16+
Лайт-версия сайта

Демоны бледной-розовой сакуры (Агенты Яломиште часть 100.1)

Литература / Фантастика, фэнтези, киберпанк / Демоны бледной-розовой сакуры (Агенты Яломиште часть 100.1)
Просмотр работы:
22 сентября ’2021   08:37
Просмотров: 385

Знаешь, Костя! Чую, что неспроста они затеяли возню по всем фронтам.
- В смысле?
-Да наехали так или иначе на всех. Су Джона и Валерий Гу – и эти попали под раздачу. Конечно, твой отец – паренек тихий. Но если рядом с ним Марфа.
- Да я и сам, если кто-то недобро смотреть на Любу или на детей. В общем, буквально становлюсь щеной сукой. Даже шерсть на загривке топорщится. Хотя деточки мои давно сами кого угодно задерут.
-В общем-то, товарищ Гу говорить что-то в адрес Марфы позволяет только приемному отцу и Зинаиде Борменталь.
- Так ни Су Джон, ни Зинаида про Марфу слова худого не сказали. Да и не скажешь про нее. Нормальная женщина, и отца любит. Зинаиду Борменталь папа любит, как сестру. А Марфу – как жену.
- Так вот нашлись те, кому Марфа Гу пришлась не по душе.
- Я так думаю, что это Ниночка, она же Нинон, по паспорту Артемова Нина Александровна. Расскажу, как я это увидел. Отец эту Ниночку не оскорблял. Ни словом, ни действием. Просто максимально корректно (для кумихо это трудно – не задеть когтями), взял сие чудо природы и вывел под белы рученьки на частый дождик. Ее дочки Сонечка о пянадцати годах и Тонечка о двенадцати сами выбежали. Почему-то вид разозлившегося кумихо их напугал. Если придираться к Су Джону и отцу, тогда и Ксению Николаевну винить в том, что у нее есть дача.
- Да уж, прямо таки эпистолярная эпидемия…
Дело в том, что с мая по октябрь Су Джон Гу и Ксения Николаевна Озерская проводили в дачном поселке « Амурский Плес». Дачный домик был достаточно просторным, благоустроенным. Эльф сильно удивился, узнав, что Ксения увлекается садоводством. И начал подозревать, что именно это увлечение помогло его возлюбленной так долго сохранить тело в относительном здравии, а разум светлым. Даже сам включал в ежедневный утренний комплекс «силовые упраждения с лейкой» и отработку удара с топором. До места службы пятнадцать минут на электричке. В домике имеется хорошая печь, которая обогреет дом в холода. Они бы и зимой жили, но слишком жутко одним среди белого безмолвия.
В этот домик приезжали и дети Ксении с внуками, и отпрыски семейства Гу: Константин Кумихов с детьми, внуками и даже Гу Воль Реон старший с Марфой навещали отшельника. Марфа, имея в своем распоряжении грузчика в лице супруга, всегда привозила гостинцы. Тем более, что Марфуша отценила такое техномагическое благо, как телепорт. Старый эльф с удовольствием наблюдал, как его приемный сын буквально расцветает с новой спутницей жизни. На то, чтобы заметить перемены, хватало мимолетного взгляда.
Тем более что Воль Реон и Марфа слишком долго в гостях не засиживались, чтобы не утомлять визитами далеко не юных хозяев. Да и по Кан чи эльф скучал. Хоть и не растил его, но все-таки сын. А старшая внучка – вылитая первая супруга. Марфа не ревновала мужа к внучке. Не смотря на сходство внешности и характера, Кира – это совсем другой человек. Даже если она – реинкарнация первой жены эльфа. Лис понимал и принимал тот факт, что Кира – это не Со Хве. И никогда ею не будет.
Та, что так же, как Со Хве ходит, улыбается, злится. Только воспитана она совсем в другие времена и в других условиях. В мире, где воспитывалась Кира, принято оценивать человека по делам, а не по происхождению. И выбирать спутника жизни по сердцу, а не по приказу. Как у поэта Есенина сказано об этом, эльф запомнил: «девушек весенних на цепи не держат, как собак». Мужчина, которого выбрала внучка, был достоин этой любви. Эльф, когда твердо решил лечиться, считал, что нужно жить дальше. Не цепляясь мертвой хваткой за прошлое. Оно прошло. И прекрасно только в романтических грезах. Было ли возможно их счастье с княжной Юн Со Хве? Дикого лесного паренька и дочери богатого землевладельца? Эльф теперь понимал, что нет.
- Понимаешь, Марфа. Это мне тогда казалось, что стоит мне, путем прохождения непонятного обряда, стать обычным человеком, то будем мы жить долго и счастливо. Но обычным человеком я бы не стал в любом случае. Даже если бы и стал, это все равно ничего бы не поменяло. Юношеская страсть рано или поздно прошла бы. Со Хве открыла глаза и ужаснулась бы убожеству обстановки, в которой оказалась. Не смогла бы она всю жизнь провести, заточенная в укромном уголке леса, с любящим, но таким недалеким мужчиной. Считать каждую миску риса, каждый шмоток мяса, мерзнуть в пещере зимой. Рано или поздно, она бы наигралась в хозяйку леса. И ушла бы от меня. Так или иначе, но ушла бы – с проклятиями, со смертельной обидой в сердце…
-За что обижаться то! Ты же не делал ничего плохого….
- Марфа, да я столько дров по глупости наломал. Во-первых, не сказал Со Хве, кто я и что я. Тем самым ввел ее в заблуждение. Зная кто я, она, возможно, и не позволила бы себе ответить на мои чувства. Не разделила бы со мной ложе, не зачала бы ребенка. Не сказал ей о смерти родного брата и служанки, которая была им, как сестра, хотя обязан был. Но я так не хотел, чтобы она страдала, так боялся ее потерять…. Но ведь это не отменяет, что я был нечестен с юной женщиной, которая мне доверилась.
- И ты решил, что виновник всех бед юной княжны – это недостойный эльф кумихо, посмевший полюбить юную красавицу. А вовсе не чинуша-предатель, оболгавший ее отца и истребивший всю ее семью? Ведь это он виноват, в том, что девочка тогда оказалась привязанной к дереву. Без его участия ваши пути не пересеклись бы никогда. Со Хве вышла бы замуж на мужчину, равного ей по знатности и по богатству, и прожила бы с ним свою жизнь, так как принято. Ты рано или поздно приглянулся бы какой-нибудь симпатичной лисичке – ты и по характеру покладистый, и на лицо пригожий, и не гулящий кобель, и не обманщик. Хотя и лис. Ты, Валера, почему решил, что Со Хве с тобой была бы несчастлива?
- Потому что мы слишком разные. Просто из разных миров. Я не мог бы дать ей то, к чему она привыкла. А я сам? Смог бы оценить по достоинству то, чем она ради меня жертвовала? Красотой нежных ручек, готовя мне ужин и убирая пещеру. Нежными пальчиками, зашивая и стирая мою одежду.
- Ты поэтому мне помогаешь?
- Я помогаю тебе, потому что сильный здоровый мужик…. Был…. Потому что заботиться о любимой женщине, облегчать ей жизнь всеми доступными средствами – это не подвиг. Это нормально. А тогда я не понимал, как тяжело вчерашней принцессе жить вдали от цивилизации, без прислуги. Без привычных развлечений.
- Но ты же жил.
- То я – контуженый эльф-оборотень, приученный обходится малым. А то юная княжна. Мы с Со Хве просто цапались бы по мелочам. И, рано или поздно, но разбежались бы. Годы, которые юная княжна потратила на кумихо, юное здоровье никто ей не вернет. Прав был Су Джон, не стоило мне лезть в ее судьбу.
- Валера. Я очень уважаю твоего приемного отца. Только разве может нормальный мужчина быть безучастным к участи понравившейся девушки?
- В этом и беда. Хотел как лучше, а получилось, как всегда.
Кумихо честно сказал жене, что его прошлые чувства осталось в прошлом. Сейчас он счастлив с Марфой – она теперь в его сердцах и в его мыслях.
- Я люблю Киру, но как дитя моего сына. Но ни в коем разе не как женщину. Моя женщина – это ты, Марфа. Я люблю сына Кан чи и его детей. Но моя женщина это – ты, и другая мне не нужна.
