Когда потухли все светильники ночные
И мне дорогу переходит чёрный кот,
Из кабака иду, я никого не жду,
Я полюбить уже не смог бы ни кого
Из кабак иду, я никого не жду,
Я полюбить уже не смог бы ни кого
Мне девки руки целовали и любили
Помог одной вдове пропить свой отчий дом.
Колечко с брюликом я у неё увёл
И на четыре года в хату я зашёл
Колечко с брюликом я у неё увёл
И на четыре года в хату я зашёл
Сижу на нарах, как буржуй на именинах,
И пайку серого мечтаю получить.
Гляжу, смотрю в окно, теперь мне всё равно!
Решил я искру своей жизни погасить.
Гляжу, смотрю в окно, теперь мне всё равно!,
Я жизнь свою решил всех раньше погасить.
Когда потухли все светильники ночные
Не стоит в темноте по улицам ходить
Из кабака иду, я ни чего не жду,
Я полюбить уже не смог бы ни кого
Из кабака иду, я ни чего не жду,
Я полюбить уже не смог бы ни кого
Когда потухли все светильники ночные
Не стоит в темноте по улицам ходить
Из кабака идёт, он никого не ждёт,
Он никого уже не в силах полюбить!
Из кабака идёт, он никого не ждёт,
Он никого уже не в силах полюбить!
Когда-то пели, помню, эту песню под гитару.
Но все слова забылись, остались лишь цитаты.
Спасибо, Андрей, что оживили старую песню, очень популярную когда-то.
После войны Глеб вернулся в Ленинград. У матери был новый муж, который настороженно отнесся к пятнадцатилетнему строптивому пасынку. Глеб поступил в ремесленное, где учился на столяра-краснодеревщика. Не доучился. Вот как он сам описал то, что произошло: «Личное карманное оружие я нашел в чемодане приехавшего на побывку в Ленинград морского офицера - приятеля моего отчима… Изоляция меня от общества было делом предрешенным. Но мне еще не было 16, и прокурор предложил без суда отправить меня в детскую исправительную колонию»… Из колонии Глеб удрал и добрался до деревеньки под Кинешмой, где в школе учителем работал его отец, отсидевший свой срок. Здесь, в тиши, вдали от мирской суеты началось его восхождение по ступеням поэзии. Но пережитое в годы войны, общение во время отсидки с колонистами не покидало его и выплескивалось в стихи. Так родилась песня "Сижу на нарах, как король на именинах". Она стала блатной классикой. В антологии новейшей русской поэзии под текстом стихотворения указано: «село Наволоки г. Кинешма 1953 г.». В другом источнике местом рождения песни называют город Череповец, где Глеб служил в стройбате. Впрочем это не суть важно. Предлагаю читателям слегка сокращенный текст песни: