм - Весталкам в подношенье,
сон нарушат западням
носовые украшенья.

Стёрто грубых пальцев-грозд
в кровь коров небесных вымя,
памятью погасших звёзд
Вечной
будет только Имя!

Светлый путь, ковчег, бродяга,
сверху шеи только муки,
просолённых пут бадьягой счастья
вытянуло руки.
И уже не остановят
на пустой ладони крохи,
тысчелетья восстановят
черепам надменный профиль.

...Недостаточно длины
берегов размытых
рекам,
обнажась из Божьей глины
буду снова
Человеком!