- Валера, пойми меня правильно. Я не ревную тебя ни к жене покойнице, ни к детям и внукам. Конечно, мне плохо верится, что тебе полторы тысячи лет. Но в любом случае, жить мы начали не с чистого листа. У обоих есть прошлое, которое не перечеркнешь. Глупо ждать, что ты все эти годы провел невинным мальчиком. У меня у самой дети…
- Марфа, я сразу понял, что вы трое идете в комплекте. Либо я принимаю вас всех, либо остаюсь один… Фамилию я Ивану и Наталье не меняю, исключительно потому, что не хочу лишать их своих корней. Василий Солнцев был достойным человеком: относился к тебе с уважением, детей любил, работал, погиб, защищая свою страну. Мне абсолютно не в чем его упрекнуть. Лишать детей такого отца, ради того, чтобы потешить свой эгоизм и примазаться к его заслугам, я не в праве.
- Но ты же любишь их. Защищаешь. Шпанюков, что хотели над Наташкой «пошутить» раскидал, те аж три дня заикались. А ведь ты тогда не превращался – просто личики отполировал….
- Понимаешь, любимая! Кумихо в боевой трансформации – это очень опасное оружие. Эти ребятишки – не враги. Просто безмозглые щенки, начитавшиеся дрянных книжонок и возомнившие себя тем, кем они не являлись. Пришлось их банально натыкать носом в реальность. А взрослого паскуду, который их науськал – доставил куда надо, пусть разбираются.
- Но ведь Натка, по крови, не твоя дочь. А ты вписался….
- Марфа, а разве бывает по-другому? Я назвался твоим мужем, отцом твоих детей. Поэтому я им обязан – как минимум, прокорм и защиту. Су Джону я тоже по крови – никто и звать никак. Он даже давно не мой опекун. Свои обязанности он выполнил давно, и после двадцати лет имел полное право не возиться со мной. Просто выпнуть под зад коленом под частый дождик на вольные хлеба. И никто бы не осудил старого солдата. Но Су Джон до сих пор любит меня и беспокоится.
- Валерка, я всегда знала, что ты – хороший.
- При путевой жене муж всегда герой.
Эльф относился к веселушке Марфе особенно трепетно. Потому, что она единственная из всех женщин приняла и полюбила его, зная о его врожденных особенностях. Из-за того, что он лис, мужчину веками преследовали. Он уже сам считал себя чудовищем, не достойным счастья не то, что счастья – простого человеческого участия. Особенно после того, как после комы начал стремительно терять память, о чем честно сказал Со Хве, пожелавшей вернуться: « Я еле вспомнил твое имя, с трудом узнал твое лицо!». Но Марфа, которая видела биотрансформацию Воль Реона Гу, не отвергла его с ужасом и омерзением. Наоборот, пожалела и взяла к себе жить. Эльф это очень ценил.
Ниночка Артемова – троюродная племянница Ксении с дочерями Сонечкой и Тонечкой появились на горизонте весьма неожиданно. Всем она объясняла про развод, какие-то невнятные « не сошлись характерами», и «тягу к родным корням». Вернее к квартире родной бабули – Ксения не вникала в детали. Эта Ниночка почему-то решила, что в лице тети Ксении обнаружила источник бесперебойного питания.
Как-то раз, Нина, неизвестно откуда раздобывшая телефон, поставила в известность:
- Тетушка мы с дочками заедем к вам.
Никто не заподозрил ничего дурного. Ксения и Су Джон, предположили, что дама отдыхает в санатории и просто хотят познакомиться. Нина с дочерями заявились ближе к вечеру. Хозяйка быстренько сообразила чайный столик: бутерброды с семгой, печенье, комочек сливочного масла, варенье из лесных ягод, которое оставили Гу Воль Реон с супругой. Су Джон привычно развел самовар. Ниночка недоуменно оглядела угощение:
- А ничего более существенного нет? Мы с девочками голодные, чтобы Вы знали.
- Могу предложить уху из щуки и творог….
- Тетенька, а как же кальмары, рябчики, вино красное, лотосы и оленина?
Су Джон хотел было сказать, что кальмары в море, оленина и рябчики в лесу, лотосы на озере, а вино в магазине. Но сдержался: эти наглые создания родственники Ксении. Вместо этого обратил назревающий конфликт в шутку:
- Извините, красавицы, рябчиков не завозили.
- Ладно, давайте Вашу уху!
Гостьи сидели до позднего вечера, напросились ночевать. Су Джон был не рад, что не вышвырнул мадам с дочурками. Он сам не так уж и страдал. Когда караулил больного сына, вообще спал вполглаза. Но его Ксения не могла заснуть всю ночь. Гостьи громко хохотали, резвились, а после доставали хозяйку претензиями:
-Подушка душная, одеяло кусачее…
- Эта спальня слишком тесная.
- Очаровательно! Сами в хорошей комнате, а нам в кладовке Спасибо, что на койку. А не по-корейски – матрасик на пол бросили.
- А кто это там фыркает? Тетушка, сходи посмотри…. Что за отвратительная рожа! Да это же бурундучок! Какая прелесть!
Утром гости, не смотря на все страдания, были свежи и полны сил, аки лесные нимфы. За то хозяева еле передвигали ноги. «Столичные штучки» повадились ходить к тете Ксении, как к себе домой. Постоянно оставались с ночевкой. Но при этом удивляли своей беспардонностью даже видавшего всякие виды Су Джона. С невинно-нахальными личиками копались в нарядах Ксении. При этом спокойно могли испортить хорошую вещь:
- Так получилось, не виноватая я.
- Но это было мое вечернее….
- Тетушка, тебе, что тряпки жалко…
- Сударыни, когда берешь чужую вещь, с ней нужно обращаться бережно. И так, к сведению. Шелковое платье в лес не таскают…..
- Да ладно, тебе дядя Ваня! Тетушка же разрешила!
При этом подъедали съестные запасы подчистую. То, чем эльф и его подруга питались неделю, семейство Артемовых уничтожали за один присест:
- У девочек организмы молодые, растущие.
При этом на просьбу тетушки привезти с собой хотя бы булку хлеба, всем своим видом показывали оскорбленную невинность:
- Фи, тетушка! Как я это потащу со станции? А что, Марфа с Валеркой не приходили? Марфуша такой хлеб печет…
- Интересные вы создания, – встрял в разговор эльф. – Бутерброды хомячить в три жала ни разу не погнушались, а булку хлеба принести это непосильная тяжесть.
- Ой, дядя Ваня! Вы такой интересный! Зачем я должна свои хлебные карточки тратить. Знаете – полдня в очереди стоять, а потом тащить Мне, дядюшка, никто специальные пайки домой не приносит.
- Так вроде Ксенечке, тоже специальный курьер продукты не доставляет. Я тебе, девочка, никто. И поэтому о себе молчу. Меня ты ни любить, ни жалеть не обязана. А свою родственницу можно бы и уважить.
- Кто бы говорил..
Когда же Ксения просила родственниц убавить громкость патефона:
- У Ванечки срочная работа. Потише, девочки…
Гостьи, в лучшем случае, пропускали мимо. А то и вовсе включали граммофон на всю мощь. И ничего, что люди спят, и ночь кругом. Девицы веселились ночь напролет, а утром до обеда спали. И лишь когда гости уезжали, Ксения вздыхала с облегчением. Су Джон ощущал себя беспомощным и дезориентированным. Если бы безобразничали его родственники, он бы меры принял без колебаний. Но, эльф не был до конца уверен, что поскандалив с Ниночкой, он не обидит Ксению. И откровенно не знал, как поступить. Наглые девчонки его откровенно раздражали, но Ксения была слишком дорога. Но не было бы счастья, да несчастье помогло.*
В гости к отцу наведался Гу Воль Реон с Марфой. У старого эльфа сжалось сердце. Увесистую сумку невестушка держала сама. Правая рука сына висела на перевязи. И выглядел он каким-то подавленным и замученным. Хотя и старательно изображал, что все в порядке. Как он в этом похож на Кан чи. С чем же таким пришлось столкнуться парню, чтобы его так зацепило. А Марфа, скорее всего, как и Люба, не верит показной браваде. Видимо, она и уговорила парня повидаться с отцом. Неужели эти гордые прекрасноликие господа-солнцепоклонники снизошли. На островах есть умельцы, знающие, как «убить божество». Могли и нанять, в конце концов. Могут себе позволить. На фоне военных расходов Рейха - сущие гроши, а эффект должен был быть фееричным.
- Гу Воль Реон, что с тобой? Как это произошло?
- Да так. Фашистская пуля. На войне, Су Джон, иногда стреляют.
- Врать не надо! Ни за что не поверю, что ты не увернулся. Я видел тебя в деле! Кан чи? Воль Реон младший? Иван? Наталья? Сидор? Ты кого защищал? Я знаю, малыш, ты принял чужую пулю. Чью?
- Су Джон, да какая теперь разница. Я все знаю, что ты мне скажешь. Знаю, что для тебя моя жизнь и здоровье дороже всего. Пойми, я просто не мог поступить по-другому. Я же назвался мужем Марфы, отцом ее детей. Да знал я, что так будет. И что….. Как красивые слова говорить и с аппетитом наворачивать мясо, так это мы все герои и я – в первую очередь. А как отвечать за свои слова – так в кусты. Пусть женщину и мою дочь, которую она вынашивает, убивают. Я так – в сторонке постою: « Я не я, и лошадь не моя». Су Джон, я потерял двух женщин по своей дурости…..
- А с третьей голову, по той же причине.
-Я не растил Кан чи. В этом нет моей вины, но я пропустил целую жизнь. Не видел его первого шага, не слышал его первого слова. Не мне изливал горести первой влюбленности…
- Чем бы ты ему помог Гу Воль Реон?
- Да выслушал бы и утешил, хотя бы. Но меня не было рядом. Тем не менее, судьба дает мне еще один шанс. Быть не просто биологическим родителем, а отцом ребенка. Папой. Да я лучше умер бы сам, чем позволил убить моих девчонок.
- Двоих?
- Троих. Наталья – дочь Марфы, потому и мне дочь. Хорошая девчоночка.
- Знаешь, сынок. Раньше я бы тебе так и сказал. Еще бы и попенял: « Как ты можешь любить эту женщину!». Теперь же я говорю, что горжусь тобой. Только вот ты чем-то обеспокоен.
- Да просто боюсь остаться безруким инвалидом. Я люблю Марфу и не хочу быть ей обузой.
- Сильно болит?
- Днем не очень. Ночью самый смак. Конечно не первое превращение, но выть порой хочется. Готов взять топор и сам отрубить…
- То-то вижу, что губы искусаны. Знаешь, то, что рана не заживает – еще не приговор. Дай гляну. Я конечно не медик, но кое-что вижу. Потерпи, малыш, будет немного неприятно.
Сунувшая свой любопытный нос Сонечка, увидела нечто странное. Муж тетушки и его странный гость сидят за столом. Тот, которого зовут Валерка, положил руку на стол, размотал бинты. Опухшая, отекшая конечность с едва шевелящими пальцами. Старший эльф взял левой рукой ладонь сына, правой начал водить сначала над головой. Потом провел по плечу, и от локтя очень осторожно. Девка была готова поклясться, что видела, что от рук старого эльфа шло какое-то голубое марево. Лицо того, который помоложе (пятнадцатилетней Сонечке все, кто старше двадцати пяти казались глубокими стариками, дядя Ваня в ее представлениях динозавров живых видел), временами перекашивало от боли, в глазах слезы. Сонечка тихонько выскользнула за дверь. В ужасе гадая – расстреляют теперь ее одну или вместе с матерью и сестрой. Любопытная Софа услышала:
- Воль Реон. На двух уровнях тут и тут, в кости застряли посторонние предметы.
- На рентгене не видно.
- Так и не увидят. Потому как не металл и не камень. Только если их удалить, то недели не пройдет, будешь, как новый.
- Опять ничего не помнить, ползать и ходить под себя. Может, лучше ампутация?
- Не говори глупости. На завтра я договорился с полковником Рязанцевым, обещал помочь. На ночь прими обезболивающее. Ты должен отдохнуть – два месяца не спишь.
- Не помогает…
-Это поможет.
Естественно, на шумные истерики Артемовых никто не обращал внимания. Ксению Николаевну больше занимали переживания пасынка и его жены. Который боялся, что что-то пойдет не так. И он опять станет для любимой женщины не опорой и защитой, а источником опасности.
