16+
Лайт-версия сайта

КОЩЕЙ

Просмотр работы:
27 сентября ’2022   14:34
Просмотров: 411

Предисловие
Искренне не советую это читать, получилось что-то несуразное, пространное, к тому же весьма объёмное 240страниц, страницы будут пронумерованы. Прямая речь героев или приведённые их мысли, взяты в кавычки. Где-то в конце строчек, в скобках, привёл пояснения, терминов, устаревших, подзабытых слов, ну и ещё там, по мелочи. Многоточие в конце строки означает, что предложение, без знаков препинания продолжается на следующей строке.
Поэма по жанру: Киберпанк, фантастика, генетическая опера, и немного фэнтези, криптоистория. Действие происходит на Руси, второй половины тринадцатого века, времена Александра Невского.

КОЩЕЙ

ГЛАВА ПЕРВАЯ "ЧУЖАК"

От сёл окрестных тёмною отгородясь чащобой,
На речке малой, ниспадающей с порожка,
Ютилась мельница, и там трудился на отшибе,
“Бирюк”, невдомо, вообще он сколько прОжил?
Обосновался пришлый дядька и барыш брал,
Платили за помол пшеницею и рожью.

Костили, знамо, деревенские, как ведуна и скрягу.
“Как не ведун он!?” “Эко “Диво” сам соорудишь ли?”
“Да разве же мужик обычный речку под ярмо запряг бы!?”
Хоть были те, кто строить помогал, средь живших,
И помнили, как возводилась там запруда.
Как пришлый расписал, что всем окупится труд лишний.

В почине заручился старосты поддержкой,
Расписывал работникам, чего куда звеном приладить,
Хоть те не понимали, как детали связкою друг с дружкой
В едином ходе заработают, промазанные лярдом*. (ЛЯРД - ЖИР, ТОПЛЁНОЕ САЛО)
Пока что*, взгромоздили на места из спилов дуба жернов каждый. (В СМЫСЛЕ ВРЕМЕННО)
Ох, навозились над его затеей смутной люди! (Стр №1)

И кузнецу из местных привалило дела столько,
Детали, скобы, и валы, всё для работы механизма.
По большей части не мудрёно, только из металла стопки…
По разуменью кузница для функций невообразимых.
Про остальное понимал, как то приладят к стыкам,
Как обеспечат в механизме фрикционном брёвен связи ими.

Сложнейший, из всех тех, что брал, заказов,
Высокие стаканы, в целых полторы ладони,
Четыре их должно быть, да из толстостенной бронзы,
И были, чтобы Отлиты при этом цельно донья,
С идущими без расширенья стенками, как туес из берёзы,
Но не широкие, “Пришелец что удумал?”*. (В КАВЫЧКАХ МЫСЛЬ КУЗНЕЦА)

А более всего, в соображеньях по функционалу, озадачило,
Чтоб с боку возле донышка был тонкий высверлен канал.
Коль из такого пить, то растечётся налитое зелье дО чиста.
Заткнуть мизинцем разве что, иль справить малый клин?
Зачем-то лунку над отверстием задумал чёрт седой,
“Ну, раз заплачено, заказ готовый, мельник, глянь!”

“Вот от себя ещё добавил, украшенье, чтоб ободья”,
“У горлышка и дна перепоясав, выступали из литья”,
“И два на равных промежутках между ними будут”.
Сказал кузнец, “Хоть ты за красоту и не платил”.
Чужак, беря на ветоши заказ его с пол пуда,
Поморщился: “Ты наводить горазд тень на плетень”* (ТАКАЯ РАСХОЖАЯ ПРИСКАЗКА)
(Стр№2)
“Просил же сделать, как расписано мной в точности”
В руках болванки повертел, прутком пошуровал в жерлЕ,
Подул в отверстье боковое, видно, зря смурнЕл он тучею,
Как кубок драгоценный на руке цилиндр ошкуренный желтел.
“Ну что ж, работа славная, накину я к уплаченному давеча”,
Для дела моего труда, с усердием ещё, кузнец не пожалел


Вот громоздился над порожком* остов агрегата, (НАД РЕЧНЫМ)
Сруб струганный поверх, сарай пристроенный, дощатый.
И колесА пока недвижная стоит громада,
“Неужто обманул чужак, и все старанья тщетны!?”
И горе было бы ему, чуть результат промедли,
Ворчали мол: “Поверили, как простофили просто, в чудо”

“Да ведь и не особо верили, что будет в этом прок”
“Толкли же раньше в избах каждый в ступе по старинке”
Но староста, ему поверивши крестьян напряг:
“Покуда не страдА, уж подмОжите, возвернётся вам стократно”
“Деревне повезло, что недалече здесь речной порог”
“Чужак заверил”, “не похоже ведь, что мастер врать он”.

Крестьяне думали, ворочая, таская брёвна,
“Что коль не заработает, как обещал, “Ветрувиево диво”*”, (КАЖИСЬ, РИМСКИЙ ВРАЧ, АРХИТЕКТОР И МЕХАНИК ВЕТРУВИЙ, (НУ ПОМНИТЁ У ДА’ВИНЧИ, “ВЕТРУВИАНСКИЙ ЧЕЛОВЕК”?) КОНЦЕПТ ВОДЯНОЙ МЕЛЬНИЦЫ РАЗРАБОТАЛ)
“То горлопану пришлому, переломав конечности и рёбра,”
“Накинувши на колесо* верёвку, враз вруна того удавим.” (ВОДЯНОЕ КОЛЕСО МЕЛЬНИЦЫ)
Но чудо! Первая же запустить машину удаётся проба, (Стр №3)
Крутилось колесо, с лопаток сбрасывая в проворотах воду.

И впрямь, полегче, стало в шибко тягостном быту крестьянском,
А мельник из приволочённых глыб, пластов базальта
Тесал почти всю зиму жернова, штробить* непросто камень (МНЕ ЭТО СЛОВО ЗНАКОМО ПО МОЕЙ РАБОТЕ В СТРОИТЕЛЬСТВЕ (В ДАЛЁКОМ ПРОШЛОМ), ХОТЬ WORD ПОДЧЁРКИВАЕТ КАК НЕСУЩЕСТВУЮЩЕЕ)
Но истираются дубовые* как их “корова языком слизала”. (ЖЁРНОВА)
Кузнец ему чинил и правил инструмент закатан,
Брал деловито новые заказы на зубила.

И вОрот кованный, Степан приладил к механизму мельницы
Чтоб вбуривался днями на пролёт сам оборотами в базальт.
Отверстье в жернове появится за день, а не за месяцы,
Покуда воду льёт на колесо и в Ноябре поток без льда.
А лунку расточить на квадрат, уж самому помаяться,
Но каменные жернова зато работы и века не изведут.

Почти сдружились с кузнецом, и вправду было свойство общее,
У них, что разбирались в технике, селянам не чета.
Те недолюбливали, но ценили сведущих.
Как оказалась, мог и мельник в ремесле чему-то научить.
Как причастишься “ноу-хау” здесь в деревне сидючи?
Изделий сложности ведь не предел дамасские мечи.

ГЛАВА ВТОРА "ИЗГНАНИЕ"

Хотя сподручней с мельницей и впрямь шло дело,
Заброшены, в сараях порастали паутиной ступы,
Обещанное, задарма почти, перемолол, а дальше,
Уж плату требовал, зерна с телеги пуд отсыпать,
Так длилось через ропот пару лет, пока людишки… (Стр №4)
И вовсе не смекнули, гнать отсюда Стёпу.

“Не хИтро дело и самим управиться с отлаженным”
“Ему деньгу какую соберём как откупные”
“Мы ж не разбойники, а в православии живём уже…”
“Как века три, а заартачится, пусть на себя пеняет”.
“Тогда мы выставим, по праву сильного, жлоба взашей”
“Подход тот стар как мир, и пацанам босым понятен”

На деле так оно и вышло, что артачился он и увещевал,
Но не попрёт один тут против сборища людского.
В бессильной злобе он, ворча под нос, ушёл.
Народец в мельнице, соображая, огляделся,
Сам от природы сметки инженерной напрочь не лишён,
Смог по помолу то нехитрое наладить действо.

Хотя ещё не раз за лето будет доходить до драк.
В вопросах управленья агрегатом и по очерёдности помола,
Нередко отношенья кулаками выясняет с другом друг.
Всё устаканилось со временем, приличным сделалось помалу.
Дежурство установлено селян степенных, чтобы пО кругу, подряд…
Сменялись вахтой, и на тех хлебах не обнаглели.

Не предложили мельнику остаться на одних правах с другими,
Не перестал быть чужаком, не нужен здесь с его обидой,
Да и ему остаться не с руки, то, как попрать свою гордыню.
Не первый раз, на справное хозяйство зариться грабитель.
Была семья и мастерская с лавкой в НовогОроде, давно ли!?
Но князь “Святой” пройдётся хлеще, нежли до того орда Батыя.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ "СТАРАЯ ОБИДА"

Батый, тот, Новгород хотя бы обошёл минуя. Спас ли бог?
В других же городах степной явив нрав лютый.
Тут Русич, сворой словно бешенных псов, вёл набег…
И горожан маститых ослеплял, кастрировал, прилюдно.
Пустили во врата без боя, шаг тот от напасти нас не уберёг.
Глумился и терзал он вечевых избранников, голов* народных. (ГОЛОВ – В СМЫСЛЕ ЛИДЕРОВ)

Дружине и наёмникам посады Отдал князь на разграбленье,
С ним путь проделал пришлый люд не “задарма”, вестимо
Среди наёмников и татарва здесь, за добро* и пленных… (ДОБРО – В ЗНАЧЕНИИ ИМУЩЕСТВО)
Дерясь между собою, рыщут в термах высотных* (ДВА/ТРИ И ДАЖЕ ЧЕТЫРЕ ЭТАЖА)
Хозяев с челядью, кто защищали двор свой, пала уйма.
Соседи оттащили, раненного, от горящего строения, Степана.

Выхаживали долго, сами ведь, рискнув, гнев князя тем накликать,
Степан, как видный гражданин, там значился в понОсных* списках, (ТУТ, В СПИСКАХ ОПАЛЬНЫХ, ТЕХ КОГО ПОНОСЯТ)
Он сожалел, что не погиб тогда, дерясь возле калитки.
Перехвативши древко, полоснул он супостата* с пикой, (СУПОСТАТ – ВРАГ (УСТАР))
И сам почувствовал удар, очнувшись в луже крови липкой.
Когда уж сердобольные, погибших стаскивали, отнести к покою*. (ЗАХОРОНИТЬ)

Про сына с дочкой, и жену, узнал, что прах их…
В земле останется родной, здесь перемешан с пепелищем,
Не видели, чтоб вывели их узниками в путах.
В посаде тут и там провалы серые пожарища проплешин.
Сейчас ещё по божески, в замен с законною оплатой,
Теряет дело* справное, что ж, то разбоя княжича получше. (В СМЫСЛЕ БИЗНЕС) (Стр №6)

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ "СКИТАНИЕ"

Вот мельник погрузивши скарб свой, неказист, в телегу,
Не удовольствовался в той деревне местом батрака,
И двинулся, скорбя, глаза в какую сторону отсель глядели.
Механик, оказалось, нужен местным для подряда*, так. (ПОДРЯДИТСЯ РАБОТУ ИСПОЛНИТЬ, И ПУСТЬ УХОДИТ)
Не просто после сорока, всё потеряв, пристроится при деле,
Не в подмастерьях понукаемых, мастерового под рукой.

А тут ещё, округа вся имеющая уши знает, что чужак,
За коего ни кто не вступится задаром,
Везёт, куш небольшой, но всё таки, чуток деньжат.
“То чтобы не догнать его!?” так искус тАтей* дразнит. (ТАТЬ – ВОР)
До постоялого двора сподобилось ему, до нОчи тьмы дожить.
Но ведь и там поглядывает искоса народец разный.

Узнал он бузотёров из деревни, за столом соседним,
Трёх братьев непутёвых, “Не пришей рукав”*. (СЛОВЕСНЫЙ ОБОРОТ ТАКОЙ)
Зачем же заявиться на постой сюда им?
В деревне, дома, чем не пиршество и кров,
Но гнали лошадей, наверно преступление задумав.
Сейчас кутят “как ни причём”, гроши водились у воров.

Но за веселием, заметно, исподволь следят они,
Кивками поприветствовав знакомого при встрече.
Ответив мельник, сам поодаль всё ж, сел от детин,
Котомку прижимая, заказал простое что-то.
А ведь к концу подходит светлый день,
Не редко спящих на возах пристукивали напрочь тАти*. (Стр №7)

А тут ещё докУка, на главу седую, привязалась снова (ОТ ГЛАГОЛА ДОКУЧАТЬ)
Подсела с разговорами досужими гулящая девАха.
Такие могут ротозея накормить с едою зельем сонным,
И не потужат, коль переборщат, и те вообще подохнут.
“Ну, что насупленный? Тебя не называли ль Несмеяной?”
“Хмельного мёда для обоих нас возьми в ковше давай хоть”

“Отстань не до тебя, и нету бражничать с тобой настроя”
Притом, невольно, через беспокойство сам подметил,
Что девка, не потаскана, а то для разбитнОй и странно, (РАЗБИТНОЕ – РАЗВЯЗАННОЕ ПОВЕДЕНИЕ)
Та, видно, прожила, ещё и с малостью, десяток третий,
Но не одутловата, как других гулящих девок старят вина.
Быть может, что недавно подалась сидеть в трактирах?

Пустилась во все тяжкие, возможно, овдовев.
Осанистости не утратив, к незнакомым ластясь.
Не рЕдка миловидность у ведущих жизнь в разгулье дев,
Но эта хоть растрёпа, видно, что козЫрной масти.
Красива, и как нос ни воротил, а всё же разглядел.
Она же хмыкнула: “Закрылся ты напрасно”

“Но впрочем, без труда найду приятелей, повеселей”
Подсела к братьям трём, товАрок растолкав. (ТАКИХ ЖЕ ДЕВОК, ТОВАРКА – ЖЕНСКИЙ ВАРИАНТ СЛОВА ТОВАРИЩ)
К тем трём, что жили рядом с мельницей в селе.
Они и рады, случай подвернулся раз такой,
Красавицей потешится, ведь мельнику до света не слинять.
Для “дела” время есть, сподручней резать в темноте. (Стр №8)

Ушёл к телеге. Кажется, что ненароком “пАву”* он ревнует, (ПАВА – ЛЕБЁДУШКА)
Вернее беспокоится: “Ну как она со злыднями!?”
Что оказалась не женой*, наверно не её провинность. (КОМУ БЫ ТО НИ БЫЛО, КАК ДОЛЖНО)
Сон беспокойный скоро, может быть от зелья, одолеет им.
Без сновидений, в тёмную, провалом, в пропасть.
Прохладны ночи, хоть кругом уже и зелень, но не летние.

Проснулся поутрУ, что тормошит, будЯ его молОдка,
Невесть зачем в чужую забралась телегу.
“Эх, надо было, чтобы за мошнОй хотя б одно глядело око!” (МОШНА – КОШЕЛЁК)
Хватился за котомку, обошлось без недогляду,
“Кажись, на месте вещи. И чего галдеть ей дико!?”
Ещё своих пожитков в кузов накидала, видно.

“Ты за копейки не трясись, когда жизнь самоЯ на волоске”
“Кабы не удружила я, мог вовсе не проснутся”
“Иль ночью придушили здесь, или нагнали бы в леске”
“То, что удумали те зло, ничАй*, и сам просёк то” (НУ, ТИПА “НАВЕРНОЕ” (УСТАР))
“Давай ка, выезжаем, чтобы было нас к полудню не сыскать!”
“Приятели” мертвецки спят, им изловчилась порошок подсыпать.”

“Коли проснутся вовсе*, где ни то к обеду.” (А МОГУТ И НЕ ПРОСНУТСЯ, ЧАЙ НЕ В АПТЕКЕ, ЧТОБЫ ДОЗИРОВКУ ТОЧНО ВЫВЕРЯТЬ.)
“А за тобой теперь, передо мной “шалАвою”* должок.” (ЭТО ОНА ИРОНИЧНО СЕБЯ ШАЛАВОЙ НАЗВАЛА)
“Мне в деле надобно помочь, но с выгодою обоюдной.”
Он видит, что в возу верёвки мот большой лежит.
И плотницкий его дополнен инструмент, той девкою бедовой.
“Дорогою покуда правь, подалее от глаз, ушей, чужих.” (Стр №9)

Свернули на одном из ответвлений в чащи глубинУ,
Куда совались на возах или санях лишь за дровами.
Всё дальше правят в лес, порой держась ложбин,
Проложен путь водою, расступаются орешник и деревья.
А после лес пошёл редея, чахнущий, больной.
“ВСЁ, ПРРРУУ*!” Нет ни сейчас, ни раньше к ней доверья. (КОМАНДА ЛОШАДИ ОСТАНОВИТСЯ)

ГЛАВА ПЯТАЯ "ОСТРОВ НА БОЛОТЕ"

“Тут дальше нету ничего, лишь гиблое болото”
“Коль байки и не принимать в расчёт про страсти”
“Что здесь кикиморы и лешие, да с бабою ягой лютуют”
“Здесь нечего искать, а самому же просто, напрочь, затеряться”
“Топь и без чародейства бедолаг поглОтит” (ЭТО ВСЁ СЛОВА МЕЛЬНИКА, ДАЛЕЕ ЕЁ ОТВЕТ)
“Что ж, время поделится и с тобой причиной, и затеи сутью”

“Проведала доподлинно, где спрятан драгоценный клад”
“Как ведьмы ученица, на болтах собирала я в ту пору трАвы”
“Нашла проход до острова, о коем прочий знает* люд” (ОБ ОСТРОВЕ, НО НЕ О ПРОХОДЕ)
“Массив гранитный с соснами как не узреть напротив?”
“Средь топей вёрст, туда лишь птичке залететь” (ЭТО ВСЁ ЕЁ СЛОВА, ДАЛЕЕ СЛОВА МЕЛЬНИКА)
“ То, не похоже сказанное здесь признание на правду”

“Зачем тебе брать в долю некого чужого дядьку?”
“Сама таскала б золотишко и каменья торбой, как сорока”
“И если есть проход, его незнаючи найди кА”
“Зачем брела туда где не найти не рыбы и не раков!?”
“И точно нету трав, там над зловонной, вечной, гладью”
“А ты не глуп, и истинный расклад мне от тебя не спрятать”
(Стр №10)
“Нашёлся невзначай тогда столь необычный проводник”
“Что на словах, коль опишу, опять мне не поверишь”
“Вот лёгок на помине, замаячил, нам и невдомёк”
Над тинным морем разливАнным огонёк парящий
Мерцая красным и зелёным. “То, не иначе, как ведьмак,”
“За ним последуешь, в пучине будешь гнить, погрязши”. (СЛОВА МЕЛЬНИКА)

“Ну вот, не думала, что ты почтенный, из пугливых” (СЛОВА ДЕВКИ)
“Рассказу не поверил бы, но вижу сам. ОНО к добру ли здесь?” (СЛОВА МЕЛЬНИКА)
“А я увидев ЭТО в первый раз, доверилась, как птенчик безголовый”
“Пошла за поманившим через топь, живою добралась”
““Сказали”* мне, что перешеек вытекавщей из вулкана лавы” (КАВЫЧКИ, ПОТОМУ ЧТО НЕ СЛОВАМИ)
“Образовался тут, скрыт жижей с древности базальт”

С телеги спешившись, повёл коня он под уздцы,
Ориентируясь на огонёк, что мерно удалялся.
Но отставали если, тот не гнал, мог подождать.
Под грязью чувствовали горной тверди массу.
Шлось тяжело, трясина подступала под живот,
Колёса туго проворачивались в грЯзи и воде по оси.

“А, понял я, кто рассказал тебе про перешеек”
“Кажись и сам сейчас ловлю безмолвное”
“О помощи, в обмен за воздаяние, прошенье”
“Вещает не словами, а льёт волны образов, и смысл “оно””
“Не клад, не золото с каменьями, что просто ценны”
“Там нечто страшное, но, то сулит и знанье с силою”
“Чтоб поквитаться с князем мною не прощённым”
(Стр №11)
“Не клад там, а верней сказать, МОГИЛА”
“Быть может там пленённый, часа ждёт свободы сам Кощей”
Телега двигалась натужно в киселе из тины, гнили, ила,
Но твёрдо, рОвно было дно, как центр западного города, мощён.
Похоже, посылал тот светлячок, уверенности и кобыле,
А то ведь не загнать в топь и нагайкою, а тут упёрто шла.

В потёмках выбрались на сушу, изнемОгши.
Как мертвецы восставшие, грязнЫ, зловОнны.
Коня распряг, пустив на корм его подножный.
Девица разожгла костёр, заранее ей заготовлен,
За глыбами, в расщелине, “Укромнее быть нужно*” (ОНА ПОЯСНЯЕТ)
А светлячок исчез, дав им предаться трапезе с привалом.
“Бесстыдники”, бельё развесили пред этим выжав.

ГЛАВА ШЕСТАЯ "ОТКРОВЕНИЕ"

Дрожащие, в спасённой от промочки, кутались дерюге,
Но жарок был костёр, и сон уставших одолел.
Не тёмным омутом он стал, а дверью некой,
Она в сознанье рухнувшего идола* вела. (НЕ В ЗНАЧЕНИИ, КОМУ ПОКЛОНЯЮТСЯ, А СКОРЕЕ САМ ИСТУКАН)
Повествовал, что из земли он прибыл “тридевятой” (ПРИСКАЗКА ИЗ НАРОДНЫХ РУССКИХ СКАЗОК)
Её описывать нет смысла, как и тот далёк удел.

Непредставимо Вам, как то, так и другое,
А образы показанные ум ваш через чур обременят,
Вбирать придётся, то, что раньше не постигли вы, рекою* (ПОТОК НОВОЙ ИНФОРМАЦИИ)
Ослаб я ныне, только спящий чУток*, чтобы бормотанью внять. (ЧУТКИЙ)
Наверно дЕды лицезреть могли блистательный* приход мой (В БУКВАЛЬНОМ ЗНАЧЕНИИ)
Среди грозы, сам как ярило*, чрез бурю канул вниз. (ЯРИЛО – СОЛНЦЕ (УСТАР), В СМЫСЛЕ СВЕТЯСЬ)
(Стр №12)
Седьмой из НАШИХ я, кто вторгся в мир под солнцем,
В системе* той на курс встал к “дому” вашему вдогонку. (В СОЛНЕЧНОЙ)
Пришли без тел мы, и не то чтоб с ними нам здесь не с руки слоняться,
И думать нечего, что смогут уцелеть в дороге, бешен огнь где,
И запредельность, где живому не потворствует простор вселенский.
Тут дОлжно воплощение найти, для мира больше что пригодно.

Разбросаны изрядно мы здесь, по земле, планете чуждой,
Но в этом-то и смысл, и наше волеизъявленье.
Мир наш давно уж тесен. Нет, он не заполонён до жути,
Плодится мы давно умерили посыл, звериный, изначальный,
Как миновали и период войн, где было истребление нещадно,
Поняв, насколько личность зрелая столь значима вселенной.
Хотя и мы не знаем, смерть-то, нас и вправду ли лишает оной?
Или скрывает от живущих, в неизведанную вечность усылая?

Раздались вширь мы не количеством, не телом,
Сознание раскинулось, среди других, взимо-проникая.
Вопросы решены, мы в мире лучшего*, нетленны, (В МИРЕ ВСЕГО НАИЛУЧШЕГО)
Но как опрелостями мучим разум в примыкании,
И многих жажда исключительности мир покинуть отчий поманила.
А кто-то даже самоликвидировался, с этим зудом неприкаяный.

Конечно, были “просветлённые”, нашедши эквилибриум* (ТИПА, РАВНОВЕСИЕ)
И подозрительные отщепенцы, кто своё сознание закрыл.
Часть нас отпочкование, в далёком космосе, по нишам выбрали,
С лимитом на планету, о которых узнавали изредка,
Пригодные для ВОПЛОЩЕНИЯ*, чтоб там рискнувший пробовал (ОБРЕТЕНИЯ НОВОЙ ПЛОТИ)
Обосноваться в теле местного, у коего и мозг не мал, зверька. (Стр №13)

Нас только семеро, планеты застолбили зону,
Для остальных она теперь табу, по всем законам.
Да и затёрты точные координаты от преступного соблазна.
Вам в чём-то с нами повезло, вид* наш не очень-то злокознен, (КАК ВИД ЖИВОТНЫХ, А НЕ ВНЕШНИЙ)
А главное не тяготеем мы заполонить пространство безраздельно,
Миры подобных* есть, и горе, коль такого в вашу вотчину закинет. (ЖЕЛАЮЩИХ ЗАПОЛОНИТЬ)

И всё ж, планета словно бы живая, воспротивилась,
Вторжению для биосферы местной чужеродному.
При входе в атмосферу, обжигающий, спрайт* выстрелил. (ЭТО ГИГАНТСКИЕ МОЛНИИ, БЬЮЩИЕ В КОСМОС, СОВЕТУЮ ПОИСКАТЬ В СЕТИ ВИДЕО ПРО СПРАЙТЫ И ДЖЕТЫ)
Корабль посыпался, снедаем, напрочь, жаром адовым.
Но основной багаж надежно скрыт в астральной* капсуле, (БУКВАЛЬНО В ЗВЁЗДНОЙ)
В неё сам встроен, плотского обличья выжидаю в ней.

И капсулу земля* нещадно молниями исхлестала. (КАК ПЛАНЕТА, А НЕ КАК ГРУНТ)
Как будто бы заранее ждала, там грозовые тучи дыбом сгрудив.
Упав, по глади водной, как монеткой, поскакал настильно. (НУ ЗНАЕТЕ, КАК КАМУШКИ ПРЫГАЮТ ПО ВОДЕ)
На грунт лёг острова, и приземление удачно столь под гряды…
Гранитные, что тут утёсами топорщатся, чуть скалы не стесал я.
Не повредило бы и то, металлам нашим нечета и сталь булата.

Но молнии пожгли наружные панели силовые,
Лишивши левитировать способности моё вместилище.
Да не совсем уж в необжИтой дАли я свалился,
Тут было логово разбойников, злодеи те ещё.
Умы их проштудировав, спалил в них всякий синапс, (СВЯЗИ МЕЖДУ НЕЙРОНАМИ В МОЗГУ)
Не раз, за те десятилетия, тут люди некие шатаются. (Стр №14)

Вбирал дистанционно, что те знают, и “утилизировал”.
Привязан к месту сам, слал по округе соглядАтаев,
Плазмоиды, один из них вас проводил, они летя незримые,
Могли внедрятся в мысли, а не лишь украдкою подглядывать.
Чтоб представление о мире получить людей, заранее,
Потом уж обживаться там порядком*, средь людей “один в один”*. (АРХАИЧНЫЙ СЛОВЕСНЫЙ ОБОРОТ, И ВТОРОЙ ОБОРОТ ЗНАЧИТ ЧТО ПОХОЖ/НЕОТЛИЧИМ.)

На умерщвлённых мной, колония здесь муравьёв отъелась.
Контроль над ними взял, и пригодилась мелюзга.
Укрыли АГРЕГАТ те, хвою натаскав поверх от елей, сосен.
Пологий муравейник скрыл на года здесь капсулу от глаз.
Мои желания им как свои, их рать хоть мАла, но несметна.
Им собирать велел из почвы им богатой песок злат.

Но только мерный гул сознаний примитивных,
Был беспокоящим для моего*, ну прям как зуд. (ДЛЯ МОЕГО СОЗНАНИЯ)
Потом заметил, с ужасом, уже приятны их мотивы.
И с ними мыслил в унисон, отпрянуть бы назад,
Но цепко в том увяз, сознание дробилось эхом томным.
Сгустились небеса, спасением пришла на этот раз гроза.

Наверно, хор сознаний наших притянул и молнии удар.
Досталось капсуле ещё, но благо всё же ощутимей,
Букашек выжгло до непоправимого для интеллекта моего вреда.
Стал муравейник почвой за года, а не иголок лишь щетиной.
И сосны проросли, где указал посеять зёрна “маленькой орде”
До нынешнего времени не подводили логики расчёты. (Стр №15)

Но слабнуть стал с годами мой ковчег,
Как будто силы тянет из него своею толщею гранит.
Сознанием убить теперь я не смогу и маленьких пичуг,
Не в силах волю подчинять людей, а раньше ширь границ,
На вёрсты простиралось, там всевластие ментальное почти,
“О помощи теперь прошу, ГДЕ ДАВЕШНИЙ ГОРДЕЦ!?” (ЭТО ПРИШЛЕЦ С САРКАЗМОМ О СЕБЕ)

Проснулись после нОчи девка с мельником,
Не в том, в котором засыпали, мире,
Ей раньше знание приоткрывал дозировано мельком тот,
А нынче вывалил, познаньями засыпал прямо.
Заснули на болоте, а в галактике проснулись “Млечный путь”* (НАША ЗЕМЛЯ В ОДНОМ ИЗ ЕГО РУКАВОВ)
Земля была бескрайней, а вдруг взвеси стала шаром.

Над головой, напротив*, беспредельность, а не небосвода твердь. (В ПРОТИВОВЕС СТАВШЕЙ ВОСПРИНИМАТЬСЯ КАК НЕЧТО НЕБОЛЬШОЕ ЗЕМЛЕ, МАСШТАБЫ КОСМОСА РАЗДАЛИСЬ В ШИРЬ)
И кажется чужак был слишком откровенен,
Как после сказанного “душегубу-бесу” доверять?
Но памятен посыл прощальный: “Отказаться в праве”,
Тогда им выбираться предстоит самим до деревень,
А если вдруг получится, ждёт их такой же тривиальный,
Убогий быт, бесправие пред сильным, татарва.

“А воплотится коль поможете, могуществом не обделю.”
“Народ же от меня навряд ли пострадает,”
“Скорей всего и не заметят, что от них по сущности далёк…”
“Присутствует, без мании вредить, средь ада,”
“А как ещё назвать ваш мир? Вы от него снищИте* удила,” (ПРИЗЫВ: НАЙДИТЕ/ОБРЕТИТЕ) (Стр №16)
“С моей подачи, может быть исправите порядок стародавний.”

ГЛАВА СЕДЬМАЯ "КОВЧЕГ"

Оправившись, пошли на взгорок,
Там где в тени гранитного не малого утёса,
Над наносным пологим склоном призывал их огнь ярок.
“Светляк” копать им уступает для лопаты место.
И вправду, так неглубоко, совок в твердь под ногой ударив,
Поверхность металлическую обнажил, со злата блеском.

Казалось, это драгоценный княжый щит над погребённым,
Но нет, открылся из субстрата* в форме семечки сосуд, (ИЗ ГРУНТА)
Без крышек видимых, в продольных желобках и гранях рёбер,
Как раковин рельеф. Один конец на остриё как щит сведён,
Как будто два щита подобно створкам, или с крышкой гробу,
Запаяны, или отлито это сразу как предмет вообще один.

Размерами побольше, чем щит длинный, витязя.
Предмет блистал на солнце золотом червонным.
Коль дальше продолжать желают, то должны довериться,
“Светляк” им предложил, склоняясь чтоб поочередно,
Запястье в жёлоб приложили дева с старым* тем (ТОГДА И СОРОКАЛЕТНИЙ ЗА ДЕДА ПОЧИТАЛСЯ)
Кольнуло что-то вглубь руки, ту прочь одёрнув…

Осознавали, что для них всё изменилось безвозвратно,
По крайней мере телом уж не быть им прежними.
Посыл донёсся, что “трудится им не надо будет завтра”
“А после посмотреть, коль жАра нет у них”
Не до работы скоро стало, и подумалось, что зря так,
Доверились ему. Она как Жрицей неумёхою… (Стр №17)
Себя, похоже, тоже в жертву принесла, терзалась*. (МЫСЛЕННО, СОМНЕНИЯМИ)

И лошадь подвели, из золотой поверхности молниеносно…
По жилистой ноге тонюсенькое щупальце стегнуло,
Кровь выступила капелькой, поранило не сильно,
Чего же та взбесилась так? чуть было в топь не сиганула.
Троим* всем занедужилось, как лихорадкою свалило. (ВМЕСТЕ С КОБЫЛОЙ)
“Не зря давно среди людей то место слЫло гиблым”. (ОБЩАЯ МЫСЛЬ ПАРОЧКИ)

Метались в лихоманке*, чуть сознанье не теряя, (ОНА ЖЕ ЛИХОРАДКА (СТАРОРУССКОЕ))
Подумал мельник: “Умирая, надо б поквитаться!”
“Расколупать вместилище незримой твари”
Взял ржавый меч, здесь многое осталось от покойных тАтей,
Рубить пытался и колоть, изнемогая, то “зерно”, ту “тару”.
Но даже поцарапать он не смог её бока покаты.
Она же молча созерцала, понимая, возится зря старый.

Нет, то не золото, про их металлов твёрдость, видно, правда.
И силы тоже оставляют, мочи нету, надо бы прилечь.
Боль головная, тело же, как у “заломанных” в тайге медведем,
Все кости ломит, и суставы, словно вырванные дыбою из плеч,
Да, изводящую боль в мышцах, вызвал тот недуг, неведом.
Вот угораздило, не погребённым нам среди болота слечь.

Но удивительно, что не оставил “на последнем издыхньи” аппетит,
Мешок запасов вяленного мяса словно таял.
Лошадка же повадилась, лягушек с берега “из топи хвать”,
И как траву жуёт. “Что сделала жестянка с нами “золотая”?”
Но день на третий, вроде бы, та отступает хворь. (Стр №18)
Сил, кажется прилив, чтоб следовать и далее затее.
Где надо, выверенный по местам посев тот в хвое,
Что муравьи оставили, пророс, как РАЗУМ ИЗДАЛИ задумал,
И сосен над ковчегом для опоры всей оснастки* хватит (ПО АНАЛОГИИ С ОСНАСТКОЙ ПАРУСНИКА)


Пришлось, Рубить, пилить, по соснам лазать,
Сварганить чтобы подъёмный блок и вОрот.
С помощником не прогадала, ведь не всякий в сёлах знает,
Как механизм соорудить, смогли бы лишь “клад” вырыть.
А тут поднявши осторожно опустить ту капсулу в воз надо.
Чтобы осЕй и ступиц не сломать, не всякому, то дело впору.

Верёвками опутанный ковчег при оборотах вОрота,
Поддался, вверх пойдя, хоть блочная конструкция трещала,
Воз сдали задом под него, подъезд был вырытый.
Спустили, и гружённую телегу тянет кляча из траншеи.
Преобразилась кобылица, и такой не знала смолоду проворности.
Телега словно невесомая, для лошади, что прежнего тощее.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ "РАЗБОЙНИКИ У БОЛОТА"

Обратный путь давался легче, хоть и с грузом,
Теперь их даже стороною облетали злые комары.
За “светляком” последовав, к обеду выбрались из грЯзи.
Плазмоид же, назад в ковчег на подзарядку занырнул.
С пол мили не прошли, услышав оклик грубый, грозен.
Не чаяли, что кто-то может быть тут, их залётных акромЯ* (ПРОСТОРЕЧНАЯ ФОРМА ОТ “КРОМЕ”)

Мужик наперерез выходит, взявши лошадь за узду
С боков к ним двинулся люд “разношёрстный” (Стр №19)
По виду не дружинники, но при оружии всяк здесь,
Кто с топором, кто с кистенём, кто с шестопёром* (ЭТАКАЯ БУЛАВА С РУБЯЩИМИ ПЛАСТИНАМИ НА НАВЕРШИЕ, ВО ВСЕ СТОРОНЫ)
“О, мы уж думали, что упустили куш совсем”
“В топь лезть по уши на кой чёрт вам?”

“Мы сами на тот остров “ни ногой””
“Лишь логово здесь обустроили поОдаль”
“Тем пользуясь, что страху он нагнал”
“Не сунутся дружинники в округе собирая подать”
“И люд лихой ловя, над плахою нагнуть”
“Отсюда ходим до большой дороги* годы”. (РАЗБОЙНИЧАТЬ НА НЕЙ)

“Так долго не живут обычно лиходеи”
“Переловили многие другие шайки”
“Мы, что добро* само сюда придёт, не чаяли и думать” (В ЗНАЧЕНИИ ЦЕННОСТИ, ИМУЩЕСТВО)
“Зачем кому-то далеко так от дороги шастать?”
“Должно быть рыли клад, там залежи чеканных денег…”
“Наверняка. Разбойники там жили, скидываясь частью…”
“Награбленного на “общак”, зарыть на чёрный день то”

“Да с дедом справна дИвчина”
“Пусть поживёт ещё она с ватагой в браке”
“А то предшественница сдохла давеча”
“А ты дед извини, но от тебя не видим проку”
“Не то, что лошадь с возом и добром, приобретение удачное”.
И вскинул говорящий с кистенём в ударе, руку.

Дед из под сена, от борта схватил подобье колотушки, (Стр №20)
На вроде биты для лапты, вдоль по бокам из бронзы стопки.
Молниеносно рубануло кистенёво бИло* по макушке. (САМ ЭТОТ ГРУЗИК НА ЦЕПОЧКЕ КИСТЕНЯ)
Обычно мигом падали, или брал замиранья ступор,
А било в черепа прореху забивало, обмакнувши, шапку.
Для верности второй удар, смерть стопроцентна.

А тут, пока пошёл второй замах со свистом,
Дед вскинув “колотушку” сверху пестиком ударил
У донышка, где ободковый из литья заканчивался выступ.
Кроме него, дальнейшего не ждал ни кто бы и в угаре.
Со вспышкой гром, и дыма облако опричь* повисло. (РЯДОМ)
Не ведали, что может человек с руки бить громом.

Размахивавший кистенём подобно скомороху новичку,
Не докрутивши назад сальто, отлетел, взбрыкнув ногами,
Кровавым месивом лица упал в траву ничком.
Шок был ошеломительный, но вот сковал он только на мгновенье.
Чуть дальше от упавшего, боец, метнул топор-чекан,
Его поставленный бросок навряд ли мимо головы минует.

Дед “колотушкой” отмахнулся, сбивши в сторону топор,
Его метнувший бросился вперёд с кинжалом.
Он не один, но ближе всех, решают всё мгновения теперь.
Пестом ударил “колотушку” вновь, и всё у зАмершего тАти сжалось.
Но гром не грянул, дед забыл стволы то надобно вертеть.
Чтоб сверху оказался не порожний, “Эх, уже не та соображалка!”

Бьёт по стволу заряженному, снова глухо, (Стр №21)
С кинжалом руку он перехватил, заехав колотушки “пЫром”. (ТЫЧОК ПЕРЕДНИМ ТОРЦОМ (ПРОСТОРЕЧНОЕ))
Разбойник отшатнулся, зад свой наземь плюхнув.
Степан другого смог снести, наотмашь вдарив первым,
Когда тот саблею колол, казалось бы, пронизывая брюхо.
Та под армяк вошла, быть должен весь кишечник порван.
Но биться продолжал дедок, “Во! Резвый ведь! Не промах!” (УВАЖИТЕЛЬНЫЙ ЭПИТЕТ “ПАРЕНЬ НЕ ПРОМАХ”)
Подумалось, уж перед ними ль не Кощей бессмертный!?

Вторую от бортА схватив “Двустволку”
Направил было на разбойника с копьём…
Вокруг телеги их уж несколько вповалку.
Они не думали что бойкою бывает и бабьё,
А дЕвица, в одном из них оставив вилы,
Как будто не в новинку для неё бои…

Орудовала ржавой саблей и серпом отчаянно, проворно.
И самое невероятное, вот уж чего не ждал ни кто,
Кобыла за лицо как закусила челюстями перед нею вОра* (РАЗБОЙНИКОВ ВСТАРЬ ТАК ЖЕ ВОРАМИ ЗВАЛИ)
Его грызёт рыча, как пёс схвативши жадно кость,
Злодея от земли оторвала, и череп у него, разгрызен свёрнут.
Болтаясь он потрепыхался, да и жердью свис.

Трясла, мотая головой, труп бросила обмякший.
Терзала челюстями брошенное наземь “пАдали”* той тело. (ОТ СУЩЕСТВИТЕЛЬНОГО ПАДАЛЬ)
Второй хватая удила, с копытами проломленной осел* макушкой. (СКЛОНЕНИЕ ГЛАГОЛА ОСЕДАТЬ)
Зубами клацала, ну прям, не кляча – а волк злобный и матёрый!
Так дорого не обходились раньше сорванные кУши*. (КУШ – ДОБЫЧА, ПРИБЫЛЬ) (Стр №22)
Не думалось, то, что от дЕвицы получат саблею татарской,

Два раскроила черепа, той ржавой, выхваченной из под сена,
А остальные осмотрительнее шли теперь в атаку.
На расстоянии пытались заколоть рогатинами из осины.
Сбивала в сторону серпом, вновь те пытались тыкать.
Тычки, её помимо, пару раз дедку упёрлись в спину.
Реакцией на то, кряхтение мог выдать только.

Забот ему хватало и со стороны своей обоза.
Вторую он направил на копейщика “двустволку”,
Но бОльшую опасность чуя из кустов бузинных,
На шевеленье в них навёл, по “пушки” дулу стукнул.
Кусты обдало рубленным железом, и киргиз со стоном,
Да с треском выйдя, не успел воспользоваться длинным луком.
Стрелу приладив, выжидал, когда же дед в возу привстанет,
Возвысившись, он целью станет, над подельниками, лёгкой.

Истратил выстрел в лучника Степан на кой?
Он просто* в рукопашной копья перехватывать обучен. (ПРОСТО КАК ОБЪЯСНЕНИЕ, А НЕ ТО, ЧТО КОПЬЁ ПЕРЕХВАТИТЬ ПРОСТО)
Был в ополчении он новгородском против степняков,
Им в доме у калитки был сражён обидчик,
Плоть помнит стычки ратные, хоть время столько утекло.
А копьеносец замер, выстрелов из жерл боясь до чёрта.

Другие же отОрвы оказались посмелей,
Их двое подлетевши, саблями рубили.
Любой удар такой, в раз перебил бы и скота масёл*. (ВСЯКАЯ КРУПНАЯ КОСТЬ) (Стр №23)
Дед выставлял предплечья блоками, и словно бы без боли,
Не то, чтоб перерубленной конечности сегмент свисал.
Порой не успевал, и сабля по плечу иль боку била.

В горячке той, стрелу летящую увидеть смог,
Ему в лицо, и голову втянув, подставил шапки отворот.
Ударила та через шапку в лоб, едва не сбивши с ног.
Ценились лучники в разбойниках из пришлой татарвы,
В леса кто от мурзЫ* их нАбольшого сбёг, (МУРЗА – НАЧАЛЬНИК, КОМАНДИР (ТЮРКСКОЕ))
Желая воли, а не воевать почти что задормА*. (ПРОСТОРЕЧНАЯ ФОРМА ОТ “ЗАДАРОМ”)
А вот ведь, одного заряд картечи здесь в брюшину подстерёг.

Команд не дожидаясь, лошадь так рванула,
Что с воза ездоки не удержавшись, чуть не послетали.
Наперерез ей лиходей бежит, направив вилы. (ВИЛЫ ТОГДА ДЕРЕВЯННЫЕ БЫЛИ В ХОДУ)
Степан в него опорожнил заряд последний*. (НУ И ОДИН ОСТАЛСЯ С НЕ СРАБОТАВШИМ ЗАПАЛОМ)
Картечь ему срубивши ногу правую, свалила.
Отметилась кобыла, пробегав, промеж лопаток следом.
Проклятья в след звучали страшные, и присвист соловьиный.

Вот только их преследовать желающего не нашлось.
“Кто знает, сколько в возе “ГромовЫх стаканов”?”
И как заговорённые, бессмертный ли Кощей, иль Леший сам?
Попался им в обличии простого старикана.
Еще раз ненароком не встречаться лучше б с ним,
И с девкой, видно его дочкой, из стригоев* иль кикимор. (СТРИГОЙ – ПЕРСОНАЖ ФОЛЬКЛОРА, НА ПОДОБИИ ВАМПИРА)
Направив руку, грома силищей сносил,
И баба его, вот же ж не простА, как Мара (БОГИНЯ СМЕРТИ, КАЖИСЬ) (Стр №24)

ГЛАВА ДЕВТАЯ "ЭКИПИРОВКА"

Самим не верилось, что нет погони.
Наверняка не только пешие в ватАге.
Но стих по удаленьи за спиною гомон.
Располосован тут и там армЯк, весь брешами на дядьке.
А из прорех кольчуги строй* сплетённый кован. (ФАКТУРА, РЯДЫ КОЛЕЦ)
“Ну вот, а ты смеялась, что и вне ристалищ пододЕта”

И под искромсанными рукавами нАручи* (ЧАСТЬ ДОСПЕХА, ЛАТНЫЕ ПЛАСТИНЫ НА ПРЕДПЛЕЧЬЯХ)
“Всё было б ни к чему, когда бы ни с секретом шапка”
“ШишОк* кольчужный и с пластинами от первого удара выручил” (ТИП ШЛЕМА НЕ СПЛОШНОЙ)
“Зашитый меж слоями войлока, всё прошибика”
“Пластина и на лбу, чуть не пробитая, стрелою лучника”
“А ты без снаряженья обошлась, и не поранена “паршивка”* (ЭТО ОН ШУТЯ, ПО ДРУЖЕСКИ)

“За колдуна иль дурака крестьяне принимали”
“Когда навоз я собирал, сушил размазав”
“А после удивлял всех сбор налёта” (ОДИН ИЗ ПУТЕЙ ПОЛУЧЕНИЯ СЕЛИТРЫ, ИНГРЕДИЕНТА ПОРОХА)
“Проделывал такое под насмешки раз за разом”
“Для зелья огненного составляющие брал я помаленьку”
“Рецепт мной за большие деньги у ганзейцев* прознан” (НОВГОРОД КОГДА-ТО ВХОДИЛ В ТОРГОВЫЙ СОЮЗ ГАНЗЕЙСКИХ ГОРОДОВ, ДРУГИЕ ЧЛЕНЫ СОЮЗА В ОСНОВНОМ ПРЕДСТАВЛЕНЫ ИТАЛЬЯНСКИМИ ГОРОДАМИ)
“Но только применения потенциал, дано ль понять им?”
“Им это карнавальные шутихи, в праздники проказы.”
“Искрящих тростниковых трубочек недальние полёты.”
“Неведомо, что обрамлённое в металл, оружьем будет грозным.”

“Обхаживая в НовогОроде аптекарей заморских,”
“Скупал для проб своих диковинные вещества.” (Стр №25)
“На мельнице лишь подобрал состав, который не от Искры,”
“И не от фитиля, от кованного он всего лишь от песта*” (ПЕСТИКОМ АПТЕКАРИ В СТУПКАХ ПОРОШКИ ТОЛКУТ)
“Воспламенится под ударом вспышкой скорой.”
“Замазал этой кашицей запал*, та стала как сургуч*, застыв.” (ЗАПАЛЬНОЕ ОТВЕРСТИЕ С БОКУ У ДОНЫШКА, А СУРГУЧ – ЭТАКИЙ СМОЛИСТЫЙ СОСТАВ ДЛЯ ОПЕЧАТКИ СВИТКОВ И КОНВЕРТОВ ИСПОЛЬЗОВАЛСЯ)

“Теперь я понимаю, почему второй не грянул выстрел,”
“Сначала впопыхах бил по порожнему стволу,”
“Потом топор летящий “колотУшки” я ударом встретил.”
“Удар “печать сургучную” от стенки* отвалил.” (ОТ СТЕНКИ СТВОЛА)
“Зарядов три из четырёх не даром тут истратил.”
“Особенно последний, клячу уберёг от выставленных вил.”

“Промедли с первым выстрелом, мне било кистеня вошло б за ухо.”
“Казалось, схватка длилась нескончаемо,”
“И каждое её мгновение могла бы отказать везуха,”
“Чуть дольше, нежели по навесной полёт стрелы кочевника…”
“На деле длилось. Время вяло так текло для всех ли?” (КОНЕЦ ЕГО СЛОВ)
“Да дядька, супостаты были, в рубке той отчаянной, как сон клонясь.”

“Видать, подсаженное в нас, тем “колдуном” неведомым,”
“Быть, в действиях и восприятии, позволило быстрей,”
“Но это всё ничто, в сравнении с твоей кобылой выданным.”
“Смотри Степан, застряла, в круп вонзившись лошади, стрела.”
“Вошла не глубоко, лишь в шкуру, и легко так выдернул.”
“Похоже плоть её теперь чуть порыхлей стальной.” (КОНЕЦ СЛОВ ДЕВИЦЫ)

“И в наши мышцы с костью что то проросло,” (Стр №26)
“Пронизаны волокнами, не знаю, с чем сравнить по прочности,”
“Ту силу чувствую. Не тот, что давеча был престарел.”
“Тебе, оружия, не доводилось ранее, брать в ручки сталь?”
“Мне было прежде бы, в бою отчаянном, и не представит краль.” (КРАЛЯ – ТАК ШУТЛИВОЕ МОГЛИ ДЕВИЦ ВЕЛИЧАТЬ)
“За тело обновлённое спасибо “демон”, только прочее оставь,”
“Мне не хотелось бы, чтоб в остальном быть человеком перестал.”

То говорил он, засыпая в ствол чрез рог-воронку
Из кожаного бурдюка состав сыпучий.
Подумалось: “коль сочленить* их сразу, “гору” время сэкономит.” (ЧТОБЫ САМ БУРДЮК ИМЕЛ ГОРЛЫШКО-ВОРОНКУ)
“Из цельного сосуда и воронки сыпать то сподручней.”
“А можно и заранее расфасовать заряды пороха на раз компактно,”
“Чтоб сразу вместе всё с пыжом и тем, что посылается разяще.”

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ "ВЕДЬМИН ХУТОР"

Решили править к девкиному на отшибе хутору,
Что от баки унаследовала, от почившей, бывшей ведьмой белою.
Поставили систему рычагов не шибко хитрую,
У дома, “блАго дело”* давеча ещё просителей отвадила, (ЭТАКАЯ ПРИСКАЗКА)
К хозяйке давешней, что приходили хворь травить,
Или еще как чтобы подсобила им в людских делах она.

Наследница же заявила, что тут только по хозяйству,
И не пыталась выведать секрет, учась у “старой”,
И будет дальше жить удоем, коз пася здесь,
Да прочей животиною, и тем, что на участке вырастает.
Ещё чуть походили, слыша лишь одних отказов вздорность,
“И не желает та, как прочие, невестой стать ведь.” (Стр №27)

И вот сейчас, на хуторе почти людьми забытом,
Пологий спуск прорыли под порог.
Жердь перекинули, такой вот тип колодезный бытует,
С противовесом рычагом, народ воды берёт,
“Журавль” схема называется, и тут по образу подобной,
Тянули сами лишь за длинное плечо* они наоборот, (ПЛЕЧО РЫЧАГА)

А на коротком, оплетённый подняли из воза,
Давно не говоривший с ними мертвенный ковчег.
Не отливает золотом теперь сосуд подъятый в воздух.
Как в форме семечки валун, весь в перемотке из бичёв. (МНОЖЕСТВЕННОЕ ЧИСЛО ОТ БИЧЕВЫ, ТО ЕСТЬ ВЕРЁВКИ)
Степан верёвку стравливал помалу, опустив под зданье,
Таинственный груз, только б подле где-то не было очей.

Спихнули под порогом, жёлобом наклонной ямы,
Навесив перемёт из дОсок, прикопали полом земляным.
А ночью был поток дальнейших откровений знанья явлен.
В дивнейшем синтезе, подельников двух мезальянс,
Избушка почерневшая кривясь врастает в землю,
И разум высший, но притом, что он бессилен оказался сам.

“Смотрю, хоть мы отсутствовали, а ухожена твоя скотина,”
“Ты говорила, что одна, таким не до разъездов и отлучек.”
“Коль животина на дворе, то одинокому не до скитаний.”
“Тем обречёшь на смерть мучительную, сразу резать лучше,”
“На мясо продавать, и в путь-дорОженьку с одной, с котомкой.”
“Коль ведьма ты, то управлялся со скотиной разве только леший.” (Стр №28)

“Да, с лешим я знакома, только он помощник не надёжный,”
“Скорей скотину сам себе на ужин задерёт.”
“И домовой, не кровожаден хоть, промешкает, не сдюжит.”
“Ответственей подспорье нужно, без затрат,”
“Чтоб были преданы помощники, и с малостью издержек.”
“В подарок получила таковых от “Небожителя” зверят.”
“На остров тот попала первый раз, за огоньком, что брезжит.”

“И пообщалась с “Павшим ангелом” зарытым.”
“Оттуда вынесла чрез топь двух крыс за пазухой.”
“Которых он ко мне подвёл, “глаголил”* им безротый*” (ГЛАГОЛИТЬ – ГОВОРИТЬ/ВЕЩАТЬ. БЕЗО РТА)
“В мозги их малые вложил, служить не из корысти с пользою”
“Но думать, что они в накладе обездоленные, зря тут.”
“Просила не пугать тебя, и скрыться под землёю в лазы их.”

“Теперь Степан готовься не сробеть, увидев!”
Пол земляной зашевелился по углам,
“Какие же то крысы!? То скорей бобров на вроде!”
Нет, больше, чем бобры, вид до поджилок напугал.
Колючи как ежи, в коросте броневой их морды,
Почти что человечьи руки, пальчик каждый гол,

От сходства этого ещё страшнее на душе,
У них венчают “человечьи” пальцы когти.
Степан весь обмер, хоть и был сам не дрищём (ОТ СЛОВА ДРИСТАТЬ, ИСПРАЖНЯТСЯ ПОНОСОМ, ДРИЩ, ЭТО МОЖНО СКАЗАТЬ И В ОТНОШЕНИИ ФИЗИЧЕСКИ НЕМОЩНЫХ, И ПРО ТРУСОВАТЫХ .)
Хвосты раскинулись ШИПастые их, гАдки.
Надумали бы нападать, исход был предрешён. (Стр №29)
Они и впрямь хозяйки ждали жеста для атаки.

На чужака те настороженно взирали и недобро,
А может и за дружеское отношенье госпожи к нему, ревнуя.
“Эх, только бы позволила! То тут же разодрали б!”
Уже прикидывали, как за шею или под живот рванули.
Но мысленно хозяйка осадила, “Будьте к гостю звери подобрее”
КонтрОллер-передатчик опоясывал чело изящно “крАли” (КРАЛЯ – ЭПИТЕТ ДЕВИЦЫ)
Не слишком отличаясь от привычных украшений, обод серебрённый,
Пластинчатый, и в бусинах свисавших нижний край весь.

Приёмник же сигнала был тем крысам имплантирован,
Что родились на острове, в к “КОВЧЕГУ” вырытой норе.
И с генами их поработал KRISPRом* интеллект заранее (KRISPR – ТЕХНОЛОГИЯ ГЕННОЙ ИНЖЕНЕРИИ)
Отдав с напутствием их: “В МИРЕ ОБУЧАЙ ВАРИТЬСЯ, ТРЕНИРУЙ”.
“Моё подспорье вот, уход за тёлкой с козами старательный.”
“Сказала, что ты не добыча им, по крайней мере, не теперь*” (ШУТИТ ОНА, А МОЖЕТ И НЕТ)

“Ну познакомились, теперь к себе идите.”
Те развернулись недовольно фыркнув,
И в лАзах скрылись, “Ну, ревнивы словно дети”
“А как же у тебя скотина не попадала с инфарктом*!?” (ПОНИМАЮ, ЧТО НА РУСИ 13ОГО ВЕКА ЭТО СЛОВО БЫЛО НЕ В ХОДУ, НО ОТ ПРИШЕЛЬЦА, АЗЫ МЕДИЦИНЫ И ЭТО ПОНЯТИЕ ГЕРОИ МОГЛИ УЖЕ ЗНАТЬ)
“Когда такие подступились к ней впервые в скОтнике, доить то”
“Росли те из малюток рядом, свыклись, что не враг им.”

“К тому же могут и они уму не сильному внушать безгласно,”
“Расслабить, успокоить иль напротив страх нагнать” (Стр №30)
“Но ты не думай, что они подвластны как Петрушка балаганный” (ВАРЕЖЕЧНАЯ КУКЛА, ПЕРСОНАЖ НАРОДНОГО КУКОЛЬНОГО ТЕАТРА)
“Моё лишь пожеланье может доносить сигнал,”
“А выполнять ли, им решать, но так как благодарны…”
“Взрастившей их, ко мне привязаны. Они не более слуга…”

“Чем пёс охотничий, и точно не в пример свободней…”
“Коней, что гонят на работу, или в бой под стрелы.”
“У нас с моими подопечными прок* обоюдный,” (ВЫГОДА/ПОЛЬЗА)
“И позаботливее я, хозяев псов для травли,”
“Что на медведей посылают, обрекая бедных.”
“Хотя “мои” медведей было, просто рвали…”

“Что подступались, поживится нашею скотиной,”
“И сами крысы поохотится не прочь в лесах”
“К хозяйке возвращаются уж после пиршеств сытных.”
“Иной раз вопрошают, “Мне ль не приволочь лосЯ?”
“Отказываюсь благодарно, мне и по хозяйству помощи их станет*” (УСТАРЕВШИЙ ОБОРОТ, ТИПА ХВАТИТ)
И то, что не одна в миру, то лучше всё ж.

ГЛАВА ОДИНАЦАТАЯ "ВТОРОЕ ОТКРОВЕНИЕ"

Сон в доме ведьмы стал потоком откровений порций новых.
Узнали, что из прибывших семи,
Разбросанных здесь на земле во времени с пространством,
Четыре так на связь не вышли с ним.
Возможна блокировка произвольная* устройства (НАМЕРЕННАЯ)
Технической их связи, но уж ежели сменён,
Бесплотный плен в узИлище* их астро-капсул… (В ТЮРЬМЕ)
(стр №31)
На заселенье в тело местное, как и задумано,
То волны разума уже от земляков* не скрыть, (ИМЕЕТСЯ ВВИДУ ОТ ИХ ЗЕМЛЯКОВ, ОТ ПРИБЫВШИХ)
Укрывшись в океане ли, иль в земли дальние.
Нам дОлжно тело выбирать, блюдя условий веских ряд.
Чтоб мозг исходный был готов для изменения,
Объёмен, там уж синапсами* каждый обрастёт дендрИт*. (СВЯЗИ НЕЙРОНОВ, ВЕТВЯЩИЕСЯ ОТРОСТКИ НЕЙРОНОВ)

“И наше, космос пронизавшее, вместилище,” (НЕ КАПСУЛА, А ЕЩЁ МЕНЬШЕ, НОСИТЕЛЬ САМОГО СОЗНАНИЯ)
“В котором заключили мы себя, что в капсул недрах,”
“Должно быть с мозгом дальше слито, то не лишние,”
“Рассудочный и в нём потенциал сил прИдан.”
“Но тело всё ж опорожнить от личности нам лучше бы,”
“Готовя подселение туда, а если и снесли преграды,”

“Вломились в разум, где хозяин не изжит,”
“Уверенные в собственном ментальном превосходстве,”
“Непредсказуемо как уживаться с “бездною” чужой.” (ФИГУРАЛЬНО, КАК БЕЗДНА СОЗНАНИЯ)
“Ведь даже муравьи чуть не втянули хором действа…”
“В свой тип мышления. А от других созданий нам что ждать?”
“Казались вы никчёмными, а стоило б предохраниться...”

“От наложения сознаний. Нет надежды подавить…”
“Хозяина исходного. Не канет личность их бесследно.”
“Теперь я точно знаю, наших уже двое ведь…”
“Кто плотью оказался облаченным до сегодня.”
“Не соблюли условия, и словно чуждый вид…”
“Они теперь, ни с человеком, ни со мной не сходны.”
(Стр №32)
“Мне даже вы, убогие, и ближе и понятней.”
“А в разум “адаптированных” земляков, коль заглянуть,”
“То неким древним ужасом потянет.”
“Один к востоку не особо далеко, судЯ размерами планет,”
“В тайге дремучей у шаманки потаённой,”
“Для воплощенья помощи спросил, взяв зверя плоть…”
“Она ему дала для воплощения питомца…”

“Кота огромного. И вот он разум “полубога”* не утратив,” (ТАК ПРИШЕЛЬЦЫ О СВОЁМ, ИСХОДНОМ, РАЗУМЕ)
“Звериные черты ему придАл и кровожадность.”
“Видать и раньше человечиною разговлялась тварь та.”
“Ещё сдаётся, что переиграла ворожея гостя,”
“Быть может и сама там наложилась третьей”
“Ища бессмертия и силы, вот ей и вторжение* то кстати.” (ИНОПЛАНЕТЯН ПОДВЕРНУЛОСЬ)

“Пришельца технологии использовала для подсадки,”
“И генной инженерии возможности для трансформаций,”
“В исчадие непобедимое, носителя повадок киски дикой.”
“Куда против такого, вашим упырям и носферату.”
“Но в тоже время, то сведЕнье, переписка кодов*” (КАК ИЗ ЯЗЫКА ПРОГРАММИРОВАНИЯ)
“Во что-то цельное слилось, как впору мне признаться.”

“Быть может зверь окажется других успешней,”
“Но мне уже тот разум с мотивациею, непонятен, чужд.”
“Но и другой собрат в подборе спешном,”
“В глубинах вод нашёл сомнительный сосуд,”
“Счёл, что моллюск силён, но от природы он порожний,”
“Не наделён сознанием, а нервная система не несёт…” (Стр №33)
“При сложности своей, продуманности и соображений.”

“Видать не смог сознания считать глубин,”
““Морского гада”* психику с пренебрежением сканируя.” (ТАК ОБОБЩЁНО МОРСКИХ БЕСПОЗВОНОЧНЫХ НАЗЫВАЛИ)
“Вот уж воистину кто чужд любым,”
“Известным мне сознаниям, они иначе скроены.”
“Как будто сам тот в бездне гостя ждал, чтоб поглотить.”
“Легко впустил, но кто кому тут оказался скормленным?”

“Он далеко, казалось, в океана толще,”
“Но чувствую, что может на земную явь…”
“Влиять, волокнами ментальных щупальц,”
“Коль будет мотивация на то. Он изменён, он нов.”
“Теперь мне не прощупать уж его сознания не пошлость*,” (НЕ РАСХОЖЕСТЬ, НЕ ОБЫДЕННОСТЬ)
“В чём побужденья чЕрпает он, ум заняв иной?”

“Ум малый тот, щепоткою дрожжей,”
“Броженье вызвав, изменил всё в нём.”
“Чужой теперь для вида нашего, с кем я почти дружил.”
“Нет смысла уж неосмотрительность паразитарную* винить,” (ЭТО ОН СЕБЯ И СВОИХ СПРАВЕДЛИВО В ПАРАЗИТЫ ЗАПИСАЛ)
“Не повторить ошибку б самому, занять порожнее уже.”
“Не возомнить, что я не изменяем, что я разума венец.”

“Не потерять себя, свой разум сохранить.”
“План начат по подбору мне не замутнённого сосуда.”
“Теперь бы не вмешались злонамеренные каверзы родни.”
“Быть может “изменённые” не захотят ещё им одного соседа.” (Стр №34)
“А воплотившись, будет не сдержать мне разума зарниц,” (ЗАРНИЦА - ВСПОЛОХИ НА ГОРИЗОНТЕ, ХАРАКТЕРНЫЕ ДЛЯ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ ЛЕТА, НАВЕРНОЕ БЕЗЗВУЧНЫЕ ОТСВЕТЫ ДАЛЁКИХ ГРОЗ)
“Им видимых издалека. Как поступить они рассудят?”

“Но несмотря на риск, плоть жажду с мозгом.”
“Десятилетие провёл так не одно, терпеть до осени…”
“Томительно, как формами предложенными* и не брезгуй” (НА ЗЕМЛЕ ИМЕЮЩИХСЯ СУЩЕСТВ)
“Нужна уму опора, демону* плоть костная,” (ДЕМОН, ПО ДРЕВНЕ ГРЕЧЕСКИ ЗНАЧИТ ДУХ)
“И спектр чувств, что и для Вас за гранью.”
“Не многими открыт потенциал тел истинный.”

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ "ПУТЬ В ГОРОД" (Приквел)

На утро мельник снарядился в путь домой,
Роль основная подготовке тела донора тут выпала девице.
Работа шла и в капсуле замаскированною пАтиной. (ПЛЁНКА ОКСИДА НА ЦВЕТНЫХ МЕТАЛЛАХ, НА КАМНЯХ)
Чтоб блеск, заманчивую в ней, не выдал ценность.
Биохимическая там лаборатория бульон варила потайной,
Ещё ваялась из метала, но без горна*, там изделий цельность. (В КОТОРЫМ РАСКАЛЯЮТ ИЛИ ПЛАВЯТ МЕТАЛ)

Одна пыталась девица. ЕЩЁ И ГОД НАЗАД,
Сосуд для “духа” подобрать, и под него опорожнить.
Тому путь предложИла, что дано ей, вЕщей деве знать.
Рецепт, оберегаемешей был средь ворожей тайн,
Давно ни кто не пробовал в землице нашей дивный зелья яд…
Задействовать, раба срядИв*, что вроде жив, и нет (СРЯДИТЬ – ТИПА СДЕЛАТЬ (УСТАР. ГЛАГОЛ))

С “заказчиком” сомнением поделилась та, через его плазмоид. (ОГОНЁК ВЁДШИЙ ИХ ЧЕРЕЗ БОЛОТО)
Им служащий с пришельцем обездвиженным СВЯЗНЫМ,
И как транслятор, так и передачик ОГНЕННЫЙ ЗМЕЙ* этот… (В НАРОДНЫХ ПОВЕРЬЯХ ТАК ЭТИ ЛЕТАЮЩИЕ ОГНИ НЕПОНЯТНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ ОКРЕСТИЛИ, ЛУЧШЕ ПО ПОДРОБНЕЕ ПРО НИХ ФОЛЬКЛОР ГЛЯНУТЬ) (Стр №35)
Способен взять, но только небольшую уж совсем.
При этом делая в пути груз и себя для глаза незаметным,
Снуя и меж людей вблизи, и не жужжа осой.
Понёс на экспертизу грАны* зелья ведьмы. (ГРАНН – МЕРА ВЕСА В ФАРМАКОЛОГИИ, В АПТЕКАХ)

Сомнение при этом передав и снадобье то приготовившей,
Что не пустышка бесполезная передаваемый рецепт…
Из яда змей, грибов “дурных”, добытого на кладбищах.
Ответом было: “Формула и вправду может запускать процесс.”
“Изрядно изменёны будут мозга доли в будущем,”
“Подвергшегося действию, хоть всё же за успех не поручусь.”

“Дивлюсь не мало, что НЕВЕЖДЫ ВЫ ДРЕМУЧИЕ,” (РЕЧЬ ПРИШЕЛЬЦА ЧЕРЕЗ ПЛАЗМОИД)
“Состав сумели подобрать столь специфичного нейротоксина!”
“Физиологи и химии ведь вами даже крохи не изучены!”
“Не уж то по наитию, иль в качестве какого откровенья с неба!?”
“Вам снизошло в подробностях от божества, хотя зачем ему…”
“Делится рецептурою коварных снадобьй?”

“Что ж, раз не хочешь мне вместилище из ближних подобрать,”
“Ступай как и задумала до резиденции баскАка.”
“А можно было проще, но ведь ты блаженная добрА,”
“Губить не хочешь путника, пусть с долей не завидною босяцкой.”
“Ищи, кого другой на худшее судилищем обрёк.”
“МурзА сей “блАго дело*” падок до кликуш и бесов всяких.” (СЛОВЕСНЫЙ ОБОРОТ ТАКОЙ)

Ко граду шла средь вереницы, торгашей обозов, длинной.
Начало осени, на площадях не затихает ярмарка.
Она до входа в город завернула от дорог, ища безлюдья. (Стр №36)
“Не гоже чтобы похоть привлекла татар, деваха яркая.”
Залезла в заросли, ручей где средь лещины с бузиной льёт воду.
Стояла в полдень полутьма, сошлись над руслом ветки аркою.

Плазмоид развернулся обретая твёрдость,
Став плоским блюдом воду зачерпнул.
Она посыпала какой то из бутили пудры,
Та плёнкой стала, обходился и без чар их план,
Зеркальную поверхность растянул пред кралей…
Помощник этот призрачный “Ну глянь”.

Она у зеркала лицом довольно поводила,
Породы справность оценивши с разных ракурсов, “Всё есть!”
Но время подгоняет, и поддела из воды в ладони…
Ту слизи плёнку, по лицу размазав, скрыть красу.
На нос наляпывала массу, он становится ведь длинным…
С годами как обычно, ведь нужна иллюзия ей старости для всех.

Глаза и рот с ноздрями пальцами проковыряла,
И слизи той шматков, добавила на веки.
Слизь засыхая, стала как пергамент прелый,
Морщинами коробилась, не похоть, а блевоту,
Чтоб вызывала дЕвица, теперь кАрга* по роли (В РЯДЕ СЛАВЯНСКИХ ДИАЛЕКТОВ ЗНАЧИТ – ВОРОНА, НУ И СТАРУХ ТАК ПОРОЙ НЕПОЧТИТЕЛЬНО СО ЗЛА НАЗЫВАЮТ)
То ей и нужно, быть похожей более на ведьму.

Плазмоид схлопнулся, враз воду расплескав,
Тревожно оглянулась, “Как так, проворонить слежку!?”
“Как не почуяла, того, что сзади крался, пастуха!?” (Стр №37)
Хотел тот возбудится молодой, глядЯ на девки гарной ляжки.
“Та видно, в туалет пошла, оказия* глазея за кустами постоять.” (ОКАЗИЯ – УДОБНЫЙ СЛУЧАЙ)
Старуха обернулась, он оторопел, “Наводит морок леший”

“Или нет! То ведьма! Дело ясное”
“Бежать к дороге по ручью, и скликивать народ.”
“Не скрыться будет, дальше дебри непролазные,”
“Мурза во граде говорить с калИками и ведунами рад,”
“У нас же разговор короткий, чай, не первая растерзана.”
По мелководью побежал под сводами ветвей аркад.

Она в тот год ещё без генно-иженерной, доработки,
Догнать негодника конечно б не смогла.
Да и смущаема, в гоненьях* не изжИтой, добротою. (ВИДАТЬ, ЕЙ ОТ НАРОДА ДОСТАВАЛОСЬ ПОРОЙ)
То не реально, что догнав, свернула б юноше главу.
А отпустить “трезвонить гонгом”, хуже-то и не придумать.
Незримой спутнице дала, уж не щадя, сигнал валить.

Метнулась из кустов ближайших крыса-переросток,
Его десятка два шагов, покрыв пятью прыжками,
С загривка кость и жилы шеи та перекусила просто.
Свалился, пикнуть, не успев, а крыса ну, пить из прожилок.
Как бЕлке грызть желанную лещину, с треском кости…
Расколупала, черепа, от серой массы ту “бутыль” опорожнила.

Урча и чавкая, “Вкуснятине доставшейся не пропадать же ”.
Стараясь и украдкой не смотреть на трапезу,
“Старушка” обошла сторонкою пир одного из детищ,
“Поешь, но на виду не оставляй ты трупа здесь” (Стр №38)
“Свидетелей не оставлять, вот конспирации издержки,”
“Не получилось, не мараться грубой мерзостью”

“Вмешаюсь в человеческой рефлексии терзания” (СЛОВА ПРИШЕЛЬЦА)
“Когда б сравнить смогли свою убогость бытия”
“С продвинутых миров другого класса, эти знания…”
“Вы возопили бы, обиды за юдоли этой тягость не тая,”
“Обиды, что не родились в каком то “Люксе” иноземном вы”
“Пусть не особо рАзвитыми, всё же “как за пазухою у Христа” дитя”
(ДАЛЕЕ СЛОВА ДЕВИЦЫ)
“А сам-то что, счастливого ты впечатления не производишь?”
“Да, некомфортен для житья наш мир дремучий,”
“Пастух убог, и взял бы скоротечно тлен его. Прок где же…”
“Ему держаться за юдоль? Но чем-то тешил горемычный…”
“Себя в коротких днях, чай не хотел прервать жизнь.”
“А “Ваши”, сам ты говорил, случалось, шли за край нарочно.”
(ДАЛЕЕ СЛОВА ПРИШЕЛЬЦА)
“Права ты, ценность жизни не совсем в комфорте,”
“И для себя, своя убогость не критерий,”
“Своей же ценности. Ты можешь мне не верить,”
“Но существам, что уровня достигли моего, мир в трелях…”
“Неведомых вам переливов чувств, но всё же не “Нирвана”.”
“Жизнь и для Нас вне примитива пасторали…”
“С простых переживаний силою, мятежною, неровной…”
“Не приторна, изысканней, но в чём-то и мертвее рьяного пострела.”

“Не отвлекайся, и ступай не так осанисто “старушка”.”
“Не забывай, твой вид предполагает бремя многих лет.”
“На улицах среди народа не забудь про ОСТОРОЖКУ*” (ОТ СЛОВА ОСТОРОЖНОСТЬ) (Стр №39)
“А то расправы поводы искать горазд ваш дикий люд.”
“Пока закрою тему с пастухом, но зАдран он не страшно,”
“Судьба могла готовить и в мученьях бОльших дедом околеть.”

“Естественное умирание не редко лютей палача…”
“Терзает плоть изнемогающую на исходе,”
“Растягивается в страданьях переход, людей лечить…”
“Не научились толком, а помочь уйти “НЕ СМЕЙТЕ!!!”,”
“Гласит мораль у Вас, как будто бы для дела лучше то.”
“И вот проклятье ваше: всех почти ждёт вымученность смерти.”
“Пусть на одре средь соболезнующих, но на плахе палачом…”
“Помилосердней отсеченье головы, но то мир ваш, смотрите.”
“И палачи у вас обыденно не для того чтоб участь облегчать”
“А в пытках изощряются, ах сколько ж здесь душ смрада.”

Подходят средь возов гружённых, и людей нарядных вереницы,
Через посада, деревянных теремов и мастерских ряды,
По улочкам, запоминая, удирая, как вернутся.
Исконный самострой дворы как лабиринты раскидал.
Заборы частокола обступают, с арками ворот из тёса.
Над частоколом высятся хоромины в резьбе везде.

Драконов иль коней главЫ торчат из свода крыши,
Её* стропила держат на бревенчатом загривке, (КРЫШУ)
Крутые скаты на его хребте, и по фасаду каждый скат украшен
Под черепицею дощатою, резьбой причудливой игривой,
Орнамент в нём растительный, с русалками слагает кущи.
“Да сочетаете в себе вы грязь и творческие грани”.
(Стр №40)
Вот вывернули на прямой проспект к воротам городским.
Открылся взгляду в белом камне кремль* великий. (КРЕПОСТНЫЕ СТЕНЫ С БАШНЯМИ (НЕ МОСКВА))
Стены отрезки разделяют башни с колпаками струганной доски,
Огромны ступки их. “А вот, теперь монгол их повелитель,”
“Привыкший к юртам, и гонять скот по степи,”
“Эстетику и роскошь оценил, но сами для него вы тёлки*.” (ЗДЕСЬ ИМЕЕТСЯ ВВИДУ НЕ ТОЛЬКО ЖЕНСКИЙ РОД)

“Которых можно, тут доить*, иль в рабство угонять” (Я ПРО ДАНЬ)
“Чужак, не надо про больное, и не отвлекай”
Ворота между башен сохранили след обстрела и огня,
Таран не смог разбить, но город взял монгол лукав,
Стращаньем и посулами, устами ужас пред собой гоня* (В ВИДЕ СЛУХОВ О РАСПРАВАХ С НЕПОКОРНЫМИ)
Да и за стЕнами вы просидите долго ли, оголодав?

Сейчас распахнуты ворота, и следов не видно разоренья.
Народец не тужИт, и расписные у него одежды пёстры.
И церкви белокаменные обдают округу звоном,
По ярмарочной толчее протиснутся ей ряженной не просто.
Ещё уставился юродьевый, в цепИ огромных звеньях
Поверх лохмотьев с многократно опоясанным их ржавью торсом.

Он сипло возопил, народ аж расшатнулся.
“Зверина между вас крадётся, вам и невдомёк,”
“Вам очи отвела. К тому ж способна шкурой слиться”
“С тем, что вокруг, подобных не видал в амбарах и в домах”
“То спутник дьявола, его послушный власти”
Указывает пальцем, крыса сжалась меж прилавков притаясь.
(Стр №41)
Незрим, плазмоид подлетел к орущего макушке,
Тот закатив глаза, и голову задрав, корёжась повалился,
В припадке эпилепсии что водится за ним, народ привыкший,
Разбрёлся по делам, так и не разглядевши камуфляжа крысы.
Привыкли, и к припадкам, да и к “откровениям” в надрыв “Каркуши”
Хоть почитали “Человека божьего”, поболе, нежели, вальяжных в рясах.

Чтить, чтили, за лишенья добровольные, но как его пророчествам внимать?
Которые столь сбивчивы, призывы пУтанны и образы гротескны.
Отпущенного приступом его отпаивали сердобольные, черпнув вина.
“Старушка” скрылась за толпой, и меж лабАзами “эскорт крысиный” (ЛАБАЗ – МАГАЗИН СО СКЛАДОМ)
“А ведь безумцу, что то более, чем прочим вам видней” (СЛОВА ПРИШЕЛЬЦА, ТЕЛЕПАТИЧЕСКИ ЧЕРЕЗ ПЛАЗМОИД ТРАНСЛИРУЕТ)
“Я удивлён, что оказался в чём-то прозорлив сей странник.”
“Казалось, раньше нёс заведомую ахинею про чертей в аду,”
“Вдруг впрямь воспрИнял что, из образов потусторонних?”

“Пусть и по недомыслию, коряво, то интерпретировав,”
“И заведя “заезженный файл”, что про вседержителя всё снова.”
““Раскушенная” маскировка, то ещё виденье порталов “вне”.”
“Как знать, о чём он, говоря, что Серафимы крУжат, бестелесны.”
“Приборов я технический инструментарий тут подрастерял, увы.”
“А тело обретя, откалибрую восприятие уже, что не далось вам…”
“Я у себя подредактирую по спектрам взгляд.”

“И много есть ещё “настроек тонких” ваших чувств,”
“Что дремлют, не развИты, но потенциал заложен.”
“А что-то, соответствуя контекстам внешним, чёрств…”
“Подрастерял ваш вид, что бы не отвлекаться сложным…” (Стр №42)
“Мироустройством многоплановым, излишеством чураясь тем,”
“Важнее реагировать рептильно, да и по лекала сводам жили.”

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ "ГОСТЬЯ"

Посольской резиденции, ворота из резного дуба чИнны* (СОЛИДНЫ)
В них просятся “урУсы*” и не бедные, суть вещи излагая… (РУССКИЕ ДЛЯ МОНГОЛОВ)
В общих чертах, при стражниках мурзе - подручном
Она в платок укутана, смотрелась не туда залезшею каргою (КАРГА – ВОРОНА)
Среди маститых горожан, здесь ждущих очерёдность.
В обход их подошёл начальник караула, “Не взашей ли с поруганьем…”
“Гнать недостойную”, она заводит речь о данной сути…
Что зреть способна прошлое и будущее чрез гаданье.

Послали нАбольшому* доложить мурзе. (ВЫШЕСТОЯЩЕМУ)
И скоро её кликнули, тем ждущих вызвав ропот.
Вели двором где лошади с коровами, с товарами возы,
Бойцы с кривыми в ножнах их клинками, на эфесах руки.
От их одежд из шкур с железными нашивкам смрад зол.
От пота, буженины, духом* скарб пропитан весь прогорклым. (ЗАПАХОМ)

Поодаль, в закутке двора томились пленники в колодках.* (ДВЕ, ТОЛСТЫЕ, ДЕРЕВЯННЫЕ ДОСКИ, С ПРОПИЛАМИ ПОД РУКИ И ШЕЮ, СЦЕПЛЕННЫЕ МЕЖДУ СОБОЙ, ИХ ФИКСИРУЮТ, И НА НОГАХ КОЛОДКИ)
Крыльцо величественно белокаменных хоромин,
Массивные столпы известняка, прям, ненаглядны* (НЕ НАГЛЯДЕТЬСЯ)
Узорами резными мастера там облекли рай в камне,
Но там и барельефы ада, с местом рядом, ангелов где сонмы,
Покои внутренние солнце заливает через арки окон.

Зал основной, массивные колонны переходят в своды.
Здесь не резьба по ним, а пестротою роспись, (Стр №43)
Растительный орнамент больше, а не виды рая с адом,
Закрался и сюда меж веток бестиарий присный…
До христианских представлений, дивный зверь неводом,
Тот тут, то там фантазиею мастером рисован.

“Ну говори, что знаешь про мои невзгоды,”
“Коли не зря вещуньей назвалась, не поскуплюсь,”
“Обманывать возьмёшься… Да уже назад нет хода”
И начала она про не покинувших степной улУс*. (УЛУСЫ (РАЙОНЫ) ПОДКОНТРОЛЬНОЙ ОРДЕ ТЕРРИТОРИИ)
Давненько навещал сановника не здешнего плазмоид,
Следил и считывал из мозга, то, по ком же тосковал “Улис”. (ОН ЖЕ ОДИССЕЙ, ТОЛЬКО В ЛАТИНСКОЙ ТРАДИЦИИ, ДЛЯ РИМЛЯН, БАСКАК ТОЖЕ ДАВНО ДОМА НЕ БЫЛ)

Про семьи братьев, и что угрожают им интригами татары,
И многое ещё из уголков его сознанья потайных,
Что было считано, экстраполяцею просчитал то интегратор,
В контексте свёл, решений он предполагаемые взял пути,
Рассудка вычислительная мощь пришельца на порядки
Нас превышает, видит как ковёр причинно-следственный переплетён.
И предпочтительный сценарий, прозорливейший*, он продиктует (ПРЕВОСХОДНАЯ ФОРМА ОТ СЛОВА “ПРОЗОРЛИВЫЙ” (ДОГАДЛИВЫЙ, ПОНИМАЮЩИЙ, ПРОСЧИТЫВАЮЩИЙ НА ПЕРЁД, УМНЫЙ))
“Вещает” дЕвице, и та не в притчах и не “наводя тень на плетЕнь”* (ЭТАКИЙ ФРАЗЕОЛОГИЗМ С ЗНАЧЕНИЕМ ЧТО ТО ТУМАННО И ПУТАНО ГОВОРИТЬ, А ПЛЕТЕНЬ – ПЛЕТЁНЫЙ ИЗ ВЕТОК ИВЫ ЗАБОР)
Сановнику глаголит, словно зрит вещей расклад конкретный.
Как речь интриг коснулась, дома, и политики тенЕт*… (ПАУТИНЫ)

Велел он страже гнать то сборище людей за двери,
Да и от затворённых*, “Уши чтоб не греть” подальше. (ОТ ЗАТВОРЁННЫХ ДВЕРЕЙ)
Остались четверо там кроме них, им беспредельное доверье.
Разноплемённые, шаман, философ-грек и дервиш, (Стр №44)
С их мнением сверял шаги, считал, что не сыскать мудрее.
Отговорить бы бабку слушать. Как на грех, из деревенщин…
Которые пытались за деньгу чеканную “мозг пудрить”,

Осмеянные за попытку жалкую, лишались языка*, (БУКВАЛЬНО, ЧЕРЕЗ ВЫДИРАНИЕ ИЛИ ОТРЕЗАНИЕ)
Та бабка дело говорила, что от них* давно чего уже не слышал. (ОТ СОВЕТНИКОВ)
Помимо трёх советников, присутствовал и шут заклят,
Как гном приземист, и ну прям, чёрт кряжистый, иль леший.
Расположение мурзы завоевал, и веселит, уж как шесть лет.
А через шутки с прибаутками, советник, прочих даже лучше.

Мурза внимает разумению старушечьих советов,
“Ну ты мудрА, и видишь жизнь мою как на ладони”
“А вы “волхвы” такого не предвидели, к чему такая свита?”
“Не гнать ли вас? Что ж, погожу пока, ну ладно”.
“А ты средь них советницей мне вечной оставайся”
“Такая прозорливая, решение всегда предложит дельно.” (КОНЕЦ ЕГО СЛОВ)

“Мне надо двигаться, лишь странницею не найдёт НАПАСТЬ*”, (НЕ ГЛАГОЛ, А АРХАИЧНОЕ СУЩЕСТВИТЕЛЬНОЕ)
“А напоследок я ещё в одном могу тебе помочь”.
“У власти нет доверья ни к кому, как нападенья не проспать?”
“Когда и стражу может кто перекупить, они зайдут в полнОчь”,
“Не защищать, а убивать, за допущенье неприятное прости”.
“И в окружении, кому-то может быть завИден твой почёт”.

“Ты что-то знаешь старая!? Кто недоброжелатель!?” (ЕГО ВОПРОС, ДАЛЬШЕ ОНА)
“Пока врагов не вижу подле, ну а впредь не поручусь”.
“Я знаю, как заполучить, того, кто предан дЮже, не за злато”, (Стр №45)
“И не из страха, а в служении не остановится не перед чем”,
“Не пожалеет жизни самоей, и будет, если тебе нужно, лютым”.
“Людской дух может быть по усмотренью твоему “перепрошИт”*” (ОТ СЛОВА ШИТЬ)

“А знаю, слышал с детства я от наших стариков”,
“Про способ преданного получить раба, МАНКУРТА*” (ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО ПЕРЕВОДИТСЯ С КАКОГО-ТО ИЗ СТАРЫХ УРАЛЬСКИХ ИЛИ АЛТАЙСКИХ НАРЕЧИЙ КАК: РАБ-ЧЕРВЬ)
“Наверно ты про это, но пытались уже столько раз…”
“На моей память, а получали не работников, а мёртвых”.
“Должно быть байка древняя Джужуней* сё для простаков”, (ДЖУЖУНИ ИЛИ ЖУАН-ЖУАНЫ, ИХ ГОСУДАРСТВО, ТОЛКОМ НЕ УСТАНОВЛЕННОЙ ЭТНИЧЕСКОЙ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ, МОЖЕТ ИЗ РАЗНОПЛЕМЁННОГО СБРОДА (ВКЛЮЧАЯ ЕВРОПЕЙЦЕВ), СОГНАННОГО С НАСИЖЕННЫХ МЕСТ КАТАКЛИЗМАМИ ЭПОХИ “ВЕЛИКОГО ПЕРЕСЕЛЕНИЯ НАРОДОВ” СУЩЕСТВОВАЛО (ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО) ТАМ НА ВОСТОКЕ, В МОНГОЛЬСКИХ И ЗАПАДНО-КИТАЙСКИХ СТЕПЯХ, В ПЯТОМ/ШЕСТОМ ВЕКАХ (ТЁМНЫЕ ВЕКА ПОСЛЕ КРУШЕНИЯ АНТИЧНОСТИ И ДО СТАНОВЛЕНИЯ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ, О ТОМ ПЕРИОДЕ МАЛО ИЗВЕСТНО))
“Или не знаем мы всего, потребно как творить то”.

“Да, связанным рабам на бритый череп…”
“Кроили шапку наспех, там освежевав верблюда”,
“И шкура облегая лысину, как обруч бочку”,
“При усыханьи стягивала, будь тот дюжий, твердолобый”,
“А всё равно за пару дней, почти любой почИл* во корчах”. (ПОМЕР)
“В манкуртов тех, слуг преданных жужуней я теперь не верю”.

“Да, выживали единицы бедолаг, совсем безмозглых”.
“Какой уж может быть слуга из “овоща” такого?”
“Сидит, не сознавая ничего вокруг, не реагирует на возглас”.
“Мы одному подобному жизнь сохранили в стойбище далёком”.
“Зачем то пощадили, а вы говорите: “Зверь – народ монгольский””.
“Хотя кормить-поить приходится монголкам ставшего калекой”. (КОНЕЦ СЛОВ БАСКАКА)
(Стр №46)
“Звучат твои слова, Властитель, ну прям, некоей издёвкой”.
“Сначала сами изувечили, и держите, когда убить добрее”.
О сказанном в запале пожалела, ведь тирана эго тем задето.
“Ты дерзкая! Уж Вы не начали ли забывать урок Батыя!?”
И поспешила речь перевести к интриге по транзиту в тело.
“Досталось мне в наследство зелье от пробабки тёмной”.

“В сосуде, как готовить, жаль не знаю”.
“Всего на одного несчастного достанет снадобья”,
“Не разделить на нескольких, положенное зелье”.
“А прИнявший его, застынет в сна подобии”,
“Неотличимо то от смерти, и зарыт быть должен в землю”.
“С шестью телами свежее убиенных, те седьмого бодростью…”
“От непрожИтых жизней напитают, коль не дюже злые”.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ "СОТВОРЕНИЕ ЗОМБИ"

“Как раз семь пленников, смотрю, В железных узах и колодках”.
“Но только смерть должна быть лёгкой жертв”.
“Иначе жизненная сила истощится, а остаток же от злости…”
“Как пропитает яд, и будет из “заложенного мертвеца”*, слуга негожий впредь”. (ПОНЯТИЕ “ЗАЛОЖЕННЫЙ МЕРТВЕЦ” В СЛАВЯНСКОМ ФОЛЬКЛОРЕ ЕСТЬ, ТАКОВОЙ НЕ ТО МЁРТВ, НЕ ТО ЖИВ (КАК “КОТ ШРЕДИНГЕРА”), ИХ В ОСНОВНОМ С УПЫРЯМИ АССОЦИИРУЕТ НАРОДНАЯ МОЛВА)
“Такого может даже к жизни воротить, я откажусь и взяться”
“Исполни в точности, и драгоценен будет раб, залогом жизнь, поверь”.

План, ей осуществляемый, магических средств не предполагал,
А потому, значенья не имели данные условия,
Хотела заодно тем землякам облегчить от страдания удел.
“Тобой присмотренные там “Емели” для заклания”, (НУ, ЭТО КАК В ВОЙНУ НЕМЦЕВ ГАНСАМИ И ФРИЦАМИ НАЗЫВАЛИ, ТАК ОН ПРО РУССКИХ)
“Наворотили дел, и заслужили более мучений, ты других найди”, (Стр №47)
“Любого укажи, иль сам велю, с близи как миленьких…”
“Приволокут десяток с улицы, чини обряд “Яга””.

Всё обмерло в ней, пожелавши поступить как лучше,
Кажись, ещё невинных подвела под участь.
Он продолжал: “А с тех я кожу лично поспускаю шлейфом”
“Чтоб развевалась, когда те на колу выть будут мучась”.
“Чтоб не повадно было остальным шалить вам”
“Чтоб видела толпа, я быть могу Батыя круче!”

“Те узники, два года пошалили вдоволь”,
“Пограбили дань собиравших мытарей*”. ( МЫТАРЬ, СБОРЩИК НАЛОГОВ)
“По милости их столькие в печали вдовы”,
“Хотя ордой деньгИ кошель жене и матери”…
“Погибших на чужбине чин по чину выдан”,
“Не голодать им, и получат вспоможенье с юртами”.

“Как знаешь господин, но провела я подготовку”
“И только выбранный из тех семи сойдёт”
“Да сотоварищи должны быть с ним, тогда восстав “дитём” тот,”
“Служитель преданный, не как из страха и за мзду солдат,”
“Как бога будет слушаться, тебя увидит, а не матерь,”
“Родившись заново, теперь уж из земли воздет на свет.”

“Ну что ж, сама ты понимаешь, как мне важно угодить.”
“Рискуешь “прелести” познать немилости, не выгори затея.”
Она не забывала, что скрывает грим, заложенный под гУбу яд,
В растянутом её вдоль пузыре, коль руки узы стянут,
Прикусит, в рот сгребя зубами, то не хуже, гибнуть, ведь, (Стр №48)
Чем, что удумает монгол творить в застенках.

В дороге ей казался яд совсем излишним,
Не думала, то, что общение с баскаком столь чревато.
Знай наперёд, что в той игре она сама заложник.
“Гость” знал, конечно, как на шахматной доске стеля расчёты.
Хоть, коль не выгорит их замысел и жалко.
Готов пожертвовать пособницей, ведь простофили есть ещё тут,
И время есть, кого-то подрядить из смертных в служки.
Что “спят и видят” как посредством* власть стяжают. (ПОСРЕДСТВОМ - С ЧЬЕЙ-ТО ПОДАЧИ)
Могущество хотящих получить от сил наружных.

“Всё ж, было б жалко небожителю “дурёху”
“РазнИтся хоть разительно их уровень, с общеньем свыкся.
“Счёл интересней многих, прозондировавши тут люд ихний.”
“Не думал, что аборигенов блАга, в чём-то будут вески.”
“Зла не желал, но к вожделенному идти по трупам “Дело эко?”*” (ЧАЩЕ ГОВОРИТСЯ, “ЭКО ДЕЛО!?”, РИТОРИЧЕСКИЙ ВОПРОС, СО ЗНАЧЕНИЕМ, НУ ТИПА “ЧТО ТУТ ТАКОГО? ЧТО УДИВТЕЛЬНОГО?” )
“Ну а её терять бы не хотел, да вот ещё и сроки…”
“Подходят, скоро будет всё труднее в оборот взять бедолагу.”

“Слабеют рычаги воздействия, и голос, тише всё, ментальный.”
“Эх, поздно он узнал ещё про сотворение манкУрта,”
“А то, разбойников давно бы подрядил, нещепетильных.”
“Чтоб пробовали, изловивши странников, хоть многократно…”
“От личности освободить сосуд, мной чтоб наполнить.”
“А ВОПЛОЩЁННЫЙ, сам я за злодейство покараю татей.”
“И всё же, нравится работать мне с девчонкой сердобольной.”
(Стр №49)
Предстали пленники в приёмном зале,
Надёжно связанны, поставленные на колени.
Страх сковывал: “Что может он придумать, злыдень?”
“Баскак жестокий, а ещё с ним тут колдунья.”
“Из наших, Русичей, далОсь же ей с поганым зверем ладить”
Смотрели с ненавистью и о роли в их судьбе гадали.

“Его!” она на парня белокурого и крепкого кивнула.
Не долго повозившись, стража челюсти разжала клиньями.
Держали трепыхавшегося с запрокинутой главою.
Она из небольшого бурдюка, что с бычьей жилой склеенный,
Её заправив в глотку парню, через трубку ту вливала.
Проклятия цедили прочие товарищи “злодея”, рвясь с коленей к ней.

Но стража, крепко их держала, дюжа.
Сначала парень, бывший той ватаги прежней заводилою,
Как вынули из горла зонд, корожим дрожью,
Глаза в припадке закатил, как одержимый зовом дьявола,
В конвульсиях он корчился, а стражники держали.
Обмяк он, испуская дух, со стоном, через скрежетанье, сдавленным.

Товарищей по мановенью головы баскака
Кинжалами, вонзив их над ключицей, закололи.
Клинок между плечом и шеей вглубь спускался,
Пронзая сердце сверху. “Ну, как овцы на закланьи!”
Татарин* усмехнулся, “Но жаль, боли вы не испытали столько” (ДА, ОН МОНГОЛ, НО ДЛЯ ТОГДАШНИХ РУССКИХ ВСЕ ОНИ ТАТАРАМИ НАЗЫВАЛИСЬ)
“Сколько, задумал я для вас, вострил зря колья”
(Стр №50)
“Но впрочем, если с того света не вернёшь мне”
“Раба обещанного, верного, тобой займутся палачи.”
Она подумала: “Затея стоила сует нарошных*” (СПЕЦИАЛЬНЫХ, ДЛЯ ЭТОГО)
“Пусть не удастся до конца, чтоб был “Залётный” воплощён”
“От поругания избавила того, кто супостата на рожон шёл”
“Ордынским докучая ставленникам, но раз оплошал”…

“Живым попавши в плен, что много хуже смерти.”
“Теперь и мне бы шанс уйти за грань не упустить.”
Тела утащены во двор, и крови лужи стёрты.
Не первая здесь экзекуция, привык давно баскак,
Кровь растекалась по щелям, и тут смрад разложенья спёртый.
“Чего кривитесь? Сами режете, коль надобно, вы скот!”

Казнённых закопала стража на задворках.
Приставленные там остались ночевать при них.
СветлИцу* выделили ворожеи, ждать ей здесь до срока. (СВЕТЛИЦА – КОМНАТА ТАКАЯ)
Еду с водою, принесённую, плазмоид сносной счёл вполне.
Сканированье ядов не нашло, да и “злодей” не скряга,
“Как на убой” кормил, но не забыть самой, что тут полОн* (ПЛЕН (УСТАР))

Тревога неопределённости снедает, и вид убиенных.
Немного утешает мысль, что смерть – им избавленье.
“А грим сидит как кожа собственная. Не бабуля ль я под нею?”
Когда назначено, достали семерых тех из могильной ямы
“Шесть остальных на псарню. Человечиной собак я побалУю”
“Сомнительно, что воскресишь, того, кто уж загнил там явно.” (ДАЛЕЕ ЕЁ СЛОВА)

“За пару дней не загниёт в земле студёной” (Стр №51)
“А то, что там без воздуха был, это верно”
Положенного на скамью, у изголовья встала дева.
Реанимацию вели в нём дозы, плазмоидом тем сокровенным* (СКРЫТЫМ)
Через посредство насекомых зАгодя ввевдённы.
Электростимуляцией сердечной вещества разогнаны по венам.

А ведь предания гласят, что прежде колдуны
Без помощи высоких технологий всё могли проделать.
И ведь чрез поколения рецепт был ворожее дельный дан.
Но у самой сил не хватило б, как у предков то далёких.
Поэтому, когда простёрла та, к вихрам не стриженным ладонь,
Плазмоид встроился меж ними, некоим посредником для токов.

Активности участки осторожно в мозге зажигая.
Электро-импульс дал для мышцы сердечной,
Все вздрогнули, оторопЕл и сам, хоть ждал, мурза жестокий.
Со вздохом сиплым, судорожным, серо-чёрный,
Усопший “партизан”, землёю перемазанный, ожив на мостик* (ИЗ ГИМНАСТИКИ ТЕРМИН)
Прогнулся, со скамьи свалившийся, корёжился как червь он.

Чуть успокоившись, привставши на колени, он по пОлу шарил,
Как будто потерял, и что-то ищет,
Дрожа, ещё наполнены могильным хладом жилы.
Мурза его поднЯл, и тормошит за плечи взявши,
“Тебя создАл, отныне твой удел служенье”
“Лишь мне, запомни хорошо лицо, я твой всевышний!”
“Ты где бы ни был, чтоб не думал, а за всем слежу я”

“Сюда мне мяса!” Стражник дал оленью ногу (Стр №52)
Прожаренную загодя для “причащенья”.
“На, подкрепись ка после странствия загробного немного.”
“Запомни кто тебя кормил, моё обличье хорошенько.”
Стоял вернувшийся, напоминая истукана, струганного и немого.
От прежней личности искры в очах не сохранивши некой.
Они смотрели отстранённо, пред собою строго, не мигая.

Мурза готов гневИтся, чувством зверя чёрным закипая.
Зачем ему очередной тюфяк безумный, вялый “инок”*? (ОТ СЛОВА ИНОЙ, ОБЫЧНО К МОНАХАМ ПРИМЕНЯЛОСЬ)
Тут запахи учуял, с того света возвращённый, от копченья,
Вперёд подался, нАчал грызть из рук мурзы он оленину,
Под смех баскака, констатирующего: “Как пёс урчит он”
“Ну, хватит” мясо зА спину убрал, “Излишек сразу не полезен”

“Воды теперь! Она ему нужней. Испей ручейной.”
“Ну а теперь о виденном за гранью мне поведай.”
“Прости!” Вмешалась ведьма. “Повелитель властный!”
“Но речь отныне запечатана в его гортани будет.”
“Да и не помнит до момента, как его ты не поставил.”
“В том и задумка ведь, отгородить как дамбой,”
“Былое всё, незамутнённого теперь тут пЕстуй* вволю” (ВОСПИТЫВАЙ (УСТАР))

“Слов понимания он должен сохранить возможность.”
“А сам же по преданиям отныне будет нем он”
“Проверим правоту твою, старуха, позже вместе.”
“Пока ступай в покои*, и начну я воспитание детины.” (В КОМНАТУ)
“Чреватое содеяла!” От страха сжалось её сердце.
Хоть и не понимала, в чём конкретно ею сотворёно злодеянье. (Стр №53)

А позже, в комнате, на ужин поданные яства и питьё…
Зонд просветил анализатором, найдя набор токсинов.
Три разных яда, “От мурзы советников поди*” (В ПРОСТОРЕЧНОЙ ФОРМЕ ВЫРАЖАЕТ ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ)
Успешным пробужденьем мертвеца подорван статус коих.
Её возьмёт советницей. Осознают, в сравненьи с ней бледнЫ.
Поймёт властитель, кто ценней из данных консультантов.

Из четырёх один, яд всё ж не передАл за плату поварам.
“Наверно шут не замарался, роль его я всяко не возьму”
“Как думали, готовившие блюдо, провернуть?”
“Затею, ведь с них первых спросится за смерть”
Плазмоид в помощь, перегонит воду паром. Чем не вариант?
Оставив яд на дне, сухих кристаллов смесь.
В еде органику разложит, к минимуму низведя отравы вред.
Но ничего не сможет сделать с хрома солью и сурьмой.

Наверное философ-грек, на химию металлов положился.
“Молекулы отравы можно было б из еды повыдергать,”
“Но мой потенциал садится, улетаю на болото, что за лесом.”
“К утру вернутся чтоб, пополненным зарядами энергии.”
“Ступай, авось ко мне с докукой ночью не полезут.”
“Но на шали, и не светись, пугая путников зазря, дорогою.”

Без угощений обойдусь, коль надобно, день не один.
Наутро, попросясь к мурзе, заводит разговор:
“Ты одарил меня не малою деньгою, господин.”
“Но ценны ли монеты если нету выхода за двор?”
“Пусти торговыми, гостиными рядами походить.” (Стр №54)
“Обновок присмотреть, я женщина, хоть дева и старА.”

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ "ПОЕДИНОК"

Баскак довольный наблюдал, как мастер из Китая,
При нём быв подневольным, бедолагу учит…
Владеть мечём. “Ого! “Безмозглый” шустро как фехтует!”
“Я думал, будет истукан, а он, гляди ка, лучше…”
“Тебя, всю жизнь оттачивавшего уменье ратное такое!”
“Ох, как бы на уроке новый раб тебя не покалечил.”

Её живой визит, советников изрядно удивил.
Себя сам каждый успокаивал: “Ну, сколько та проголодает?”
“Как служек упредить? Чтобы не ели, не бросали псам на двор…”
“Не съеденного гостьей. Да не скрыть надолго это.”
“Идея не удачна с отравленьем, рассудил всяк делово.”
“Иных путей поищем мы избавится от наглой тётки.”

Китаец, поединьщик опытный, той, взятою взамен меча,
Пытался парню наносить удары, жердью.
“Первей всегда защиты надобно азам учить.”
Но новичёк, встречал своей, атаку “мэтра” упреждая.
По зале разносился стук. “Как успевает замечать!?”
Отточенные мастера китайского парируя движенья.

Но вот очередной удар не стал встречать,
Своею палкой, ход летящей трости не остановив,
Наотмашь, в плоскости горизонтальной мастер от плеча… (В ДОПОЛНЕНИИ СЛЕДУЕТ УТОЧНИТЬ, УДАР С НАРУЖИ ВНУТРЬ, А ТО ПО СТРОКЕ МОЖНО И ТАК, И ТАК ТРАКТОВАТЬ)
Наметил в ухо рубануть, хоть тресни кость его.
Уже в запале фехтовальщик, красен как парча. (Стр №55)
Хоть проповедовал он самообладание и кротость как даос* (АДЕПТ УЧЕНИЯ ДАО)

Удар не останавливая, тот поддел изпОднизу парнишка,
Чрез голову поверх направив, сам взметнул кисть с палкою из ивы,
Направленной чуть вниз, она образовала горку палке шедшей…
Со свистом низким* прям ему по уху иль скуле по левой, (В ПЛАНЕ ЗВУКОВОЙ ТОНАЛЬНОСТИ)
И пЕтлю маленькую описавши, рубанул под рУку, благо деревяшкой.
Но печень в спазме от удара мэтра чуть не повалила.

Учитель перкособоченный не сразу смог вздохнуть.
Пытался из такого положенья выпад сделать колющ.
Противник, словно маятником, палкою обрисовавши воздухе дугу, (ИЗ ОБРАЗА “МАЯТНИК” ПОНЯТНО, ЧТО ПАЛКА НАПРАВЛЕННАЯ К НИЗУ ОПИСЫВАЕТ ПОЛУКРУГ)
От живота сбил в сторону, и задирая локоть выше,
Он по спирали, и не останавливая хода, обогнул,
Да сверху ткнул тупою деревяшкой, сдуру, над ключицею у шеи. (ТАКИМИ ЖЕ УДАРАМИ, БЫЛИ ЕГО ТОВАРИЩИ ЗАКОЛОТЫ, ТОЛЬКО СВЯЗАННЫЕ, НА КОЛЕНЯХ, И СТОЯЩИМИ ЗА СПИНОЙ ЭКЗЕКУТОРАМИ, ХОТЯ ЭТОГО ОН ВИДЕТЬ НЕ МОГ, БУДУЧИ ОТРАВЛЕННЫМ РАНЬШЕ)

Пусть не клинок то, навострён для боя не на жизнь, а для убийства,
Мог всё ж пронзить вглубь, сверху вниз, он тела вдоль,
Но тренировочный из кожи буйвола доспех спас.
Тычок в наплечник угодил, тем вызвав только боль.
При этом, гасла, было вспыхнув, спесь,
И самообладанье возвращалось азиату в лоб*. (ЛОБ, КАК СРЕДОТОЧИЕ РАССУДОЧНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ)

Ещё удар попробовал, теперь наотмашь изнутри наружу.
Противник встретив палку палкой, левой ухватил запястье.
Вниз отведя чуть, поверх сунул пЫром* тоже (ТОРЦОМ ПАЛКИ, КАК И ПРЕДЫДУЩИЙ УДАР)
В нагрудник кожаный чуть не воткнул он, пест сей.
Удар заставил отшатнутся, и шагов на пару даже.
“А не даёт ведь молодой манкурт вояке спуску!”

“Достаточно урУс*!” И мастер выставил ладони. (ТАК РУССКИХ НАЗЫВАЛИ)
На повелителя с вопросом парень посмотрел.
“Прикажет ли добить китайца, иль с него довольно.”
“Пускай не сталь в руках, глазницу проломить, и смерть.”
“Ну всё, не ссорьтесь, Вы меня потешили сегодня вволю!”
“Нешуточный в сторонних созерцателях тут распалили Вы азарт.”

“Не ожидал старуха, что такое может “труп”, ходящий рядом ныне.”
“Порадовала ты меня, ступай, по бабьему, развейся.”
“Для безопасности тебе дам чуть ордынцев.”
“С тобою ратники походят по базару вместе.”
“Двух хватит… а, бери всё ж четырёх! Что в терме томится?”
“Кто как бы не обидел старую, не заподозрил бы в зороастрийстве.”

Она с поклоном удалялась между стражей.
Речь слышала китайца, что была ответом на попрёк.
“Непобедимым мечником ты был. А ныне может стар уж?”
“Как пацану мог проиграть? Пусть тот “абрек”*…” (РАЗБОЙНИК (ВОСТОЧНОЕ, КАВКАЗСКОЕ ПОНЯТИЕ))
“Был с “молодых ногтей”*, и меч держал, не мастер всё же.” (ФРАЗЕОЛОГИЗМ ТАКОЙ)
“Послушай господин, я с детства изучал искусство драк.”

“И помню наставления, как слушал я ребёнком мастера-даоса”
“Сейчас лишь начинаю понимать их сути глубину.”
“Что в нас природою заложено УШУ, дремля до срока.”
“Извне полученные навыки нужны как костыли больным.”
“И в тренировках можешь ты нащупать дар сокрытый,” (Стр №57)
“Сокрыт в сознании и тела памяти, в костях, был он.”
“Природою извечною заложен в нас, дракон спит.”

“Глаголил*: “Важно разогнать царящее в очах сознанья мутью”” (ГОВОРИЛ (УСТАР) ТОТ ДАОС, УЧИТЕЛЬ КИТАЙЦА)
“От наносного, от житейского, очистится, чтоб наступила ясность.”
“Тогда откроются решения за доли тысячные от минуты.”
“Безотносительные, оптимальные, сокрытые в закономерностях вселенских.”
“Похоже, что подобьем смерти тем очищено сознание “манкурта””
“Открытым оказалось, и воспринимать на чём стоит весь космос,”
“Очистился его потенциал, житейского “землёй могильною” накрытый.” (КОНЕЦ СЛОВ КИТАЙЦА, ДАЛЕЕ МОНГОЛ)

“Несёшь “пургу”, от этого я с разболевшеюся головою.”
“Должно быть плохо на тебя влияют Византийцы.”
“Рабов учёных сих, в уральские пошлю каменоломни.”
“На кой мне их начитанность, их знаний тучи?”
“Слова мудрёные, а могут ли скакать на лошадях копейной лавой*?” (ЛАВА – МАССИРОВАННАЯ КАВАЛЕРИЙСКАЯ АТАКА)
“Сшибаясь со врагом с бойцовским зычным кличем.”

“Не думал, что рубАка мой им уподобится, раз проиграв.”
“А не велеть ли мне рабу тебя прибить?”
При слове этом неожиданно шагов за пару раб.
К Китайцу подступил, и хоть удар был быстр,
Китаец поднырнул, а то б дрын* шею пербил (НУ ВООБЩЕ ДРЫНОМ КОНЕЧНО БОЛЬШИЕ ПАЛКИ НАЗЫВАЮТ)
Стук нескольких ударов в фехтовании, и деревянной палки треск.
Оружия “манкурта” отлетела половина в штор портьеру и на пОл.

Воспользовавшись тем мгновением Китаец попытался оглушить хоть. (Стр №58)
И без “Ату!”* хозяина с цепи сорвавшегося “пса” (КОМАНДА ОХОТНИЧЬИМ СОБАКАМ НАПАДАТЬ, КАК “ФАС!”)
Баскак опешив, разнимать, бой не на шутку, медлит что-то.
Опять удар сплеча перехватил, приём уже его спасал.
Так и теперь ухвачен за запястье цепкою ладонью был учитель.
Подобием эфеса, будь оружьем просто палка…

По кисти сверху бьёт, свою чтоб выронил китаец.
И тычет острой, сломанной щепой уже не в грудь, а в шею.
Уходит мастер от укола, в строну кидаясь.
Захлёстывая правой вслед, влево приданному корпуса движенью.
Удар в предплечье выбил кусок палки острой из десницы,
Но сам от превзошедшего и болевой его порог “лужёный”…
Присел со стоном, оказалось раньше на секунду кости…

Его руки разбиты были палки парня рукоятью.
Когда же выбивал уловкой по наитию оружие врага.
В запарке этого не осознал, приёмом контратаки метя,
Ударил сам он кистью разможжёною не берегясь.
наружу щепы кости плоть ему проткнули в этом месте.
Собравшись враз, яйтуем* неожиданно брыкнул он в пресс. (ЯЙТУЙ, УДАР ПОДОШВОЙ НОГИ, В БОК ОТ ТЕЛА, ПРИ КОТОРОМ СТОПА РАЗВЁРНУТА ГОРИЗОНТАЛЬНО (КИТАЙСКИЙ))

Удар заставил парня отшатнуться, чуть согнувшись.
Но на лице, ни боли, ни досады не было гримасы.
Застывшей маскою оно, не позволял секунды мешкать.
Атаковал молниеносно, точно, и не примеряясь.
Уже запястьем левым он наскок дентуем* смёвши (УДАР СТОПОЙ, ВПЕРЁД ОТ СЕБЯ)
Рукой сам правой захлестнул, так чтоб с проносом. (Стр №59)

Но нет же, блоком* словно каменным остановил “экспЕрт” (БЛОК – ВСТРЕТИЛ УДАР ПРЕДПЛЕЧЬЕ ПОДСТАВИВ)
А следом рубанул всем телом, метя головой.
Наткнулся грудью на предплечье, выставленное с локтём вперёд
ЛицА, боднуть чтоб, не достал, и сразу уходя левей,
Сам лОктем рубанул*, ведь кисть* в кулак уж не собрать. (В ГОРИЗОНТАЛЬНОЙ ПЛОСКОСТИ, А КИСТЬ ПЕРЕЛОМАНА)
“Манкурт” предплечьем левой встретил, на ходу ловя…

Запястье правою, ну а предплечьем согнутым поддев,
ЛоктЯ разящего не останавливая, выше просто перекинул,
В обход главы, тем руку вывернув и зА спину переведя.
Заставил мастера нагнуться, да и сбоку в шею уперев колено,
Рванул обеими, выламывая из плеча, сполна вреда…
Ни малость не чураясь наносить противнику в наклоне,

За шею подцепил в сгиб собственной руки, (КАК ЕСЛИ БЫ СТОЯЛИ ДРУГ НАПРОТИВ ДРУГА, ТАК ЧТО ЗАЖАТАЯ ГОЛОВА ВЫСТУПАЛА СЗАДИ ИЗ ПО РУКИ ДЕРЖАЩЕГО)
Предплечьем под кадык, мгновения не медля,
Для сцепки прочности замкнув капкан крюкА,
Своё запястье левой ухватил, заместо выдернутой длАни*, (ДЛАНЬ – ПРАВАЯ РУКА, В ДАННОМ СЛУЧАЕ ПРОТИВНИКА, ЗАМЕСТО, ЕЁ ОТПУСТИЛ И ЗА СВОЁ ЗАПЯСТЬЕ ВЗЯЛСЯ)
Что плетью свесилась, противника рывком…
Его всё тело, голову подмышкой зажимая, приподнЯл он.

Отчётливо по залу шеи хруст разнёсся.
Отпущенное тело тут же нА пол рухнуло, обмякнув.
Вскочил баскак из кресла. “Разве насмерть…”
“Велел я биться!? Лишь урок боёв уменья только…” (Стр №60)
“Он должен преподать был! Вот тебе и мастер.”
“Его ж колдунья не вернёт. Так долго…”
“Я знал его. Меня учил, не раз тем…”
“Умением я жизнь спасал во многих передрягах.”

“И он плечом к плечу со мной рубился славно.”
“Хоть был рабом при мне, его я почитаю другом.”
“А ты зверёныш, думал чем!? В борьбе вполсилы…”
“Так разошёлся. Чуть порадовав, теперь печаль мне с горем…”
“Приносишь! Истукан, скажи хоть в оправданье слово!”
Его за плечи тряс, но был сознаньем тот почти за гранью.

Слова упрёков от того, кто был запечатлён…
В глазах как бог, бичами сердце жгли.
Но осознанье ощутимее, что дОлжно “в бОзе почивать телам*…” (ЭЭЭ, НУ ТИПА… АРХАИЗМ В ОБЩЕМ)
“Не суетится, не сучить конечностями, и родится жаль.”
“Теперь угомонил он одного, поносят зло почто?” Не понимал.
“Победу одержал же, хоть того и вряд ли “Крёстный” ждал”

Нет, не словами мыслей ход его теперь струился.
Скорей порывы ветра чувств, их завывание в камнях…
Торчащих установок базовых, и в струнах средь утёсов…
Тех мрачных, неприветливых, натянутых, извне коснись…
Паук-хозяин враз проснётся со сценарием реальных действий.
Ещё доносятся в тот мир нытьё и шёпоты из за стены.

Отныне будет для него “АтУ!” попредпочтительней иной команды всякой.
Получит чёрные доспехи из пластинок чешуи калёной,
Кривую саблю, что откована в Дамаске. (Стр №61)
С ней упражненья будут для него как некое шаманское камлАнье*. (ЧТО ТО НА ПОДОБИЕ ВЫХОДА В “АСТРАЛ” У НАРОДОВ СЕВЕРА)
Сам как стихия, лишь, когда он получал мясной баланды миску…
Служакам становилось проще несколько, смотреть как ел он.
“Живой, не вылезший чрез, навесной над бездной, волос конский” (МОСТ ИЗ КОНСКОГО ВОЛОСА У МОГОЛОВ (ЕСЛИ НЕ ОШИБАЮСЬ, КОГДА-ТО, ГДЕ-ТО КРАЕМ УХ СЛЫШАЛ) АНАЛОГ НАШЕГО “КАЛИНОВА МОСТА ИЗ СЛАВЯНСКОЙ МИФОЛОГИИ, МОСТ МЕЖДУ МИРАМИ, НАШИМ И ЗАПРЕДЕЛЬНЫМ.” )

Но это позже было всё, сейчас его хозяин негодуя…
Трясёт за кожаный доспех и сыплет бранью.
Не по себе баскаку стало, заглянул в глаза когда ему он.
Там нет досады, страха иль вины, пусты те, но не бараньи.
Свет призрачный мерцает в них, как показалось на мгновенье.
К тому же осознал баскак, что просто этот парень…
Захочет, шею и ему свернёт. Лояльности в нём много ли ныне?
Не знает толком, сОздал он непреступаемые путы* впрямь ли? (ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ УСТАНОВОК)

Желая не показывать и тени слабины,
“Манкурта” отпустив, велел с глаз убираться.
Тот чувства считывал из потаённой глубины…
По энергетике, и даже через запах, на подобии собаки* (СОБАКИ ЧУВСТВУЮТ, КТО ИХ БОИТСЯ, И ЕЩЁ БОЛЬШЕ СВИРЕПЕЮТ, ДЛЯ НИХ ЗАПАХ ГОРМОНА НОРАДРЕНАЛИНА, ЭТО ЗАПАХ ГРЫЗНИ И ОХОТЫ, И СООТВЕТСТВУЮЩИЕ ЭТИМ ДЕЙСТВИЯМ ЧУВСТВА В НИХ РАСПАЛЯЕТ)
Рос когнетивный диссонанс на понимании бельмом
“Как может повелитель и создатель сам его бояться?”

Баскак же думал: “Что от ведьмы дар тот стОит?”
“Быть может и не драгоценность, а под боком враг?”
“Ещё подумаю, нужна ли мне теперь в подспорье?”
“А может умертвить её? Как умные мне люди говорят”
“Коль и предвидела, не деться никуда из под эскорта, ей проныре” (Стр №62)
Она же с интересом не один уж обошла торговый ряд.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ "БАЗРНЫЙ ПЕРЕПОЛОХ"

К товарам приценяется, торгуется охотно.
Из стражников её, молоденький уже покупками навьючен.
Вдруг шум и гам “Огонь! Горим! Товар хватайте!”
Галдёж купеческий как было некогда на вече* (НАРОДНОМ СОБРАНИИ, НО ДЕМОКРАТИЯ НА МОМЕНТ ЭТИХ СОБЫТИЙ УЖЕ БЫЛА В ПРОШЛОМ)
А некоторые, пытаясь разглядеть поверх голов хоть что то,
Подпрыгивали. “Дыма не видать, и гари нет вонючей!”

“Бежать ли от опасности? Тогда куда?”
“С какой подкрАлась стороны? Иль брешут горлопаны?”
Угадываться стала сторона, где более народ галдит.
Пустился в рассыпную люд, их между гарь и пламя…
Неслось клубком, прочь разгоняя от себя ряды людей.
Татар эскорт и ворожею в гриме враз толпою смяло.

Их словно бурным понесло потоком.
А огненный пучок урча горением бездымным,
Замешкавшихся настигал, им высотой по пояс только,
Не обжигал, а как кабан секач огромный, здоровенный,
Огнём объятый, поддевал, те просто отлетали.
Сокрывшись под прилавком, срочно грим сдирала героиня.

Там в угол сунула цветастый балахон
И стройной вынырнула жинкой к людям.
Огонь пропал, как будто только что не полыхал.
Не пахнет гарью, дыма нет, и обожженных нет, на деле.
А есть помятые толпой, да и товары похватал народ лихой. (Стр №63)
И разговоров хватит, о том наваждении, надолго.

Татары из сопровождающих “с ног сбились*” (ФРАЗЕОЛОГИЗМ ТАКОЙ)
Старух хватают, разворачивают, то всё баба, да не та.
Матёрый, словно чуя что, сначала в спину пЯлясь* (СМОТРЯ ПРИСТАЛЬНО (ВУЛЬГАРИЗМ))
Схватил повыше лОктя ускользающую прочь особу из толпы.
За плечи держит пред собой испуганную плаксу.
Не может не отметить, “Что “Лебёдка”, просто лепотА!” (ЭТО ОН ПРО СЕБЯ, ДА И НЕ ДО ФЛИРТА ЕМУ, ТАК ПОПАЛ)

Конечно, понимает, не могла старуха, враз помолодеть.
Но то, что именно она пред ним, сдаётся безотчётно.
А даже если так оно и есть, мурза их лют, непоглядит,
Ему докажешь разве правоту чутья ты?
С сомненьем неким плечи отпустил “Долой иди!”
В глаза смотрел, и не заметил, грим ободралА не чисто.

Лохмотья оставались за ушами, ну и как лишай под подбородком.
Тем мог бы господину доказать, что эта вертихвостка.
Вот только, если бы дознание продолжил дальше ратник,
Ход мысли пресекла бы, в морок прячась, крыса-переросток,
Что всем до этого смогла навесить тем пожаром шоры страха…
Перед огнём, давнишнего, с подсказки её “крёстной”.

А самого начальника, отвлёк тут сослуживец,
Пока мы ищем тут, послать бы за подмогой.
Оцепят пусть ряды. Авось, не будет сильно злится…
Хозяин, коль поймаем с помощью мы беглую в итоге.
“Наивный”, проскочила мысль БЫВАЛОГО, знал суть сам. (Стр №64)
“Увещевать вот только некогда, его жаль бедолагу.”

Бывалый осмотрелся, остальные воины, мечась поодаль…
Хватали горожанок пожилых, но нет сударыни искомой.
Из ножен дёрнув, полоснул, кривым мечём, по горлу…
Ордынец молодой как ни старался разразится криком,
Но только сип из раны, да опричь кропилось…
Всё крови струйками, той пузырями харкал.

Осел* в недоумении, на командира глядя со слезой. (ОТ СЛОВА ОСЕДАТЬ)
Тот понимал, что милосердия не ждать им за ошибку.
Пока ордынцы рыскают, он в многолюдье улизнул.
Не видя главного, решили все зря более не мешкать.
Поняв, что страшно появиться господину на глаза.
С повинными он будет лют, разбойников не меньше.

Между собою не сговариваясь, ни кому не доверяя,
Поодиночке разбежались стражники в толпу.
Довольный, зреть кровопролитье между чужаков, народ торговый,
Всё ж поспешил товар собрать: “Теперь уже торг плох!”
“Того гляди нагрянут с разбирательством орды голОвы*” (ГОЛОВА – НАЧАЛЬНИК (СТАРО-РУССКОЕ))
“Найдут тут “крайних”, чтобы успокоить строгого посла”

Из разбежавшихся по улицам, посадники переловили большинство.
Прирезав иль забив до смЕрти дрЫнами (ДРЫН – БОЛЬШАЯ ПАЛКА, ПОЧТИ БРЕВНО)
“А нЕчя* им поодиночке было шастать тут!” (НЕЧЕГО В ПРОСТОРЕЧНОЙ ФОРМЕ)
“Доспех приметный столь не нужен даром нам,”
“В канавы или ночью улиц под настил достчат.”
“Самих же скормим псам, чужих, дряннЫх.”

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ "БЕСЕДА"

Покинув город, шла девица лесом,
Ментальный с чужаком поддерживая диалог.
“А мог ли твой плазмоид, доведётся если,”
“Мозг выжечь супостата? Иль не дюж он для того?”
“Когда не на исходе у него заряд, хватило бы с торицей силы,”
“Но вот запрет не преступить. Дано, его удерживать от зла табу.”
“И сам я, дать вредить приказ, не властен.”
“Не создан разбираться он, “Кто прав? Кто виноват?””
“Какой бы ни был перед ним злодей, вердикт, и не взирая в лица…”
“Не станет выносить. Запрет навечно тот.”
“Лишь помогать своим настроен, он разумен, но не личность.”

“Такая бестелесность вездесущим делает проныру.”
“Ему б побольше сил, и был бы чуть ли он не всемогущим.”
“Свободен от уз полоти, чтоб ему и не летать по миру?”
“Сквозь стены может проходить, а при желании стать гуще.”
“Иль твёрдость стали обрести”. “Сам не хотел бы “тело” то примерить?”
“Почти божественную мощь в телах людских возьмёшь ты где же?”

“Ты прозорливо рассуждаешь для селянки.
“Вот только знания твои почАточны, не велИки.
“Не знаешь ты сама, какие дремлют в самом деле в Вас силёнки.
“Да и владея телом, ЭГО простирать мне в аватары прочие легко.
“От металлических машин, и до тебе знакомых “бестелесных””
“Создать “такое” я себе могу в служение, как на перчатке Арлекин,”
“Тех прихвостней мощней, табу законов быть не властным,”
“Над непосредственно ведомым мной, смогу я причинять вред им*.” (ИМ - КАК ИНСТРУМЕНТОМ)
(Стр №66)
“Могу, взрастив, и копию от собственного тела воспроизвести.”
“Того Вам невообразимого, что мне на родине служило.”
“Вот только подлинное “Я” не сможет дубликат в себя вместить.”
“Сознанье можно идентичное мне в органический, или в лужёный…” (ЛУДИТЬ - СПОСОБ ОБРАБОТКИ И ПОЧИНКИ МЕТАЛЛИЧЕСКИХ ИЗДЕЛИЙ, ПОНЯТНЫЙ И ПРИВЫЧНЫЙ ДЛЯ СРЕДНЕВЕКОВЫХ ЛЮДЕЙ)
“Сосуд вложить, и память перегнать, всё сберегая “по мосту””
“Все качества, но мысль, что при том, переместится личность, ложна.”

“Двойник для всех сторонних будет равноценен,”
“Не сомневаться даже будет сам, что он оригинал,”
“Так значит это буду Я? Коли в деталях разниц не имеем.”
“Лишь для исходника в том разница, ведь сам порог не миновал.”
“Через который экспортировали качества в “эрзац”* евоный” (ЭРЗАЦ – ПОДМЕНА, ЗАМЕНИТЕЛЬ (НЕМ))
“И будет от дальнейшей жизни дубликата самомУ ему прок мал.”

“Я на примере объясню, представь, два брата,”
“Не отличимых близнеца, да и кумекают* те в унисон.” (ДУМАЮТ, СООБРАЖАЮТ (ПРОСТОРЕЧНОЕ))
“Но каждый для себя лишь только выгодопреобретатель.”
“Иначе и не может быть, хоть одинаковы во всём.”
“Допустим, развела судьба, один – раб клЯтый*” (ПРОКЛЯТЫЙ)
“В каменоломне, под бичом, в труде, в оковах, и без сил.”

“Второй при почестях, вкушает яства, всеми ублажаем.”
“Несчастный может только рад быть за него, коль не завистлив.”
“Благ этих не прочувствует, сам в незавидном положеньи.”
“Как не был бы похож на брата, каждый по уделу зАнял место.”
“Сам не продолжишь жить в другом, коль здох, и в землю положили.”
“Хоть окружающие, клоном той подмены, не заметят.”
(Стр №67)
“Мы как в непокидаемой могиле, в доставшихся нам дуплах разума.
“Понравилось мне слово, что считал я у царьградца,” (ЦАРЬГРАД, ОН ЖЕ КОНСТАНТИНОПОЛЬ, ОН ЖЕ ВИЗАНТИЯ, А В МОЁ ВРЕМЯ ОН ЖЕ СТАМБУЛ)
“Теперь то он в невольниках баска, куплен на базаре им,”
“До этого и сам рабами торговал, рациональный грек сей.”
“Захвачен оказался караван, и на купцов позарились,”
“Не только на товар, дивиться не перестаю гротеску.”

“Так вот, он хоть и не в каменоломнях,”
“Томится очень, не свободы осознанием терзаем.”
“Что вынужден пред диким неучем встать на колени,”
“Как перед очи предстаёт надменного мурзы он.”
“Забить или продать его, тот властен, ну как мУла*” (МУЛ – ПОМЕСЬ ЛОШАДИ И ОСЛА)
“Как он других когда-то, ныне сам попал под иго и презренен.”

“В том положении ему на ум приходит слово из латыни,”
“Могила, значащее, а по римскому, SEPULCRUM.”
“Он замурован в данности, себя до этого не сознавал злодеем,”
“Свободы ущемляючи других, а вот же ж, повала судьба по кругу.”
“Оставив выход лишь, отбросить вместе с пУтами обузу тела” (ПУТЫ, ОНИ ЖЕ УЗЫ, ТО, ЧЕМ СВЯЗЫВАЮТ)
“Боится потерять себя при том, осталось сетовать украдкой.”

“И почему-то легче констатировать удела беспросветность”
“Не на родном ему, и не на вражеском наречьи,”
“Язык классический, он отстранён, как представление на сцене,”
“С тирадами героя, пафос даже некий нарочитый”
“В ту горестность вложИл, надежд и устремлений оставляя четность.”
“А ведь и прочие в своих могилах, только не на веке, мира чада.”
(Стр №68)
“Когда и над другими византиец властвовал, был тоже замурован.”
“И в тела немощи, всем свойственной, и разуме, что ограничен.”
“Назвался кто-то богом, но кто небожитель!?* Цезарь ли, Нерон ли!?” (С ИНТОНАЦИЕЙ УСМЕШКИ)
“Могли от комариного укуса изнемочь в горячке,”
“Понос мог извести, иль сдохли бы от желчи в изнуреньи рвотном.”
“Не позволяет сила цепь порвать, и всамоощущеньи горемычны.”
“Мы задалИсь давно, своих способностей раздвинуть рамки,”
““Могила” попросторнее, но стали нешто бабочками черви!?”

“В дерзаниях своих уже сопоставимые с богами силой…” (КОНЕЦ ЕГО СЛОВ)
“Так что ж всесильный, ты моих услуг пытаешь?” (РЕПЛИКА ДЕВИЦЫ)
“К тому веду, что немощь породила, осознание порога, мысли”
“Пожалуй, смысла не лишённое в словах китайца…”
“Прослеживается, ОТРИНУТЬ, говорил, про гомон суи,”
“Но дёргают вопросы неотложные: “Ты не свались в катАрсис!””

“Казалось бы, моя могила в камне, это путь разверстый,”
“В себя, во внутрь, в понимания глубИны.”
“Не отвлекаемый, заботы нет, что будет завтра есть мне.”
“На мысли ход, энергию подпитывать не мне хлебами.”
“Навечно мог остаться жить на острове, застряв в истоме.”
“Утратил бы способность здесь влиять ментально на что либо.”
“Да и желания в такой вот форме, было б запросто оставить.”
“Иль новое бы что нашлось, и стало бы “Солярисом” болото” (КОНЕЦ СЛОВ ПРИШЕЛЬЦА)

“Так может далее тебе не помогать, стать воплощённым?”
“Доставил мне за несколько последних дней хлопОт ты и переживаний.”
“Но расплатился уж, хоть данное баскаком, в прок и не пошло мне,”
“Пришлось оставить деньги и дары, но о потере не жалею.” (Стр №69)
“Тобой указанных мне прежде кладов, пригоршней монетных,”
“До старости реальной хватит, перстни там и ожерелья.”
“А поняли ли парни те, кому благодаря их пытки страшные минуют?”
“Наверно нет, скончались ненавидя при татарах ворожЕю.”
“Весомее даров мне, осознанье помощи маЕтным*” (ТЕМ КОТОРЫЕ МАЮТСЯ)

“И всё тки большего чего-то от тебя ждала за помощь.”
“Не только серебра, возможности влиять на ход земных вещей.”
“Когда я тело получу, мне вожделенны плоти мощи,”
“Сподручней будет помогать тут волеизъявление вершить.”
“А предложение, остаться, жёлудем в болоте, не проросшим,”

“Из за рискованности не приму, кто знает…”
“Удастся ль высидеть яиц какие смыслы, мне там лёжа.”
“Пока ещё попрыгаю по миру этому, как заяц,”
“Как Вы маЕтные, хоть я ментальный ужас…”
“Перед небытием изжил, нет трепета перед зияньем,”
“Пред непроглядной тьмой. Но не упущенная ль в том возможность.”
“Возможность поисков дальнейших, кто запредельность знает?”

“А может, и наоборот, здесь прозябая, упускаю шанс,”
“Сменив бесплотную могилу, на телесную, мощЕй “SEPULKRUM”.”
“Шагнуть в ИНОЕ, бездну низведанную в том броске ища.”
“Не убежать от самого себя, я погоняюсь здесь ещё пока за проком.”
“Слова даОса были: “Заглушите бренного, мирского шум.””
“То может смысл иметь, расчистить громоздящееся как запруда.”
“Но из водоворотов, это погружает реку рЯску* да камыш” (ВОДОРОСЛЬ НА ПОВЕРХНОСТИ ТАКАЯ)

“Прогресс в покое и безмолвии зависим от исходных мощностей,”
“Рассудка, что освобождаются от мельтешни проблем житейских.”
“Кроль в клетке преуспеет ли, или наседки на шестах?”
“И дюжий ум рискует тоже ведь, лишившись приложения, закиснуть,”
“Уж без натужности задач, абстрактность истины ища пустой.”
“Быть может резонанс во пустоте блаженной – сказка,”
“А коли есть он*, духа с разумом, там, где сквозящий сутью ток,” (РЕЗОНАНС)
“Пронизывающий вселенную, что скатертью подложенной связует космос,”
“Для этого потребен инструмент, в его затишье станет тот,”
“Сам резонатором, где ветер запоёт, струн сложности извне касаясь.”

“Ты с кем вообще сейчас ведёшь такие речи!?”
“Подкашиваются уже с устатку ноги.”
“Не сделают, пришельца рассужденья о душе, пути короче.”
“На будущее ты мне это записал бы просто в книгу.”
“То ладно, утолила жажду хоть питьём из ручеёчька,”
“Одолевает голод, а тебе везёт, яств ни каких не надо.”

“Да, уловила я сейчас твою усмешку вместе с грустью.”
“Тебе сочувствую, но мне от этого не легче,”
“От осознания, что небожитель, а несёт тут крест свой.” (КОНЕЦ ЕЁ СЛОВ)
“Сворачивай в чащобу, сможешь отдохнуть, прилечь там.”
“Об ужине твоём я позабочусь вместе с крысой.”
Та притащила узелок. “Надеюсь обошлось без крови человечьей.”
“Ей, прячущейся в морок, не проблема, просто скрасти.”

Заснула, дожевав лепёшку, на свернувшейся клубком,
Воспитаннице взрОщенной, что стала больше и её самой.
Сон, одолев с устатку, на зверюшке сей, глубок. (Стр №71)
Та, может посылала и флюиды*, из под шерсти осенЯ… (МОЖНО ПОНИМАТЬ, И КАК ФЕРАМОНЫ, И КАК НЕМАТЕРИАЛЬНЫЕ ПОЛЯ, А МОЖЕТ ОБА ЭТИХ ФАКТОРА ВОЗДЕЙСТВИЯ)
Покоя негой, на других воздействовать изподтишка любя.
Хозяйке преданна, и не задумывалась, что её уже стократ сильней.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ "ФАУНА"

Припомнил “Интеллект далёкий”, что животных диких долго…
Умы, для полноты картины биосферы, тоже ведь зондировал.
Покуда голодны и рыскают, от них не жди ты диалога.
Коли, дорвавшись, переели, то их в тяжкой, разум, в дрёме, вял.
Когда насытились умеренно, оказия* для шуток и для игр. (ОКАЗИЯ – УДОБНЫЙ/ПОДХОДЯЩИЙ, СЛУЧАЙ.)
Набаловавшись же, способны поддержать и разговор тем временем,
Ментальный, в образах, за них не говорит “глашатай и герольд”…

Как за людей то делает, в слова мысль облекающий язык.
В изрядной степени корнАя* мысль исходную, трамбуя… (ОБКОРНАТЬ – ОБРЕЗАТЬ/УКОРОТИТЬ)
В ларИ* определений, так что, в чём-то более к деталям хищник зорк, (ЛАРЬ –ЛАРЕЦ)
К нюансам отношений, чувств, к тому, что непосредственно потребно,
Внимание всё отдаёт, имеющему к жизни отношение, зверёк.
Что ж, также как у Вас, рассудок на служение поставленный утробе.

В том смысле, чем-то и людей, хоть проще, но конкретней и умнее зверь.
Охотится ли сам, бег выбрал от врага иль бой,
Молниеносность, чаще правильных решений, в корень зря,
Тварь выдаёт, как маневрирует средь веток воробей,
Иль белка прыгает по ним, иль над расщелинами горная коза,
Ум, на служение поставленный функционалу, эволюции витки вбирал.

А так же явственней для них понятий экзистенциальных база.
Жизнь, как и смерть, им видится яснее, без наносов… (Стр №72)
Словесной шелухи, Вам застилающей исходный образ.
Тоской порою прорываясь, понимание несносно,
Вновь загоняют внутрь тех чувств смятенных ребус.
Вгрызаться нужно в жизнь, здесь и сейчас, им местным.

Удачнее пример наглядный предпосылок зарождения рассудка,
Нам преподносят насекомые, “исследуя” наш мир огромный,
В надежде, попадётся что полезное, для трапезы на раз сгодится,
А лучше, так чтоб, вгрызться в толщу годного для корма,
Себя прокормом обеспечивши от пуза, да и детям “ясли”.
Как блохи что на тушке, где в достатке всегда крови,
С заложенным позывом переезда, если и не тесно,
А подвернётся коль другой носитель им для “крова”…

То не преминут* “От добра, добра искать” те кровопийцы. (НЕ ПРЕМИНУТ – НЕ ОТКАЖУТСЯ, НЕ УПУСТЯТ ВОЗМОЖНОСТЬ)
А там уже судьба решит, кто прогадал,
На павшей тушке, словно в Апокалипсисе* мира “край” описан (АПОКАЛИПСИС – ПРОИЗВЕДЕНИЕ РАННЕСРЕДНЕВЕКОВОГО АВТОРА, ИОАНА БОГОСЛОВА, ОПУС ОПИСЫВАЕТ КОНЕЦ СВЕТА И СУДНЫЙ ДЕНЬ, А НАЗВАНИЕ ПЕРЕВОДИТСЯ КАК “ОТКРОВЕНИЕ”, ГРАМОТНЫЕ, ВОЦЕРКОВЛЁННЫЕ ЛЮДИ НА РУСИ ТРИНАДЦАТОГО ВЕКА ВПОЛНЕ МОГЛИ ЭТО ЗНАТЬ)
И пища стала холоднА, горчит “нектар” прогоркл*. (ПРОГОРКЛЫЙ – ПОДПОРЧЕННЫЙ (О ЕДЕ))
Травя тельца блох, остаётся бегства им рывок опасный.
Через “космоса пустыню” на тепло, чтобы другой пригрел.
Какие-то из беглых изнемогут прыгая напрасно,
Ну а на ТУШКЕ уж для едоков иных сей “пир горой”* (ФРАЗЕОЛОГИЗМ, ТИПА ЯСТВА НА СТОЛАХ ГОРАМИ)

Они счастливцы дождалИсь своей к столу оказии,
Сползаются на запах, проще поиски мух “ордам”.
Что барражируют огромными пространствами, глазастые. (Стр №73)
Перебиваются и крохами, живых кусают мимоходом,
А для потомства инкубатора учуяв гниль за вёрстами,
Пускаются туда, во трупах “соты” им находят.

Разнообразие стратегий, жужелиц, медведок*, пауков в сетях, (МЕДВЕДКА – ТАКОЕ НАСЕКОМОЕ)
Примеры всё удачных, найденных однажды алгоритмов.
Но в них застряли, судя по всему, пока не вымрут навсегда.
Хотя, раз как-то до того дошли, себе на благо то придумав,
К развитию потенциал и в их исходной примитивности сидел.
На насекомых глЯдя, для меня вопросов в них немало трудных.
Не видно нынче в них поползновений превзойти себя,
Не ясно, как до этого поднаторели пчёлы в ульях от природы…
Так сложно организоваться, или паукам узор сетИ собрать,
Ещё и на весу, меж веток, не умеючи летать попробуй.

Всё же ассоциации с путём к разумности в другом…
Создании мне видятся, в одном из бестолковых,
Как мир исследует “Где в будущем обосноваться стОит?” таракан.
Где в мире неизведанном людской избы он “сталкер-ровер”,
Его задача – “Можно что использовать, ему с потомством, ты прикинь”.
“Расширь границы, заселИ миры, в них изобилуй”, столько рвенья!

“Что ты бубнил мне там сквозь сон, неугомонный”.
“Такою гадостью мне сноведенье, “Чёрт”, наполнил”
“Прости девИца, не закрыл канала связи*. Сам в науках многих…” (ЭТО СКОРЕЕ НЕВЕРБАЛЬНУЮ ИНФОРМАЦИЮ В ОБРАЗАХ ОНА УЛАВЛИВАЛА)
“Поднаторев, а бьюсь о стену из неведенья, чего не понял.”
“А гадость… Да! Хоть должен быть и не предвзят к членистоногим,”
“Мне даже симпатичны многие, но наводненье этих чад напольных” (Стр №74)
“Чрез опыт Ваш, и ваши разумы, отчасти, но и по другому…”

“Через сканирование самих, меня переполняет отторженьем.”
“Хоть вроде бы и безобидны, не убьют укусами как шершни,”
“И сходство с нашим видом в них отметил, это в прежнем,”
“Как изучали мы миры, простор, колонизируя, кромешный.”
“Сейчас хоть любопытства не утратили, скорее пауками с пряжей…”
“Мы стали, одиночество предпочитая уж, безмерному кишенью.”

“Но вот и дом твой не далёк, у леса на опушке.”
“Тебя не растрясла ли Крыса? Чем тебе не конь?” (КОНЕЦ СЛОВ ПРИШЕЛЬЦА)
“Коль не в телеге на колёсах, то тогда уж лучше пешей,”
“Но запрягать в хомут, переступая отношений грань…”
“Конечно неприемлемо. Про иго гУжа* я шучу “ПарАша.”*” (ГУЖ – ТО, ЧТО ТЯНЕТ ЗАПРЯЖЁННАЯ СКОТИНА, ТЕЛЕГА ИЛИ САНИ И ТОМУ ПОДОБНОЕ. ПАРАША – ИМЯ ЖИВОТИНКИ.)
“ТовАрка ты моя. Вон встретил твой братишка, глянь!”
“И может улетать “связной”, твои слова мне шепчущий, парящий.”

“Скажи мне напоследок перед расставаньем всё таки,”
“К способностям “посмертным” воскрешённого ты руку приложИл?”
“Как мог он выстоять, не уступая мастеру китайскому?”
Не знали про конец, тогда хватало и на рынке им проблем уже.
На утро соглядатай “демона”, проведает тот терем наскоро,
О том, что начал счёт убийствам, откровение прибережёт…
“Пришелец” от товарки сердобольной, трепетной столь “крали”. (ДАЛЕЕ НАЧАЛО ЕГО ОТВЕТА)

“Да, ловкостью, не скрою, удивленье вызвал он и у меня.”
“За пару лет до этого и вправду изменениям подвергнул.”
“Его я с хворью, свойством мною наделённой*, изменил.” (ХВОРЬ БЫЛА НАДЕЛЕНА СВОЙСТВАМИ) (75)
“Чрез комариные укусы в кровь младую занеся “дар” генный.”
“Потом ты объяснение поймёшь, туманное для девы, для земной.”
“Быстрее сделался, сильней, стал воровской ватаги атоманом.”
“Сообразительней, чем был, гораздо, из за мною данного “взаймы”.”
“Чтоб вероятность умалить “СОСУДА” скорой гибели иль травмы.”
“На воле, да и после, опоили как его дурманным зельем мы.”
“На службе у мурзы не гоже, был чтоб “подготовленный” потерян.”

“Ты поняла уже, что я заведомо тебя к нему привёл.”
“И поспособствовал его пленению тогда живым.”
“Не торопись серчать, да я Лукавый демон, ты права.”
“Не долго всё равно им пошалить, к ногтЮ прижмут.”
“Ватаг разбойных долги ль дни? Их переловит татарва,”
“Совместно с рейдами порошей* и князей дружин.” (ПО ВЫПАВШЕЙ СНЕЖНОЙ ПОРОШЕ СЛЕД УХОДЯЩИЕ ОТ ПОГОНИ БУДУТ ОСТАВЛЯТЬ, ПОЧТИ НЕВОЗМОЖНО В ЛЕСАХ ЗАТЕРЯТЬСЯ)

“Ему не то, чтоб оказал услугу, но особой перед ним и нет вины.”
“Разбойник – он живой уж упокойник, как у вас в народе говорят.”
“И с палачом бы встретился, не поспособствуй я, того не миновать.”
“Забавно заиграла поговорка, вправду был в могилу врыт,”
“Ни жив, ни мёртв, но беспробуден его сон, на вид.”
“Восставший ныне как живой, но не собой, а глубоко иным внутри.”

Так вот, я знал, что будет он землян других шустрей.
Но ведь не ожидал, что впопыхах, в горячке боя,
Когда всех прежних навыков набор в нём зелья нашего стёр яд,
Находки нестандартные приёмов, взяв как от чертей загробных,
Применит, вот что дивно, и не знал, что он ещё стратег.
Видать нащупал в пустоте каналы, смог прочесть программы… (Стр №76)
С заложенными принципами действий лучших в стерео* игре (СТЕРЕОМЕТРИЯ (ОНА ЖЕ ЭВКЛИДОВА ГЕОМЕТРИЯ) – РАЗДЕЛ ГЕОМЕТРИИ ЗАНИМАЮЩИЙСЯ ОБЪЁМНЫМИ ФОРМАМИ, ПРЕДМЕТАМИ В ПРОСТРАНСТВЕ)
Эвклидовых конструкций сочленённых в упорядоченность граней.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ "НОВЫЙ ЭТАП"

Ну, всё, ступай же, я утомлена твоею тарабарщиной.
Хоть смутно вижу смысл её, но разболелась голова.
Теперь же год спустя, то вспоминая, Барышня,
Получше понимала разговора, там в лесном углу, слова.
Вопросы не просты, хоть не сулит решенье барыши ей,
Хотелось так ответы знать, вот только если “ангел” не осилил их, увы…

Куда уж пыжится ей смертной? Или впрямь что…
Заложено в нас более? Что до такого докопавшись,
В использованье может волей впрячь ум.
Задача актуальней предстоит, как урожай даст пашня,
Опять к мурзе идти, не так как было в прошлом,
Теперь уж представляет риск, заранее ей жутко страшно.

Пора уж отпустить, того кто в деле общем с ней замешан.
“Вот посуди, тебя не обманула, обещая клад,”
“И у тебя в возу добро разбойничьей заначки.” (С ОСТРОВА, ОТ ПРЕЖНИХ ПОКОЛЕНИЙ РАЗБОЙНИКОВ)
“Сверх обрели непокупаемое, ты теперь как млад,”
“Прям богатырь, то денег более стократно значит.”
“Сдаётся, наша старость отодвинута на много лет,”
“Вообразить и не могла куш наш уж столь везучим.”

“Но дело не законченно, и может скоро призовёт.”
“Пока вернутся в пору в давешнюю повседневность и рутину.”
До встречи нас в корчме, я посетила скрытно заводь ту, (Стр №77)
Где мельница воздвигнута двувешней* давности трудами. (ДВЕ ВЕСНЫ МИНУЛО)
Ты подряжайся как батрак, в одной из близких деревень,
В страду мужские руки нарасхват, а с лошадью подАвно*. (ПО ЗНАЧЕНИЮ, ТИПА “ТЕМ БОЛЕЕ” (УСТАР))

Дойдёт слух до прогнавших, где тебя искать.
Я позаботилась, придут обидчики смиренно на поклон.
Ну а для дела продолженья надобен баскАк* (ПРЕДСТАВИТЕЛЬ МОНГОЛЬСКОЙ ВЛАСТИ)
По осени он будет суд рядить, и кож сдираньем, и колом.
Чрез года полтора, нам город, в ставку, пусть дорога не близка.
Придётся зло его использовать, как “выбивают клином клин*” (ПОГОВОРКА)
Чтоб возродился нам союзником тот, кто пока БЕЗЛИК.

И впрямь Степан пристанище нашёл неподалёку.
На труд подённый подряжался по зажиточным дворам.
Лишь подтвердилось наблюдение, что гуж любого дела лёгок.
Одним уколом* богатырь был “ЧУЖДЫМ” сотворён. (ТЕХНОЛОГИЯ ГЕННОЙ КОРРЕКЦИИ “CRISPR”, ТАКУЮ АББРЕВИАТУРУ ОНА У НАС, УЖЕ СУЩЕСТВУЯ, ПОЛУЧИЛА. ИЗМЕНЕНИЯ В ГЕНОМЕ ДОНОСЯТСЯ ДО КАЖДОЙ КЛЕТКИ ЧЕРЕЗ ЗАРАЖЕНИЕ ВИРУСОМ ИХ НЕСУЩИМ. ПРИ ПОДГОТОВКЕ ГЕННОГО МАТЕРИАЛА ИМЕННО ДЛЯ ЭТИХ РЕЦИПИЕНТОВ, У НИХ ДОЛЖНЫ БЫЛИ БЫТЬ ВЗЯТЫ ОБРАЗЦЫ ГЕНОМА, ЭТО МОГЛО БЫТЬ СДЕЛАНО ЧЕРЕЗ УКУСЫ НАСЕКОМЫХ (ПОДКОНТРОЛЬНЫХ “ЧУЖОМУ”) И ПРИНЕСШИХ ЕМУ ЭТИ ПРОБЫ.)
Побаивался, как бы не впилась кому ни будь кобыла в глотку,
Но видно, та была умна, чтоб на рожон здесь не переть.

А вскоре появились старые знакомые.
Просителей вперёд вступает с речью староста:
“Попутал видно, гнать тебя, нас бес злокозненный”
“Наказаны мы богом оказались в скорости.”
“Не стала ладом мельница молоть, за наше беззаконие.”
“Вся заводь тиной поросла, и как ни силились ту выскрести,”
(Стр №78)
“Запутывала, забивала та напасть нам колесо.”
“Опять пришлось вернутся к пестикам и ступкам.”
“Ты половину денег откупных* оставить можешь как залог,” (КОТОРЫЕ ЗАПЛАТИЛИ, ЗАБИРАЯ МЕЛЬНИЦУ)
“Треть на совсем твоя, помол опять коль пустишь.”
“И будет должность мельника, и уважение села.”
“Уж пособи, коль знаешь избавленья путь от той напасти.”

“Ну что ж, доверюсь Вам в последний раз.”
“Не подходите к мельнице, а я там нынче заночую.”
“Вы видите, что и без Вас не пропаду зазря.”
“Бросать не хочется мне ДЕТИЩЕ, его значенье,”
“А не ваши просьбы, что меня обратно возвратит,”
“В успевший домом стать мне, сруб заречный*.” (ЗА РЕКОЙ)

ПолИл он в воду ночью из бутыли,
С напутствием ему оставленной* девИцей впрок. (ИЗ БУТЫЛИ ОСТАВЛЕННОЙ)
Запруда ставшая точь в точь как вязкое болото,
День следующий булькала, под вечер впрямь,
Осела тина, давешние созванные плУты,
Смиренно прибыли, чтоб водоросли вычерпать при нём.

Действительно, расти те, перестали, словно дрожжи.
И даже братья, что за ним отправились в погоню.
Решили, что тогда сморил их сном перст божий,
Не давши замараться кровью, и гореть в гиене.
А что башка болела у проснувшихся, то просто бражка,
Забористою оказалась, зрея в крынке глинной.

ЗДЕСЬ АВТОР ПЕРЕНЁС КОРОНОВИРУС, БОЛЕЯ С 28. 09. 2021 до 18. 10. 2021. (Стр №79)
ВЫШЕ ПОСЛЕ БОЛЕЗНИ ДОПИСАЛ ПРО КРЫС И ВИЗИТ К БАСКАКУ, А К ЭТОМУ МЕСТУ ПОДОШЁЛ ТОЛЬКО 28. 01. 2022ого.

На мельнице Степан жил, у селян и в ладе, и в почёте, это лето,
Тайком кобылу на охоту ночью отпускал,
Могла и травку есть, но мясом голод лучше утолится,
“Но как бы кто не разглядел то, что не клячи у неё теперь оскал”
Гребёнка острая зубов, на лоскуты рвёт в чаще тело лося.
Уходит от людских жилищ подальше пропитания искать.

С зенита лета стал плазмоид залетать, незрим другими.
Подельников связав умы для построенья плана.
Ещё “стаканов” заказал заранее для “грома”
Ворчал кузнец: “Безделицу в страду ли плавить?”
Но повозится согласился за “серебряный” у горна.
Тем более, что формы* сохранил тогда с былого…
Заказа выполненного, хоть так сам не сообразил, угрюмый
На кой, то мельнику? Как применить его болванки?
А тут ещё и усложнил, четыре чтоб с запором как крюками…
На “стопках” и на крышках, те в сцепленьи были неком.

Приставив эту пробку бронзовую к горлышку и провернув,
Зайдут крюки на ней “стакана” под пазы, сомкнутся.
Да, просто коль тянуть, и чёрт бы то уже не откупорил вновь,
“Но может ли настолько дуболом попасться не смекалист?”
“Не догадался чтобы повертеть, ту крынку, поверни и вынь…”
“Чтобы ни прятал в ней. Вот только если сам Нечистый…”
“Окажется внутри, то будет да, тюрьма ему и впрямь.”
(Стр №80)
“Ещё на них литые чтобы сбоку выступали бронзы дужки”
“Крюком загнулись бы, оставивши зазор определённый.”
“И цепи ржавые купил. Не бесам ли пленённым узы на лодыжки”
Измерив звеньев толщину прутка, чтобы продел в сию петлЮ он,
Крюк на сосуде бронзовом, и так болванки бы в звене держались.
Но надевались только в месте, специально где приплюснут…
Пруток звена, и можно так же снять через него сосуд тяжёлый.
Ну а не знаючи, отпиливай с цепи, раз надобна та полость.
Но строго наказал не шкурить, чтобы не блестели жёлтым…
Болтаясь на цепи. Сказал: “Убогим не до блеска”.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ "РЯЖЕННЫЕ"

Вот осень подошла, к которой подготовка приурочена.
Отъезд готовил мельник, на дела родни сославшись,
Из Новгорода весточку ему на бересте “пером” исчерченной
Намедни якобы прислали из города они со служкой…
Им в тяжбе просьбу подсобить, и сим не пренебречь ему.
А дальше вся надежда, что не будет из деревни слежки.

Хотя страды забот ещё и здесь пока хватало,
Да есть, на мельнице способные управится, умельцы.
И не зачем кому ни то за ним тащиться как хвост в дАли?
Под скарб и сено на телеге спрятал чтоб металл не клацал…
В овчине цепь тяжёлую, от посоха отдельно.
Навершье посоха хитро устроено, таило клад цел, (ПОСЛЕДНИЕ ДВА СЛОВА ЧИТАЮТСЯ С МИНИМАЛЬНЫМ ИНТЕРВАЛОМ)
Надёжно закреплённых там, разящих плоть приспособлений.

“Вот только б не сработал бы заряд шальной на кочках,”
“Под боком раньше и без дела громыхнув”. (Стр №81)
К девице он добрался в сумерках лишь, к ночи,
Два раза направление дорог меняв.
Надеется, что кем-то из знакомых вышел не замечен.
“Что так серьёзна? Аль не рада мне?”

“Степан, ты не малец, чай, и поумерил бы браваду.”
“ Должно быть понимаешь, что нам предстоит не баловство.”
“Не знает сам, исхода нашего мероприятия “провидец”,”
“Чужие судьбы на перёд читающий, то словно бы быль на листах.”
“Как будто бы глядит он как в былые поры жрец Перунов в воду,”
“Просчитывая все исходные, и наперёд их, но без колдовства.”
“А тут признался, словно мраком застилает, помутненье вроде,”
“Расчёты путаются, варианты множатся, или обитатель бездн достал”
“Мест здешних “щупальцами”, и нас как марионеток “хороводит””
“Ты если не смягчился, и тебе как прежде князю надо мстить,”
“Придётся и тебе участие принять в мероприятья маскараде.”

“На князя зло, как будто не ушло, но глубоко уже зарыто,”
“Не гложет уж невыносимо сердце так, как раньше.”
“Мстить не горЮ уже желанием, хоть не простил за рОдных.”
“Тогда не оказался под рукой средств арсенал, карающ,”
“Кода мог их спасти, но верю, не напрасно и не зря то.”
“Мир слишком наш стеснён, не заглянуть, рискнуть, за край чтоб.”
“Из несвобод и ограниченности саван*, просит разорваться,” (САВАН – ПОГРЕБАЛЬНЫЕ ПЕЛЁНЫ, ЗДЕСЬ ФИГУРАЛЬНО СОТКАННЫЙ ИЗ НЕСВОБОД И ОГРАНИЧЕННОСТИ)
“Он душит, а нагрянуть может, и князь русский, и мурза как крЕчет*,” (ТАКАЯ ХИЩНАЯ ПТИЦА)
“Быть не хочу бессильным пЕрепелом*, просто трапез мясом.” (ПЕРЕПЕЛ – ПТИЦА ТАКАЯ)
“И не хочу я на несправедливость зверскую взирать и к прочим,”
“Не в силах им помочь, как присно, я так поразмыслил.” (Стр №82)

“К тому ж: “Долг красен платежом”, а мне уж помогли Ты с “Пришлым””
“И самому мне интересно, выльется во что затея, с сей вознёю.”
“Там на возу мной подготовленый набор “пищалей”*” (ПИЩАЛЯМИ НА РУСИ НАЗЫВАЛИ ДУХОВЫЕ ИНСТРУМЕНТЫ, ДУДКИ ВСЯКИЕ, А ПОЗЖЕ СТАЛИ НАЗЫВАТЬ И ПЕРВЫЕ ОБРАЗЦЫ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ, СНАЧАЛА В ШУТКУ, ЗА СХОЖЕСТЬ ФОРМЫ, ПОТОМ ЗАКРЕПИЛОСЬ.)
“Помог “светляк”, чтоб мне не пачкаться зазря с навозом*.” (НУ ПОМНИТЕ? РАНЕЕ БЫЛО, ОН СЕЛИТРУ С НАВОЗА СОБИРАЛ.)
“Он прям из воздуха на блюдо осаждал порошей белой,” (НАПОМНЮ ШКОЛЬНЫЙ КУРС ФИЗИКИ ИЛИ ХИМИИ, В НАШЕМ ВОЗДУХЕ, ИЗ СОСТАВЛЯЮЩИХ ЕГО ГАЗОВ, ПРЕОБЛАДАЕТ ИМЕННО АЗОТ, А НЕ КИСЛОРОД)
“Состава компонент, а прочее зарнье взял я.”
“Ещё кашИцу, с коей даже не имели раньше дела.”
“Воде подобно та прозрачна, а вареньем вязла”
“Такую же к ней мёда примешал я долю.”
“Но от огня та “патока” полученная не взрывалась.”

“А лишь горела хорошо, как паклей навощённой,”
“Нужны особые, разящей силы пробужденью, фитили.”
“Плазмиодом, клубок из ниток льна насыщен,”
“Какой-то примесью. Отрезок подожжённый будто тлел,”
“Без пламени, но быстро, и шипение гадюки только слышно.”
“Поверил я без проб, что кончик ежли б нити утопил.”
“В полученную “пАтоку”, и до неё он догори, то силищ оных,”
“В ней дремлющих, достанет чтоб одёжа ни кольчужная, ни лат,”
“Кто подле встал, тех не уберегли, не защитили.”

“Ещё спросил того бесплотного помощника,”
“Ты раз из воздуха способен силу этакую брать, тогда…”
“Наверно и еду для утоленья глада можешь так?”
“Вот было б здорово, как скатерть-самобранка беднякам.”
“Ответил: Да, всё основное, мышцы пропитать…”
“Витает в газе. Из того “соткать”, я в сахар и бЕлки еду могу.”

“Для полноценного и долго прокорма нужен синтез посложней,”
“Но тоже, то решаемо, без содержания скотины и полей.”
“Казалось бы, вот кущи райские, питаясь всласть, лежи.”
“Подумал бы не так давно. Но в тех потребностях вполне ль…”
“Рецепт счастливого бытья слагается на жизнь?”
“Всё сложно, и как проповедник пастве посулил,”
“Блаженство сытой вечности, сомненье у меня уже,”
“Что таковое всех устроит, и не будет ли им Парадиз постыл.”

“Наш гость тому пример, сбежав из рая.”
“И всё таки, как сказанное ими, душу греет чем-то.”
“Пусть счастье не в еде, не тот счастливей, кто жирнее,”
“Но здОрово когда насущное дарует чудо.”
“По большей части, злодеянья из нужды творятся тоже, рванью,”
“Князья лютуют, чтобы благ не потерять, до бреда жАдны.”

“Ах, как бы хорошо, всех обеспечить дармовым прокормом,”
“Пусть то не сделает совсем счастливыми, но всё же ведь,”
“Тогда искать уж благодать, и путь торИть в новьё пророкам…”
“Сподручнее, коль не горбатится, растрачивая силы на жнивье,”
“Иль в войнах за него грызясь, как таковы теперь порядки.”
“Чтобы не лишь в заботах о насущном, тут все жизнь вели.”

“Ну а с князьями, не лишь в пропитании бед корень,”
“Оно их заставляет облагать крестьян оброком,”
“Тиранить работяг, царят в земле порядки данные, до края.” (Стр №84)
“Но ведь помимо этого спесь рьяная и гонор коих,”
“Со властью полной, что не терпит бедных пререканья,”
“Глумится позволяет властным, неугодного карая,”
“Так лишь, из прихоти, порядок тот быть должен перекроен.”

Ну, вижу, эко тебя старый занесло, весь мир переиначить,
Со многим соглашусь, но не об этом нужно думать.
Али забыл, куда должны идти решится мы, прям нынче?
Всё помню, дорогая, и готовился конечно дома.
Людей водить мы можем как Петрушек на перчатке,
В подспорье технологии ментальные чудные.

Жаль что разящий арсенал, НАШ ГОСТЬ не смог перетащить,
Убогость собственных “хлопушек”, мне уж очевидна.
Но всё равно, для люда прочего, как молнии Перуна, это ЖУТЬ,
И не сражённые металлом, те опешат в ужасе от чуда.
Бахвалится, смотрю горазд. А вот припомни прежде тать,
Хоть и напугана стрельбою, но не разбежалась что-то.

Баскака подле и людей побольше, да их держит силой строже,
Чтоб нерадивость пред ним явить боялись больше,
Чем стрел, и копий пред собой, дороже, если струсишь.
Чар более боятся, господин их барсуку подобно бешен.
Свиреп зверь, но не станет, в пытках изгаляться страшных.
А человек поднаторел, палач есть у баскака не один, тому обучен.

Ты страх не нагоняй, молодка, помни, что людей мы нынче превосходим,
Не столько грубой силой, сколь набором инструментов.
На них я больше полагаюсь, чем на порох с дымом. (Стр №85)
На то, что можем мысли им шептать, стравить там оных,
Или сон напустить, сподручней хода не придумать.
В познаниях им не чета, стократ их тёмных…
Мы знаем более, подправив и природу матерь. (ДАЛЕЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ ЕГО СЛОВ)

Да сложно будет, после, подключенья к мОзгу…
Вместилища пришельца, эту связь нам опекать.
Пока мозг перестраивается, нам не помощник “зомби”,
Бездвижен, прирастают синапсы пока,
Как гусеница в коконе, а тело как мешок обуза…
Похоже будто бы усопшего несём мы на покой.
И будет пребывать пол дня, не меньше “в бОзе”*. (КАК ОБ УСОПШИХ ГОВОРИТСЯ: “ПОЧИЛ В БОЗЕ”)

На хитрость с мОроком, весомая и первая надежда,
Соложней всё будет, вынудят палить коль.
И худо дело, коль на край, на самый, ужо мной придержан,
Запас зарядов в ход пустить в палатях.
Зато, возьмёт и нас тогда живыми вряд ли стража,
А заодно и для баскака то расплата.
Народ судачить будет после, растревожен…
Сначала грохотом, войдя найдёт распластан…
Ковёр из рваных тел, и потолок и стены Кровью тоже…
Забрызганы, как адов зверь был наслан,
Огнь изрыгая, растерзал и опалил отродье то безбожно.

Сейчас Степан уж ты стращать горазд.
Да разве ж это страсти, по сравненью с жизнью?
Зато надежда брезжит, что нам ноши этой крест,
Бессилия людского и бесправья с униженьем, (Стр №86)
С плеч скинуть, наделёнными оружием, что не украсть,
В телах зашитым, мы уж превосходим княжье семя.

Вот в город к ярмарочной суматохе,
Средь прочих многих, коим это – время поживится,
Зашла и пара странная, под ручку с молодухой…
Слепец в годах, наверное глаза обварены, и кожей всё то…
Затянуто рубцовой, а под нею, очи скрытые, потухли.
Любой рассудит так, иначе и не может статься.

Одет седой тот странник в рубище льняное,
Для мешковины грубой выделки, с прорехами,
Видать он дал обет по “Плоти бренной умерщвленью*” (КАК В РЕЛИГИОЗНОЙ СРЕДЕ, ОСОБЕННО В СРЕДНИЕ ВЕКА ВЫРАЖАЛИСЬ, НУ ЧТО ПОСТ, АСКЕЗА, И ДАЖЕ САМОИСТЯЗАНИЯ СПОСОБСТВУЮТ УМЕРЩВЛЕНИЮ/СМИРЕНИЮ ПЛОТИ, В ОБЩЕМ ВОЗВЫШЕНИЮ ДУХОВНОГО НАД ПЛОТСКИМ)
“Подвижник” оплетён цепями, да не лёгкими, поверх неё,
ТолстЫ и звенья, да к тому обузою зачем-то он ещё иное…
Сам присовокупил, навешав несколько, как бы приваренных…
Цилиндров, словно туеса из бронзы не зачищенной.
Крест на груди чугунный, свидетельство, что вправду в вере их,

Чтоб знали, что глаголит не от бесов сей юродьевый.
Навешав на себя железом эпитИмью. (ЭПИТИМЬЯ – НАЛОЖЕННОЕ СВЯЩЕННИКОМ ОБЯЗАТЕЛЬСТВО (ВО ИСКУПЛЕНИЕ ГРЕХА), ИЛИ ИЗ ТЕХ ЖЕ ПОБУЖДЕНИЙ ДАННЫЙ САМОМУ СЕБЕ ОБЕТ, НУ ДОПУСТИМ СОТНЮ РАЗ КАКУЮ-ТО МОЛИТВУ ПРОЧИТАТЬ, ИЛИ В ПАЛОМНИЧЕСТВО ОТПРАВИТСЯ, НУ ИЛИ ТАК ЦЕПЯМИ СЕБЯ ОБРЕМЕНИТЬ)
С ним спутница, слепому одному никак в дороге ведь,
Хоть вещим кажется, но как в овраг иль лужу избежать паденья.
А от ЮЛАЖЕННОГО, которым год назад на торге видена…
Чрез морок крыса, место выбрали уже поодаль ныне.
(Стр №87)
Не знали, что того уж нет среди живых уже.
Мурза в народе почитаемого во служенье зазывал,
Дарами и посУлами*, но наперёд уважь его, (СУЛИЛ ЕМУ ВОЗДАЯНИЯ)
В хоромах жить и столоваться “Вот тебе БЛАЖЕННЫЙ повезло!”
“А он НЕБЛАГОДАРНЫЙ воли захотел”, мурза напряг желвак* (ЧЕЛЮСТНУЮ/ЖЕВАТЕЛЬНУЮ МЫШЦУ)
Сцепивши челюсти с ЗУБОВНЫМ СКРЕЖЕТОМ, взъярился зол.

“Как говоришь? Что тебе место средь людей?”
“А разве Ты меня с свитою за таковых не почитаешь!?”
“Или чураешься иноплеменниками? А Христос глаголил ведь…”
“Что люди все равнЫ пред ОТЧЕ Вашим.”
“Что знает Ваши “истины” простой монгол, дивись.”
“Раз упираешься, презрев, тепЕреча не до увещеваний!” (АРХАИЧНАЯ ФОРМА ОТ “ТЕПЕРЬ”)

“Раб, порази зазнавшегося, может с него станется,”
“И впрямь Господь, которому служил блаженный верно…”
“Его убережёт, и молния сожжёт, настигнув тут на месте нас.”
“С эфеса руку убери, тебе бы всё булат из ножен дёргать,”
“Мы это видели не раз. ЯвИ наследье мастера,”
“Что в “первый день” свой, подглядел ты у Маньчжура.”

Вмиг оказавшись пред юродьевым, ему меж глаз кулак…
Движением молниеносным выкинув, он припечатал.
И быстро столь одёрнул, что не разглядите как…
Случилось всё, как будто стал тот трупом, чудом,
Упав подкошенный, и стона не издАл он, смерть легка…
Его взяла. “Опять поторопился, чёрт ты!”

“Я думал лишь бока намять, свернуть нос иль скулу,” (Стр №88)
“И гнать, побитого, взашей, Опять ты не дослушал.”
“Пусть был бы он унижен, бит”, сердясь, могол сказал,
“Ну что ж, зато увидели, защита подвела СИЛ ВЫСШИХ.”
“Эх! Выставил меня убийцей праведных, на долгий срок хулА.”
“Раб нерадивый, шустрый в деле слишком.”

Степан теперь, как показную роль, играет вещего аскета.
Изрядно портит образ только тело крепкое под рубищем,
Что голодом изводится, поверить вообще не просто как-то.
Последовали всё таки промеж попрёков* обращения… (ПОПРЁКОВ ЧТО УПИТАННЫЙ)
Житьё растолковать. Умом, что отрешённый, пораскинуть,
Взглянуть со стороны на их мирское, бренное и четное.

Разнёсся скоро по рядам торговым слух,
Что дюже мудро сей слепец глаголит.
Как видит их насквозь, не проговОренные мысли их,
Пред ним, те предстают ободранною липецею* голой (ВЫРАЖЕНИЕ: “ОБОДРАТЬ КАК ЛИПКУ”, ВПРАВДУ ВЫРАЖЕНИЕ О ДРУГОМ)
Душою не прикрытою, с тревогами о родненьких своих.
Не дожидаясь и вопроса, чем спасаться в их юдоли…
Расписывает им, как будто знание приходит к нему сверх.

Помог советом многим обратившимся, душою не кривя,
И не коробило его признать, не знает что доподлинно,
Когда о судьбах спрашивали в дальних обретавшихся краях,
Купцов уплывших ли с товаром, в земли от их вотчины поодали,
Иль в рабство угнанных, убредших в Караван-сарай.
Об их житье не мог сказать, с подачи и “плазмоида”
(Стр №89)
Но удивило самого, “что живы те, иль нет,”
О ком душа болит у вопрошающих его,
Прочувствовать он может чрез лимит…
Работы той, в тандеме их, с машиною, чуднОм.
С машиной, подле что кружит, не воплоти,
Не зрима людям, не мерещится и в двух шагах от них.

С ней перекидываясь информацией ментальной,
Взаимно с ней экстраполяцию и вычисления ведя,
Неочевидного немало прозревал, и данные метелью,
Что нисходили на него, во человечие слова одев…
По ситуациям конкретным выдавал в деталях малых,
Как видят вещуны из ЧУди символы в воде, (ЧУДЬ – ЭТАКИЙ ТАИНСТВЕННЫЙ НАРОД)
Но тут-то он отслеживал анализа и выводов путь длинный.

Вот только выходящие за рамки построений логики системной,
Стал озаренья, то и дело, подмечать “провидец ряженный”
Без мелочей, но знать кто на чужой сторонке слёг костями,
Или особо кто страдает под десницей врАжией.
Не только дельные советы с утешениями, излагаемы Степаном,
Но и дурные вести, и признания, что не всевидец, брЕши есть.

Такое даже подкрепляло веру, что не просто пустомеля.
Народ дурЯщих их полно, те будут извиваться как ужом, юлить
Не скажут прямо, что не ведают, простор тем оставляя,
И дальше деньги вымогать, таков хлеб перехожих всех калИк. (КАЛИКИ ПЕРЕХОЖИЕ, НАПРИМЕР ТАКИЕ В БЫЛИНЕ К ИНВАЛИДУ, ИЛЬЕ МУРОМЦУ ПРИШЛИ И ИСЦЕЛИЛИ, (КСТАТИ, В ЭТОЙ БЫЛИНЕ ТОЖЕ ВПОРУ ПОИСКАТЬ ТЕХНОЛОГИИ ГЕННОЙ ИНЖЕНЕРИИ) НО БОЛЬШЕ ВСЁ ЖЕ ХОДИЛО ПО ДОРОГАМ, ВЫРАЖАЯСЬ СОВРЕМЕННО, ШАРЛОТАНОВ)
А из деливших с ними постоялый двор, когда стемнело, (Стр №90)
Заметил кто-то, что огнь кожу хоть и склеил век…
Провидца, но из под неё сиял поверх свет малый.

Светились в полной темноте глазницы мёртвые едва заметно,
И это разнесла молва, на все лады те новости трактуя,
От святости, и до того, что дьявола наместник,
Пришёл за душами для ада он, но всё таки с утра такие…
Нашлись, кто пообщаться с ним хотел, и дела им до сути нету…
Бес иль святой, раз может подсобить, и без контракта,
Души не требуя взамен, не промышляя даже и деньгу-монету.

Из страждущих кого-то исцелил он порошками.
И всё таки, на постоялый двор как день минует,
Был собираться вынужден со проводницею, за грошик ими…
Снимался угол с лавкою, дремать среди маЕтных*. (ТЕХ, КТО МАЕТСЯ)
Там шкОнки* все и пол вповАлку “наводнятся” торгашами, (ПРОСТЫЕ ЛЕЖАКИ ИЗ ДОСОК)
Да прочим людом невеликим, чешуечку* наскрёб кто меди (МЕЛКИЕ МОНЕТЫ И ВПРЯМЬ БЫЛИ КАК ЧЕШУЙКИ, МАЛЕНЬКИЕ, ТОНКИЕ, И НЕ СОВСЕМ КРУГЛЫЕ)

Свечение, как ни приглядывались, из под шрамов…
Как в первую ночь, там в потёмках, при чаду лучин,
В другие ночи любопытные не видели, глядЯ нарошно.
Под гримом на глазах тогда в ночь дед “включил”…
На мощность бОльшую, подобия лоскутьев шкурных,
То световые элементы, нерв чтоб его не отвыкал очей…
От света белого, подложены они под сомкнутые шоры.

Тогда он специально яркость “накрутил”,
Чтоб видим стал другим, пробился свет из грима, (Стр №91)
Внимание к себе привлечь средь мрака тел.
Прослыть водящимся, со злыми, добрыми ли, силами за гранью.
Не стал тем ходом злоупотреблять, а то ведь ненароком люд…
Так можно взбаламутить и закончить на костре гореньем.

По назначенью свето-элементы далее использовал.
А визуальные потоки прямо в мозга зрительные центры…
Транслировались с мини-камер, вместо глаз его,
Чрез обод* будто кожаный, слепец, а смотрит. (НА ЧЕЛЕ, ОБЫЧНЫЙ АКСЕССУАР ДЛЯ ЗРЕЛЫХ МУЖЧИН ТОГО ВРЕМЕНИ)
Как днём он видит в темноте, ему завидуй вор.
Переключаться может на другие специально спектры.
Тепло ли тела видя средь кустов, а может и за вёрсты вид…
Приблизить, разглядеть в деталях, как в прицеле, старый.

Привык уже, что может видеть за спиною,
Или что на задание отправленный плазмоид…
Ему картинку “шлёт” как соглядАтай неустанный.
Приноровился солнцем подкрепляться “змей” тот (НУ ПОМНИТЕ В ФОЛЬКЛОРЕ, ЛЕТАЮЩИЕ ОГОНЬКИ, КОТОРЫЕ МОГУТ ЧЕЛОВЕКУ ЯВИТСЯ В ОБЛИКЕ ЕГО ЗНАКОМОГО, НУ СКАЖЕМ ЖЕНЕ МУЖ, КОТОРЫЙ НА ТОТ МОМЕНТ ДАЛЕКО НА ВОЙНЕ, А ТО И ВОВСЕ ПОГИБ, ВПРАВДУ НЕ ЗНАЮ, ПОЧЕМУ ТЕХ БЕСПЛОТНЫХ СВЕТЛЯКОВ-ОБОРОТНЕЙ ЗМЕЯМИ В НАРОДЕ ПРОЗВАЛИ, ПО ФОРМЕ НИЧЕГО ОБЩЕГО, ОНИ СКОРЕЕ ШАРООБРАЗНЫЕ ОБЫЧНО, ПО ПРЕДАНИЯМ)
По скатам крыш развесив ткань тончайшую, что сходна с паутиной.
Вбирая свет, да в закромах, в лабазе неком ток…
Копился, на осиное гнездо похожем, что под крышей притаённо.
И было не одно, к которым подлетал на подзарядку, в “док”*. (КАК КОРАБЛИ ЧЕРЕЗ ВЕКА БУДУТ)

Мужик освоил, на челе, магнитно-резонансный свой радар
Пытался, расширять его возможности, эксперимента ради,
Видения не только с камер, но и с глаз снимать других. (Стр №92)
Как с его мозгом обод контактировал не трудно,
Мог пораскинуть и чуть-чуть поодаль сканинг* сигнатур. (ОТ ГЛАГОЛА СКАНИРОВАТЬ)
За метры от Степана мозг кого ни будь подробно,
В функционале видя, и читая зримостью картин…
Активность мозговую, что раскидана там дробно.

Не только виденное, выбранным подопытным, воочию,
Но даже сны, воспоминания и представления, но смутно.
Вот так без дела развлекался Стёпа вечером.
Покуда заставлял себя ждать интерес к Степану,
Со стороны баскака, а в иные пОры “Упасите! Чур меня!”… (ЧУР МЕНЯ, ЭТО КАК СЛОВЕСНЫЙ ОБЕРЕГ, КАЖЕТСЯ “ЧУР” ЭТО ПРЕДОК, ЭТО КОРЕНЬ И В СЛОВЕ ПРАЩУР, ЕСЛИ ТАК, ТО ФРАЗА, ПРИЗЫВ К ПРЕДКАМ, ЗАЩИТИТЬ, ОГОРОДИТЬ, ОТ ЧЕГО-ТО НЕХОРОШЕГО.)
От их внимания, но ныне надобны в игре “степные”.
А вот оказия и подвернулась, им для прочих “чарами”…
Ещё блеснуть, Сказал, что скоро грянет в гости ТЕМНИК (ВОЕНАЧАЛЬНИК НАД ВОЙСКОВЫМ ПОДРАЗДЕЛЕНИЕМ ТЬМА (ОН ЖЕ ТУМЕН) ОКОЛО 10ТИ ТЫСЯЧ БОЙЦОВ)

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАВАЯ "ГОСТИ БАСКАКА"

Вот этим уж внимание привлёк посла, его словили,
За шкирки притащили их с девицей перед очи.
“Что донесли, мне про тебя!? А, пёс зловонный!?”
“Неужто, знаешь более меня!?” Спросил горячий. (ДАЛЕЕ ОТВЕТ)
“Прознал о госте присно, я со слов вороньих.”
“Откуда ж знать, что ведомо тебе, мрак мысли прячет.”
“Казнить меня ты волен, если вру, нехай, но…”
“Ждёт вороньё, их каркают о войске речи.”

“Сулит поживу им мурза, пускай идущий вроде с миром.” (КОНЕЦ СЛОВ СТЕПАНА)
“Что ж, я проверить весть, разведчиков на встречу выслал.”
“А ты слепец покуда погостишь, провИденье проверим.”
“Всего в достатке дам вам с девкою, но будет страшно если…”
“Себя ты пустобрёхой* выставишь, и в том поверь мне.” (БРЕХАТЬ – ЛАЯТЬ, ФИГУРАЛЬНО ВЫРАЖАЯСЬ: СОТРЯСАТЬ ВОЗДУХ ВПУСТУЮ, ВРАТЬ)
“А на досуге я тебя послушаю, ты вправду ль вещий сильный.”

Призвал его, когда устал баскак от дел.
Расспрашивать, волхву подобного, досуже интересно.
Не смог сказать, о ставке ханской, об орде,
Чего-то более, чем знал сам докучающий расспросом.
Но данных считанных и у него, хватило сказу вес придать.
Чтоб заинтересованности уж крючка не бросить.

“Прошу тебя владыка, вороти калике его посох,”
“Тяжёлый волочить всегда с собой, когда-то дал обет.”
“А коль его нарушу, пусть неволей, как клятвопреступник,”
“Лишусь я дара вещего, и не смогу помочь в делах тебе.”
“Да, впрямь тяжёл, ну будь по твоему, бери “пест” Стёпка.”
“Ещё прошу, чтобы не приставали дочке, одолели теребя.”
Но гожее ли дело? Ведь от срама не спасётся путник,
Уйдя из места, где ославили, где не по воле непотребен был.
С собой позор нести, и худо бабе, если совесть запятнают,
Так, без её вины, нахрапом как берут кобыл.

А сам-то ты её спросил? Быть может ей, то было бы в охотку?
С тобой бродя, давно поди, не ублажали её, “клушу”?
Прости владыка! Только разве мы животные? Хоть и блохасты.
Чтоб только лишь по зову плотскому бежать на случку.
Хотел Степан ещё приврать про зятя, что блюдёт хозяйство,
В селе далёком, там ему не бросить их межИ клочочек. (Стр №94)

Но вдруг поймал себя на том, что врать уж туго,
Чурался этого и ранее, а вот реально припекло,
Что могут, что ни будь добиться ложью только.
Чем дальше, тем занозистие* в горле как колОм.
Сказал, как есть: “Изводится ведь от ухаживаний липких”
“Твоих воителей. Огороди прошу, и бью челом!”

“Быть по сему, хоть и не знаю, что те в ней нашли,”
“Меня вы стража поняли? И прочим передайте,”
“Чтобы отстали, и других искали с кем сенях шалить,”
“Коли не надоела служба им приличная, при ставке.”
Кажись, сработало воздействие, что непосредственно в чело,
Плазмоид посылал, пыл умалил чиновной страсти.
Такое не запрещено, от этого ведь ни один, не пострадает член*. (ЧЛЕН ТЕЛА, РУКА ИЛЬ НОГА НАПРИМЕР. НАПОМНЮ, ЧТО ЭТОМУ НЕМЕХАНИЧЕСКОМУ РОБОТУ ЗАПРЕЩЕНО ПРОГРАММОЙ КОМУ-ТО ВРЕДИТЬ)

И через зрительные области в мозгу подкорректировал…
Вельможей восприятие “невольной гостьи”,
Чтобы как женщина была мурзе и даром-то противна бы.
Тем временем, вернулся всадник с вестью,
Не обманул урус, впрямь из орды с тьмы* половиною (ТЬМА – БОЛЬШОЕ ВОИНСКОЕ ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ, КАЖИСЬ 10 ТЫСЯЧ, А ТЕМНИК, ВОЕНАЧАЛЬНИК НАД НЕЙ, А ПРО ПОЛ-ТЬМЫ, РАЗВЕДЧИКУ ПОКАЗАЛОСЬ (У СТРАХА ГЛАЗА ВЕЛИКИ), ЭТО ВСЁ ТАКИ НЕ ВОЕННЫЙ ПОХОД, А ИНСПЕКЦИЯ, НО И БЕЗ ВОЙСКА ТОЖЕ НИКАК)
Идёт сановник, не иначе тот Каракорума послан властью.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ "ЭММИСАР ИЗ ОРДЫ"

Приказы спешно отдаёт баскак, накопленное в погребах,
Что собрано за годы с местных, но утаено им от отчёта,
По вьючным распихать мешкам иль покидать арбы,
За город спешно вывозить, где темник не учует, (Стр №95)
В лесах ревизию пережидали чтоб, покуда не прибЫл…
Гонец за ними, сообщивши, что там снова чисто.

“Вот не было забот, уж столько лет в доверии всегда у хАна,”
“Подумать и не мог, что гость, да с каверзой нагрянет.”
“Ведь отсылал исправно данной мерой дань им.”
“И ведь гонца с предупреждением заранье от родни нет!”
К воротам только подойдя, глашатая направил темник:
“В улУсе* сём “Джумчи” княженья ревизирует другие,” (УЛУС – РАЁН, ПРОВИНЦИЯ (МОНГОЛ.), А ДЖУМЧИ, ЭТО НАЗВАНИЕ)
“К тебе же в гости заглянул он как приятель”

Дары и яства припася, прибЫвшего с радушьем звал баскак.
Оставив лагерем близ города войска, вошёл с эскортом, но не малым,
При встрече рассыпались, словно были прежде те друзья близкИ.
“О деле разговоры подождут, а время мы душевней скоротаем.” (СЛОВА БАСКАКА)
“В пирах, в охоте, у меня есть соколА, и даже пардузная* от князей.” (В ЭТО ТРУДНО ПОВЕРИТЬ, НО В СРЕДНИЕ ВЕКА ВЫСШИЕ ЧИНЫ НА РУСИ МОГЛИ ДЕРЖАТЬ НАТАСКАННЫХ ДЛЯ ОХОТЫ КРУПНЫХ КОШАЧЬИХ, ЛЕОПАРДОВ И КАЖИСЬ ДАЖЕ ГЕПАРДОВ (ПРО ПОСЛЕДНИХ Я СЛЫШАЛ, НО САМ НЕ ОСОБО ВЕРЮ), А ТЁПЛОЕ ПОМЕЩЕНИЯ, ГДЕ ИХ СОДЕРЖАЛИ, НАЗЫВАЛОСЬ ПАРДУС ИЛИ ПАРДУЗНАЯ.)
Не редко донесенье принимал “наУшко” скрытный темник,
Посредь досуга. “Соглядатаи его уже дознались ли? Как знать?”
“Баскак насколько интерес свой шкурный, скаредный, чтил тайно.”

Как напрягали к гостю те визиты приближённых “шептунов”
Которых рассылал по городу и по округе рыскать,
“Что там могли узнать? Когда взъярится, бешености не таЯ.”
Невозмутимым остаётся, ни к чему рык рыси,
Которая прицелилась на жертву из кустов в тайге,
Неведенье играет, чтобы не спугнуть растратчиков корыстных. (Стр №96)

Речь как-то за очередным обедом гость повёл:
“Я слышал, во служеньи у тебя боец непревзойдённый”
“Чего ты лучшего и прячешь там, поодаль, как скота в хлеву?”
“Телохранитель должен ежечасно же быть при заданьи,”
“Хозяина оберегать. А то ведь не поспеть, пусть лих, ему,”
“Коли тебя своим я прикажу сейчас прирезать, думай…”

“А те, кто подле, тоже видно славные рубаки,”
“Насторожились как, мои слова услышав,”
“Сцепили зубы, руки на эфесах, все в напряге,”
“Ну ладно, успокойтесь. Аль в улУсе вашем…”
“И шутки разучились понимать? Суровых из себя играя.”
“Обидно! Я столь вероломным что ль всем вижусь?” (ДАЛЕЕ ЕГО ЖЕ РЕЧЬ)

“И всё же, твоим воинам, бесспорно, в бое конном бравым,”
“Сравниться ль с гвардией моей владением мечом?”
“Костяк охраны хАна набран был за деньги в Окинаве.”
“Ты слышал про страну Нипон? Её раскиданы клочки…”
“По островам. Как кабанам в загоне, в яме…”
“Друг друга с голодухи убивать, и выделялись секачИ…” (СЕКАЧ – МАТЁРЫЙ КАБАН САМЕЦ)
“В том преуспевшие. Так наторела знать Нипона…”

“В кровопролитье средь своих, то возведя в искусство стали*.” (В СМЫСЛЕ МЕТАЛЛА)
“Из них для хана были набраны, засылкой кораблей, наёмники.”
“Обученные ими, ханской милостью, и в моё войско встали.”
“Забили многих в ходе обучения, пусть были не клинки у них,”
“А палки деревянные, вели сурово Окинавцы воспитанье.”
“Кого-то сами мы добили, ну не быть же им обузою, калеками.” (Стр №97)

“Не будем так мы расточительны, вне поля боя с чужаками,”
“Разбрасываться воинами, ради спеси убивая и калеча.”
“Зови “Манкурта” своего, пусть создан не по методу Джу-жуней…”
“А всё равно, как я прознал, прилипла кличка.”
“Потешит нас пускай борьбой с батырами в до-джонге.”
“Да не случится ничего с ним и в бою по правилам кулачным.” (ДАЛЕЕ ПРОДОЛЖАЕТ ОН ЖЕ, ТЕМНИК)

“Мои хоть здоровЫ детИны, могут силу несколько умерить с прытью.”
“Чтоб ненарОком* твоего вообще не пришибить.” (СЛУЧАЙНО/НЕНАМЕРЕННО)
“Ты Темник прав, я прячу от тебя “славянского манкурта””. (ЭТО И ДАЛЕЕ БАСКАК ОТВЕЧАЕТ)
“Не за него боюсь, а как бы не вошёл он в раж опять.”
“Хоть, нет, не раж, неправильное слово, не по зверски крут он.”
“А холоден как из могилы, в ней успел он прежде быть.”

“Как богомол*, или змея, скорей как спущенная тетива от лука…” (БОГОМОЛ – НАСЕКОМОЕ)
“Он действует, сомнения не зная, но его бездумность…”
“Не глупости сродни, а в точных действиях, напротив, лОвок.”
“Ты говоришь, твои в полсилы отвалтузят, дЕскать?”
“Не знает сдержанности он. Уж не дразните волка.”
“Принёс он опыт из могилы, видимо, взамен того вобрал что в детстве.” (КОНЕЦ СЛОВ БАСКАКА)

“Что слышу я в твоих словах, как будто сам раба боишься?” (КОНЕЦ РЕПЛИКИ ТЕМНИКА)
“Не скрою, замогильным чем сквозит, когда он рядом.”
“Его присутствие мне в тягость, будто он забрался в душу, в мысли.”
“Насторожилась твоей шуткой гвардия моя, порядком*”. (ДОСТАТОЧНО, В ЗНАЧИТЕЛЬНОЙ МЕРЕ)
“Когда бы я не понимал, что вероломство замышляют если…”
“То на словах о планах с жертвой говорить – бред некий.”
“Тогда б я испугался сам твоих речей, не пОнял бы шутливость.” (Стр №98)
“Но предсказать, как раб себя повёл бы, не берусь нисколько.” (КОНЕЦ СЛОВ БАСКАКА)
“Так что ж ты держишь нерадивого опричь!? Он шелудивый…”
“Тебе не нужен раз, могу купить. Обломан не один урус* славянский.” (УРУС – РУССКИЙ)
“Ты Темник на отказ мой не серчай, из шЕльмы* сделан,” (ШЕЛЬМА – (УНИЧИЖИТЕЛЬНО-РУГАТЕЛЬНОЕ) НУ ТИПА, ПРОХВОСТ, ВОР, РАЗБОЙНИК)
“Чтоб только слушался меня, торг им непрост, мы связке.” (КОНЕЦ СЛОВ БАСКАКА)

“Тогда убей, раз его близость в тягость.” (ДАЛЕЕ ОТВЕТ БАСКАКА)
“Нет, мной ценим он неспроста, уже четыре раза зА год…”
“Спасал мне жизнь, когда являлись, зло умыслив, тати-гости.”
“Я говорил, что будто знает мысли, чувствует засады,”
“Врагов молниеносно саблей рассекал, не успевал я испугаться.”
“Как до его опеки выживал? Такие тут в Джумши-улусе злыдни.”

Сказал баскак: “Чего стоять за дверью!?”
На дверь входную темник устремляет взор.
Не открывается она, а в ближней стенке, за портьерой…
Открылась потайная, вздрогнул темник-ревизор.
Так близко за его плечом рубака был баскака верный.
Напасть он пожелай, не подоспела бы охрана, будь она резвей.

“Готов ли гостю удаль показать ты в рукопашной!?” (СЛОВА БАСКАКА)
“Кто из твоих батыров счастья попытает, встанет?” (ДАЛЕЕ РЕЧЬ ТЕМНИКА)
“Не забывайте, не враги Вы и не распаляйтесь слишком.”
“Повержен будет кто, так даст же путь попятный мести,”
“И не оставит злобу затаённую, не справился, так вышло.”
“Ты, зря что ль за троих расходуешь питания припасы?”

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕЬЯ "КУЛАЧНЫЙ БОЙ"

Детина вышел в центр перед пирующих столами, (Стр №99)
Не хил и сам манкурт, но не в сравнении с монголом.
Манкурт взирает безучастно, словно бы пургою очи застилает,
Как будто взгляд уходит в эту мельтешню, в раскинутые дОлы,
Не упирается*, не падает*, на “публику честнУю” и на зала стены, (ВЗГЛЯД НЕ УПИРАЕТСЯ)
Как всё здесь не его касается, и смотрит сквозь амбала.

Шут вышел меж соперников и сыплет прибаутки:
“Не маловат ли для тебя боец? Мне схватку уступи.”
“Пусть я не вышел ростиком, но я силён и прыток,”
“Оставь манкурта, а сразись со мною, “истукан степи””. (КОНЕЦ СЛОВ ШУТА)
“Поберегись малец, мой, шутки понимать не склонен, ратник.”
“Да от презренного он может над собой издёвки не стерпеть.”

Амбал берёт шута своими узловатыми ручищами за плечи,
Беззлобно, по отечески так, в строну с пути чтобы его отставить.
Со снисходительной улыбкой: “Ну потешил, мальчик - с пальчик ”.
Но что такое? Приподнять не в силах, как из чугуна тот слит весь.
Не в верх поднять, так в сторону подвинуть, это чуть полегче.
Не видно чтобы упирался шут, но прочь не сдвинуть с места.

Все засмеялись за столами, вот ведь шутку поддержать непрочь* он… (НЕПРОЧЬ – НЕ ПРОТИВ)
Суровый воин. Только самому ему, похоже, не до смеха,
Отнюдь непоказно пытался сдвинуть, не дурачился нарочно,
А напрягался что есть сил, на шее жилы* вспухли (ЖИЛАМИ В ПРОСТОРЕЧЬИ МОГУТ НАЗЫВАТЬСЯ КАК СВЯЗКИ КРЕПЯЩИЕ МЫШЦЫ К КОСТЯМ, ТАК И ВЕНЫ, ПРОСТУПАЮЩИЕ ПОД КОЖЕЙ, ЗДЕСЬ ВО ВТОРОМ ЗНАЧЕНИИ)
Готов был сдаться уж, но не послушался и каждый палец скрючен,
Не смог разжать их, стал вдруг легче нежели солома с пухом,
В руках тот НЕДОРОСТОК поднятый, шут улыбнулся, но искрою очи…
Недоброю блеснули. Вот когда с движения отставлена помеха… (Стр №100)

Став непривычно для себя посмешищем,
Готов был воин отыграться на противнике достойном.
Махнул ударом, силы все собрав, сметающим.
Казалось, за происходящим не следил манкурт, там стОя,
Но ты обманешься, застать его врасплох надеючись.
Под рУку поднырнув, своей как описует круг светило…
В наклонной плоскости, длань мечет ввысь

Он захлестнул, кулак в запястье чуть согнув, им как клювцом* (КЛЮВЕЦ – ОРУЖИЕ ТИПА ТОПОРИКА, ТОЛЬКО ВМЕСТО ЛЕЗВИЯ НА НЁМ КОЛЮЩИЙ “КЛЮВ”)
По длинной траектории махнул, в наклоне припадая,
Чтоб над собою пропустить несущийся кулак в лицо,
В лоб рубанул, рукою длинный путь поделав,
В захлёсте аж из за спины, сам сошкой в низ склонясь.
По разному в боях кулачных до того батыру попадали.

Монгол хоть отшатнулся, но всё ж устоял.
Всех покоробил звук, о кость его, удара гулкий.
Со лба стекавший крови ручеёк взор застилал,
Пнул не промедлив сколько-то ногой в грудную клетку.
Пройди пинок, то улетел бы напрочь дерзкий за столы.
От этого удара уходя, манкурт ладонью голень с пяткой...
Снаружи внутрь подбил, хоть без того свой таз с пути отвёл,
Гарантий алгоритм выбирал, на оптимальность падкий*. (ОН НА ОПТИМАЛЬНОСТЬ ПАДКИЙ)

Сбив ногу бьющего, сворачиваться стал обратно, на противоходе,
Захлёстывая внутренним ребром ладони у большого пальца,
Как бьёт крылом, не для одних полётов лишь пернатым годным, (Стр №101)
Прекрасный лебедь, а не только удаляются от пришлых птицы,
Берутся от непрошенного заводь защищать особенно с приплодом.
Лисе ли ногу перебить, иль в гоне брачном шею, если попадётся…
Самец другой, себе подобных убивать не только людям.

Удар похлёще сделало, что при движении сгибал…
Ещё и в лОкте руку, по окружности ей путь начав прямой*, (НЕ ТО ЧТО ПУТЬ ПРЯМОЙ, А ПРЯМОЙ РУКОЙ)
Суммировались скорости, не ожидал монгол,
Такого, хоть удары раньше он привычно принимал…
Бойцы ведь без уменья их держать и не могли.
Но тут, так рубанул, что искры пред очами, как горит Ямал…
Сияньем северным, в морозной стуже, в зимней мгле.

Под глазом разошлась плоть, не рукою как рубанул, а топором.
Тут темник крикнул, что довольно. Ну “бузЯки”, хватит!
Но докричишься разве коль медведем шатуном амбал попрёт.
Уверенный что раз не в прыти одолеет, так в захвате,
Не вывернется схваченный, переломает поперёк.
В том очевидный виделся и безотказный выход.

Метнулся к пояснице, чуть присев и лапы по медвежьи выставив.
В прыжке навстречу, снизу в подбородок бьёт манкурт коленом,
Обритая глава, тряхнулась некоим движеньем неестественным,
На грудь безвольно свесилась, колос хоть крепок, а не глинян,
Опал присев, сначала на колени, далее уже настилом став…
На белокаменном полу, лицом в него со хрипом клюнув.
(Стр №102)
Кровь растекалась лужей из под главы, от прежних сЕчек*, (СЕЧКА – РАССЕЧЕНИЕ МЯГКИХ ТКАНЕЙ ЛИЦА ОТ УДАРА (ЧАЩЕ НА БРОВЯХ), БОКСЁРСКАЯ ТЕРМИНОЛОГИЯ, ДА, ДА, И ПОД СМЯГЧАЮЩИМИ ПЕРЧАТКАМИ ПЛОТЬ БЫВАЕТ РВЁТСЯ, А ОТ ГОЛЫХ КУЛАКОВ И ПОДАВНО)
В неё могучий, пузыри, дыша, пускал и фыркал.
Скамью откинув, брат батыра в раже вихрем вскочит,
А с лавкой вместе разметав товарищей, да с рыком.
Хотел, то было, темник осадить, но раз уж тут вопросы чести…
Семейной их задеты, пусть решат всё по орды порядкам.
Вскочившего охолонула*, вражия прострация и безучастность. (ОХЛАДИЛА ЗНАЧИТ (ПРОСТОРЕЧИЕ))

Опасность в том почуял, озлобленья не утратив,
И контролируя обычный страх матёрого бойца,
Рассудочней стал, ненадолго взбеленясь*, татарин. (НУ КАК ЯГОД БЕЛЕНЫ ОБЪЕВШИСЬ, В НАРОДЕ СЧИТАЕТСЯ, ЧТО ЕЁ ТОКСИНЫ РАЗУМА ЛИШАЮТ, И НА БЕЗРАССУДСТВА ТОЛКАЮТ)
Раз действия любые, контратаками брались,
“Реакции не превзойти мне “белобрысой твари””
“Оставлю первый ход за ним, лишь руки ты ко мне приблизь”

“Один, два пропущу дара может, мне не привыкать,”
“При этом изловчусь схватить, и по медвежьи заломаю.”
“Недолго мне ему переломать и рук в локтях,”
“Иль проще выломать из плеч, не потужу, жалея.”
“Ему век далее придётся пойло муркою лакать,”
“И миску взять не сможет, он уже калека.”

“Посмотрим, так ли уж ему, всё безразлично?”
“От плотской участи своей, он так ли отчуждён?”
Монгол встав в стойку, рассуждал, сосредоточен,
Малейшее движение отмечая, ждал,
Вот то, чего боялся он, похоже, план сорвёт артачась… (Стр №103)
Его соперник, видно не приучен, на рожон идя,
Сам первым нападать. “А мне выкручиваться как счас?”

Ему-то всё равно, мне улюлюкают стыдя,
Что медлю, не кидаюсь очертя главу, то малодушье.
Попробуй объясни, что вижу в этом толк я как стратег.
Противник истуканом встал, чуть телом лишь шатаясь
Не поднял для защиты рук, смотрясь добычей лёгкой, подстерёг…
Брательника, меня б не вынудили повторить оплошность ту же.

В мгновенье следующее, непроизвольно только лишь моргнул,
Сорвался белобрысый, с бешенным, остервенелым шквалом.
Контроля ситуации век* мановение лишить могло, (ВЕК ГЛАЗА ИМЕЕТСЯ ВВИДУ)
Ничтожную дав фору, в том он как обычно перестраховался,
И без моргания бы не успел задействовать “клещей” монгол. (НУ В СМЫСЛЕ РУКИ ХВАТКИЕ КАК КЛЕЩИ КУЗНЕЦА)
Сторонние зеваки тоже не сочли ударов верхних с лязгом…
О костью кость, когда прямой кулак прошёл в главу*, (В ЛИЦО, ЕСЛИ ТОЧНЕЕ)
Перемежаемых глухими, то когда он* в торс нехилый загнан. (ОН - КУЛАК)

Перемежал, удары длинные прямые, на сближение идя, локтями,
Не бубна темп, не дроби барабанной, а по крыше града,
Лишь слышали, не успевая различить изображения детали,
Секунды две атаку шедшую, ход довершил негАдан,
Он как таран бревном подвешенным горизонтально,
В прыжке батыру в грудь вошёл ногами.

Звук о его доспех из толстой, грубой кожи,
Подошв ударивших, похож был на таранный, (Стр №104)
Тот бьёт в окованную древесину врат похоже.
Отъехал под столы, упав на пОл, татарин.
Манкурт на “лапы” приземлился, ну как прыгнув кошка,
Ещё вернее*, с пластикою паука, или рептильной твари. (ЕЩЕ ВЕРНЕЕ КАК ОБРАЗНОЕ СРАВНЕНИЕ)
“Всё! Хватит на сегодня ратей с нас потешных!”
“Обиду, помните, клялись не уносить с турнира.”

“Ну, что стоите!? Лбы. Подняться помогите братьям ратным.”
“Или боитесь, отыграются на Вас с обиды, сгоряча?”
“Под рУку если подвернётесь не вернувшимся обратно…”
“К сознанью ясному. Неужто, впрямь, настолько сокрушил…”
“Рассудок воинов? Мне верных не испортил бы батыров…”
“Твой белобрысый раб немой, телОк* урУс шайтан.” (МОЛОДОЙ БЫК)

“Ан нет, отходят* вроде от ударов понемногу.” (ПРИХОДЯТ В СЕБЯ, ВОССТАНАВЛИВАЮТСЯ)
Второй сражённый брат с кровавым кашлем…
ПоднЯлся первым, встать татарину помог другому.
Пол ровный был для них как корабля в шторм кАчка.
Мысль, попросить, чтоб поквитаться дали с недругом клинками,
Оставил каждый при себе. Зазря кто ж искушать рок хочет?
И не сговариваясь рассудили, то путь верный погребение накликать.

Желание их, трапезу продолжить, обернулось рвотой.
Подпортив всем гостям честнЫм изрядно аппетит.
Батырам, и на следующий день, захочется есть вряд ли.
Устроено как странно, в голову из за удара пострадать…
Желудок может, изрыгая, съеденное давеча, обратно.
Прислуга суетилась, за ушедшими, срам затирая по пути.
(Стр №105)
“Да, раб завидный у тебя, и обоснованна давЯщая опаска,”
“Чужая мысль с душой потёмки, и у говорящих,”
“Ну а когда молчит, да может и душа спеклася.”
“Действительно, что вырвется, когда, наружу?”
“Не угадать. Оставь его себе, он не шалит покамест.”
“Доставил мой заказ гонец с орды “нарошный”*” (СПЕЦИАЛЬНО ПОСЛАННЫЙ)

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ "КОМПРОМАТ"

Вот, в дар тебе посол, преподношу я кубок,
С земли родной, от мастеров КаракорУма*, (КАРАКОРУМ – НОВАЯ СТОЛИЦА ЗОЛОТОЙ ОРДЫ)
Баскак ждал, что внушительный, но грубый…
Из лАря извлекут, но побледнев, узнал продукт Ромеев*, (ВИЗАНТИЙЦЕВ)
Изысканный, в камнях, к нему попавший из Царьграда.
Был средь сокровищ, коие велел упрятать он укромно…

В лесах бескрайних, значит перехвачен был обоз.
Всё это время, зная о его проделках, с ним играет темник…
Как кошка с мышкой, хитрый проверяющий, а он балбес.
Договорится ли, попробовать? Но и монет для торга нету.
Все недоимки у него и так, насмешливый в прищуре блеск.
Прекрасно знает с самого начала, что украдено у местных,
И не пошло в казну. “Один хоть сохранить мне шкуру б лаз!!!”

В отчаяньи лишь время потянуть один другой день можно,
Заинтересовавши, суд с расправой можно и отсрочить.
Приемник видно найден был зарание в орде на должность…
В Джумши* улУсе* сём, какой ни будь из хАна приближённых родич. (ЗАПАДНЫЙ УЛУС (РАЙОН) ОРДЫ)
Неужто заместитель здесь, средь прИбывшей с ним молодёжи.
Юнца же обведут урУсы* хитрые, народец лжив, пройдошист. (УРУС – РУССКИЙ ДЛЯ НИХ)
(Стр №106)
“Великолепен твой подарок, и теперь в долгу я неоплатном.”
“Утаивать что либо не могу от гостя дорогого.”
“Не только лишь боец, был до поры припрятан.”
“Прибился давеча слепой аскет на двор с дороги.”
“Несёт он в обещание богам своим, суровой, бремя, епитИмьи*.” (ЕПИТИМЬЯ - ЭТО ИЛИ ДУХОВНЫМ НАСТАВНИКОМ НАЛОЖЕННОЕ “НАКАЗАНИЕ”, НУ СКАЖЕМ ПАЛОМНИЧЕСТВО СОВЕРШИТЬ, ИЛИ СТОЛЬКО-ТО СОТЕН РАЗ МОЛИТВУ ПРОЧИТАТЬ, ИЛИ ЖЕ САМИМ НА СЕБЯ ВОЗЛОЖЕННЫЙ ОБЕТ, ВО ИСКУПЛЕНИЕ КАКОГО-ТО ГРЕХА)
“Он слеп, но прозорлив, толковый истово*, а не юродьев*” (ИСТОВО (В ПРОТИВОПОСТАВЛЕНИЕ НЕИСТОВОСТИ) РАССУДОЧНО/ХОЛОДНОКРОВНО, А НЕ ЮРОДЬЕВЫЙ, ЗНАЧИТ ЧТО УРАВНОВЕШЕН, БЕЗ ИСТЕРИК И КРИВЛЯНИЙ ЭКЗАЛЬТИРОВАННЫМ ЮРОДЬЕВЫМ СВОЙСТВЕННЫХ)

“Глаголит рассудительно, я убедился, что он вещий” (КОНЕЦ СЛОВ БАСКАКА)
“А сколько жить тебе осталось? Не спросил?” (СКАЗАЛ С ИЗДЁВКОЙ ТЕМНИК)
“О нём доложено мне тоже. Нет тайн, видишь?”
“Позволь мне покомандовать в гостях, Слепец урус…”
Открылась дверь, заталкивают их с девицей.
“Так это значит, сам стянул он в цепи торс?”

“ЧуднЫ бывают люди божие, а я-то, думал было,”
“Что это ты, из самодурства, так тиранишь тут гостей.”
“А посох у него, как для сражения тяжёлая дубина.”
“Навершие как кремль, и четыре башни, что торчат из стен.”
“Смотри ка, он в лохмотьях, а на нём железа, да и бронзы…”
“Навешено, ещё с работой недешовой, что-то во всём том…”
“Не сходится. За столько дней сам должен бы задать вопросы.”(ДАЛЕЕ СЛОВА СТЕПАНА)

“Приветствую тебя из Золотой Орды достопочтенный господин,”
“Внемлю смиренно, может ли что сделать для тебя калика перхожий?”(КОНЕЦ ЕГО СЛОВ)
“Как квакают лягушки, в играх брачных, весною по прудам,”
“Что за язык у них? Учить тебе его баскак, ох нелегко пришлось же!” (Стр №107)
“Они как куропатки квохчут, как сим смыслы передать?”
“Ты прав, язык не прост, но лучше понимать, коль не добра желают.”
“Они отнюдь не куропатки, а скорей славяне - змеи на груди.”

Степан хотел ответить было сам на языке монгольском,
Но воздержался, не желая больше породить вопросов.
Усвоили его за лето, надиктовывал плазмоида им голос
Легко далось учение обоим, хоть и находились порознь.
По русски отвечал: “Простите мне, заговорить бесспросу, наглость.”
“Не беден был я в прежней жизни, чтобы оплатить работу кузни.”

“Принявши откровенье свыше, пО миру пошёл с дочуркой.”
“ Лишь было бы что есть, а сверх того богатство безразлично.”
Переводил его слова толмач, спеша чирикал.
“Ах, вот что, значит, ты аскет и золота не алчешь?”
“А то я удивлялся, развернуться могут вещие ширОко,”
“Стяжать богатства через знание тем* лучше.” (ТЕМ – ВЕЩИМ)

“С купцов с сановниками деньги брал бы за советы.” (ДАЛЕЕ ОТВЕТ СТЕПАНА)
“Всё так, но дар откажет мне, поддамся коль корысти,”
“Не столь уж значимо мне всё, на чём стоит свет этот.”
“А раздобыть богатство есть пути и более простые.”
“Его зарыто в земли, став бесхозным, в ларях и сосудах,”
“Хранится всеми позабытое, быльём и лесом порастая.”

“Хозяева лишь мест, из нАви* людям чужеродной, духи,”
“Оставленное почитают за своё, и к претендентам лЮты.”
“Хотя для жизни не нужны самим им жемчуга и драхмы.” (Стр №108)
“Как впрочем, и мне самому, я малой обойдусь толИкой*” (ЭТО КСТАТИ ПРАВИЛЬНОЕ, ЛИТЕРАТУРНОЕ, УДАРЕНИЕ, ХОТЬ В ПРОСТОРЕЧЬЕ ЧАЩЕ ЗВУЧИТ “МАЛАЯ ТОЛИКА”)
“Хоть мог бы находить казну, что даже нежитью хранима.”
“Но с ними ссорясь, на себя с дочуркою беду недолго и накликать.” (КОНЕЦ СЛОВ СТЕПАНА)

Толмач, из местных, перевёл его слова татарам.
Что слышу я? Да видно в тебе вера, старый, не сильнА.
Постыдно человеку божьему считаться с бесами ТартАра* (АД У ДРЕВНИХ ГРЕКОВ, ОТ ПУСТЬ ХРИСТИАН РОМЕЕВ, НО ВСЁ ЖЕ ПОМНЯЩИХ И ДРЕВНИЕ ВЕРОВАНИЯ, МОНГОЛ МОГ ЭТО СЛОВО ЗНАТЬ)
“Ты слово верное употребил*. Не столько страх их сонм…” (СЛОВО СЧИТАТЬСЯ, ОТВЕЧАЕТ СТЕПАН)
“Внушает мне, негоже и у чёрта что-то брать без спросу и задаром.”
“Крещёных обирать, иль басурман, иль беса, не пристало нам.” (КОНЕЦ ЕГО СЛОВ)

“Ну, мы обетов не давали, и не столь уж щепетильны,”
“Здесь находясь, тебе бояться есть чего поболее, чем духи.”
“Мы воины, всего превыше доблесть, мужество и удаль,”
“Но и от злата не откажемся. По улочкам ты походи ка,”
“В сопровождении ордынцев, может злато подле…”
“Зарыто где. Укажешь, то получишь часть находки.”

Но если же, себе на горе денег, не найдёшь,
Ох пожалеешь, что родился и до этих пор дожИл.
Сгодится на потеху для ордынцев дочь,
Ну а тебе слепец придётся претерпеть, держись.
Попробую, сиятельный властитель, может впрямь найдётся что.
Но может и не оказаться ведь предметов должных здесь.
О милости тогда прошу, великий господин, для чад*. (МНОЖЕСТВЕННОЕ ЧИСЛО ОТ СЛОВА ЧАДО, ЭТО ОН О СЕБЕ С ДОЧКОЙ УНИЧИЖИТЕЛЬНО)

При ситуации серьёзной, всё ж не мог с ухмылкой не отметить, (Стр №109)
“Забавно перед господами расстилаться в раболепии.”
Неглуп баскак, и много выше среднего, по интеллекту, темник.
Но это для людей, которые улучшены лабораторно не были.
Во мне же, ограничивайся превосходством всё, ума и тела неким,
Самонадеян не был бы, ведь полчища батыров прибыли.
Уверенности прибавляет арсенал, от пониманья их далёкий.

“Изображать забавно перед сильным пиетет,”
“При этом зная, что расправа предстоит над ними в скорости.”
“Не трогать можно челядь, коль уйдут предусмотрительно с пути,”
“Там видно будет, делать что с гостями русскими.”
“Уж точно делом не рискну, чтобы татарских прихвостней спасать.”
“Пожалуй, и не стоит отпускать их разносить по свету россказни.” (МЫСЛЬ СТЕПАНА, ДАЛЕЕ СЛОВА ТЕМНИКА)

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ "ГЛУБОКОЕ СКАНИРОВАНИЕ"

“Иди с конвоем, можешь взять для верности ты гнутую лозу,”
“С ней, знаю, ищут воду, иногда и клады.”
“В пути по улицам, держи за хвост коня мурзы,”
“А дочь останется тут, утоляя с нами голод.”
“Уж постарайся, о богатстве, о схороненном, прознай.”
“Коли под теремом узришь, его* снести не долго.” (ТЕРЕМ РАЗРУШИТЬ ДЛЯ ПОИСКОВ)
“Дивлюсь, ты понимаешь, ты крестьянин-рус, язык иной.”
“Ответствуешь, не дожидаясь толмача, я только отглаголил.”

“Такая прозорливость подтверждает, что ты вещий.”
“А тем, за шкуру как трясёшься, разочаровал.”
“Всё с непреклонностью сносили в ЖИТИЯХ святые ваши!”
“Ты же, меня страшась, тут извиваешься червём.”
“А в общем прав, коль не себя жалеть, хотя б спасти девАху.” (Стр №110)
“Надеюсь, понял, всё же выслушай и толмачОвый перевод.” (ТОЛМАЧ – ПЕРЕВОДЧИК (УСТАРЕВШЕЕ))

По улицам он шёл с конвоем, люди причитая, расступались.
Жалели человека божьего: “В плену у басурман тираним”.
Он знал, где нужный клад, в ручейном русле прикопал сам.
“Опробую из любопытства полный мой инструментарий”
Сканируя округу, от себя опричь, он резонансные поля слал.
Да “шАрил” магнитометр с гравиметром. Строилась картина…
Объёмных представлений, из потенциалов разных “пляса”.
Немало во земле дворов и под полами исстари сокрыто теми,
Кого уж нет в живых, кем самоцветы с золотом спасались.

Хоть кладов таковых, богатых, на пути не насчитал десятка,
Гораздо чаще попадались медь с довеском серебра в монетах.
В “чешуйках” малых, превратившись в цельные, за годы, сростки.
Под мостовой бревенчатой, то денежка, то даже серьги и браслеты...
Невесть как потерявшиеся, то ещё и до орды татарской.
Пожарища, укрытые настилом, выдавались серым пепла следом.

Жаль, что не может время просчитать, лишь понимая в общем…
Что более глубокое в земле, уходит вглубь веков.
“Покой ли был когда!? Иль вечно лих подлунный мир и бешен!?”
“Хотя, раз терема возводятся, в них поколеньями людей витки…”
“Сменятся успевают, в хаосе стабильность брезжит.”
“То, как кардиограмма, пики встрясок вклиниваются, пологий ток.”

“Урус! Тебе не скажешь, чтоб глаза разул,”
“За неименьем их. Всё ж, ты давай, старайся!”
“Пустыми коль придём, то будет словно чёрт мурза их зол!” (КОНЕЦ СЛОВ СТАРШЕГО ОРДЫНЦА) (111)
“Нам надо за ворота, как не нагоняйте страху.”
“Кто ж будет клады прятать в городе? От глаз вблизи.”
“Я чую, что за городскими стЕнами, найдётся клад, что спрятан.”

“И впрямь, кто будет злато прятать на дворе, в своей калитке.”
“Идём за гОрод, время есть ещё до сумерек немного.”
Степан собой доволен, убедил татар, и ведь не врал нисколько.
Те выбрать к ложным выводам дорожку сами рады.
Коробило его без крайних нужд теперь “верстать реальность”…
Телепатическим внушеньем, мороком, словами полуправды.

Обыгрывать их интереснее без арсенала грубой кривды чтобы.
Такое тонизирует ум собственный, искать честней ходЫ.
И так уже неловко, что предстал народу, как провидец божий.
А всё таки забавно, мимо золота вести, и прочь, сынов орды.
Округу продолжал сканировать не только ради ценной вещи,
“Живут над золотом, порой не знаючи брать средства где.”

Людей за брёвнами он видел в жизни их обычной.
Животных с ними кров деливших, вплоть до мышек.
Сосредоточивши вниманье, различал и камни в почках.
Набор недугов многие несли, ущербно тело наше.
Уж голова разболеваться начинала с непривычки.
Коктейль, набор форматов в коем столь намешан,
Вбирать, анализом копаясь под картинкою первичной.

Да, вот наверное богам, пасти не просто “стадо”.
Не удивлюсь, что утомившись, и глаза закрыли…
На наши судьбы: “Хоть быльём все порастайте”. (Стр № 112)
Гнать мысль крамольную, себя ЕЩЁ равнять с САКРАЛЬНЫМ.
Бредущий с посохом и за хвостом кобылы, в пору рассмеяться.
Зондирование округи схлопнул, больше и чем лет за сорок ране…
За час он обработал, надо утрясти детали и просеять ситом.
При этом разрастались словно плющ по неокортексу* нейроны. (НАРУЖНЫЕ ОБЛАСТИ КОРЫ МОЗГА)

За городом, сойдя с дороги, где он указал,
В чащобе, еле проходимой, ивняка с лещиной,
Нашёлся ручеёк, куда лишь только забредать козлам,
Бьют ветки воинов в лицо, цепляются за шлемы.
Ругался, спешившись ордынский командир, на дядьку зол.
Чу! В полумраке зарослей, как будто бы сознание шалило,
Виденье насылая. Верить ли глазам!?

Над ручейком завис, мерцая дивными лучами огонёк.
Переливался разными цветами неземными.
Себя почувствовал Степан как под мечём Дамокл* (ПРИДВОРНЫЙ ИЗ МИФА, ПОЗАВИДОВАВШИЙ ЦАРЮ, ЕГО ДОСТАТКУ, И ВЛАСТИ, НА ЧТО ЦАРЬ УСАДИЛ ЕГО НА СВОЁ МЕСТО, НО ПОДВЕСИЛ НАД НИМ МЕЧ НА ХЛИПКОЙ НИТОЧКЕ, ЧТО БЫ ТОТ ПРОЧУВСТВОВАЛ, КАКОГО ЭТО БЫТЬ ЦАРЁМ, И ВСЁ ВРЕМЯ РИСКОВАТЬ ПАСТЬ ЖЕРТВОЙ ПОКУШЕНИЯ.)
Особо ясно осознавши, как о “ТАЙНОМ” мало знал он.
Последствий, в случае успеха, не учесть им далеко.
Ручей как Рубикон*, и дело кажется за малым. (РУБИКОН, РЕКА В ИТАЛИИ, НЫНЕШНЕЕ ЕЁ МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ НЕ ИЗВЕСТНО, ЗА НЕЙ, ВОЗВРАЩАЯСЬ ИЗ ВОЕННОГО ПОХОДА В РИМ ПОЛКОВОДЦЫ ДОЛЖНЫ БЫЛИ ОСТАВЛЯТЬ СВОИ ЛЕГИОНЫ. ТАКОВ БЫЛ ЗАКОН, А ЦЕЗАРЬ ЕГО ГРУБО НАРУШИЛ, ПОВЁЛ ВОЙСКА В РИМ, ПРОТИВ ПОЛИТИЧЕСКИХ СОПЕРНИКОВ. ПЕРЕХОД С АРМИЕЙ ЧЕРЕЗ РЕКУ, ОЗНАЧАЛ НАЧАЛО ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ.)

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ "КЛАД"

Пропал “светляк”, как не было, маячившего, и в помине.
“Указчика Вы видели волшебного, под ним копайте.”
Сказал Степан. “Не брезгуйте, чай не кишки, и не помои.”
Мурза им перевёл, и пригрозил за ропот плетью.
Не трудно было выбирать по камушкам. По малым, (Стр №113)
Но попадались и валуньчики*, и стланца колотые плиты, (УМЕНЬШИТЕЛЬНОЕ ОТ СЛОВА ВАЛУН)

Их трудно было выворачивать, в воде студеной стоя.
А хуже, яму заполнял, песок назад сползая.
Его, почти что сразу, наносили со дна струи.
Нащупываться стал горшок, как осы лепят, но без лаза,
Без крышки, был веретену подобен, но оно острее,
Покат и крутОбок* , подсунув палки из берёзы, (С КРУТЫМИ БОКАМИ)
Поддели, выворотили, на бережке объект стараний.

Попробовали потрясти, хоть был сосуд немал, нелёгок,
И вправду, что-то там пересыпается со звоном,
Чрез стенки глухо доносящимся, судачат, улыбаются моголы.
Один взял камень, чтоб расколупать сосуд заветный,
Степан их командиру: “Подозрений не боитесь, не могли ли,”
“Себе что утаить? Расследование с пристрастием, да суд затеют.”

“Вдруг для себя попрятали в лесу, чего, что прочего ценней?”
“Ты верно говоришь, насчастье клад так глухо запечатан.”
Припоминая круг гончарный, синтезированный им цемент,
Степану лестно было слушать, как мурза с почтеньем,
Подметил: “Постарался прячущий, сей схрон чиня”.
“Пусть “мУрзы нАбольшие” сами разобьют бочонок,”
“А то помимо гнева их, быть может хворь черна,”
“Там дожидается неосторожного, в “утробе” заточёна.”

“Не внове клады защищать заклятьями от прочих.”
“Пусть господа их сами искушают судьбы.”
Степан предвидя, что служивых к злату страсть порочна, (Стр №114)
И склонны, от господ суровых слишком уж, сбегать,
Не провоцировал, наглядною доступностью сокровищ.
Сосуд он думал газом усыпляющим снабдить,
Но у реципиента* же, не под наркозом спящим, (В МЕДИЦИНЕ, ТОТ, КОМУ ПЕРЕСАЖИВАЕТСЯ ОРГАН, В ДАННОМ СЛУЧАЕ, СОЗНАНИЕ)
А чистым должен разум быть, иначе жди беды.

Не соблазнял, тем, что могли сокровища увидеть,
Но осознал, а могут ведь те жадные подумать наперёд,
Способный клады разыскать ещё везде, провидец,
В ватаге будет ценен, каждый атаман такого бы берёг,
Пытались бы уговорить бежать, и доводы ведь не придраться,
Зачем в полОн вертаться, к злому темнику, где прок* ? (ПРОК – ВЫГОДА/РЕЗОН)

А разговор крамольный заведя, когда б он отказался,
Не отпускать же, знающего пасквиль этакий про них.
Убить его, конечно, попытались бы, вот только зря всё*. (ЭТО ОН УВЕРЕН В СВОЁМ ПРЕВОСХОДСТВЕ)
Как воротясь он объяснил бы: “Cпутников где “обронил”?”
На счастье, по пути назад, хоть мыслью о побеге “озарились”,
С соратниками поделится ей остерегались, примут ли они?
Иль выдадут всё господину, обрекая “бедного”* на зверства. (ЭТО КАЖДЫЙ ТАК О СЕБЕ)

А если и сбежать, их не дождавшись, вышлют рати…
Отряды и самих паршивцев попытаться разыскать,
Но и гонцов до вотчины, найдут шельм юрты.
Изымут у опальных семейств весь скарб и скот,
А семьи как заложников, и жизни самоей лишили б люто.
Бежавших от мурзы, не милым будет для скитаний свет.
Им груз вины влачить, и не за ослушание конкретно, (Стр №115)
За участь страшную родных, от них* не скроет степь. (В СМЫСЛЕ, ОТ РОДНЫХ, ПРЕСЛЕДУЮЩИХ В УГРЫЗЕНИЯХ СОВЕСТИ)

Из спутников его всяк о побеге на поволжье мысль одёрнул.
Вернулись зАтемно, с набитым, на кобыле, вьЮком.
Пред очи восседающих, сосуд положен цельный и бездырный.
“От шелудивых ручек, прятавший придумал ВО КАК!”
“Хвалю, что удержались от соблазна, было, знаю, трудно!”
“Вознагражу служивые Вас, и деньгою, и в орду дам отпуск.”

“Баскак хозяин, коль не возражает, то отложим до утра,”
“Хоть любопытство распирает, будет так целей к утру добро.”
Как рассвело, собрАлись, где под неусыпной стражею татар,
Сосуд нетронутый лежал посредь светлицы, крутобок.
Повелевает темник: “Нам всем нестерпимо ждать, дыру…”
“Проколупайте булавОй, эй сотник, честь дарю тебе.”
Умерив силу, он наносит, содержимое щадя, удар.
Как из металла зазвенели стенки, шестопёром* не пробил. (ТИП БУЛАВЫ, С НАБОЛДАШНИКОМ ИЗ ТОРЧАЩИХ В СТОРОНЫ ПЛОСКОСТЕЙ МЕТАЛЛА, УЗОРНЫХ ПО ПРОФИЛЮ)

“Во! Получился крепче, чем рассчитывался, даже им, раствор.”
Степан подумал, “Смесь такая по хозяйству пригодится многим.”
“Из оной что-то сотворил, без обжига, раз-два…”
Тут после энного удара, тара развалившись, брызнула под ноги,
Не на скорлупки, а в крупу, как из под жерновов,
Кубическими гранулами, а на месте крынки злата груда,

Дивятся люди, стенки оказались много тоньше,
Чем думалось, но так крепки, что еле поддались. (Стр №116)
Степан подумал, вот сейчас могло бы облаком тошнотным…
Обдать, как ранее задумывал, а то, что подле сам,
С подельницей, то в их трахеях с лёгкими отложен,
Запас живительного газа, и на долгие часы.
А прочие б, сознание теряя, полегли, но дальше сложно,
Реципиента обуздать, ведь как другие он не спит.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ "КОРНА"

Средь россыпи, крупней размерами иных предметов,
Монет, каменьев, самородков, ожерелий и перстней,
Корона громоздится, не побрезговал бы император,
Себя венчать такой, орнамент кружев непростой
Рельефом выступает, да изрядный геометр – автор,
Чтобы узоров мельтешне, такою упорядоченностью предстать,
Расчёт и чувство вкуса тут должны в стараньи вторить.
Декора необычен стиль, как не земной, то чудо сотворил, эстет.

Мысль многих посетила, только думали о “ПрАви” – вотчине богов, (ПРАВЬ – В ДОХРИСТИАНСКОЙ МИФОЛОГИИ СЛАВЯН, МИР БОГОВ, АНАЛОГ АССГАРДА У СКАНДИНАВОВ)
Бессмертные творят такое, разве что, в чертогах вышних.
Реальность же, на деле, хоть и не намного, прозаичнее того.
Всё остальное, выбранные в прочих кладах вещи,
Корона выращена “Чуждым”, под размер чела других,
На человечьи головы рассчитана, на черепов лбы наши.

Топорщатся, кристаллов сложной упорядоченностью, вверх зубья
Прямоугольность сочетается с разнообразной ломанностью граней
Блеск, золота приятнее, хоть и червонный, но особый,
По ободу, округлые, четыре камня выступают, свет играет…
В них переливами, подобные опаловым* пересеченья и изгибы, (КАК В КАМНЕ ОПАЛ) (Стр №117)
Во глубине, и будто бы идёт структур тех перекройка,
Не прекращается, под гладкою поверхностью, чудесной зыбью.

Цвета меняются оттенками, но гамма у камней своя…
Преобладающая, задаёт игры той чУдной тон.
Венчая вид тиары, надолбом, хоть и не менее сиял,
Но не прозрачен вглубь, крупнее четырёх,
В нём виделась, то чуть зеленоватость, с нею синева,
Переливались нежной, радуг чехардой,
На серебристости округлой и продолговатой бликами снуЯ.

“Когда б пристало нам, подобно басилевсам* наряжаться,” (БАСИЛЕВС – ВИЗАНТИЙСКИЙ ИМПЕРАТОР)
“То был бы сей венец и хАна высшего достоин.”
“Ценить нам подобает сталь, а золото не жёстко.”
Степан тут встрял: “Пускай Ваш гордый сотник”
“Попробует хотя бы поцарапать сталью эту штуку.” (ЭТО НЕ С ИНТОНАЦИЕЙ УГРОЗЫ, А КАК ПРЕДЛОЖЕНИЕ, ЗНАЯ, ЧТО ТВЁРДОСТЬ ЭТОГО МЕТАЛЛА ИНСТРУМЕНТАМ НЕ “ПО ЗУБАМ”, И ТУТ КОНЕЦ СЛОВ СТЕПАНА, ДАЛЕЕ ТЕМНИК.)
“Чего уж мелочится, да пусть эта вещь хоть грудой станет.”
“Красы она не лишена, но нам с того, что толку?”

“Напялить на себя, народ округи всей смешить.”
“И красота какая-то не наша, стилем сердцу чУжда.”
“Пойдёт то золото с камнями на эфес, на шлем, и шит,”
“Мастеровому ежели дать указанье постараться* жИду.”
“Ну а пока пусть басилевсом шалым шут,”
“Пощеголяет в сей короне, как болот царица – жаба.”

Между шутом и темником тотчАс стоял Степан встревая: (Стр №118)
“Постойте, разве он кривляньем заслужил?”
“Я знаю, у ромеев было нЕкогда в чести, занятье “деспортаре””* (ПО ЛАТЫНИ, ОТВЛЕКАТЬСЯ, РАЗВЛЕКАТЬСЯ, СПОРТ В ОБЩЕМ)
“Атлетика у эллинов, а ныне греки вялые и слабые уже,”
“Пренебрегая этим, ныне ценят состязания спортивные татары.”
“У эллинов водилось победителей аж в идолах обожествлять.”

“Ваять из мрамора их копии, отображая лица с телом,”
“В веках оставить чтоб, заблаговременно, период скоротечный,”
“Людского времени, когда герой на кряже* лет и силы,” (НА ВЕРШИНЕ/НА ПЕРЕВАЛЕ)
“Готовый состязаться, и других забавой ратною потешить.”
“Венец обычно водружался там из лавра и маслины,”
“На победителя, на самого, хоть ветки и простые, а почётно.”

“К чему урус, ты напрягаешь, толмача, и наши уши?”
“Наслышан от рабов, о греков прежней славе, много.”
“Мне нравится история, и знаю я, тебя получше о минувшем.”
“ ААА! Понимаю, что сокрыто в рассуждениях слепого.”
“Зови хозяин своего манкурта, ведь достоин почести он высшей.”
“Пусть не с оружием сражался, мужество и сила на “ареопаге”*”… (АРЕОПАГ – СОСТЯЗАНИЕ (ГРЕЧ))

Достойны тоже почестей, и есть у нас подстать ему венец.
Пусть с нами он пирует, что его всегда ты выставляешь?
Тут молвил шут: “По царски увенчав, потом смиренье не вернёшь”
“Испортишь тем раба, нам воздаянье лишне”
Держа корону, темник усмехается: “Смотрю я норов, ишь…”
“Полез из дурака. Сам раб, а жадно тянутся ладоши”

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ "ГЛАЗАМИ ШУТА"

“Тебе на череп не налезет, сделанная для людей, корона.” (Стр №119)
“Зачем кривляке и такой “кочан” раздутый?”
“Когда бы ум на вес был в голове укромно,”
“Превосходил бы всех нас ты по разума задаткам.”
“Обидел бог тебя, не только туловом* коротким” (САМ ИСКРЕННЕ УДИВИЛСЯ ТОМУ, ЧТО ПРОГРАММА “WORD” НЕ ПОДЧЕРКНУЛА ЭТО СЛОВО КАК ОШИБКУ, ЗНАЧИТ ВСЁ ТАКИ, ТОЛОВЕЩЕ, МОЖНО И ТАК НАЗВАТЬ, И В СОВРЕМЕННОЙ СЛОВАРНОЙ НОРМЕ)
“Видать, и духом, и умом, коль гордость раз за разом не задета,”
“Чтоб потешались над тобою вволю, и кормится этим.”
Шута блеснул зловеще взгляд, заметила глазами девка.
Не уловили этой Искры камеры Степана.

Лишь мысленный сигнал об этом тотчас принял от неё.
И вспомнил, как недавно, развлекаясь на досуге,
Картинку зрительную считывал направленной волной.
Объемля полем бьющимся, магнитно резонансным, гостя.
То одного, а то, другого, так их точку зренья* принимал, ловя… (БУКВАЛЬНО, ЧТО ТЕ ВИДЯТ)
Сигналы нервов зрительных, через активность в мозге.

Менялись только ракурсы, да у кого-то, редко, световосприятие.
Не знают, те немногие, что остальные мир иначе видят в цвете.
Не различающий цветов, понять, услышав от других, старается,
О чём, те говорят, про красоту цветов судача с детства.
Они-то понимают, что обделены, но в чём? Им не представить суть…
Чего же лишены. А если же сбой “колбочек”* сетчатки действий, (КОЛБОЧКИ, МНОЖЕСТВО МИКРО-ОРГАНОВ В ГЛАЗУ ОТВЕЧАЮЩИХ ЗА ЦВЕТОВОСПРИЯТИЕ)
И жёлтый видится зелёным, эти думают, что все так видят цвет,
Названья принимая. Если б не считал детектор Стёпы,
Их зренье непосредственно, из описания инаковиденья не оценить.

