Песня о человеке (хулиганистая)

Господь копался в небесной кладовке, вздыхал,
Глину месил, то хмурился, то хохотал.
То колобок получался — катится сам собой,
То зверь неведомый: хвост крючком, нос трубой.
«Ну ладно, — думал Творец, — хватит экспериментов,
Пора лепить человека — серьёзный элемент!»
И вот из той же глины, что шла на чудеса,
Слепил Адама — ну прямо загляденье, красота!

Адам по Саду бродит, скучает и вздыхает,
Вокруг цветы, плоды — а сердце всё сгорает.
«Ну хоть бы кто-то рядом, чтоб слово молвить мне,
А то с деревьями болтать — тоска в моей спине!»

Увидел Бог тоску его — и стало жаль Творцу,
Пока Адам дремал в тени у старого куста,
Он ребро тихонько взял — без боли, без обид,
И шепчет: «Ладно, ладно, сейчас мы всё решим!»
Но только начал лепить — и понял: глина тут не та,
Не держит форму, не ложится, чужая здесь мечта.
«Да уж, — вздохнул Господь, — не глина это, точно знаю,
Тут что-то большее, чем пыль земная, понимаю!»

Но ничего, решил Творец, пусть будет так сперва,
Потом накрасится — и станет лучше, чем Адам всегда!
И с той поры идут они, не разнимая рук,
Спорят, кто красивей тут, кто самый умный вдруг.

Один кричит: «Я главный, я первый был на свет!»
Другой в ответ: «Зато мой взгляд — вот это аргумент!»
А Бог сидит на облаке, качает головой:
«Я создал мир, я создал всё… но этот спор — не мой!»

Так и живут: то мирятся, то снова за своё,
Два сердца, две дороги, одно большое бытие.
И если слышишь спор в ночи, не надо удивляться —
Так с самого начала было, нечего стесняться!