-Су Джон! Если что-то пойдет не так. Если у меня опять крыша съедет. Пусть приедет Кан чи….
-Он здесь для чего?
- Он единственный сможет прикончить меня. Защитить людей от опасности и прекратить мои мучения….
К счастью, операция прошла более чем удачно. В том, мысль Су Джона была правильной, убедились буквально на второй день после операции. Потому как заживать стало буквально на глазах. Окита, оперировавший Лиса, такого не видел. Кости срослись буквально на третий день. А вот, то, что, было извлечено, отправилось в секретные лаборатории.
Естественно, Марфа, в напряжении ожидавшая результатов операции, не обращала внимания на визг невоспитанных девиц и их недалекой матери. Ксения видела, как переживает ее возлюбленный ранение сына. С каким трудом он держит лицо, чтобы не ранить беременную Марфу мрачными мыслями. Каждый болезненный вздох или стон Валерия, как удар ножа в сердце отца. Она знала, как важны сейчас ее мужчине поддержка и сочувствие. Ведь он любит сына. И если бы только мог, то все его страдания перевел бы на себя. Ксения знала, что Су Джон имел особенность – понимать все без слов. Он просто брал руку любимой женщины. И прижимал ее к груди. Он был бесконечно благодарен за поддержку.
Однако Ниночку такое положение вещей не устраивало. Как так! Не они в центре внимания, не им лучшие куски. И вообще тетя Ксения и дядюшка крутились, вокруг какой-то страной парочки: Валерки и Марфы. Артемова старшая с видом оскорбленнной невинности поставила тетушке ультиматум:
- Тетя Ксюша! Выбирай или они - деревенская баба и приблудный оборотень. Или мы – твои родственники.
В ответ Ксения Николаевна нервно рассмеялась:
- Вот это мило! Я понимаю, конечно, что наглость – второе счастье. Только с чего Вы, Нинон, взяли, что кто-то Вашу семейку трутней будет силой удерживать, да еще и выбирать. Ванечка вообще терпел вашу компанию исключительно затем, чтобы меня не обидеть. Я же наивно думала, что у Вас, Нинон, если не совесть, то хотя бы здравый смысл включится.
- Тетушка, это Вы мне про совесть? Сами пригласили, а теперь выставляете….
-Девочки, я вас троих не приглашала. Вы сами нагло напросились. Мало того, ваше поведение и ваши «утонченные манеры» выведут из себя даже самого кроткого ангела. Ладно, Антонина и София еще дети, хотя в двенадцать лет пора иметь некоторое представление о правилах человеческого общежития, не говоря уже о пятнадцати. Но Вы, Нинон, сами подаете дочерям дурной пример. Девочки растут совершенно не воспитанными особами. Вы их не научили элементарным вещам, не приучили к труду и дисциплине. Они мнят себя Центрами Вселенных, хотя лет им всего ничего.
- Не Ваша печаль, дорогая тетушка, воспитание моих детей. Я из не прачек и золушек, я их королевами воспитаю.
- Знаете, красивые. Выбирать между нормальными людьми и тремя пиявками. Конечно, же, выбор Ксении очевиден. Хотя я готов принять любое ее решение.
- Ксения Николаевна! – вставила свои пять копеек Сонечка – Неужели Вам этот корейский сморчок Ванька и его контуженый сынок дороже своих детей?
- Милое дитя! Во-первых, он не Ванька, а Су Джон. Это тебе так, для повышения общей образованности. Мои дети взрослые и самостоятельные. Наша с Гу Су Джоном сердечная дружба никоем образом их не ущемляет.
- А внуки…
- Для них двери в дом и мое сердце всегда открыты. В любое время года и суток.
- Тетя, это что такое? Почему мы с девочками за покупками должны трястись в электричке? А этот Валерий Гу, как барин, на служебном транспорте. Не жирно ли?
- А ничего, что он после операции, еле ходит? И он не по пьянке в яму упал. Валерий, так, на минуточку, пострадал, защищая свою жену при выполнении боевого задания…
- А я здесь причем? Нет, это интересно, тетушка! Не я эту бабу брюхатила. Он, Валерка Гу, на машине катается. Я с детьми….