Когда же вздумал посмотреть шута глазами как-то раз на мир он, (Стр №120)
От неожиданности виденного, чуть не поперхнулся.
Мир давешний, вдруг провалился бездной измерений
Как плоским был до этого, и вдруг прорехи-лазы…
В стенАх зияют, высунулась из одной, как из норы мурЕна*. (ХИЩНАЯ МОРСКАЯ РЫБА, С ТЕЛОМ КАК ЗМЕИ, ЧАСТО ОБЛЮБОВАВ КАКУЮ НИ БУДЬ ЕСТЕСТВЕННУЮ “НОРУ”, В НЕЙ ПРЯЧЕТСЯ, ИЗ НЕЁ ДОБЫЧУ ХВАТАЯ)
Опутывают стены и колонны словно потроха иль лОзы* (ЛОЗА - ВЬЮЩАЯСЯ ВЕТВЬ, ОБЫЧНО ПРИМИНИТЕЛЬНО К ВИНОГРАДНОЙ ВЕТВИ СЛОВО ПРИМЕНЯЕТСЯ)
Они пульсируют. Создания подобные с ладонь клопам иль тараканам…
Сидят и копошатся там, пересекают зал протянутые хорды в слизи.

А люди бывшие вокруг, хоть многие и вправду неприглядны,
При вИденьи обыденном. Жизнь оставляет отпечаток,
Её немилосердие, пороки внутренние, да и данное природой…
Пред временем так уязвимо, да ущербно и не в старых лЕтах часто.
Шут видел НЕКРАСАВЦЕВ их, ещё поганее, не приодетых,
В приличествующий наряд, как в струпьях липких от чесотки.

А прежде чем движенье начинали, их фантом полупрозрачный,
В том направленьи выдвигался, там и дожидаясь совмещенья,
С последовавшим телом, но бывало иногда и в том различье,
И тело выбирало путь движенья свой, не шло за тенью.
Степан прикидывал, что может то видЕнье значить?
То смотрит ли через время наперёд, сей шут затейник?
А то ли вероятность считывает действий? Во сын ЧУди!
А может мысль с намереньем, от самого задумавшего тайным,
Ведь часто в мелочах, что нами двигает, не отдаём себе отчёта.

И многое ещё, чего своими и не видел сам глазами,
Из зренья карлика, неописуемое, проступило. (Стр №121)
Себя увидел вдруг, рассматриваем из стены угла змеёю,
Обёрнуто не очень-то приглядной аурой Степана тело.
Девица рядом с ним стояла, в облаке зело милее…
Окутана, чем вкруг него. По разному и остальные…
В телами источаемом, палитрою буро-зелёной гнили,
Купались, гости праздные, но чувства как не за столами,
А как на эшафоте, не себе принадлежат, а будто бы залоге.

МурЕна* запредельная та, из стены, зал взглядом обведя, (МОРСКАЯ, ХИЩНАЯ, ЗМЕЕПОДОБНАЯ РЫБА, КАЖЕТСЯ СРОДНИ УГРЮ, ВЗРОСЛАЯ ОЩУТИМО БОЛЬШЕ МЕТРА ДЛИНОЙ, ОХОТИТСЯ ИЗ РАСЩЕЛИН И НОР, НО ОПИСАННОЕ ЗДЕСЬ ЗАПРЕДЕЛЬНОЕ СУЩЕСТВО, МАРЕНУ ЛИШЬ ВНЕШНЕ НАПОМИНАЕТ)
К шуту оборотила морду, с ним в безмолвии общаясь неком.
А он поглядывал на дЕвицу, та словно в голубой воде,
Переливающейся бликами, стояла в башенке, как кокон,
Струился вкруг неё, структурой и стабилен*, вроде бы, витой, (КОКОН СТАБИЛЕН)
Но вместе с тем изменчивою, как барашки океана.

В преображённой, некой призмой, трапезной*, (ТРАПЕЗНАЯ – БАНКЕТНЫЙ/ОБЕДЕННЫЙ ЗАЛ)
Которая через взгляд шута такой предстала,
С распущенными будто бы “кишками” и кишащей паразитами,
Стал проступать иной лад, с четкостью кристалла,
Пронизывая то пространство, и чистейший перезвона тон,
Звенел в структурах ненавязчиво, а те как иней не растаяв,
Являли сложность упорядоченную, и уходящую в разверстые…
Глубины, словно в бездну под мостом КалиновЫм пространства.

Быть может, взгляд на дЕвицу перенастроил восприятие шута,
На уровни что гармоничнее, и ближе её лепой ауре,
На миг подумалось, а может всё обратно, тошноту… (Стр №122)
Должна гармония в нём вызывать, или же приятное,
Через его глаза, совсем для “брата нашего*” не то, (В ДАННОМ СЛУЧАЕ ЛЮДЕЙ ПОДРАЗУМЕВАЕТ ВЫРАЖЕНИЕ)
Что вправду добродетель, ложное, противно нам.

Тогда боятся нам девицу, стоит, злых татар ещё и пуще.
Со зрительной коры переключусь ка на мыслишки,
Понять тогда получится, что там в нутре шута, попроще.
Тот глянул на слепца, как будто бы учуял слежку,
Виденье схлопнулось, народ шатался бражный,
Зал полутёмный в свете факелов, сновали виночерпии и слУжки.
А мысли “дурака”, про шутки о штанах, о чреслах, рожах.

Наверно показалось это всё, и ведь не скажешь самому мне:
“Не верь глазам своим”, всё видел чрез чужое око.
Но если болен шут, и видит в искажении всё иное.
Не что реальность есть, а бред, терзает чушью морок…
Сознанье нездоровое. Но как же он и вспять меняет…
К обыденному восприятие? Трезв тот и с чаши браги.

Похоже, что не прост “дурак”, умеет балагура претвориться тИпом,
И даже при прочтеньи мыслей, не пускать в себе копаться.
Заслоном выставляя мыслей плоских балаган* с вертепом* (И ТО, И ДРУГОЕ, МИНИ-СЦЕНА, С ДЕКОРАЦИЯМИ, ДЛЯ КУКОЛЬНЫХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ.)
Но верится с трудом, что представляет* он опасность. (ДЛЯ ДРУГИХ)
Коль обуян он бредом, как же бедолаге во бреду не мутно*… (НЕ МУТНО, А ЧЁТКО, ВО ВСЕХ ДЕТАЛЯХ)
Столь сложные вообразить картины? И не описать суть,
Гармонии лежащей под подкладкою, как и мир тёмный.
(Стр №123)
И как они, столь уж противоречивые, наложены в пространстве?
Друг с другом совмещаются, но не исправят на свой лад?
И наш мир, Правь* не выправляет, гложемый страстями*? (ПРАВЬ – В СЛАВЯНСКОЙ МИФОЛОГИИ ТРИ УРОВНЯ МИРОЗДАНИЯ: ЯВЬ – НАШ, МАТЕРИАЛЬНЫЙ МИР ЛЮДЕЙ И ЖИВОТНЫХ, НАВЬ – МИР ДУХОВ И НЕЧИСТОЙ СИЛЫ, И ПРАВЬ – МИР БОГОВ И ВЫСШИХ ЗАКОНОВ, СТЕПАНУ ПОКАЗАЛОСЬ ЧТО ОН ПРОЯВЛЕНИЕ ЭТОГО МИРА ВИДЕЛ ГЛАЗАМИ ШУТА ПОД КОНЕЦ ВИДЕНИЯ. А СТРАСТИ, ЗДЕСЬ ИМЕЕТСЯ ВВИДУ НЕ СТОЛЬКО НАКАЛ ЧУВСТВ, СКОЛЬКО УЖАСЫ РЕАЛИЙ (БОЛЕЗНИ, ВОЙНЫ, РАЗБОЙ, ПЫТКИ И КАЗНИ))
Не верится в реальность зримого, но и представить ведь сил нет…
В уме гармонию разложенных структур хрустальных.
Висящих всюду, уходящих в стены, как пространства самого скелет.

Но он не мёртв, а в молниях, что мечутся,
В разводах цветов дивных плавающих между.
Не может упорядоченность сложная быть под личиной НЕЧИСТИ,
И слишком благостно на вид, то и для воплощений наших.
Когда бы обусловила подложка этакая мир, то нам в лишениях не мучиться,
В конфликтах, кривде, несвободе, да и сами мы не лучше шЕльмы,
Чем те, кто отравляет нашу жизнь, ущербны личностно.
Наружу лезут буйным цветом, особенно у власть заполучивших, шлАмы*. (В МЕТАЛЛУРГИИ, ВРЕДНЫЕ ПРИМИСИ, ПОРТЯЩИЕ КАЧЕСТВО МЕТАЛЛА)

Ещё пытался он понять эффект в динамике геометрически,
Как совмещаются, как будто бы неразделённые, движение и статика,
Одновременно с “замороженною” в гранях чёткостью,
Структуры теже и вибрируют, живой струятся пАтокой* (ПАТОКА – ПРОДУКТ ПЧЕЛОВОДСТВА, ЭТАКИЙ ГУСТОЙ СИРОП (НЕ ПУТАТЬ С МЁДОМ))
Под мерный звон, и перестраиваясь скачут те неистово.
Придумать мозг не мог такие странности без практики…
Их созерцания, да и увидев, не запомнить, чуднО и неестественно.

Себя тогда одёрнул, как же думать может он всерьёз…
О мире во бреду шута, иль просто восприятье сбой скривил аппаратуры.
С тех всё же пор пытался прозондировать шута ещё не раз,
Обыденное видел, не пространства зыбь скалярную*, и не порталы. (ИЗ КВАНТОВОЙ ФИЗИКИ)
Теперь Степан, похоже, понимал: “То не мерещился мираж!”
“Кто под личиной “Дурака-растяпы” в свите зубоскальной* притаился!?” (ГРУБО СМЕЮЩЕЙСЯ, ВСЁ БОЛЬШЕ НАД НИМ)

ГАЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ "ОБНАРОДАВАНИЕ"

Не гнев сейчас блеснул, в его глазах,
На речи, полные уничижения, от гостя,
Усмешка хитрая, и мысль, наглость наказать.
“В его сознанье б заглянуть”, но тот, как о вторженьи догадался.
ОбдАло болью с ужасом ментально, что назад…
Зондирование одёрнули, которым дружно и не согласуясь…

Хотели чувства и ход мыслей прочитать
А шут их из сознанья* выкинул, и чуть аппаратуру не спалил. (ИЗ СВОЕГО)
Гневливо темник прошипел: “Не хочешь, навести ли прочу!? Шут!”
“Чего уставился!? Как будто бы батыр ты, исполИн”
“Баскак-хозяин защитить тебя не в силах, ТРЕПЕЩИ!”
“Ему себя бы защитить, меня сюда сам хан не на пиры послал.”

А тот сидел и вправду, зАмерший и бледный, нервно.
“Еда тебе понравилась ли? Дорогой заветный гость.” (СЛОВА ШУТА ТЕМНИКУ)
На стол он глянул, тот в кишении опарышей* и мух облеплен роем. (ОПАРЫШ – ЛИЧИНКА МУХИ)
Как раньше все мы этого не видели!? Как смог глаза отвесть!? (ОТВЕСТИ ГЛАЗА, В НАРОДНЫХ ПОВЕРЬЯХ, ЭТО НАВЕСТИ МОРОК, МОЖНО СКАЗАТЬ ЗАГИПНОТИЗИРОВАТЬ, ЗАСТАВИТЬ ЧТО-ТО ВИДЕТЬ ЧЕГО НЕТ В РЕАЛЬНОСТИ, А ЧАЩЕ НАОБОРОТ ВНУШИТЬ ЧТО-ТО НЕ ЗАМЕЧАТЬ, И ГЛЯДЯ НА ЭТО В УПОР)
Почувствовал и привкус гнили, поперхнувшись белой лЯрвой, (ЛАРВА – ЛИЧИНКА (ЛАТЫНЬ))
Её перед собою выкашлял раздавленной на стол.
(Стр №125)
Вскочил, приказ желая страже крикнуть,
Лишь карканье из уст, все растерял слова иные.
Присутствующих должен был прижать страх-ужас к нОгтю*, (ТАК ВШЕЙ ДАВЯТ)
Да разразится им бы тошнотой от яств реальности зловонной,
Но разобрал всех жуткий смех, которым ржут все в гОгот (ГОГОТ – ИЗДАЮТ ДОМАШНИЕ ГУСИ)
Не могут удержатся, ни Степан, ни “крАля”, заливаясь.

Смех явно наслан, ведь по чувствам все во власти полной жути.
Прикинула девИца, на какие центры в мозге…
Воздействие идёт, наук естественных ей ближе темы,
Поднаторела и в физиологии, по человеческой натуре знаний много…
Пришелец предоставил, а Степан, тот больше по “Железу” техник (ЖЕЛЕЗО – НА ЯЗЫКЕ ЗАНИМАЮЩИХСЯ КОМПЬЮТЕРАМИ, САМИ “ТЕЛА” ЭЛЕКТРОНИКИ, ПРИБОРОВ И МЕХАНИЗМОВ, В ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЬ ТОМУ, ЧТО НАЗЫВАЮТ “СОФТ” (ПРОГРАММНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ))
Изящный ободок вокруг её чела напичканный аппаратурой неземною…

В указанные ею мозга области сигнал сосредоточил,
Извне воздействие телепатическое чтобы погасить.
Степану подсказала, как могла, сценарий точный,
Его аппаратура тоже справилась, лишь двое из гостей…
Смогли унять, сей нездоровый смех, шутом чинимый.
К шуту, стол опрокинув, темник шаг, другой, ступил.

Враз, ноги перестали слушаться и подкосились.
Упал на четвереньки, с саблей и короною в руках.
Под наваждением по петушиному подАл сигналы.
Шут говорит: “Нас славно веселишь, то карканье воронье, то кукареку.”
“Мой отнимаешь хлеб*, меня смешнее, а ведь был удал соколик”, (ОТНЯТЬ ХЛЕБ – ЗАНЯТЬ ЧЬЁ-ТО РАБОЧЕЕ МЕСТО)
“Суров и горд, боялся как, тебя коварного КаракарУм*” (СТОЛИЦА ЗОЛОТОЙ ОРДЫ) (Стр №126)

“Сейчас людей ты тоже убиваешь, только смехом.”
Которые постарше люди, изнемогает те в конвульсиях, из них.
Вповалку на полу, хватались за брюшину и от колик стихли.
Могучий страж собрался с силами, и кое как унял он волей смех.
Подкравшись сзади, саблей рубанул, клинок на месте “хОлки”…
Рассёк лишь воздух. Шут затылком видел ли замах?

В живых оставшихся, тут приступ смеха отпустил.
Нашёл себе ужасный карлик новую забаву.
Его рубить пытались стражники, но в суматохе той, ПострЕл* (ТАК ПРО УШЛЫХ, ЛОВКИХ ЛЮДЕЙ ГОВОРЯТ)
Как пропадал из под клинка, манёврами берЯ верх.
К от смеха Умершим добавились и те, кого мечи самих татар острЫ…
В запале ненароком посекли, в накале норов БРАВЫХ.

Друг дружку то и дела по неосторожности разят.
А шут из под ударов ловко исчезает, изловчаясь лАской*. (ЛАСКА – НЕБОЛЬШОЙ ЗВЕРЁК, СЕМЕЙСТВА КУНЬИХ, ОЧЕНЬ ЮРКИЙ И ПРОВОРНЫЙ)
Махнул он пятернёй, кишки наружу статного мурзы…
Из прорванной брюшины, и свалился навзничь тот на скользком.
Подняться не даёт, корёжимому, через торс разрыв…
Всех мышц пресса, и в бессильи зычно выл татарин, скалясь.

На что уж, русские от татарвЫ перетерпев бесчинства,
Желали зла, иль поквитаться, подвернувшихся в полях* оказий*, (В ПОЛЯХ БОЁВ, ИЛИ ПОДЛОВИВ ОТДЕЛЬНЫЕ РАЗЪЕЗДЫ, А ОКАЗИЯ - УДОБНЫЙ СЛУЧАЙ)
От стонов содрогался дух Степана, хоть он вроде бы и чёрствый,
Девица за его плечом закрыла уши, и глядЯ в полглаза.
Чего же медлит, их не трогая? Что можем навредить чай в курсе, (Стр №127)
Сознанье их аппаратура экранировала, к ним шута флюиды чтоб не лезли.

Мог без их ведома, в сознаньях раньше покопаться,
Да и неладное почуял ныне, натыкаясь на полей экранных стену.
Как тут, не сделать вывод? Что выходит их, за рамки прочих, статус.
А значит, можно ждать и “подлых” каверз от Степана.
Как невзначай дал посоху тот вертикали поперечно опустится.
Пытаясь просчитать ходы прыжков лихих и резвых, не спонтанных.

Чтоб недомерка рать крушащего, в свой подловить прицел,
Не помешало бы, ему и вражье качество, движенья видеть наперёд.
А за дверьми медведи и кошачьих своры что в подвалах сорвалИсь с цепей,
Покинув пАрдузную* рвали челядь жадно. Уж и к ним медведи прут. (ПАРДУЗНАЯ – ПОМЕЩЕНИЕ ГДЕ ПРИРУЧЕННЫХ ДИКИХ КОШАЧЬИХ, НАТАСКАННЫХ ДЛЯ ОХОТЫ ДЕРЖАЛИ, ЛЕОПАРДОВ И ГЕПАРДОВ)
Бесхозные или с подворий псы, и воры из лесов, степей,
На безотчётный зов, сбежались ко двору, как во бреду.

Заветное, им чудилось так явно, что здесь ожидает их,
Пусть даже и себе самим бы не могли сказать, что это именно,
На встававших поперёк пути, гневливый раздраженья вихрь,
Рвя воспрепятствовавших “Благодати сказочной”, идут томимые…
Не ясным зовом неким, он неудержимым как хор…
Архангелов с небес, и меж собою узы чувствуют, как дома милые…
К другим свирепей зверя дикого, вот их вторжение во двор.
Зверьё, и люд лихой, и нищие в неистовстве. Но девкой выявлен…

Объединяющий их фактор, был мозг инфицирован грибком
Послав, на гвалт, плазмоид, мыслью за окно, туда
Полями просветив безумных, их диагностировала баба так: (Стр №128)
Тем маргиналам споры подсадил кто загодя.
Грибниц в телах посредством, телепат…
Химические посылал сигналы, в мозг введя
Грибами продуцируемое, вот, деспотам то лепотА*… (ЛЕПОТА - КРАСОТА/БЛАГОДАТЬ (УСТАР))
Иметь в распоряжении такие узы над людьми.

А связь с грибницею проросшей в мозга зоны…
Определённые с особой точностью, для полного контроля,
Незнамо как поддерживал шаман злокознен.
Со спорами сроднился, им и был наверно гриб натравлен,
На жертв и будущих рабов его, послушных зову указаний,
Чрез вприскиванье мико-алколоидов. Но вряд ли карлик…

Один всё это может контролировать, видать сообщники ещё в тенИ.
За нитки дёргают, но не желают показаться.
Так думали герои, стоЯ за опрокинутой столешницы щитом.
Как ни напуган* жутью той баскак татарский, (ИМЕЕТСЯ ВВИДУ, КАК БЫ СИЛЬНО НЕ БЫЛ НАПУГАН)
Какой-то выход видит в ситуации, ища шанс в том,
Манкурта не зовёт вмешаться саблей скорою как искры.
Ведь темник предопределил его судьбу, а вот ещё неясно, что с шутом,
К нему всегда был добр, мстить господарю, нет корысти.
На господина своего заботливого осерчать за что?

Тем временем на улицах ближайших, как и на дворе,
Шла бойня, нищие, орудуя, как кистенём, каменьями в котомках,
Кто с дрЫнами*, с оглоблями пошли на татарву. (ДРЫН – БОЛЬШАЯ ПАЛКА, ИЛИ ДАЖЕ НЕ ТОЛСТОЕ БРЕВНО)
Собаки, изловчившись, рвали связки за коленями, как волки.
Подкошенные падали, и брёвнами, которыми мощён был тротуар…
А ныне у неистовых в руках, вбивались в землю окоянные вповалку. (Стр №129)

Примкнуло множество, и без инфекционной патологии грибной,
От притеснений всяческих, и пОшлин, и господ, так накипело. (ПОШЛИНА – НАЛОГОВЫЙ СБОР)
Что в бесшабашном кИпеше бузяки на сей грёбанный обрыдлый мир,
За обезумившими оборванцами пошли, от тяготы кабальной.
А шут очередному стражнику разнёс когтистой лапою бедро,
Почти что оторвав, подкошенный грудною клеткой как на колья…
На пальцы напоролся, а у остальных иссякла прыть, им бы удрать,

Но в двери входит, с мордами, что кровью перепачканы, зверьё.
С усмешкою, Шут, посмотревши на Степана с дЕвицей
“Столом дубовым прикрываетесь, печётесь всё, а зря”
Под пальцами моими и плоть пеной* дАвится (КАК ЛЕГКО ПРОВЕСТИ РУКУ ЧЕРЕЗ ПЕНУ)
Крошатся кости, и доспехи рвутся бычьим пузырём (РАСТЯНУТЫЙ МОЧЕВОЙ ПУЗЫРЬ, ПО БОЛЬШЕЙ ЧАСТИ, ВМЕСТО СТЁКОЛ ТОГДА ИСПОЛЬЗОВАЛИ, НЕ ОСОБО ПРОЧНЫЙ МАТЕРИАЛ)
Труха податливая для когтей, работы плотника древесный стол.
Пусть дуб морёный под водою век почти что зрел* (МОРЕНИЕ ДРЕВЕСИНЫ ПОД ВОДОЙ, СПОСОБ СДЕЛАТЬ ЕЁ КРЕПЧЕ)

Степан на край стола, лежит что на боку, пред карликом
ПолОжил в сторону шута тяжёлый посох набалдашником,
Венчает посох струганный почти что куб, у прямоугольника…
По сторонам есть желобки, уложены в них бронзовые башенки,
Всё стянуто то кованными полосАми туго, и проклепано.
Советники баскака за плечами гнома, видно в оборот взял пешками.

Лишь грек-философ в угл забился, и зубами в дрОжи цокает.
Да собственно и воины кто уцелел не многим лучше.
Лишь сам баскак способность сохранил держаться кое как, (Стр 130)
Сидит, стараясь вид не подавать, что магией чудящий…
Вчерашний раб его смутил. Почти дружить, с тем из калек…
Он раньше снизошёл, авось тем заслужил и гномовой пощады,
Тут страха главное не показать, а что как прежде зубоскал…
Не видит в карлике врага, а думает, что тот напропалую шутит.

“О господин, тебя не первый год как знаю,” (ОБРАЩЕНИЕ ШУТА К БАСКАКУ)
“И не к чему тебе изображать тут дурачкА и недоумка.”
“Не зол я на тебя, наоборот, твои расправы, казни,”
“Своим тотемным божествам, из древности далёкой…”
“Я посвящал, как жертвоприношения, ты сам того не зная,”
“Служил моим богам, кормили их кровь, смерть, да муки.”
“В подложке мира вашего тут расплодились тараканы, змеи,”
“До грязи вашей падкие, их, душ кривых смерденье, манит.”
“Они как пчёлки подъедаются, но из за края измерений.”
“Стоят над ними иерархи мудрые, как в улье матки.”
“Нашёптывать способные и вам, тому, кто кривдой замарался.”
“Хотя, нужды особой нет им подстрекать, и без того лихого тьма тут.”
“Есть сущности, интересуют их порядка зёрна или хаос.”
“Ресурс энергоёмкий упорядоченность, не лишь материальность…”
“Быть может пищей тварям, что не зримы глазом.”

Остановила дЕвица: “ПовременИ стрелять чуток!”
“Внимания достойно, столь похожее на “сивый бред””
“Шута концепцию космизма, а верна ль сакральность той?”
“Анализировать попробуем попозже, он не прост,”
“В чём силища его, вертеть по всякому реальностью?” (КОНЕЦ ЕЁ СЛОВ)
“Промедлю, сами станем пищею, ему бросок…”
“Всего один до нас. Но хорошо, враг говорливый столь.” (Стр №131)

Шут продолжал: “Забавно было, сущность спрятав бога”
“Быть среди вас, могущественней и князей, того не выдавая.”
“А представать посмешищем, рабом под игом.”
“При этом контролировать господ, злокозненно мною ведомых.”
“И челядь, и бояр, свёл как Петрушек* в короб балаганный*” (ПЕТРУШКА – ПЕРСОНАЖ НАРОДНОГО КУКОЛЬНОГО ТЕАТРА, А БАЛАГАН – МИНИ СЦЕНА ДЛЯ КУКОЛНЫХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ В ВИДЕ ЯЩИКА, СТОРОНОЙ БЕЗ СТЕНКИ, ПОВЁРНУТОГО К ПУБЛИКЕ)
“Не подворачивалась, так потешится, оказия, давно мне.”
“За мной таящимся, не только льющаяся кровь и боль угодны,”
“Играться любят аки* дети малые, проказники доминиона.” (АКИ – КАК (УСТАР))
“Видать, скучна им вечность, покровителям из ада…”
“Рад услужить, и сам не прочь как в Колизее для Нерона,”
“Тут выступить, и мне забава гладиаторская подвернулась в радость.”

ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ "ГОЛОВА"

“Ты темник, хоть передо мной стоишь на четвереньках…”
“Польщён быть должен, я твою признаю правоту,”
“Не подойдёт, моей большой башке, та чёртова корона.”
“К ней, призван я, другого в эту трапезную привести.”
С животными из бестиария входили чародеи жившие укромно.
Чудь из глуши лесной, не затеряться нас им посреди…
Среди других людей чрез чур нездешние, кикиморы и гномы,
Вот и синюшный, лыс, идёт трясясь вамп иль стригОй.

Но были, среди посвящённых, с виду что обычны,
Не обратишь внимания в толпе, простые мужики семейные, да бабы.
Одна такая подошла к шуту, воздев бочонок.
С благоговейным трепетом на створки разложИли, снявши обод.
Открылась! Чья-то голова в той торбе чёрной. (Стр № 132)
Над дном сосуда высится, её придерживали за ушами скобы.

Да и сама черна, как будто бы мертва давненько.
Но не подвластна оказалась тленью.
При жизни, видимо, была тварь дивом неким.
Не человеческим созданием, не дОльным* (НЕ ОТ СЛОВА ДОЛЯ, А ОТ СЛОВА ДОЛИНА, ДОЛЬНЫЙ МИР – МИР ЛЮДЕЙ, В ПРОТИВОВЕС МИРУ ГОРНЕМУ – МИРУ БОГОВ ИЛИ ДУХОВНО ПРОСВЕТЛЁННЫХ, ИЛИ В ПРОТИВОВЕС БЕЗДНЕ)
Из мира нижнего ли, иль из за дверей Эдема канул?
Сюда к нам гость, не как знакомый их*, а с телом. (НЕ КАК ТОТ ПРИШЛЕЦ)
Потом уж бОльшую часть потеряет демон. От клинка ли?

Обтянут череп кожей, словно чернослив, сушённой, но не смятой.
Глава, при том, энергией как будто осязаемой, полна.
Какого рода? Что приборами сочащаяся не заметна,
Те сигнатур не детектируют, ни излучений, ни полей.
Зато, тела и разумы ловили, её, лишь в ощущеньях смутных.
Шут продолжал: “В далёкой древности, в сражении, ЛИЧ был пленён”
С врагом на сделку не пошёл, ушедшего в самАтху*… (САМАТХА – (В ВЕДИЧЕСКОЙ И БУДДИЙСКОЙ КУЛЬТУРЕ) СОСТОЯНИЕ НЕОТЛИЧИМОЕ ОТ СМЕРТИ, НАУЧНЫМ ЯЗЫКОМ МОЖНО СКАЗАТЬ, ЧТО ЭТО ГИБЕРНАЦИЯ, НО В КОТОРОЕ УХОДЯТ ЧЕРЕЗ МЕДИТАЦИЮ, БЕЗ ТЕХНИЧЕСКОЙ АППАРАТУРЫ)
Враги держали в заточении, по плану он…
Сломиться должен был, душой смириться,
Им присягнуть, но вот строптивости не затушили пламень в нём.

Не увенчались результатом, тело из колодок вызволить старания.
Не стал его* и мощи покидать со смертью (ЕГО МОЩИ (ОСТАНКИ) – МОЩИ ТЕЛА)
В мир окунулся, что как посмотреть, извне или на стороне иной,
Надстраивая сложность собственной системы внутрь.
И время самоё простёршись в измерение то искривлЁнное.
Сочли, верх одержавшие, в плену их супостат стареет, (Стр №133)
А для него почти что вечность неземная, а сакральная.

В пространство внутреннее демон углубившийся,
Труд поисков и созиданья в бездне он вершил,
Мозг стал его достраиваться углеродом, бешено.
Тюремщик осознал, что в подземелье, в кандалах, без ворожбы
Ещё опасней стал, как взятый уголь в руку пышущий,
Чуть с истреблением промедли и не обуздать врага уже.

Не знали, что течёт, для самого его иначе время,
Дав много более, чем показалось бы снаружи.
Пространство с временем проедено червями,
И паутиной стянуто, прорехами зияя, бездн и кряжей.
Приблизившийся супостат, предать его мечам наверно*, (СЕЙЧАС ЭТО СЛОВО ОЗНАЧАЕТ ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ, В ПРОШЛОМ ЖЕ НАПРОТИВ ВЫРАЖАЛО КАТЕГОРИЧНОСТЬ, В ОБЩЕМ: “ПРЕДАТЬ МЕЧАМ НАВЕРНЯКА” )
Был истреблён по мановению, лишь издали оружье,
Стянувшее свет туго в луч, им рану…
Успело нанести, она от тела голову отрежет.

Хоть мы ей завладели, но наш предводитель замолчал отныне,
Да, кровь давно его мозги не орошает,
Мы чувствуем, что тлен их не объял, замочек отворим мы,
Что запирает в громоздящихся решётках,
Которые настроил сам в масштабе микромира…
Нащупал путь, сознанью в бездну недр нездешних расширятся…
Отрезан с кушем там приобретённым, он перекроённый,
Неведомое что-то представляющий, что раньше и на свете…
Такого не было вовек, а ключик, к в черепе упрятанному, та корона. (Стр №134)

Подумалось двум, в тайны мира, что посвящёны, в научные …
Впитали ранее премудрости пришельца оба,
Что поиску, беспрецедентной сущности, ей эманации* (ВОПЛОЩЕНИЯ)
Грех было бы препятствовать. Сей мир порочный закольцован…
За поколеньем поколенье обречёны страшно мучиться.
Ведь и они* ведомы целью, изменить хоть что ни то в законах вечных… (СТЕПАН С ДЕВИЦЕЙ)
Почти что, без прогресса шедших, от шагов пещерных человечества,
И до засилия князей с разбойниками, всё закоренелое влачимо.
Пожалуй, древности общинной, чем-то лучше строй.
Насколько могут оглянуться, и рассказов через поколенья чёлны,
Дошли о временах их пращуров, добычу по лесам ловящих стаею.

Они ведь тоже собираются в мир нечто чужеродное привнесть.
А может, в этой отсечённой голове, побольше скрылось перспектив,
Быть может, безнадеге мира брезжит, данный в ней просвет?
Но опрометчивое вспомнилось им карликом расписывание того,
Угодны что его богам безжалостным страдания и смерть,
Угодны притесненья и жестокости, играли просто как в игру…
Страстями мира, если и не вмешиваться, на трагедии смотреть…
Непрочь, как с джойстиками за экранами подростки, Вертоград*… (ОН ЖЕ БИБЛЕЙСКАЯ НАВУФЕЯ, МИФИЧЕСКИЙ ГОРОД С РАЙСКИМ ЖИТЬЁМ)
Наверно скучен, им играться б нами, гордецов стравив.

Пронзила мысль обоих: “Карлика не подпустить к короне!”
Коль двинется к ней, надо стрЕльнув, поражать!
Потом иметь уж дело и со стаей супостатов, тут в хоромах…
Собравшихся с лесов/болот, стригОев/ворожей.
Но ладно хоть тут нету упыря, средь пестроты сей тварей многих, (Стр №135)
СтригОи послабей, среди таких, кто и не мёртв, не жив.
Про их существование узнав, не подступится к тайне их природы.
Плазмоид рядом с упырём сбоит, как будто рвёт дрожь всё…
Структур полей и плазмы в нём, от некого воздействия, теряется порядок.

Не может даже фактор сам установить, ему вредящий.
Одно чуть успокаивало, то, что упыри такая редкость.
Себе подобного не терпят те, держа врага подальше.
Как на угодьях крупный хищник не потерпит гостя.
Не может “шут” привлечь в своей “дружины” круг, иль лОже,
Свирепых, неуживчивых, уж больно упыри те эгоисты.

Простёр призывно руку карлик, к стоящему на четвереньках темнику.
Рванулась из руки того крона, и проделав путь по воздуху,
Была шутом, двумя руками схвачена над теменем.
Героям стало неожиданностью, думали, та будет спин сзади их,
И не спросить совета “гостя”, “архивирован” для воплощенье в тело он.
Степана чрез от мозга интерфейс, сигнал прият в заряд на посохе,

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ "СРАЖЕНИЕ"

Искра с заправленного в порох проводка запала…
Скакнула в глубине цилиндра, с одного ствола дав выстрел.
На линии огня помехою, шута предвиденье, заслон послало.
Ещё до выстрела, стригой наперерез метнулся быстро,
Приняв заряд в грудь из ствола, а завалила б и слона та сила,
Картечи четверть фунта, метров стрёх, горсть меди рубленная Остро…

Вломила грудь, откинув нежить под ноги шута.
Вся свора кинулась по мановению на пару,
Меняясь на ходу, личины жуткие, и когти, и шипы. (Стр№136)
Из за героев спин, стол перепрыгнув, парень,
Манкурт на грохот выстрела вбежал, когда шрапнель…
Сразила одного, до этого он от хозяина монгола принял…
Приказ: “Не лезть!”, ведь по соображениям шут впрямь…
Мог между делом разрешить того с Ордой проблемы.

Так в общем и случилось, парень разбегаясь для прыжка,
Из двери потайной влетев, вельмож за спинами,
На не озвученный приказ баскака, поражать,
Столь ненавистного, но всё же соплеменника,
Махнул по ходу саблей, и по скальпу пролегла межа,
Как был униженный, привстать не в силах с пола он ни как,
Так развалился череп надвое, до горла с мозжечка.
А далее, прыжок через столы в толпу с клинком,
Нарушил планы пары, вырвана гранаты уж чека,
Из за столешницы дубовой только кинь,

А тут, кого им надобно беречь, некстати под осколки лезет.
Ещё в полёте вОлколАка саблей одного рассёк,
Другому ведуну одновременно пяткою в скулу под глазом,
Похоже, побывавшего в могиле не пугал гротеск.
Перекувырднувшийся от удара, проскользил пол зала,
Но тут же на ноги вскочил, ох враг не прост.

Степан до взрыва мощного всего имел секунды две в запасе,
Перебирая варианты, кинуть через весь зал, в дверь,
Где тоже сборище толпилось, “мелкому” подвластных
Иль метить уж совсем подальше с глаз, на двор.
Сам силу смутно представлял. “Рванув тут, не обвалит стены?” (Стр №137)
Идущий вдоль цилиндра бомбы шнур запальный отодрал.
Решив со взрывами повременить, коли совсем уж лютые достанут.

Девица держит зеркальце заветное, что было зАткнуто за поясом.
Привычный местным модницам, хоть не дешёв, аксессуар.
Да с ручкою, в оправе, которая резьбы орнаментами писана.
В том обрамлении пластина отшлифованная, как из серебра
Не редкость были таковые, и с узорчатым, рельефным корпусом,
Из плотных дерева пород, церковник хоть за “нарциссизм” бранил.

Лишь тем, что толще, отличалось это “пАвы” зеркальце.
Но и такие делались, с секретом, с потайною внутреннею полостью.
Шнурочек с пояса прилажен к ручке, как с торца заправлен в центр её.
Она его перед собою держит, будто бы поверью следуя,
Что испугаются нечистые, себя увидев в серебре, заклятье от чертей.
Подумалось им было, “Вот наивна!”, под вперенными взглядами,
Разноплемённой нечисти, а тут батыр иль витязь в латах обречён.

Как раз батыр-то, прыгнув к ним, привнёс сумятицу.
Рассёкши одного, и пяткою ошеломив другого.
Не действует и мОрок, на вкусившего от смерти чуть.
Молниеносна сабля, весь в чешуйчатой броне по ноги.
И шлем с забралом маскою, что сохранила от СармАтов* Чудь* (И САРМАТЫ, И ЧУДЬ, ТАКИ НАРОДЫ)
Теперь и нежить вёрткая, отскакивала от ударов, мигом.

За суматохой этой карлик водрузил корону,
На поднесённую ему реликвию-главу.
Ту, что века назад у демона отрезало горенье,
Под острым как клинок лучом, того уловкой одолев. (Стр №138)
В мгновенье тоже, содрогнулся зал от грома,
Чрез камеру-прицел на посохе, навёл дед ствол.
Снёс карлика заряд картечи, тут же третий выстрел грянул,
Схватившего Манкурта за руку, уже без головы свалил.

Девице сенсоры сигналили, сканируя вокруг пространство,
О шевелении, что приближается, чуть сзади, слева от неё,
Направила та руку с зеркальцем, паук там крался неестествен,
С бадейку*, лапы нашего предплечья, да с запястьем, подлинней. (БАДЬЯ – БАННЫЙ ТАЗИК)
Узор перенимая на конечности и панцирь, где стоял, от места.
Учитывая ракурс, то, откуда смотрит кто опасный для него,
Иль жертва чтоб не среагировала, он с субстратом слился.

Не подсвети его плазмоид, можно было не заметить цели близкой,
В прыжке паук с хлопкОм, как порох вспыхнул, лопнув,
Попавши в импульс микроволн от зеркальца, не солнца зайка, (СОЛНЕЧНЫМИ ЗАЙЧИКАМИ (ПОЧЕМУ-ТО) ЛУЧИКИ ОТРАЖЁННЫЕ ЗЕРКАЛЬЦЕМ НАЗЫВАЮТ (У НАС))
А мазер*, от аккумулятора питаемый, с поверхности палил вне (МИКРОВОЛНОВЫЙ ЛАЗЕР)
Луч, отклоняясь наводился сам, системою давался импульс, зоркой.
Жаль что питанья элемент носимый при себе не предоставит поливанья...
Бессчётных импульсов разящих, а лишь раз с полсотни “зыркнув”,
Оружие могло палить, и мощность ворогу под стать, дав оптимально.

Жаль, что доспехи из метала зеркальцу “не по зубам”
Его системы умные, блокируют стрельбу, в подобных случаях
Когда луч может отразится, и стрелок задел бы по себе.
Девица увернулась от горящей тушки, на подлёте скрюченной.
Паук баскака пОд ноги упал, злодей-то не сробел,
Встал с саблей, прикрывая фланг, но и тогда те скученно… (Стр №139)
Похоже, были уязвимы, напади те нЕлюди гурьбой,
Не будь столь нерешительны, и так ведь будут скошены…
Лучом из зеркальца, оно страшней, чем сабельный с Манкуртом бой.

Наверно осознали незавидность положенья: “Караул им!”
Те в окна кинулись с нечеловеческою ловкостью.
Кто выпрыгнув взмывал, расправив кожаные крылья,
Кто по стене сбегает как членистоногое,
А кто на лапы приземлялся словно кошка, и скрывался.
На двор бежали через залы толпы челяди испуганной,
Шут на служенье подрядил кого. Исчез сам карлик властный.

Оставив крОви, там, он где сражённый падал, лужицу.
“Мы тут похоже не одни Степан, с генетикою вариабельной балуем.”
“В кровИ шута читаю примеси, клещей, лосиных блох и жУжелиц.”
“Нарубленная, острая картечь, та где ни то врубилась малость,”
“Как трудно раздавить клеща, в прочнейший полимер плоть с кожей слил.”
“Картечь будь круглой, вовсе “шкурку” не попортила бы, а свалилась,”
“Осыпалась бы с пуза, Ох и сложно сладить с ним” (СЛОВА ДЕВИЦЫ ЧЕРЕЗ СИСТЕМУ МЕНТАЛЬНОЙ СВЯЗИ)

Осталась посредине зала, голова стоять чернА, в короне.
За окнами, сгустившись ниоткуда, грянула гроза.
Шквал бушевал, и вспомнилось, гость раньше говорил им,
Про возмущение самой земли, когда-то, на прилёт его извне.
Поодаль чуть Манкурт, ещё опасен тот парнишка крайне,
Не предсказуемо, на подбегающего он отреагирует. Как знать.

Нельзя и оставлять вместилище ДВОИХ союзника…
На этом черепе неведомом, быть может и не мёртвом. (Стр №140)
Степан откинул стол, пошёл, дав знак рукой,
Ладонью выставленною, показывая жестом умиротворенье.
Вот, только жаль, что посох положить нельзя никак.
Или воспринимать, понятное интуитивно каждому, утратил навык?
Столь чуждый ныне, узник из могильника.

Бежать ни стОит, точно уж, его минуя, к голове,
Степан пошёл бочком, и опустивши к полу посох.
Вдруг его за ногу схватил монгол один,
Из уморённых чрез шутово помутненье смехом.
Зашевелились и другие, да ещё утробно гОрлами гудя.
А на дворе, напротив, полное безумье стихло.

До этого сметя и растоптав посольский гарнизон,
Толпа, идя за ошалевшими от алкалоидов грибка,
Пронизывавшего мицелием, там поселяясь, организм,
Двор захватившие носители на двери не глядели, оберег…
Какой ни то, наложенный их отвращал, пустились там в грызню,
Не находя желанного, что звАло, но не пригласило на порог.
Для них как не существовало входа, как скрыл некий горизонт.

А люди без инфекции не понимали, почему не рваться дальше?
И не разграбить полную богатств баскака ставку.
“Носители” в неистовстве чинили на дворе и улицах ад сущий,
В такое раздраженье впав: “Их где искомое!? Кто спрятал!?”
Кто мог соперничать с отчаянной пассионарностью? Люд здешний,
Они нещадно истребляли, недоумение сея там, и ступор.
“Как так!? Свои же предводители! На неприятеля сюда шли!”
Кого из буйствующих завалили, сами более неся стократ потери, (Стр №141)
В непонимании, кидались опрометью “От греха подальше!*” (ПРИСКАЗКА/ФРАЗЕОЛОГИЗМ)

Сцеплялись и между собою лидеры мистерии безумные,
Не замечая ран, рубились, и хлестались вусмерть кистенями,
Из вовлечённых, кто-то колебался: “Может чью-то сторону бы зАняли?”
Но непонятно, делят что, и цели в чём остервенелых,
Да вспомнилось, ведь мОлча, стронули в бузУ валЫ…
Народа, без призывов даже. “Да ну, чумных тех, посторонних лихо!”
“Ну, прямо приключилось Светопреставление!”
А тут ещё и нечисть кинулась как из хоромин ихних.

Из Окон кто взмывает, кто по крышам скачет кошкою,
Кто по двору кровавому, как сиганёт, чрез суматоху,
Народ не инфицированный ошалел: “Кромешное чистилище!”
Кто может, разбегались, “На сегодня приключения с них хватит”
А бесноватый раб грибка как коршун целится на мышку.
Кидались и на нечисть, “Ну куда им!?”, рвали в клочья их как ватных.
Не совладать, и страх утратившим, со скоростью и мощью.

А в разразившейся грозе бузяки те оцепенели,
И замерли, пришедшие, такие ж зачумлённые собаки.
Кровавы морды, зубы в щепы от металла.
У некоторых отвисает сломанная челюсть сбоку.
Свисают у кого-то из собак шматЫ на теле,
Оборванная шкура обнажила часть их плоти с блеском…
На мышцах слизи с сУкровицей, и разросшийся мицелий.

От городских ворот, по улицам, неладное почуяв что-то,
Скакали к ставке темника бойцы из лагеря, (Стр №142)
Отряд его племянник вёл, которому и прочил место…
Орду здесь представлять баскаком, благо брат…
Просил пристроить мОлодца получше, сытно,
И сам юнец толков, не посрамит тот ярлЫка* батыр. (ЯРЛЫК – ЭТАКИЙ МАНДАТ НА ДОЛЖНОСТЬ)

Князь русский счёл благоразумным придержать дружину…
В своих хороминах от ставки через площадь.
“Всего не понимая, что влезать с оружием в сраженье?”
Глаз радуется, видя в стычке чужаков полёгших.
А там, кто победит, с тем и задружат горожане.
Один другого оккупант не хуже, или будет лучше.

Тем временем невероятное творилось в резиденции.
Степана за ноги, из давешних гостей и челяди, свалили мёртвые.
Другие копья подняли, но головы взрывались их от зеркальца.
Лишь Стёпы возле самого ни целила, чтоб не сварить его,
В пар плотью превратившейся, когда она* ловила МАЗЕРА пучок лучей. (ОНА – ПЛОТЬ)
Манкурт иных умертвий порубал, легко, ведь без проворства те.

Посбрасывав с себя ослабший хват умертвий вялых,
Степан торопится сорвать корону с демона главы.
Всем ощущая естеством своим, той противленье.
Каким-то фактором неведомым, тот с ног валил.
Не слушались конечности, казалось, опрокидывало с пола.
Сбоила электроника, то несмотря на оберег-вилок (ВИЛОК – КАК КАПУСТНЫЙ КОЧАН, СВИТЫЙ ИЗ ЛИСТОВ)
Из генераторами созданной слоёнки, скорлупы экрана-пОля.
Пространство словно искажалось, мир вокруг вихлял.

А тут ещё через помехи камер он не зрит “лик”, (Стр №143)
На прежнем месте нету в “вазе” мёртвой головы.
Как спектры не переключал, перебирая фильтры.
Хотел с глаз грим сорвать, чтоб без “посредников” взглянув,
Тот мОрок обойти, но зрят очами и другие вряд ли.
Девица показала, что сокрыта с зенк и для неё.

Поводит посохом наперевес Степан над полом.
В недоумении все, даже дЕвица с Манкуртом.
Дыханием как Карачуна, стылым, тот* наполнен. (ПОСОХ)
Пар вырывается с шипеньем, как котёл там варит,
В навершьи посоха неведомый скрыт пламень.
Но пар тот не обваривает, заставляет околеть напротив.

Пол с мёртвыми телами и в кровИ, пар покрывает инеем.
И вот, попав в его струю, как в холод лютый индевея,
На месте проступает голова, как из кармана вынули…
Каких-то подпространств. Немедля МУЛЬТИТУЛ* над нею… (МНОГОФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ ИНСТРУМЕНТ)
Воздел стоймя, навершьем вниз, не прекратил и овевания…
Морозящей струёй, её от взглядов поглотил дыминой.

Струя иссякла за минуту, и на вид была как сахарная голова.
В макушку грянул выстрел, череп промороженный,
Картечью разнеся, да из короны вывалив её,
Хрустящим крошевом, со снОпом искр наружу содержимое,
Рассыпалось по полу как корунды алые.
“Сам удивлён, что кровь его как у живого, а не сброженна.”

“Внимательнее присмотрись Степан, ведь наша кровь бурее,”
“В его крови не как у нас железо, а зашкаливает хром.” (Стр №144)
“Не время для исследований”, любознательная, говорил он подбирая
Корону, стылую, всю в инии, через обшлаг*, взяв рукавом. (ОБШЛАГ – ОТВОРОТ РУКАВА)
“Твой фокус с жатым газом оценила, но перемудрил порядком,”
“Такой венец мозг заморозит, мы спешим, дай зеркалом его…”
“Не стоит, может повредить, есть у меня как подогреть придумка.” (ДИАЛОГ ТЕЛЕПАТИЧЕСКИЙ, В СЖАТОМ ВРЕМЕНИ, ЧЕРЕЗ МЕНТАЛЬНЫЕ ИНТЕРФЕЙСЫ, ВЫВЕДЕННОЙ НА ИХ МОЗГИ АППАРАТУРЫ)

Теперь струёй огонь из посоха навершия ударил .
Баскак напуган, изумлён, но и в восторге,
“С кудесником и хАна самого свержение реально”.
“Как только контролировать? Такого кто стерёг бы?”
“Кто может армию рассеять, да и ворожея-краля…”
“Таилась, силу не показывала, а могла “косить” стригоев.”
“Пожалуй, что сильней её оружие, Перуна молний,”
“И громыхающего посоха, но лучше чтоб все трое…”
“С Манкуртом были у меня служа при лоне.”

“Вот только своенравные калики от Манкурта отличаются,”
“Их должен буду, подбирая доводы, я мотивировать.”
“Или судьбы не искушать? Предметы лучше эти сам я…”
“Себе возьму. Авось уж разберусь с мудрёной темою,”
“Как управляться с магией Джумши улуса, сей туземной.”
“Когда их со свету сживу, как следует ещё потом продумаю.”

Героев его мысли позабавили, особенно про отравленье,
Коль усомнится в их сговорчивости хоть чуть-чуть.
Вслух расстилался в благодарностях татарин властный,
Степан заводит снова речь, прервал что ШУТ.
“Без воина, тебе всецело преданного, нас те твари съели б.” (Стр №145)
“Достоин, чтоб воздали, увенчанием короной на чело, почёт.”

Насторожился, чувствуя неведомый и каверзный подвох…
Татарин в этакой настойчивости торопливой мнимого слепца.
“Не видно глаз, но целится не смог бы инвалид без зенок двух.” (ДАЛЬШЕ ВСЛУХ)
“Мой воин только довершил немного, вся же слава и почёт…”
“Тебе с дочуркой. Да и украшенье надобнее для девАх.”
Пусть ходит величава как княжна, среди завистливых девчат,
“Но позже как ни будь примерит, ныне собираемся, давай!”

“Пусть воин у себя на голове оставит, не потехи ради, шлем,”
“Ему в нём больше проку, он стальной, с забралом.”
“Да и тебе, как понимаю не пристало, хоть ты клад нашёл,”
“Нескромные регалии. Иль ты Степан всё врал нам?”
“Про то, что человек смиренный, и тебе не надобно мошнЫ*” (МОШНА – КОШЕЛЬ ДЛЯ МОНЕТ)
“Корону дочке дай, или убери в суму, нет время ныне.”

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЁРТАЯ "ПОТАЙНОЙ ХОД"

“Вы слышите? Галдёж и конский топот близятся,”
“Наверняка сюда стремятся люди темника,”
“Нам надо уходить, на случай, на подобный, лазы есть”
“Заранее предусмотрел спасенья пути тайные.”
“Но что я вижу? Загорелся будто глаз “святой”…”
“Девицы скромницы на украшенье, “Подавайте ей!””

И слушать вроде нет нужды, уже без статуса, татарина,
Но вот его лишь указания Манкурт послушает.
Шлем снимет, с головою обнажённой встанет под тиарою.
Артачится баскак, ломая несговорчивостью план отлаженный.
“Степан, и положения не зная сути, он как дети говорливые…” (Стр №146)
“Глаголит истину, пусть не рассудочно. Умно для дела нашего.”
“Да, разве лучше вариант? Пустить другого мира тут ум с волею.”
“О коей знаем мало, но он сила беспредельно мощная.”
“И милостей потом ждать, что отмерить соизволил бы.” (КОНЕЦ ЕЁ СЛОВ)

Что встали, словно разговор ведёте мыслями!?
В дверь потайную, из которой выскочил Манкурт!
Ромей!* мой раб, советник, далее ты с нами ли? (РОМЕЯМИ НАЗЫВАЛИ ВИЗАНТИЙЦЕВ, КАК ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ВТОРОГО РИМА, ХОТЯ ЭТНИЧЕСКИ И ПО ЯЗЫКУ ЭТО В ОСНОВНОМ БЫЛИ ГРЕКИ А НЕ ЛАТИНЯНЕ)
Коль хочешь, не иди, авось, с тобой не будет очень крут…
Кто следует сюда. Ты отработал золотой, за коий тебя выменял,
На рынке для невольников, но ты мне ценен, друг.

Дрожащий подошёл так нерешительно.
А на дворе уж гости, всадники загИкали. (ГИКАТЬ – ИЗДАВАТЬ ЭТАКИЕ ЗЫЧНЫЕ ЗВУКИ, ПОДЗАДОРИВАЯ СЕБЯ И ЛОШАДЕЙ)
Не спешиваясь, перебили зАмерших людей…
И псов кровавых, что порвали бы ещё недавно глотки им.
Заехали батыры прямо в зал на лошадях.
И в потайной лаз, цоканье копыт доходит гулкое.

Степан, пред тем, как скроется со всеми вместе в ходе…
Звено цепи снял, что держало на плечах верИги.
С них два цилиндра им отцеплены и спрятаны в суме походной.
Оставил три на сброшенных цепях, пускай получит враг их.
Дощатые ступени вниз вели, а потолок земли был сводом.
С подпорками бревенчатыми, что почти прогнили.

“Заметили, небось? Что не вчера я озаботился путями бегства вдруг,” (Стр №147)
“А двадцать лет назад, когда посольство обустроил.”
“Теперь Манкурт, тяни ка как бурлак ты струг*” (КОРАБЛЬ ТАКОЙ, А БУРЛАКИ ИДЯ ПО БЕРЕГУ, ПЛЫВУЩИЙ КОРАБЛЬ ПРОТИВ ТЕЧЕНИИ ТЯНУТ)
“За эти вот канаты, подсобим, и выбьем стойки.”
За ними рухнул заготовленный обвал, столь хитр,
Под перекрытием, провал не виден был с поверхности нисколько,
Под врытым сводом кирпича, образовалась пустота, ход скрыв.

“Конечно, если потайную дверь найдут,”
“До нас через часок-другой, дороются.”
“И выходить на улицу, в соседний двор не днём.” (КОНЕЦ СЛОВ ТАТАРИНА, ДАЛЬШЕ СЛОВА СТЕПАНА)
“На то я и оставил там вериг даром сталь,”
“Пусть озадачит их находка. А что спрятано в ней? Угадай.”
“Коль посохом тебя не сильно напугал, гремя, баскак,”
“Надеюсь, и сейчас ты не сробеть, готов.”

“Жаль, мы не далеко от мной оставленной опасности,”
“Риск есть нам пострадать самим.”
“Ждать не могу, отколупают там запалы, и впустую всё.”
“Во любопытные, как дети малые, орды сыны.”
“ВзялИсь вериги разбирать, и это мертвецов, посредь, телЕс.” (ДАЛЕЕ СЛОВА ТАТАРИНА)
“А ты слепец, неужто видишь чрез грунт со стЕнами,”
Не стал про камеры оставленные объяснять, и теле-сеть.

Дал мысленный сигнал оставленным запалам.
Земля отозвалась глухим ударом, аж самих тряхнуло,
ШматАми грунт со сводов и туннеля стен западал.
“Вот что носил я на веригах. А оружие, смотрю, не хило!”
“Ну ладно хоть не завалило все пять тел со злата кладом.” (Стр №148)
Чрез стены засочился дым, глаз режет как смрад тухлый.

“Твоих хоромин больше нет, посол, в их прежнем виде.”
“Как и преследовавших, большинства, должно быть,”
“Надеюсь, из развалин на посад пожар не выйдет”
Князь посчитал: “Вмешалась со своим судом длань божья,”
Иль молнией пророка Илии поражены татары с небосвода.
Поганых* ставку развалило, ошалели, кто на отдаленьи выжил. (ПОГАНЫМИ НАЗЫВАЛИ НЕ ХРИСТИАН, ОТ ЛАТИНСКОГО СЛОВА POGANIUM, ЧТО ЗНАЧИТ ЯЗЫЧНИК)

Сочли ордынцы сами, то, что силы свыше ополчились на чужих.
Тут князь поднЯл дружину, божье дело довершить.
Погнал с отрядом князь татар по улочкам, меч обнажив.
Народ гон видя “иродов”, восторженно блажИл да верещал.
ЗапАл* проснулся давешний: “Во поле помешаем к прочим им бежать!” (В ДУШЕ/В ЧУВСТВАХ)
Оглобли выставляли на ходу, чем для джигитов не рожОн.

Под вечер князь собрав к дружине ополченцев,
Очистив улицы, на лагерь двинул за ворота.
Что осмелеет так урус, не ждали в поле чистом.
И командиры основные сгинули, как в двЕри в ад разверстой.
Мурзы поменьше растерялись, всё же с зычным свистом…
БивАки* поднимали, строили рядов развёртку (БИВАК – ЛАГЕРЬ, МЕСТО ПРИВАЛА, ОТДЫХА БОЙЦОВ)
Но толком не успели, вклинился князь скачем с ратью.

Не долгим бой был, степняков ряды рассеяв по округе,
Из спасшихся, не кинулся ни кто, пред очи в Караван сарае* (ОДИН ИЗ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ЦЕНТРОВ ОРДЫ, ПОБЛИЖЕ К РУСИ, ЧЕМ КАРАКОРУМ)
Предстать большим мурзам, “Над нерадивыми в расправе крУты!”
О бое знали двое спрятавшихся во ходы укромные, сырые.
Плазмоид о событиях подельникам транслировал картинку,
В мозг через обод на челе, двоим на зрительные нервы.
“Хорош мурза нам по старинке маслом ламповым как карп коптиться!
“Так скоро задохнёмся, а у дочки дивно зеркальце, поверь мне.”

“Я видел в деле ваши вещи дивные, разящи”
“Не стоит тут играться ими под землёю, в тесноте.” (КОНЕЦ РЕПЛИКИ ТАТАРИНА)
“Не бойся, это мощь послушна деве красной нашей,”
“На случай если ты подумал, завладеть сам той,”
“То зря, вещиц дар волшебства на индивидов нас рассчитан,”
“Другим поотрывает руки, чтоб и не думал взять посметь.”

С неодобрением девица зыркнула рассерженно на деда,
“Болтаешь много с трупами во времени ближайшем”
“Пускай сидели б в темноте. Что сидя за нужда им видеть!?”
Для всех сказала: “Это нА пол надо положить, не лучше ль”…
“Тебе поставить посох, ведь он светит тоже, вроде.”
“ПравА ты”. Засветился по бокам навершия болотною гнилушкой.

Казалось вырезан из дерева простого,
А набирает свет всё ярче некий,
Лишь из металла по нему каркас пристёгнут,
Что из полОс оковки и цилиндров, не светя, чернеет.
“А ты-то думала, я примитивно, по старинке, огнь…”
“Мог только из резервуаров лить, и сыпать из стволов картечью,”
“Да газом сжатым остужать. Мне вправду простота угодней.”

“Механику предпочитаю квантовым эффектам” (ДАЛЕЕ ТОЖЕ МЫСЛЕННО СЛОВА ЕГО СПУТНИЦЫ) (№150)
Дак вот, я начала, есть смысл в словах татарских,
Чем дальше дело нам иметь с неведомым каким-то,
Разбавлю лучше я его, и с ним сольюсь, тут риска…
Нам прогадать хоть много, но и демона окуклить*… (КАК НАСЕКОМОЕ ДЛЯ ВЫЛУПЛЕНИЯ )
И выпустить на свет как есть, страшит сильней гораздо. (ДАЛЕЕ РЕПЛИКА ДЕДКА)

“Что говоришь? А как же обязательства пред ним твои?”
“А сам ты разве не заметил, что как демон архивирован,”
“В своём кристалле, уж безотносительность затеи правоты,”
“Сомненья вызывает, значит он подспудно и в тихую ранее,”
“На ум воздействовал, ему пустяк ТУЗЕМЦАМ и приврать,”
“Ему наверно были как в той хвои муравьями мы.”

“Коль сам надеть не хочешь, мне давай корону из сумы.”
“За нарушенье договора вряд ли ПРИШЛЫЙ осерчает.”
“Как злится на меня? Когда он стал до неразрывности сам мной.”
“Ты девка не дурИ! Мне как из прошлого ты выросла дочуркой.”
“Родной взросленье не увидел, ты хоть сгинуть в его разуме не смей.”
“Существованье прекратишь, то сотворив, соединяясь с “чёртом”.”

“Таков мой выбор. Если зло он, я умерю его лють.”
“Грядёт похоже битва, пред которой, та на пире, давешняя…”
“Лишь баловство. Нельзя, я чую, время ныне отлагать.”
“Я “выключаться” не хочу, пока мой неокортекс* “перепрошивается”” (ВНЕШНЯЯ КОРА ГОЛОВНОГО МОЗГА, ОТВЕЧАЮЩАЯ ЗА ВЫСШУЮ НЕРВНУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ)
“Рискованна беспомощность, но чем скорей инопланетный гость…”
“Проснётся, тем и выше будет, с “кротами” в противостояньи, шанс у нас.”

“Ты понял, Про каких я толк веду “кротов”? Степан.” (Стр №151)
“Раскинь ка сенсоров зондирование вперёд по коридору.”
“И вправду девка, там тела сокрытые в стенАх.”
“Я стала понимать, что анатомия у карлика сродни кротовой.”
“Когтисты руки и сильнЫ, не чтоб скрестись стоймя,”
“А чтоб вгрызаться в грунт руками, так они и руды ковыряют.”
“Поверья вспомни о злых недоростках, что во тьме…”
“Пещер и подземелий. Там имеет города народ коварный…”
“Поднаторевший в магии. Всё так, как в речи матери моей.”

Мыслительный их разговор во времени был сжат,
Но всё равно заметили другие, пауза повисла.
Достал дед, и корону протянул, “Венец держи”
Татарин усмехнулся: “Думал, что урУсов пара здесь по зверски…”
“Передерётся из за цАцки, а он дарит по отцовски, поражён.”
Она корону взяв, к Манкурту обратилась чрез забрала маску:

“Ты почитаешь своего хозяина, запомнив,”
“Как первым ты его увидел, и тебя он накормил тогда.”
“Но разве он, привёл из под земли загробной?”
Баскак тут встрепенулся: “Ах ты бабка некромантиха!”
“Молчи! Иначе прикажу, пускай тебя он, оборотня и змеюгу рубит”
Но было поздно затыкать, по сходствам некоторым, для других…

Неведомым, не по чертам лица, скорей какой то чуйкой,
Узнал он “стАрую”, от смерти пробудившую.
И побуждение в нём: “Черепа рассечь бы кости чародейки”
“Из вязкой и блаженной дрёмы вдернут ей в бытьё тяжкое”
“Вы и не сознаёте, как Вам неуютно здесь гостить чрез муки”
“Чрез муки быть живым, осознавать. Вам это бремя сдюжить как дано!?” (Стр № 152)

“А просто сравнивать Вам не с чем. Разум иго,”
“Блаженно засыпание его… Но нет!”
“В провале тёмном, там куда был опрокинут,”
“Ко мне тянулись жадно гады тьмы.”
“Быть может, что не личность самоя так прекратит путь.”
“На сложность упорядоченную, их голод истомил.”
“Как говорил шут, что она потусторонних как ресурс питать…”
“Способна, как и чувств потенциал, что угасал во мне.”
“Быть может, что сама душа раскроется от пут?”
“Неуловима будет демонам, кидавшимся на падаль со слюной.”

Через подложенные за подшивку шлема датчики,
Степан с девИцей принимали, от Манкурта шли что, мысле-образы.
Они, пусть невербального* мышленья, считаны. (НЕ ОБЛИЧЁННЫЕ В СЛОВА)
Тем впечатление от опыта посмертного ещё сильней забрезжило.
И демоны потусторонние там шёблой членистой.
Напоминали отдалённо скорпионов. И с клешнями, и с зубами, с жвалами*. (ЖВАЛА – ЧЕЛЮСТИ НАСЕКОМЫХ)

Он умирающий им виден был желанною добычей,
Но к ним не долетел, чтоб был разорван.
Из пасти смерти выдернут, уже небытия манила участь.
И вместе с тем страшила, путаны резоны.
Поток информативный за мгновенье мчался,
По скорости мышления Манкурт их чуть ли не резвее,
Отметили, когда его сканировали “магией” по электронной части.

И зол на пробудившую, и в тоже время благодарен. (Стр №153)
Ещё остались в нём, “в смерть” приоткрыты двери.
У щели, их дразнящей, вьются словно вОроны, белугою рыдают,
Протиснутся пытаются рои крылатых тварей.
А то, с той стороны, других поболее, нагрянув к ордам…
Там вьющихся, расшугивает их, орлом хватает, разрывая…
Кого-то из чудовищи, сам не видим взглядом внутрь Манкурта,
Потусторонний хищник доминант, та роль понятна зверя,

И то насколько стрАшны и свирепы, а ему на зуб они добыча,
Не показавшего свой лик в проход между мирами,
Уже рисует как царя в аду, средь злых созданий прочих,
А может и над хищниками, что там “совами полёвок жадно рвали”…
Ужасных демонов, к нам рвущихся с изнанки и не прячась,
Стоят и выше иерархи, что сильнее и умней животных тварей
Быть может и на хищников охотятся, иль зверь как кречет…
Натасканный для ловли, что им служит верно.

Гадать лишь можно, что простёрся там за мир иной,
В котором наших мертвецов созданья алчут,
Не их тела, а то, что было чувствами и разумами их.
Манкурта воротили с полпути, тем раздразнив исчадий,
Мир наш теперь маячит, светит, трапезой манИт.
Вход через душу или психику, вернувшегося в мирозданье чудом.
Но не нарушить им законов, не ступить из за предела тьмы.

Быть может рвутся и не только изобилие еды почуяв в свете,
Ещё и от царящего в средь тварей, средь населения миров прослойки.
Могли бы и Манкурта побудить в “дыру” конюча* яства, (КОНЮЧИТЬ – ЖАЛОБНО ВЫПРАШИВАТЬ (СЛЕНГ))
Чтоб их убийствами кормил, у них такие есть наверно слуги, (Стр №154)
Он оказался неподатлив шёпоту, с сознаньем дракона чистым.
Портал не впустит демонов, законы не перевернуть, но если только…

“Степан! Ты понял!? Мы к его сознанью подключив вместилище,”
“Для трансплантации чужого разума, могли создать сквозняк”
“Дверь распахнётся, вот ключи от бестиария чистилища!”
“Как духи ль, во плоти ли, вырвутся из ада те? Как знать”
“Но любопытство утолить экспериментом, напрочь лишнее”
“Уверена, что даже и не карликова рода козни то.”
“Им тоже обернётся ужасом, не спрячутся в щелях они.”

Секунду длился диалог метальный, но чуть не отвлёк вниманья.
От поворота ситуации, героям рокового .
Татарин видя, что Манкурта потерял, меч в тихомолку вынимая.
Хотел девицу заколоть, уже не веря в прок того,
Что жив останется, но покарать ту нечестивую нахалку он намерен.
Что отнимает верного слугу, когда всё потерял и так.

А после убивают пусть, Слепец ли перехожий Стёпа иль Манкурт,
Куда мне против них, которых сила не от мира нашего.
Спиной к нему как раз, промеж лопаток остриём проткнуть.
Не зная, что одёжку, тканную из полимеров, меч его,
Не повредит. Не знал того и трус ромей, но с криком: “Прекрати!”
Повис на господине, руки обхватив, непредсказуемое учудил.

Смотрели все как вырывается, неверного со злобою костЯ* (РУГАЯ)
Манкурт признавший госпожой, не давшую свалится в жЕрло бездны.
Оценки после диспозиции мгновенной, в землю свода кисть…
Молниеносно запустил и выхватил увесистый булыжник, (Стр №155)
Стряхнул татарин византийца, отлетел седой к стене,
Направил меч, чтобы пронзён, “червь”, остриём был, книжный.

Возле лица дЕвицы камень пролетевши,
Разбил скулу татарину, повергнув наземь,
Он взвыл в бессилии, клинок при нём ещё же,
Махнул в остервенении наотмашь по ногам он низом,
Девица встретила движенье каблуком подошвы,
В запястье с наручем*, и сразу же прижала к грунту руку мурзью.

Кисть размозжила, топнув по руке, на рукояти что чернёной сабли.
Манкурта поспешившего добить, взглянув, порыв остановила.
Знак византийцу подала, пошедшему наперекор чрез слабость,
Чтоб отошёл подальше от буяна, и все за её спиною встали.
Аппаратура в шлем подложена манкурта, предназначена особо,
Не только считывать потоки возникающих спонтанно мыслей,

Но может и передавать посылы для него в мозг по прямой.
Тем только укрепила преданность, что зазвучала в голове,
Уверовал, она богиня, должен выполнять задания при ней.
Передала, то, что сейчас появится, не зло, учти, для Вас,
Как не были б при появлении страшЫ, их за друзей прими.
И византийцу на словах сказала, не пугался чтоб схоласт.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ "СИЛА ТЕХНОЛОГИЙ"

Ввалился с грудами земли в туннель огромный крыс.
Хватил татарина, меж ними ужасной крысой, ступор.
Пытался отползать, лягаться, а зверь только ногу хрумкнул*, и отгрыз. (ГЛАГОЛ ПОРОЖДЁН ИЗДАВАЕМЫМ ЗВУКОМ ТРЕСКА/ХРУСТА, КАК ПРИ ОТКУСЫВАНИИ КАПУСТНОЙ КОЧЕРЫЖКИ)
Вот от грудины и живот до самоей промежности распорот (Стр №156)
Скулил под лапою и корчился пройдоха и гордец.
Нависла пасть в гримасе, как из преисподни ежик переросток,
Со сморщенной кровавой мордою. “Такие ль звери дома у девиц…”
“В любимцах держатся? Но эта пользы больше может принести, чем пёсик”

Так пошутила и кивок стал для создания сигналом.
Ей повинуясь, стоя на баскаке, крыса выгрызла лицо его.
И сзади них, прорывши свод, в туннель “сестрёнка”* сиганула. (КРЫСЯТА БРАТ И СЕСТРА)
Все в курсе что они союзники, лишь в страхе византиец. На словах…
Поверить трудно, что чудовища стараются для них как лучше.
От крыс узнала, преуспеть что в скрытности затеи не смогли.

Не удалось, народу воодушевлённому победой, глаз отвесть.
Пришлось врываться в мостовую при зеваках,
А те дружину князя скликали, отряд над лазом весь,
Кумекали, да и решили, масло в тот провал залить и кинуть…
Туда побольше факелов, считая, что осталось от татар зло здесь.
“Их это чудовища. Мы православные не развели б такое!”

Закатный свет вливается чрез два провала.
В отрезке, метров двадцати, застряли коридора.
“Отрезал путь проход нам, что питомица твоя прорыла.”
“К какому лазу мы не сунемся, том разом стрелы градом.”
“Ты не ворчи Степан! Моя товарка* не права ли?” (ЖЕНСКИЙ РОД ОТ СЛОВА ТОВАРИЩ)
“Меж нами вклинилась и карликов засадой, где сокрылись в грунте.”

“Чрез них ли ты собрался путь продолжить свой?”
“Из стен нас похватают и порвут.”
“Засады место выбрали, что не применить оружья в тесноте.” (Стр №157)
“Земля задержит пули, да и не берёт хитИн “бур” твой.”
“И как узнать могли, что покрывал кольчужных сеть…”
“От зеркальца убережёт?” “Хитёр, нас супротив!”
“На одного, отреагировать Манкурт конечно может и успеть.”
“Наверняка как хищники научены охотясь скопом в тьме,”
“Кидаться из земли. Из стен кротам ещё сподручней, Уже* спёрт…” (БОЛЕЕ УЗКО)
Противник, иль скорее жертва, предрекла исход статистика. (КОНЕЦ ЕЁ СЛОВ)

“Что ж дочка, будем прорываться через войско, с ополченьем, княжьи.”
“Ох, не хотелось бы быть, наших, русских, душегубом.”
“Есть средство на подобный случай в сумке, лучше камуфляжа.”
Достал яиц как будто пригоршню, голубки.
“Вот “высидел” что на мою задумку наш “конёк” услужлив”
Плазмоид сгенерировал пиро-горошины для бегства.

С татарина ошмёток, крыса* в сторону чуть потеснив. (РОДИТЕЛЬНЫЙ ПАДЕЖ ОТ “КРЫС”)
К проёму подошёл, раскидывать стал вверх горошины.
На улице сгущалась тьма, и был бросающий Степан в тени.
“Не подвернутся б под стрелу своих, на грех*, ещё” (ТАК, ПРИСКАЗКА РАСХОЖАЯ)
Едва убрать от стрел смог шустро стопы он успеть.
Истыкали пол, под на свет прорехою, ежом*. (КАК ИГЛЫ НА СПИНЕ ЕЖА, ПЛОТНО СТРЕЛЫ ПОВТЫКАЛИСЬ)

“”Никак* хотите откупится от горенья в масле, бесы, пЕрлами* (СЛОВО РИТОРИЧЕСКИ ОБОЗНАЧАЕТ ПРЕДПОЛОЖЕНИЕ, ТИПА “НЕУЖТО”. ПЕРЛЫ – ЖЕМЧУГ (УСТАР))
“Что не сгорит из ценного, мы сами с ваших заберём углей, тогда.”
Жемчужины рассыпаны по мостовой, играли света переливами.
Цветами дивными, свечение для взора прямо ненаглядное.
Его не видели в тунеле, ведь предостерёг своих заблаговременно:
“ПотУпти ка Вы лучше очи в пол.” До взрыва пиро-гранул там. (Стр №158)
Был оглушителен треск, прокатились взрывы беглые.

Через опущенные веки под землёй, и то узрели вспышки.
Свет, отражён от неба, проникал в туннель, мерцая.
При этом звуки! Таковых не знали, грозы все потише.
Что ж, обезвредил, пусть не так изысканно как “карл” людей морочил,
Но думаю, что испытанье средства я могу признать успешным.

Верёвку с узелками распустили со скарба крыса* вьюка*. (РОДИТЕЛЬНЫЙ ПАДЕЖ ОТ “КРЫС”, А ВЬЮК, ТО ЧТО НАВЬЮЧЕНО НА СПИНУ, И В ДАННОМ СЛУЧАЕ НАДЁЖНО ПРИВЯЗАНО)
Он прыгнул первый вверх, в зияющий над головой проём.
Его хозяйка следом вскарабкивалась по верёвке,
За ней манкурт, чтоб наверху там помогал он воином при ней.
Степан махнул ромЕю: “Ты всяко быстро лезь наверх к ней!”
“Бери кошель мурзы, наверно задолжал монгол, с виновного прими.”

“А вот из города тебе без нас сподручней выбираться.”
“Не по пути нам дальше. Знаю, что удумал на привале…”
“Хозяина ты отравить. Заслуживает карачУна вор* батыйский*.” (КАРАЧУН – БОГ СМЕРТИ И ХОЛОДА У СЛАВЯН, А ВОРАМИ РАЗБОЙНИКОВ НАЗЫВАЛИ, ЭТОТ С БАТЫЕМ ПРИШЁЛ)
“Тебе признательны, но отравителю и далее, впредь веры мало.”
Он вылезает тяжело, к труду ведь ручки не привыкли в рабстве.
Степан завёт и крысу прыгать вверх, туннель что вперёди им прикрывала,
Ворвутся коль к ним чУди* карлики, проворны, бЫстры. (ЧУДЬ – МИФИЧЕСКИЙ НАРОД, ЖИВУЩИЙ НЕ ТАК КАК ДРУГИЕ, ПОЭТОМУ И ЧУДЬ, ТО ЕСТЬ ЧУДНЫЕ, ПО НЕКОТОРЫМ ПРИДАНИЯМ ЭТО НИЗКОРОСЛЫЕ КОЛДУНЫ)

Последним оставался под землёй, когда враги почуяв…
Что жертвы не идут к ним “в сети”, а уходят,
Врываются из стен в туннель, когтями разгребая почву.
Там впереди, во тьме, уж метрах в дести их кОдла. (Стр №159)
Стремительно вперёд летя из темноты, горели очи.
Крыс Стёпу выдернул, скакнувши с норовистостью кобылы,
Там на поверхности, бегом верёвку тянет из гречихи*. (МАТЕРИАЛ ИЗ КОТОРОГО ТА СДЕЛАНА)

И только сверху оказавшись с посохом, плашмя на мостовой,
Метнулся в сторону, на четвереньках, сам собаки на подобии.
Крича: “Ложись от шахты все подальше, не вставай!”
После мутации, мгновения чуток растягивать, способности…
Проснулись, в экстремальности шли все быстрей…
Процессы восприятия и обработки когнетивные, все собранны,
У трёх людей, и пары крыс, такие качества перепрошИл QRISP им.

Смогли увидеть, площади как посреди, вздувалась, пузырём буквально…
Сама земля, настила мостовой размётывая брёвна,
Да и людей немногих, коим так не повезло, над взрывом ковыляли.
Сначала ослепил их свет, разрывами пиро-патронов.
Кто был на лошадях, тех унесли незрячие кобылы,
Ломившись наугад от этих свето-шумовых гранат вперёд тараном…
Снося что могут своротить, от страха и не замечая боли.

Поднявшиеся на поверхность, тут застали хаос,
Слепцы ругались грязно, руки выставив, бродили.
Кто не решался двинуться, а если подвернулся столб, хватались.
Упавши, перекатывались кони, седоки в броне под ними.
Отчаянье, бессилие и ужас! Ну, не так Степану ведь хотелось!
Рассчитывал на время ослепить, для бегства будет время.

Но только им сейчас, откуда знать, что в скорости прозреют,
Напуганные не на шутку мечутся, считая: что “лишились,” (Стр №160)
“И света белого, и враг в своём коварстве поразит тут,”
“Беспомощных, незрячих перережет”. “Счастье то лишь если,”
“Лишит их только жизни, ни христова царствия, ни парадиза,”
“А то, и души самоИ утащит в ад, исчадие – “мышь” злая”

Оружия эффект, рассчитанного, быть чтоб нелетальным,
И впрямь в своём концепте содержал изрядное коварство .
Свеченья перед взрывами зарядов, смеси чудной тленье,
Вниманье привлекло зевак, заворожёно на диковенное смотрят.
Раскидано не мало гранул, все не заслонятся от очей толпою,
Свою увидит почти каждый, до того момента как сама рванёт та,
Слепя и оглушая. Захотел гуманность обеспечить только, Стёпа.
И вправду многим жизни сохранил, и слух со зрением вернётся,
К тем в панике кто был не покалечен, и людьми с конями не затоптан.
Да и не оказался кто к последовавшему большому взрыву тесно.

Земля вздувалась, над туннелем тайным, сферы фронтом,
Его опережая, вылетел растя стремительно пузырь,
Во стороны все, выше теремов светлиц, фронтонов* (ФРОНТОН – АРХИТЕКТУРНЫЙ ЭЛЕМЕНТ, ЧАСТЬ ФАСАДА ЗДАНИЯ, НАД ПЕРЕКРЫТИЕМ ВЕРХНЕГО ЭТАЖА, И ПОД КОНЬКОМ И СВОДОМ КРЫШИ)
Из воздуха спрессованного, что стал плотен, зрим.
Волной взрывною расходясь, сметая близь не ветром, а тараном.
Из под земли взметнувшейся в полёт зернист,
Огнь вспышки полыхнул, размером с терем.

На сотни метров ощутили, под ногами грунт тряхнуло,
Пробрал тяжёлый грохот, ранее почти оглохнувших, мирЯн,
Тогда от малых свето-шумовых гранат, а ныне потрохами тела…
ВоспрИняли, Степан во чудь, во мглу швырнул… (Стр №161)
Цилиндр предпоследний в гроте, на поверхность вылетая,
Бегущей крысой выдернут, мчясь на галоп аж перешла она.

В звенящей тишине, упав, земля, дымясь, осЕла.
По площади с бредущими слепцами, стелилась сиза дымка.
Где под завалами, то тут, то там их враг возился, демон малый.
“Вот ведь неубиваемы тела! Создания какие!”
Заметили, виднелся византиец под отвалом.
“Жаль бедолагу. Сиганул от лаза, да с заминкой.”
“Поддело взрывом, и теперь он знает, что там будет после.”
“Сознанье сохранится ли, оставив позади земные муки?”

Иль пАдальщиков* полчища, потусторонних, (ТЕХ, КТО ПИТАЕТСЯ ПАДАЛЬЮ)
Манкурта что встречали на пороге умиранья,
Не обдирающий то шелуху отжившего портал, прослойкой некой…
Мир, разделяющий, печали*, с ПрАви* гОрним*, с раем, (МИР ПЕЧАЛИ (НАШ), ПРАВЬ, В СЛАВЯНСКОМ ПРЕДСТВЛЕНИИ О МИРОЗДАНИИ, ВЕРХНИЙ МИР, МИР БОГОВ, ОН ЖЕ ГОРНИЙ, В ПРОТИВОПОСТАВЛЕНИЕ НАШЕМУ, ДОЛЬНОМУ, ТО ЕСТЬ, В ДОЛИНЕ СТЕЛЮЩЕМУСЯ, А ГОРНИЙ НА ГОРЕ, НУ КАК НА ОЛИМПЕ.)
А лишь тупик, дно бездны, пропасть, не калитка,
Где сгинуть предстоит, как дичь* на пире у гурманов роя (ДИЧЬ – ПРИГОТОВЛЕННОЕ ИЗ ДОБЫТОЙ ОХОТНИКАМИ ДОБЫЧИ, БЛЮДО.)
Смерть, в случае любом, чреду страданий присных* ныне прекратила. (ПРЕЖНИХ)

Но не для покалеченных уродцев рыжих.
Сознания ментальные экраны пали, разум обнажив.
В мир окунувшись их, телепатически, герои тут же…
Одёрнули свои сознания, с ознобом жуть…
Вкусив их ненависти к нам. Лет тысячи, как род их держит…
На человек зло, и не зазря обижен шут…
(Стр № 162)
За плодовитость человечью и воинственность.
Народ мастеровой, людей был поумней, жил в “норах” обособлен.
Нам родичами те казались лишь. Десятилетья чадо выносить,
Им требовалось. Войны как вели мы жерновами истреблений…
Наш вид приплодом компенсировал, и с чудью мы не в равенстве.
Они, потери понеся, для брани бы уж армий не собрали новых.

Теснили люди наглые, жестокие, их из подземных городов.
В леса, глушь, в горы, там и зарывались дальше вглубь они.
В полон попавшие, неволю не сносили, недорОстки, знать, гордЫ,
За жизнь такую не цеплялись, делали за край шаг гибельный.
Кто уцелел копали в глубину не только заурядные грунтЫ,
Вгрызались по наитию в устройство мира крошки-гоблины.

Не методично и пошагово копили знание, как наш пришелец,
Что одарил, их миром наработанным, в корпеньи скрупулёзном.
Путями нам неведомыми находили в измерениях к изнанке щели.
Не зная, про геном, себя сакральными путями изменили.
Без формул и расчётов, а народец их загрАнное нащупал,
Простёршееся в мира подноготную, где скрыты в тЕни механизмы.

Росло могущество народца загнанного воинствами в землю,
Простёрли щупальца ментальные в миров слоёнку.
Сознанье развивали, заодно и организмов свойства изменили.
Являясь бОльшим, чем тела с умами, нам неровня силой некой.
И по уму, и силе, создания те несопоставимы, всем что знаем,
Приобрели характеристики, к ним не найти и терминов словарных,
И аналогии, хотя бы отдалённые, сравнить бы качества, но зря мы…
В известном до сих пор, пытались отыскать с такими тварями сравненье. (Стр №163)

Картину почерпнули смутную довольно, в карликов сознанья причастившись…
Лишь на мгновенье, “не гостеприимством” их исторгнуты обратно.
Хватило информации, чтобы воспринимать с почтеньем СУШНОСТЬ,
Настолько развитУю, с интеллектом, со структурою беспрецидентной.
Что вхожи в сопредельные миры, паучьи свивши сети.
Соединивши ярусы, кротовины их сквозь реальности продеты.

Они заслуживают уважения и как враги,
И сострадания, как претерпевшие от мира,
Но то, насколько стали злы, на нашей жизни кавардак,
Себе под стать, призвав богов, внушает дрОжи трЕмор,
То вкУпе с силой, закреплённое желание вредить,
В отместку нам, багаж обид приумножая древних.
Своих богов давно уж кормят жертвами в дверях.
Намереваясь их впустить, и будет приближён, доверен,
Народ к их повелителям земным, они уж в мир дорвись,
Неудержимой силою, сметя дружины в брани.
Немало также среди них желает, чтоб, впредь ровно всё…
Шло как и ныне, тайно бы держались баре*. (ЭТО И МУРЗА, И КНЯЗЬ, И БОЯРИН, ОФИЦИАЛЬНЫЕ ГОСПОДА)
Подспудно под влиянием, невольник в раже самодурств.

С изрядным сожалением, решенье девою принЯто всё ж,
Гарцующей, среди слепцов, на крысе личной, переростке.
“Степан, я говорила? Технологии вчерашние тобою применяются.”
“Морозить испарением азота, до коросты лишь поверхность.”
“Не только жарит моё зеркальце и мельтешню вибрации…”
“Из атомов способно скрадывать, лишив при всём том…”
“Слагаемое ими тело и тепла, как излученьем лишнее вбирается.” (Стр №164)

“Смотри ка лучше сам, моя как действует задумка в деле.”
На тельце трепыхавшееся в земляном отвале,
Она наводит синеватый луч, в осадок воздух индевеет.
Гном замер раненный, всё в изморози тело, в алой.
И воином, сподручный, в деле их извода, найден,
Массивный инструмент, из брошенного здесь, втоптали…

Кого-то из дружинников бердыш* или секира*. (И ТО И ДРУГОЕ ТОПОР С ШИРОКИМ ЛЕЗВИЕМ НА ДЛИННОЙ РУКОЯТИ (КОТОРАЯ СКОРЕЕ ДРЕВКО, ЧЕМ ТОПОРИЩЕ))
Берёт Манкурт, и взмахом, с треском, опускает…
На корку инея, что трупик затвердевший скрыла.
Плоть промороженную расколол топор кусками.
Непросто поддалась, подобная не деревяшкам, а скорее скалам.
Грудная клетка развалилась под ударом нАискось у гнома.
Второй и третий, в сети трещин с краю…
У развороченной воронки, стали грудами осколков в яме.

Пронзило вдруг её саму тревоги стужей,
“Уж как-то слишком всё легко даётся!”
Хват за корону притороченную рядом, тут же,
В сумЕ при вьюке, на горбе “кобылки” у девИцы.
“Пустая сумка! Во морочит род их дюже!”
ГЛАЗА ОТВОДИТ, даже и с приборов калибровкою в довеске…
“ЗенИцу”* проворонила. “БУРАВЬТЕ ПОЧВУ, ВСЁ РАДАРАМИ УТЮЖА!” (НУ КАК ЗЕНИЦА ОКА, ТО ЧТО НАДО ОСОБЕННО БЕРЕЧЬ)

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ "ПОДЗЕМНОЕ СВЕТИЛИЩЕ"

Завис плазмоид в стороне, над той же площадью,
Над, постоянного использованья, местом казней, лобным, (Стр №165)
Показывает вниз лучом, на эшафот, где плахи ждут,
И передал: насколько там объект искомый ей заглУблен,
Пустоты сводами не так уж глубоко, считай.
Нашли же место для гнездовья где достатке зла и боли.

Метнулась крыса не осёдланная первой к месту подземелья,
Размётывая мордою, из досок, невысокие, помосты эшафота.
А следом всадница, на ручку подлиннЕе инструмент надев зеркальный,
На генератор запитав во вьюке , где указал “фискАл” лишённый плоти.
Простёрла дивное орудие, стыл грунт, да индевея, мёрзла глина.
Не дать, не может, технология высокая и пришлых, неких пЕтель,
Обратных, как отдача от Степановых орудий, но размерами глюонов.

Бил луч вверх, порождая завихренье облаков светящихся,
И как на севере далёком, всполохи трескучего сияния.
“Удумали сокрыться, и надеждой на спасенье тешатся”
“Могилу ледяную для себя вы вырыли, считайте, что заранее!”
“Из рук промёрзших я отколупаю, в склеп спустившись здесь,”
“Верну своё, кому же не мне венчаться неземной короною!”

Тем временем, уж возвращалось ослеплённым многим зренье.
Увидели картину, деву на огромной монструозной крысе,
Ещё одна кружится возле, и она повелевает грызунами.
Не только от увиденного, под армяк мороз закрался.
Голубоватый изливает свет, и веет ветер с вьюгой зимний.
Под ней белеет наст, да инеем сам зверя бок покрылся.


Похолодало ощутимо, и метёт Сентябрь позёмкой,
Ордынцев развороченная взрывом ставка догорает, (Стр №166)
А в небе над девицей словно дней последних знаки.
Не помышляли, что под местом сУтолоки* и грот вырыт. (СУТОЛОКА – ТОЛЧЕЯ, СКОПЛЕНИЕ НАРОДА)
Но любопытство уступало, не нашлись, следить, зеваки,
Да и в возможность обуздать, тех сил игру, теперь не верят.
Бегут от площади, и даже в трепет сам князь вогнан.
Укрылся в тереме, “Не украдут же город непотребные те твари.”

Не все бежали с площади, от виденного, без оглядки.
К кому-то не вернулось зрение ещё, а кто растерянный метался.
Один из воинов удумал, поразить из лука девку,
Незамедлительно сигналил ей инструментарий в мысли,
О представляющем опасность, и “мороза луч” воздевши…
Где землю он студил отвесно, туда, стрелу, где тянет смелый.

Лук тут же лопнул в щепы, раскрошилась тетива,
Безвольно ноги подкосились, а верх тулова колодой,
Враз затвердевшей, бухнулся, не только кожею заиндевев…
По звуку слышно, что до сердцевины всё застыло в лёд в нём.
Всяк видевший касание луча, решил: “Не сдюжить с девой им!”
По спинам убегающих, она лучом скользнула “Поделом!”

Ещё три тела глухо стукнулись о брёвна мостовой,
И сами будучи уже как дерево тверды.
“Что ты творишь! Бедовая, одумайся, постой!”
“Ведь это люди, НАШИ, даже и не татарва орды,”
“Хоть и не столь чуждЫ для нас по сути те,”
“Ты вспомни, их сознание зондировали, к выводу придя…”
“Что отличаемся не сильно мы от супостатов из степи.” (КОНЕЦ ЕГО СЛОВ)
(Стр №167)
“Прикажешь что ли мне и степняков щадить!?”
“Не понял разьве!? Что мы даже и князьям, не пара, и не ровня.”
“Забыть пора, что был как и они ПЁС МЕЛКИЙ, ШЕЛУДИВ*.” (ШЕЛУДИВЫЙ – ЧЕСОТОЧНЫЙ ИЛИ ЛИШАЙНЫЙ, С КОЖНЫМИ ЗАБОЛЕВАНИЯМИ, ФИГУРАЛЬНО – ГРЯЗНЫЙ/НЕЗДОРОВЫЙ)
“Теперь быть можем их богами! Назовись Перуном!”
“Чай тоже громовержец. И опеку разве им не помышляешь дать?”
“Считай, я тоже позаботился, укладывая их в земли перИну.”
“Не быть ли почитаемой и мне? Как МАкошь*, или Лада*, так.” (БОГИНИ ДРЕВНЕРУССКОГО ПАНТЕОНА)

При мысленном том монологе, на спине у крыса гарцевала.
Направив, изменённый, в землю луч по новой.
Приставленное к жерди, превратилось в скипетр зерцАло* (ЗЕРКАЛО (УСТАРЕВШАЯ ФОРМА СЛОВА))
Пульсировало из него свечение, но на зелённое лишь поменяла.
И всяк подошвами, в такт в грунте искрам, и за метры чуял…
Земля дрожит, как бьют лихой* чечёткою по полу. (ЗДЕСЬ В ЗНАЧЕНИИ, ЗАЛИХВАТСКОЙ/ЗАДОРНОЙ)

Не растопляясь, взламывался вспышками грунт мёрзлый.
Крутилась крыса, луч вокруг промёрзшее ерОшил.
Как мысль передала: “А не представиться ль другим и МАрой злою?”
Свод провалился в подземелье, и на груде щебня крошев…
“Наездница” с питомцем верным, в стылом мраке приземлилась.
Чуть в стороне, от места, где породы шмат большой обрушен ею,
Там очутилась на его немалой горке, в ЗАЛЕ СИЛЫ…
Неведомой, которую кормили палачи, пусть без соображенья…

Окоченев стоял ещё из карликов один лихой*. (ЛИХОЙ – ЗЛОЙ/БЕДОВЫЙ)
За инея пушком колючим, узнаёт того, “Баскакского шута”.
Перед собой держал, как было то священнейшей реликвией для них,
Похожее на чёрное яйцо. Тут словно механизм из психологии гештальт. (Стр №168)
В зверюге страх нешуточный скрыт глубоко на дне,
В глубинах памяти из предков крысьих многих прошлых лет,
Что эволюционно отложИлся им под шкурой, не поблек. Давно…
Без стимула та фобия дремала присно в нЕге, не шаля.