- Могла бы детей и не таскать.
- А двум развитым девочкам здесь делать нечего. Только сад и книги.
- Знаешь, Нинон! Если Вас, мадам, что-то не устраивает, я насильно никого не держу.
- Тетя, ты злая и жадная маразматичка! Ноги моей не будет….
- Свежо предание, да верится с трудом!
Нина наспех кое-как упихала в чемодан вещи. Гу Воль Реон, не говоря худого слова, меланхолично вытаскивал из комка прихваченные наглой бабенкой вещи мачехи. Девки выскочили раньше матери. И не увидели, как кумихо начал тихо оседать по стенке – внезапная биотрансформация подорвала силы. Су Джон, в отличие от Марфы, сильно испугался. Вдруг это все… Больше не видеть старому эльфу улыбки сына, не слышать его голоса…. Неужели ему останется только вспоминать….. И смотреть на дочь Воль Реона, если ей суждено родиться. Отшельник вместе с подругой подхваили парня и уложили на ближайший диванчик. Нину едва не разорвало от негодования:
- Тетушка это уже слишком! Мало того, что эти двое приперлись, так он на моей кровати разложился. Не много ли чести этому грязному недочеловеку. Бросьте ему матрас, как песику.
- Нинон, кровать если на то пошло, не твоя, а моя. Парня этого Валериона никто человеческого достоинства не лишал. Это раз. Ты, милочка, вместе с Сонечкой и Тонечкой все одно съезжаете. Это два.
- Нет, я этого не потерплю! Пес должен знать свое место.
Дама попыталась за ноги стащить кумихо с дивана на пол. Но явно переоценила свою физическую подготовку. Эльф-лис был достаточно крупным. Марфа, вцепившись в пышные кудри Нины, буквально за волосы оттащила от любимого:
- Пошла вон, тварь! Манатки собраны – в путь! Пинка ждете…
- А где же мы будет столоваться? Вы же не выгоните девочек.
- По-Вашему, Ксения Николаевна – это владелица бесплатной столовой для бездельников?
- А что, они сам жрут от пуза, а мои девочки должны сидеть на голодном пайке?
- У этих девочек есть мать, – грубо ответила Марфа, что отнюдь на нее не похоже («Неужели маленькая лисичка уже проявляет строптивый отцовский характер?» – подумал Су Джон). – Которая в состоянии, при желании, заработать на кусок хлеба. У которой, так-то есть квартира и не маленькая.
Су Джон не выдержал:
- Мадам! Ксения, я Вас люблю и уважаю, но может быть, хватит поощрять тунеядство? Хамства этой особы уже не возможно не замечать? Если семейство действительно бедствует, то девочки могут остаться – солдат ребенка не обидит. Но! На наших условиях. Режим, труд, физические упражнения в саду и чтение по вечерам. Никаких поскакушек до утра, никаких лежаний до обеда. Есть, что подано, спать, где покажут. Беспрекословное подчинение Ксении Николаевне. Первый каприз, и как говорит Кан чи, прочь с пляжа!
- Дядя Ваня, Вы серьезно? – возмущенно пискнула Сонечка, - Мне, что самой полы мыть?
- А мне посуду? – вставила пять копеек Тонечка. – А ягоды опять мне собирать? Вы думаете, что я позволю собой командовать.
- Если корона падает – бегом за маман!
- А еще интеллигенция! Быдло таежное!
Последнюю фразу Нина Александровна выкрикнула, в панике выбегая из калитки. Ей показалось, что сын Су Джона пошевелился. Своими глазами видеть кумхо в полной боевой трансформации, она не видела. Но люди рассказывали: так выглядит страх господень. Вдруг узрит огорчение на ясном личике своей Марфы, пойдет пластать виновников на лапшу.
Ксения, когда гости скрылись за поворотом , спросила:
-Марфуша, дитя мое! Как ты себя чувствуешь? Живот не тянет?
- Спасибо, Ксения Николаевна! Со мной все в порядке. А насчет Аннушки. Если судить по Косте, отпрыски семьи Гу крепко держаться за жизнь с самого начала.
- Ты дочка, побереги себя. Отдхони на природе, почитай. Еды полно. С Валерионом мы с Ванечкой съездим. А с тобой Мария Ивановна останется – дама в возрасте, но еще довольно бодрая. *




Голосование:

Суммарный балл: 0
Проголосовало пользователей: 0

Балл суточного голосования: 0
Проголосовало пользователей: 0

Голосовать могут только зарегистрированные пользователи

Вас также могут заинтересовать работы:



Отзывы:


Оставлен: 22 сентября ’2021   08:52
В этой части на фоне вполне удачной и ровной семейной жизни трех семейных пар, разворачивается конфликт с дальней родственницей Ксении Николаевны Нины Артемовой. Так же Гу Воль Реон (он же Валерий Гу) переосмысливает свое прошлое,размышляет над ошибками с пзиции взрослого. Еще больше ценит нынешнюю семью и любимую женщину. Су Джону изменяет его обычная невозмутимость, когда он оказался в растерянности.

Оставлен: 22 сентября ’2021   11:30
Как ни сохраняй спокойствие, а иные хамы всё равно достанут, и отреагировать придётся. А как не реагировать, если некто не просто наглеет сверх всякой меры, но и отравляет жизнь близким?

Интересно, что же такое извлекли из руки Воль Реона, и кто использовал это оружие против него?

Оставлен: 22 сентября ’2021   19:56
.Отвечу с конца. Скорее всего материал пули был сродни материалу браслета,блокирующему магию. Применили те, кому эльф мешал - немцы, скорее всего выкупили несколько экземпляров у японцев. Потому как бригады ниндзя, умеющие "убивать божества" были всегда. Естественно, ничто не стоит на месте.



Оставлять отзывы могут только зарегистрированные пользователи
Логин
Пароль

Регистрация
Забыли пароль?


Трибуна сайта

82
С Праздником, мамочки!

Присоединяйтесь 




Наш рупор







© 2009 - 2021 www.neizvestniy-geniy.ru         Карта сайта

Яндекс.Метрика
Реклама на нашем сайте

Мы в соц. сетях —  FaceBook ВКонтакте Twitter Одноклассники Инстаграм Livejournal

Разработка web-сайта — Веб-студия BondSoft