Увиденное, или в восприятии сыграло роль иное что, той крЫскою,
Сработала реакция, на древнюю, неординарную опасность.
Страх пробудило, захлестнув волной тхонической*. (ТХОНИЧЕСКОЕ – ЭТАКИЙ ГЛУБИННЫЙ УЖАС ИЗ НАЧАЛА ВРЕМЁН, В ГРЕЧЕСКОЙ МИФОЛОГИИ ТХОНИЧЕСКИЕ БОЖЕСТВА (ТИТАНЫ), ЭТАКИЕ НЕИСТОВЫЕ ЧУДОВИЩА, КОТОРЫЕ БЕСЧИНСТВОВАЛИ НА ЗЕМЛЕ ДО ОЛИМПИЙСКИХ БОГОВ (КОТОРЫМИ БЫЛИ ПОБЕЖДЕНЫ))
С ней эмоционально связь держащую обдАло норадреналина* всплеском. (НОРАДРЕНАЛИН – ГОРМОН СТРЕССА/СТРАХА)
Дыханье аж перехватило, да тряхнуло сердце вскачь её.
Под ней рванулась крыса, и орудуя хвостом, то хлыст как,

С руками вместе выбила, яйцеобразный у него предмет.
Что наспех, карлик замерзая, увенчал короной.
К стене отброшено, разбито вдребезги ударом о гранит.
Всё в крошево, само яйцо, и кисти рук, всё, ВЕЩИ кроме.
Металл инопланетный прозвенев, не деформирован, не гнут,
Пружинно поскакал венец, через святилища, сей кромлех* (ЭТАКИЙ КРУГ ИЗ КАМНЕЙ ДЛЯ ПРОВЕДЕНИЯ ОБРЯДОВ, КАК НАПРИМЕР БРИТАНСКИЙ СОУНХЕНДЖ, ТОЛЬКО ТУТ ПОД ЗЕМЛЁЙ)

Лучом поймала, и по воздуху приблизила, взяв левой.
“Чего пугаешься? Меня чуть наземь не стряхнула дико.”
Широким восприятья спектром, подземную обозревала залу.
Шипела крыса на разбитое. “Ну, знать, не страус сделал кладку,”
А пострашнее кто, да превосходит и размером сильно,
С людскую голову яйцо, жаль изменил структуру клеток…
Мой инструмент, когда лучом морозил, смял он, (Стр №169)
Порушил гены, не восстановить картину, и не глянуть, кто там…
Развиться мог. Не вижу, и брать образцы, я смысла.

Непроницаемы просвечиванию аппаратурой стены.
Ячейки в них, заделанные плитами, как в склепе.
Их, что-то останавливает, выдернуть. Да и кровь стынет…
Уж в жилах у самой от холода. “Тут как совсем не околеть бы”
“Во, напустила стужу я. Силён запитанный к реактору инстрУмент!”
Повержен карлик был с культями нА пол,
Отколотые кисти рядом со скорлупкой странной.
“А ты упорно так тянул, свои с когтями лапы”
“Окоченев, разрушен и на уровне молекул, глубоко структурно”.
“Восстановиться нечему, хоть и потенциал регенерации неслабый.”
“Жаль, что потерян как для изучения объект столь интересный.”

“В спокойной обстановке пообщаться тоже было б девке любопытно”
“С постигшим столькое, в познании идя путём иным.”
“Ну, моя верная “КаУрка”! Хватит для рывка ли тебе прыти?” (РАСПРОСТРАНЁННОЕ ОБРАЩЕНИЕ К ЛОШАДИ, ТУТ ИРОНИЧНО)
Жезл, зеркальцем увенчанный, от провода питанья отсоединён.
На камни соскочила девка, ну а крыса вверх, обратно,
Собравши силы прыгнула, попытка удалась с трудом.

В проём подскок, схватившись лапами передними за край его,
На мостовую выкарабкивалась неуклюже.
“Не зря пришелец посылал плазмоид за геномом кенгуру.”
“Но надо бы ещё тебя усовершенствовать чуть KRISPом, моя Кляча.”
В прыжке за хвост схватилась. “Из чертога гномьего тяни ка, Друг”
“А то тут в стуже лютой, в лет расцвете околеешь” (Стр №170)

“Я вижу, думал, “Не закинуть, почему б заряд “до кучи” мне в подарок””
Сказала, по старинке, на словах, наружу выбираясь.
“Чтоб ни было там, то чревато загребущему народу, как Пандоре.”
“Надеюсь, что не только рвёт, обезвреживает взрывом биомассу.”
“Биологический анализатор в мозг и уши мне гундел* надрывно” (НУДНО, ДОКУЧЛИВО ГОВОРИЛ)
“О патогенах* многочисленных, где не промёрзло во глубь место”. (О ВЫЗЫВАЮЩИХ ПАТОЛОГИИ ФАКТОРАХ, ЗДЕСЬ ПАТОГЕННЫ МИКРОБНОЙ ПРИРОДЫ)
“Периферия грЯзна капища, да, не радели о здоровье.”
“Запечатлела, что смогла. Пусть взрывом логово зачистит.”

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ "ВЫХОД ИЗ ГОРОДА"

Степан, на подоспевшей лошади гарцуя,
Кидает, свой заряд последний, в “места лобного” провал.
“Теперь пусть заметёт шута следы гранатою ручною!” (СЛОВА СТЕПАНА)
Прочь сиганули, вспышка света, и встал дыбом грунта вал.
“Коль артефакты металлические в гроте спрятанные Чудью,”
“Найдут коль что-то люди, гарантировано, лом.”
“Сомнёт всё до неузнаваемости, “арсенал” не применить “волшебный”.”

Чуть задержались, покидая, разворошЁнную гранатой площадь.
Взгляд бросила назад, дым стЕлиться от взрыва.
Князь из окна хорОм выглядывал, из за гардин полотнищь.
“Наивный, думает укрыт сентябрьскою тьмой. А тепловизер!?”
“А камер чуткость, как тут не крадись, для филина ты мышью…”
“Бросаешься в глаза. Таиться попытался зря князь.”
Хотела было луч пустить, да дочки за спиною княжьей…
От грохота и виденного ошалев, “Им поделом ли казнь морозом?”
“Смерть не из худших. Ладно же, не разлучу покамест жизнью.”
Степан в стволы заряды с вьюка лошади влагает. (Стр №171)
По тёмной улице, процессия идёт к окраине.
Таиться не получится, пусть лучше люд мы напугаем.
И как не устрашиться? Крыса девице как верный конь её.
Слепец верхом, и у него кобыла, не обыденно другая.
И с посохом на перевес, ну прям ордынцев рать копейная.
А перед ним, светящийся, неведомый, круг реял.
Сопровождает крысью всадницу Манкурт, им памятный…

Как верный пёс сановника монгольского,
Безжалостный рубака в исполненьи татарвы приказов.
Законы допускали, чтоб обиженный мог иск его,
Мечём и удалью оргументировать, и был правым признан,
Коль одолел бы поединьщика, то небеса исход в игре…
Своим вердиктом предрешили, подкрепление претензий…
Благоволеньем высших сил, принимал и суд в орде

У горожан имелось множество роптать причин…
Искать управу на засилье иноземцев, их несносность,
Готовы были смелые и на жёсткость правосудия меча,
Признательные, что хоть так мурзы им шансы…
Оставили, недолго только просуществовал в Джумчи (НАПОМНЮ, ТАК НАЗЫВАЛСЯ ЗАПАДНЫЙ УЛУС (РАЙОН) ЗОЛОТОЙ ОРДЫ, В ОБЩЕМ ЯВЛЯВШИЙСЯ РУСЬЮ (ЕСЛИ Я НИЧЕГО НЕ ПУТАЮ))
Сей казус юридический, и скоро завернут, на шее стянут…
Хомут для Русичей, соперничать с монголом даже неча* им. (СТАРАЯ ФОРМА СОВА НЕЧЕГО)

Пока закон давал возможность и с обидчиком монголом,
Решить спор в сече на кругу, прилюдно,
Побаивались оккупанты многие, не очень-то наглели.
Но и до исключенья юридического, этого из прав удельных, (Стр №172)
В сём городе, когда баскака мечник новый в деле…
Себя непобедимым показав, посёк парней удАлых,
Что за девиц поруганных, отмщенья ради взяли…
В суде с мечами роль истца, но супротив суд дал им,
Как представителя ответчиков, Манкурта “в лизинг”.

Повадился баскак, и преуспел, его на тЯжбы* выставляв,
Его руками за полгода устранив истцов с десяток,
Отбил охоту правду на суде искать у горожан и остальных.
И вот теперь сопровождает, злыдень сей, слепца да с девкой,
На монструозных их конях. Заржал Степанов и оскал,
Всех наблюдающих тайком, оцепененьем Обдал диким.

Не лошадиных ряд зубов, а крокодилья там “гребёнка”
Да и ещё по бегемотьи*, пасть раззявила кобыла (У БЕГЕМОТА, КАЖИСЬ, НА 180 ГРАДУСОВ ЧЕЛЮСТИ РАСПАХИВАЮТСЯ)
А крыса налегке из города отдельно, как проникла…
Навешивая мОрок, выбралась за вал, окольно сбёгла.
Сложнее им, вниманье притянули коли.
Не отвести гипнозом глаз, их стольких блики…
Фиксируют видеокамеры, из за забора, тына*, или кольев. (ТЫН – ОН ЖЕ ПЛЕТЕНЬ)
Да из за ставень теремов, напуганы до смЕрти, это благо.

К воротам подошли, как и положено, закрыты на ночь,
Достанет сил у каждого из них, спихнуть засов восьмипудовый.
Но этим показали бы, хоть в жилах их гораздо мощи,
При этом действуют как люди, с ними этак скопом совладают,
Засыплют стрелами, уверившись, то, что не призраки а “наши”
И полагаются на силу тел, им телеса-то местом слабым будут, (Стр №173)
Пусть те сильнЫ не по людски, но их изранит, коль в них мечут…
Град стрел и копий. Значит, стОит, спектакль как в балагане детям…
Продолжить, чудесами поражать, “ПУСТЬ ЗНАЮТ НЕЧИСТЬ*” (ПУСТЬ ЗНАЮТ – ЭТАКАЯ БРАВУРНО-УГРОЖАЮЩАЯ ПРИСКАЗКА, ТАПА ЗНАЙ НАШИХ)

К воротам подъезжая не спеша, Степан направил посох.
“Смотри ка милая, стволы не только чтобы бить картечью,”
“Ворота жаль! Добротные! Не проломили присно.”
Пальнул зарядом разрывным, не как гранатами ручными,
Взрыв меньше был, щепою дуб морёный* брызнул. (МОРЯ ДУБ, ЕГО ВЫДЕРЖИВАЮТ НА ДНЕ СТУДЁНЫХ ВОДОЁМОВ НЕСКОЛЬКО ЛЕТ, ЕСЛИ ТЕХНОЛОГИЮ СОБЛЮСТИ, ОН ТАМ КАК БЫ КАМЕНЕЕТ, СТАНОВЯСЬ ПРОЧНЕЕ, И УСТОЙЧИВЕЕ К ГНИЕНИЮ. ПОЛУЧАЕТСЯ ДОРОГОЙ И ВЫСОКОКАЧЕСТВЕННЫЙ МАТЕРИАЛ)
Со звоном поскакали полосы погнутые металлов чёрных,
Ковалось створкам основательное обрамленье в кузне,

В одной воротине зияла двух аршинная, щепой оскалена, прореха
Еще со вспышкой громыхнуло, после сыпалось ошмётками,
Стуча по мостовой и крыш настила рейкам.
“Степану хорошо, с напластованьями*, глаз щепками не выткнет там” (ГРИМА)
“Прости красавица, прикрой лицо, для этого есть руки,”
И за сажЕней сотню-то, у деревяшечек не шибко велика кинетика.

“Не забывай опять же, мы работаем на публику”
“С трудом полезем в узкий лаз, подпортим образ,”
“А усомнятся коль, что мы из ада или с облака,”
“В погоню бросятся за нами неотступно стаей бОрзой.”
После четвёртого удара, им зиял проход топорщась балками.
Удерживаясь, чтобы не пустится бега рысью
В него направились, озарены краёв горящих бликами.
(Стр №174)
Четыре выстрела, с ментальным разговором…
Не заняли для окружающих и десяти мгновений,
В лесах сокрылись, там путь разный выбрав,
Чтоб попетляв, след путая, сойтись у дома ведьмы.
От девицы с Манкуртом, и крыс ейной пары,
Степан отдельно шёл, и тяготился думой.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ СЕДЬМАЯ "РАЗДУМЬЯ"

Во натворили дел, и то ли ещё будет,
Я даже не про месть орды, за темника,
Хоть князю и не позавидуешь, победой…
Навесил он Дамоклов меч, и тень его,
Над городом простёрлась, и соседи братья,
Возможность не упустят кляньчит подленько,
Себе ярлык*, чтоб здесь сидеть и править. (ЯРЛЫК НА ПРАВЛЕНИЕ (СВОЕГО РОДА ЛИЦЕНЗИЯ), ДАВАЛСЯ ХАНОМ)

А может это зря грешу, не только же грызню,
Я помню из истории князей поместных.
Наивный, думал я мир, дикий, княжий, в корне изменю.
Теперь-то понимаю, что изъян покамест властен…
Над дУшами, умами большинства, я даже и с короной внеземной,
Не подарю свободу, скинув злыдня, а прок принесёт ли всем то?

Покуда сами злопыхательством снедаемы,
По давности привыкли, что на ближнего зуб точат, не готовы…
Расправить плечи, коли снимут властью сдавленность,
Пытаться будут сами уж, другого подчинить, надеть оковы.
К тому же ненависть и страх саднЯт, но всласть, (ПОСЛЕДНИЕ ТРИ СЛОВА ПРОИЗНОСЯТСЯ БЕЗ ИНТЕРВАЛОВ)
И с ними мрак, но и без них привычных, “детям” как Вам? (Стр №175)
Выпёствала эволюция столь строго стадность в Вас…
Чтобы бок О бок огрызаться, на всех прочих глЯдя криво.
А если впЕрен взгляд в упор, срываются, являя стаи дикость.

Учили долго их реалии, чураться постоянно посторонних,
Ведь с ними, в мире не бАлуешем, найдётся что делить,
Кусок урвали, членам стаи тесно и опасно у костра их…
В дележке вдосталь одному, без очерёдности ломоть,
Всех запугавшему. По принципу остаточному за полезность и старенье,
Другим объедки достаются, а бузящему не место “за столом”,
Коль загрызёт он вожака, почёт, и слава, статус царский в стае.
И в своре тяжело, и злые внешние не пустят, сам мир узами стянул

Уклад звериный оседлали чинные кагАны* и князья, (КАГАН - МОНАРХ В КАГАНАТЕ)
И сами им руководимы, как марионетки в балагане.
Держась за власть, из мира делают чистилище, гневливы и грознЫ.
Страданья множат и кровь льют, на благо гномам,
Того не ведая во своеволии, Чудь тешат, подданных неволя* и казня. (ГЛАГОЛ “НЕВОЛИТЬ”)
Народ шута не заводил таких порядков, но в былом гонимый,
Забытый ныне, и что живы эти из приданий, вряд ли кто-то знал,
Нашёл ресурс, давать подкорм иным богам за гранью,
От них способности приемля в дар, а им как древние “козла”
Пусть фармакос* облегчит дискомфорт ума потугами горенья. (ЖЕРТВЕННЫЙ КОЗЁЛ/КОЗЁЛ ОТПУЩЕНИЯ У ДРЕВНИХ ГРЕКОВ)
Слетелись словно мухи на с дерьмом клозет.

Шута родня хоть и злокозненна, её тотально истребляя…
Не сделаю мир лучше, и не в них одних, зла корень.
Как здесь, так и за океанами менталитет проблемный. (Стр №176)
Взять власть ли мне, и прописать продумано законы?
Но почему об этом не подумал Святогор былинный?
Был не глупее, чай, ушедши в горы, там один и сгинул.
Допустим, сяду на престол, свободы подарю сполна им.
Перегрызутся ведь, в их душах недреманный стимул…
Для свар гнездится, и дрожжами бродит спеси пламень,
Найдут кого за что-то ненавидеть. Даром что ли…
Тому учились с долюдских времён. Бурдюк спустить по каплям…
Их желчи, надо поколений несколько, ведром не вылить,
Пропитаны душ фибры этим, Ядом просмолённою став паклей.

Кто крЕстится не так, не так завет трактует новый,
Или одет неподобающе кричаще.
Вон христиан сначала римляне изводят и тиранят вволю,
Потом, те силы поднабравшись ещё круче…
Взялись тех, КТО НЕ СНИМИ, знать*, ТЕ ПРОТИВ* их влиянья… (ЗНАТЬ – ЗНАЧИТ (ПРИСКАЗКА), ЦИТАТА ИЗ ЕВАНГЕЛИЯ ПРИВЕДЕНА, СЛОВА ХРИСТА: “ТЕ, КТО НЕ С НАМИ – ТЕ ПРОТИВ НАС”)
Тех надо подавить, философов, брахмАнов и учёных прочих.

Не все, конечно, злопыхатели, но таковых вкрапленья,
По обществам как метастазы опухоли раковой,
Активностью те превосходят, ткани их вокруг пленяя,
Что могут, перестраивают под себе подобие, как рекрутов…
В свой набирая легион, токуя тетеревом на поляне…
Самозабвенно распаляясь, и сильнее доводов корректности,
Сильней обоснований баз, в риторике остервененья пламень,
И чтоб всецело обволакивала, как колпак верблюдовый коростою…
Манкурта “заготовку” стягивал, но только без страданий пленных.
А могут показаться мыслями своими, что вербальным экспортом…
Носитель раздаёт, и горлопанство* для него стратегия полЕмик*. (*ОТ СЛОВА ГОРЛОПАН, *МНОЖЕСТВЕННАЯ ФОРМА, РОДИТЕЛЬНЫЙ ПАДЕЖ ОТ СЛОВА ПАЛЕМИКА)
Такой вот в диспуте переорёт Платона и Сократа прОсто ртом, (ПОСЛЕДНИЕ ТРИ СЛОВА ПРОИЗНОСЯТСЯ С МИНИМАЛЬНЫМ ИНТЕРВАЛОМ МЕЖ НИМИ, ЭТОТ ПРИЁМ, ЭТУ ПРЕДПОЛАГАЕМУЮ СПЕЦИФИКУ ПРОИЗНОШЕНИЯ,ДЛЯ УКЛАДЫВАНИЯ В СТИХОТВОРНЫЙ РАЗМЕР, Я И РАНЬШЕ ЧАСТО ИСПОЛЬЗОВАЛ, НО КАК-ТО НЕ ДОГАДЫВАЛСЯ, ПРИСОВОКУПЛЯТЬ ПОЯСНЕНИЯ)
Не шибко-то задействовав мозги, зато эмоцией с три короба наполнен.

Такого предпочтёт, народ, тем более когда его посылы,
Уж тЕплились средь прочих, чувств и мыслей трав, ростками.
Пусть в разнотравье не заметны, но их пестованье словом,
Бурьяном побудит расти, а остальное как травя касторкой.
Философы с изысками, и мыслей прихотливостью соловьей,
Не вызовут желанье подражать, как мантр простые строки.
Князьям не надо соловом убеждать, у них ресурсы силовые,
Они зависят от дружин, острастки строгость,
Да плата регулярная, им принесли лояльность воинств,
Но и у тех терпение пружиной, и не треснет ли, от самодурства,
Казну поделит люд служивый, если лихости не вынес.
Случалось и не раз, и в старь, и с нами рядом в царствах.

Пока устраивает служба, верен мечник
Князь волен в городах и сёлах сущий беспредел творить,
К устройству этому житья у нас привычка.
Но ведь не задано теченье в обществе, как русле дольнем рек.
И Новгород когда-то от засилий княжьих выбрал вече,
И может не осточертевши, не обрюзгше мыслить молодой народ.

На деле только, из всей сложности, и вводных, и тенденций,
Как посмотрю, всё верх берёт чувств неприглядность, (Стр №178)
Хотел отвлечься я от зла содеянного, от увиденного нынче,
Увяз же больше в беспросветности, прогОрк людей свет, (ПОСЛЕДНИЕ ТРИ СЛОВА С МИНИМАЛЬНЫМ ИНТЕРВАЛОМ)
Ещё и сами гОря приумножили, вмешательством сегодня нашим.
Ум в нас извне напичкан, но я не пророк библейский свят,
Да собственно и те мир сделали ль пригодней, краше?
Что Моисей, Навин, Давид и Соломон, Брели свой путь,
Прижизненный, тиранами, страданья прочим…
От них обильно доставались. Всякий вроде бы писаний пункт,
Зла не предполагает, а на деле “Не перечь им!”,
“Да и не сторонись, служи и вторь ты паствы скопам тем”,
А то порвут, реакция предполагается, хоть нет про это в притчах,
Не знаю, неприглядность ситуации спасёт ли хоть насколько-то?
Коль будет ум у многих нас* генетикою доработан и прокачен. (ОБОБЩЁННО О ЛЮДЯХ)

“Не близок, путь, жаль, что полёты нелегко освоить,”
“Пока прости лошадка верная за ношу,”
“Со мною с Новгорода, повидала свет ты,”
“Но и подумать не могла, то, что воспрянешь изменившись,”
“На старости кобыльих лет, окраса сивость,”
“Менять способна, прячась, и под тон зеленый внешний.”

“А крылья дать тебе не получается,”
“Настолько анатомию не перестроить.”
“Я знаю как реализуется полёт технически.”
“Решений несколько на выбор, но не просто…”
“Любое из которых воплотить, а хочется,”
“Летать как птицы, только слишком будет броским,”
“С распластанными крыльями аэроплан, всё очи здесь,” (Стр №179)
“И в небе виден хорошо, и сев не спрятать в сумку.”

“Построить можно, сгенерирует плазмоид клей, соткёт мне ткань,”
“Смогу каркас из дерева, собрать, его пропиткой упрочняя,”
“Вот только обработка металлических деталей столь тонкА,”
“На кузне, не отлить, не выковать, но может быть мотор, мне “напечатан”…”
“Плазмоидом из порошка стального. Он сам как меха…”
“Огромнейшие в горне может выдать жар, спечётся…”
“В детали порошок, к реактору его я запитать смогу.”
“А плазма, как и “дрожжи” на опАре, в чреве солнца,”
“Раскалена бывает по обыкновению. Вот так-то и смекнул…”

“Раз всё тки скрытность должен я блюсти средь них,”
“Не дело будет, распускать крылА драконьи.”
“СроблЮ* ка двигатель, чрез жерло чтобы с полостей струёй…” (СДЕЛАЮ/СРАБОТАЮ)
“Бил, из мешка заплечного, но тот не из дерюги тканной,”
“Из металлических деталей, я в уме уже конструкцию скроил.”
“Громоздко тоже получается, но прятать всё ж сподручнее такую.”

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ "ПОВРЕЖДЁННОЕ ЯЙЦО"

“А вот и дом подруги, видно добралась…”
“Она уже, приметил я, в дозоре её “стража”.”
Таясь от взглядов, в дебрях КРЫС* (МУЖСКОЙ РОД, ИМЕНИТЕЛЬНЫЙ ПАДЕЖ)
СховАлся*, из укрытия периметр озирал во всеоружьи.
Меня конечно видел приближенье, но не торопился грызть.
Ещё его хозяйка благосклонна к старому, и посох мой заряжен.
Заходит в хату ведьмину, с поклоном в пояс, гость.
То, что ментальной связи нет, ещё на подступах тревожась.

Надеялся отговорить, сознанья скопом слить в одно. (Стр №180)
Она, то зная, и не стала доводов от старца дожидаться.
Пол хаты был разверст, златая капсула на дне.
Над ней простёрся стол, для дЕвицы как ложа доски.
Все жизни признаки затихли, но спала ли на одре?
Входили трубки, в теле циркулировала жидкость…
Меж нею и ковчегом, сверху плёнка, он её хотел содрать,

Боясь, что задохнётся, что пошлО всё не по плану.
Манкурт путь преградил, как опекун, с угрозой властной.
И в ум контакт ворвался, словно шоры зАнавеса пАли.
Могла на связи быть не долго, вглубь пока не погрузилась.
В последний раз до превращения собою засыпая.
В приготовленьях соскоблила кудри лезвием до лЫса.
Ему транслировала, как на череп ей сел обод, сзади как распаян,
Занявши место на главе, сомкнулся и облип, с извилинами слился.

Шурупы небольшие выйдя внутрь из короны,
Ей ввинчивались прямо в кость чела,
Надёжно зафиксировав венец, его теперь не стронуть.
Покуда перестройка мозга, в тонкостях точнА…
Не завершится, в рамках подконтрольного три “D” пространства.
Зубцы, замысловато, что топорщились, как лепестки на лотосе ночном…
Теперь сложились, то, что не могло трудом быть просто смято,
Хоть мОлотами колоти, а теперь само как воск пластично
Смыкалось сверху облегая голову, коростою металла.

Чтоб содержимым информационным, главного кристалла,
Что на челе короны место занимал, яйцеобразный,
Мозг напитать, под личность новую молекулярно перестроить, (Стр №181)
Гнездящаяся в голове живой и теле, Явится в пространство,
Решёток кристаллических, что стали некой пересыльною тюрьмою.
Её сознания проекция, телепортируясь простёрлось в свете.
ОбдАло информации ушатом, до того она как бы спала или дремала.

Её встречал знакомый старый, с кем вела беседы,
“Ты понимать наверно раньше началА,”
“Что я не тот могущественный, я был создан,”
“Как малый Отщип от него, лишь для решенья в мелочах…”
“Задач по воплощению, он плыл чрез звёзды,”
“И пребывая на земле, во кристаллической решётки почивал,”
“Я как одна из глав, дежурная, Горыныч змей здесь.”

“Я, со всей силою и разумом, здесь скрытого привратник,”
“Отличье от плазмоида, что я не сотворённый, не искусственный,”
“А часть, как щупальце, того, кто вправду “Кракен”,”
“По мощи своего метального воздействия, травой скосить ему,”
“Людей неаккуратно, не составило б труда, в округе,”
“Доверил дипломатию, тому, кто в деликатности поднаторел.”

“Чтобы не потеряться как конечность, и часть разума,”
“Пред воплощением я должен бы примкнуть к “ядру”,”
“В архивной сжатости, чтоб просочиться через измерения,”
“Влиять оттуда я не мог, но что-то мог из информации вбирать.”
“С досадой видел, как пошли в разнос расчёты неземных намерений.”
“Вмешались силы коих не представить Иоану Златоусту* и в бреду.” (АВТОР РЕЛИГИОЗНОГО ТРУДА “АПОКАЛИПСИС” (ОТКРОВЕНИЕ), НАПИСАННОГО КАК ПОД ДИКТОВКУ СВЫШЕ, И ОПИСЫВАЮЩЕГО КОНЕЦ СВЕТА)

“Не Вас мне в этом упрекать, прорехи рекогносцировки.” (Стр №182)
“Я на разведку многие десятилетия имел,”
“И всё же от меня укрылись за порогом “черти” ловко,”
“Прислушаться бы к сказкам мне, о гномиках, да детская молва,”
“В том, виделась, чтоб дальше разбираться, и ни чуть я не увлёкся,”
“К тому же об уме их и могуществе не говорят сказатели былин.”

“А вот они, похоже, многое, пусть не научно, но проведали о нас,”
“И как слепцов доверчивых, коварные, вели пошагово.”
“Какая мощь осталась, в отсечённой демона главе, таясь,”
“В структурах углерода квантовых, микро лианы превзошли гниение,”
“И после смерти не разрушились, а дополняли вЕтвей сеть,”
“Энергию извне черпАл, король почивший племени он гномьего,”
“Но не один из них, кто он доподлинно? Невесть.”

“Контакт с короной получив, быть должен в нашей оказаться власти.”
“Но взял контроль, вливаясь сложностью своей в яйца кристалл.”
“Оплёл, “хозяина”, сам в нишах по хозяйски там распластан.”
“Прочувствовал его зловещий нрав, и сторонясь в край встал.”
“Но всё втекал извне скиталец, старый, бестелесный.”
“Видать в задумке получилось стройно и у карлика не всё.”

“Не дав покинуть полностью обитель головы отрубленной,”
“С той личности изрядной частью, подоспел Степан,”
“На ту структуру в черепной коробке примитивную трубу навёл.”
“Миры связующую сложность, вбил картечью из ствола он в пол.”
“Не знаю, радоваться ли? Что замысел не претворён потребный им,”
“Я с болью ощутил, какую упорядоченность тот составил, накопил.”
“Та рушилась, высвобождала всплески нЕкоих энергий турбулентные.”
(Стр №183)
“Ты помнишь, говорилось, что ресурс в основе мира,”
“Структуры регулярной сложность, порождающая вычисления.”
“Слагают мироздание живое встречные процессы “несваренья”.”
“Выстраиваться в упорядоченность, вечно и послойно,”
“И перемешиваться, размываться, течь в царящей сУе* бренной.” (В СУЕТЕ)
“Чудовище при жизни, достижений точно в ипостАси* недостойный” (В ВОПЛОЩЕНИИ)
“Каким-то чудом энтропию оседлал, в чистилище собрал он…”
“Мышленья аппарат, не жив, ни мёртв что, межпространственный сей демон.”
“Здесь воплотись, дорвись до “рычагов”…, меня страшил… но и бесспорно…”
“Достигнутое им, мне изучаемого прежде интереснее, всего иного.”

“Какие-то смог записать я личности загранной сигнатуры.”
“Довольно времени наверно у тебя, так разобраться попытайся.”
“Что выберешься из кристалла этого “яишницы”, не дам гарантий.”
“Ещё яйцо, уже из биологии, но не простой, в пути попалось.”
“Своей задумкой выстроил интригу шут, недаром обыграл так…”
“Пришельца незадачливого с прихвостнями-плутами, что спелись,”
“И с планом их, но как на рынке пляшет “Бурый” в городах…”
“Под скоморохов дудки, да ещё колечко в нос продели с цепью…”

“Водил Вас также карлик, только думали,”
“Что сами действуете, но шаг каждый, “гномик” просчитал.”
““Сосуд”, наполнил он экстрактом демона,”
“Соединил с созданием, что и драконам европейским не чета.”
“Ума особого потенциала в нём, моей экстраполяцией не найдено,”
“Оно животное, в другом преуспевало, взгляд меча*” (ФОРМА ОТ ГЛАГОЛА МЕТАТЬ)
“Могло парализовывать, сил психики потенциал не виданный…”
“Проснулся в хищнике свирепом. Василиском наречён,”
“Похоже что, в былинах Ваших, этот вид, порой встречаем дЕдами,”
“Описан, тем, кто уцелел, и уклонился от морочащих очей.”

“Я думаю, не многие, кто с ним когда ни будь оказывался близко,”
“Избегли смерти от когтей и клюва, да глаз егоных, насылавших мОрок,”
“Но не замысловатый* как у лешего, не в каверзности сила василиска,” (МОРОК НЕЗАМЫСЛОВАТЫЙ)
“А бьющий словно обухом по голове, всё слившись меркнет,”
“Не думал сказки я воспринимать всерьёз, с тем сам пока не слился,”
“С сознанием зародыша, над коим скорлупой шестивалентный кремний.”
“Не ведал, что такую силищу, и не проклюнувшись из Яслей”
“Собрать способно существо, ещё и не цыплёнок он драконий,”
“А только лишь яйцо, но психики потенциал внушительный и властный,”
“От предков унаследованный, сконцентрированный в детке крайне,”
“Вбираться начал чрез кристалл, не обуздать птенца желанье влиться”
“В разверзшееся, пусть и не физически, пространство, а ведь карлик,”
“И время обуздав само, зародыша удерживал во скорлупы темницы.”

“Когда-то эволюционный сдвиг и породил такой курьёз,”
“К свирепости вдобавок, силой взгляда наградив,”
“Тех, кто без этого ужаснейшей был в мире диком из угроз,”
“Друг к другу нетерпимость создала предел,”
“Их численности, это массового вымиранья* упредило криз,” (ВО ВСЕЙ ФАУНЕ ВОКРУГ ВАСИЛИСКА)
“Где появился василиск, животный мир изрядно поредел,”
“Не ради пропитанья убивали, как другие в аккурат, как раз…”
“Чтоб голод утолить, а потому, могли, что это сделать без труда.”
“Друг друга чуя биополе, если не любовной страстью разгорясь,”
“В редчайшие моменты овуляции, что раз в столетие придут,”
“То тоже устремлялись, только чтоб другого растерзать.”

“Могучие и резвые, остервенело и неистово сцеплялись,” (Стр №185)
“Подчас израненные в схватке той нещадной оба гибли.”
“Что стали редкостью невиданной, естественно, цена платилась…”
“Как за могущество, так и за норов тех исчадий оголтелых”
“ДивнЕй гораздо, что ещё встречаются цыплята в свете,”
“А где такое заведётся, опустеет и зачахнет вся округа, обезлюдит,”
“Да и зверью не жить, там, где случилось воцарится василиску.”

“Той психики звенели, в кристаллических решётках, сигнатуры, множась,”
“Вместилище моё наполнив, этаким истошным психо-эхом,”
“Что вспомнил я с тоскою и хор стройный муравьёв, они не ужас,”
“В сравненьи с тем, что намешал сей “химик””
“Гадать могу лишь я, шуту зачем химер ментальных нужность?”
“Кристалла переохлажденье лишь усилило стихийность,”
“Или задуманный процесс, слиянья жизней.”

“Задуман был кристалл для странствий экстремальных,”
“Ему под стать корону вырастил, собрав металлов прочность в корпус…”
“Поверх вместилища, её разрушить здесь вам нету средств, в помине.”
“И снова не учёл изобретательности, просчитался просто,”
“Ты умудрилась повредить неразбиваемое с дурости и полоумья,”
“Но не тужи, нарушила, похоже, та случайность происки и сЕти,”
“Которыми, вас гномы хитрые, до срока того путали умело,”
“Вели Петрушкой* балаганным как на сцене представленье детям.” (ПЕТРУШКА – ТРАДИЦИОННЫЙ ПЕРСОНАЖ НАРОДНОГО КУКОЛЬНОГО ТЕАТРА, А БАЛАГАН ЭТО СЦЕНА ВИДЕ ЯЩИКА, С ЗАНАВЕСОМ ВМЕСТО ОДНОЙ ИЗ СТЕНОК, ГДЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ С ПЕРЧАТОЧНЫМИ КУКЛАМИ РАЗЫГРЫВАЮТ)

“Не смог учесть физических основ сопротивления материалов он,”
“Неразрушаемой считая капсулу заведомо, как и я сам, дурак, считал,”
“Сдавило охлаждённою короной, как в степи манкурта вялимой,” (Стр №186)
“На солнце зверя кожей высыхающей, в гнезде стянув кристалл.”
“Под тем давлением на стыках стал и водород металлом в нём.*” (В ГНЕЗДЕ, НЕ В КРИСТАЛЛЕ)
“Что в связке кродмием, соединенья создавал схем контурной сетИ.”

“Расчётна для кристалла, стужа возле абсолютно низкого нуля,”
“Но к ней он подступался без вплотную обрамленья,”
“Кто мог предусмотреть, что соберёт аж “на коленке”, на земле…”
“Селянка инструмент, чтобы “болтанку” отбирал молекул,”
“Космическую стужу создавал. Не в вашем климате от зноя млеть.”
“Но таковых условий не предвидел я, тогда бы из берилла купол,”
“Смягчающий хоть подложил в гнездо, но коли думать поздно мне,”
“Могу хоть похвалить изобретательность.” “По бабьи, кралей куплен…”

“Предмет, на коий модницы из ваших падки,”
“Используя толково, знаний данных, всех наук багаж мой”
“Плазмоида к работе припахав, чтоб сшил подкладку…”
“Для зеркальца, как бисер собирая атомы. Смекнула баба как же!?”
“Саму идею сгенерировала! Человечья лишь молодка!”
“Подумать и не мог, идти, что, в направлении таком мысль девки может.”

“Как оказалось на погибель мне. Когда ты это “слышишь” …”
“Я там, куда не заглянуть приборами, за гранью.”
“Напрасно уклонится всё хотел, в мир твой свалившись.”
“Теперь узнАю, что исследовать ты и не пробуй по другому,”
“Как самому туда нырнув. А если гибнет в смерти вовсе личность,”
“Что ж, значит я обрёл покой, и о всём “скАрбе”*, дорогом мне,” (СКАРБ – ПОЖИТКИ/ИМУЩЕСТВО, МОЖЕТ И ФИГУРАЛЬНО, НЕ МАТЕРИАЛЬНОЕ, НУ НАПРИМЕР, ЗНАНИЯ)
“Жалеть не буду, так как не кому скорбеть, сличая статус.”
(Стр №187)
“Обжатья натиск претерпел, неимоверный, “камень” мой.”
“Тогда решётки кристаллические гнулись и смещались.”
“В тисках короны охлаждённой, по термодинамике,”
“Металла прочностью, со всей упругой силой, сжало.”
“Закон о расширении нагретого везде не отменить вовек,”
“И охлаждённому дано скукоживаться во вселенной, даже школьник…”
“Любой уж скоро это будет знать, а я тем пренебрёг.”

“Не только человеческого фактора, я недоумок, не учёл,”
“Ещё вмешался, уж совсем не предсказуемый, крысиный,”
“Яйцо почуяв василиска, крутанулась, как бичём,”
“В испуге выбила из рук яйцо с короной в стену.”
“Лечу, записывая для тебя послание, не упредить, ни чем,”
“Лишь просчитал, что в этаком обжатии всего скорее треснет…”

“Кристалл мой, если не от самого удара, то от микровзрывов фазовых*” (ФАЗОВЫЙ ВЗРЫВ ПОРОЖДАЕТСЯ ИНТЕНСИВНЫМ ИСПАРЕНИЕМ ВЕЩЕСТВА В ДОЛИ СЕКУНДЫ, НАПРИМЕР, ЕСЛИ ЧЕРЕЗ ТОНЕНЬКУЮ ПРОВОЛОЧКУ ПРОПУСТИТЬ МОЩНЫЙ РАЗРЯД ТОКА, ОНА ИСЧЕЗНЕТ С ХЛОПКОМ И ВСПЫШКОЙ)
“На стенках конденсата металлического водорода из контактов композитных,”
“Чуть просчитал вперёд, экстраполируя развитье вызванных…”
“Причинно-следственных шагов, когда и дух ТонАтос* призовёт мой.” (БОГ ИЛИ БОГИНЯ СМЕРТИ У ДР. ГРЕКОВ)
“Кристалл потрескается, но его “стекло” на пОл не развалить Вам брызгами,”
“И трещины со временем затЯнутся, ну как порез животных.”

“Но внутренняя, деформируясь, структура, личность покрошила,”
“Не будут прежними, в ней пережившие дробленье.”
“Расчленены, в коморках заперты все, в кристаллической решётке.”
“Тебе, то хорошо. Сражаючись, была б ты дуррой полной,”
“С тем, влился кто уже сюда, пускай частично, ЛИЧ разрушит…” (Стр №188)
“Твоё сознание и переварит как бурдУ* из пОлбы*.” (БУРДА – ПОХЛЁБКА, ПОЛБА – КРУПА ТАКАЯ)
“А тут и Василиска тень сознанья. Для тебя он лучше разве ж?”
“Он выжжет всё в тебе, силён неистово, и даром, что он полоумный.”
“Я тоже церемониться не стал бы со в мои чертоги пришлой.”

“Но встретим мы тебя, уже разрушены на россыпь сигнатур.”
“Возможность будет у тебя ячейку за ячейкой,”
“Среди дефектов, взламывая, красться там пошагово внутри,”
“Нас переваривая как ресурс, барыш ничейный.”
“Слагая в нечто новое, конструктор душ готов, твори!”
“Сознание твоё готово преуспеть на поприще сей мешанины.”
“Себя как базу сохранишь, но не остаться старой, в чащу ставни отворив.”

“Забавно получилось, что пришелец многорукий, древний,”
“Путь завершает, потому, что размахалась “мышь” хвостом вне плана.”
“Удар о стенку, и в гнезда* в прощельи крохи водородные рванули*” (ГНЕЗДОМ У ЮВЕЛИРОВ НАЗЫВАЕТСЯ ЯЧЕЙКА ГДЕ ДРАГОЦЕННЫЙ КАМЕНЬ В ОБРАМЛЕНИЕ КРЕПИТСЯ. А ВОДОРОД МЕТАЛЛИЧЕСКИЙ РВАНУЛ, НЕ ТАК КАК ГАЗ ВОСПЛАМЕНЯЕТСЯ, И НЕ ТАК КАК В ВОДОРОДНОЙ БОМБЕ, ФАЗОВЫМ ВЗРЫВОМ, ВЗРЫВООБРАЗНЫМ ИСПАРЕНИЕМ)
Обрыв повествования, и встретил шквал нахлынувший Степана, (ОН ВСЁ ЭТО ПОВЕСТВОВАНИЕ, НАХОДЯСЬ СО СПУТНИЦЕЙ В ТЕЛЕПАТИЧЕСКОМ КОНТАКТЕ, ПОЛУЧАЛ)
Сознание сметающий, шагнула в ту прореху дева в запределье.
Связь разорвал, себя не потеряв чуть-чуть, в сей мельтешне спонтанной.

Степан отпрянул, в мир вернувшись, тленный, наш.
Стоял в пологом котловане, посреди что ворожеичей избы.
Не дОбро перед ним смотрел Манкурт. “Ну, верный паж ты, ишь!”
И крысы из углов не благодушнее смотрели, прежнее забыв.
Рукой махнув, взбираясь к двЕри, мимо пары жуткой шёл,
А крысы провожали взглядом, да с рычаньем угрожающим в зобу. (Стр №189)


Рассвет октябрьский над лесом розовел малиной,
Дымы ещё клочками небо с города горящего несло.
Степан сдирал грим с глаз, “Вот, прозревает мельник!”
“К обычной жизни можно воротиться. Преуспеешь в ремесле”,
“С такими знаниями, и подсобником незримым, мелким”.
Глазами собственными мир не столь уж пёстр, как чрез прицел…
С различными режимами видеокамер, с зуммером, с линейкой,
С дополненной реальностью, то и не растерял, круженье пчёл…
Способен по округе распустить, с аппаратурой, “свора-соглядатай”.

“Пришельца жаль, но может всё оно так сталось к лучшему.”
Взгляд обратил, прощаючись, в избу ещё разрытую.
Уже прозрачным обрастя снаружи коконом, и со столешницей,
Над неземным ковчегом, с камнем изо лба мерцающим зарницею,
В сомкнувшейся над головой короне, распласталась спящая.
Вся трубками системы изобарной жизне-поддержания пронизана

“Чтож, есть кому теперь заботится заботиться о ней.”
“Слоняющихся по округе, крысы быстро, от сих мест отвадят.”
“Соорудят с Манкурта помощью, из досок тёсанных тайник,”
“Две плоскости, сомкнув над ней, как крыши скаты сводят.”
“Грибница доски оплетёт, непроницаемо до срока затянув,”
“Над ними земляной сомкнётся пол. А я б разрушил хату, чтобы видом,”
“Не привлекала любопытных, тут пускай пустырь зияет вновь.”
“В лесу охотой “стражи” проживут, им никчему овчарня и курятник будут.”
“Живут же как-то так разбойники во простоте зверья.”

Еще припомнилось, на умиротворённую ту глЯдя, (Стр №190)
Как обдала лучом морозящим, бегущих словно зайцы, в спину.
Посыпались они на мостовую, мёртвые твердее твЕрди.
А позади неё, ряд крыш хозяйских вспыхнул,
Энергии тепла потенциал из атомов повыдерган, украден,
Лучом назад был выброшен из зеркальца, там всё воспламеняя.
“Да, что ждать от тебя? Как пропитает вОрог* трупным ядом,” (ОН ЖЕ ВРАГ)
“От мёртвых личностей, пришельца, василиска и иного.”

На посох посмотрел в руке, что был перезаряжен,
Но тут же мысль отмёл, гранатомётами эксперимент перечеркнуть,
“Пусть наблюдатель он теперь извне, наружний…”
“К событьям сдвигов основных, и сам Степан причастен как ни то.”
“А ныне летопись дальнейшего писать, но потаённо, без изданий тиражами.”
“И сам я ветвь побочная, в геноме мне пришелец переиначил “STATUS QVO”,”
“Иную жизнь, похоже, подарил, ему Степан признателен, и дорожит ей.”

ГЛАВА СОРОКОВАЯ "НОВАЯ СТАРАЯ ЖИЗНЬ"

Шёл неприкаянный, совсем теперь один, безхозный, и без малой цели.
Что враг* его скончался, раньше донесла молва. (ПОМНИТЕ? КОГДА СТЕПАН В НОВГОРОДЕ СЕМЬИ ЛИШИЛСЯ)
“Тот, угождал кому при жизни, своенравным князя счёл ли?”
“Во что-то из припасов на обратный путь токсина сильного вливал?”
“Хоть это не надёжно, хан скорей в СарАе* зелье лично” (САРАЙ – ОРДЫНСКИЙ ГОРОД)
“В пиале преподнёс, отказывать вассальный воли не имел.”
“Обидеть хана недоверием… закончится зелО* плачевно” (ЗЕЛО - ОЧЕНЬ)
“А выпить данное им… “Может пронесёт, от смерти увильнуть.””

“Наверно, яд “долгоиграющий”, что разъедает печень,”
“Её у Александра разрушал в дороге из Златой Орды.”
“Не сложно взять анализ, если чуть плазмоида напрячь мне.” (Стр №191)
“Теперь уже детали неважнЫ, ведь недруг изведён.”
“Вернуться ль к мельничному делу, знания от люда пряча?”
“Кто стал бы слушать, что кружим вокруг звезды!?”
“А знАхарское ремесло умельцы совмещали со злодейством пОрчи.”
“К таким ходили за лекарством, или если нужно скрытно известИ…”
“Соперника в делах, заказывали яд, а кто строптивился, перечил…”
“Грех нА душу не брал из ведунов, скорей оказывались те…”
“Под княжим ли судом, или толпы, их сам преступник* опорочит.” (НЕСОСТОЯВШИЙСЯ ОТРАВИТЕЛЬ)

“Оговорит “с три короба”* ведь больше веры тут наветам,”
“Чем обвиняемого оправдательным речам.”
“Ведь репутация сложилась: “То, что знахарь, он же отравитель””
“А вот клиенты яд заказывавшие у отравителя-врача…”
“Такого разве что под пыткой выдадут, но редко власти…”
“Разбор устраивают, много смерти и естественных причин.”

Пока досюда не дошло, то массовое помутненье,
В Европе силу набирающее только,
Искать, кто уклоняется от “Истины святой” в метанья,
Во колдовство иль ересь, или подозрителен ещё чем, толпам,
С их пастырями, с коих, к истязаньям страстью потаённой.
Усердствуют в живьем разделке и сожжениях, с подачи длани ПАПЫ.

“У нас тут даже истерии и делериума*, в лени сей, размах не тот,” (ДЕЛИРИУМ – БРЕД)
“Но слишком выделяясь, напроситься можно и у нас.”
“К тому же обладаю я инструментарием продления земных путей,”
“А все ли того стоят? Часто приходя в своей естественности “ЖНЕЦ””
“Округу от несносных избавляет. Волен ли я это изменить?”
“Людей простых я исцелю, но славу разнесут. Как, так же не узнать…” (Стр №192)
“О врачевателе диковинном боярам и князьям тех мест?”

“Допытываться будут, чтобы исцелял их хвори,”
“При этом мотивируя, как милостями, так же и острасткой.”
“Обычный слугам дав наказ, себя леченью вверив,”
“Что “Знахарь коль не преуспеет, кожу вы сдерите с “сУки”!””
“А от могилы отвращать, лютующего очень “зверя”,”
“Так это на себя принять вину, за каждого кого в сердцах* засёк* он” (СЕРДЯСЬ/СЕРЧАЯ, ЗАПОРОЛ ПЛЕТЬМИ ИЛИ ЧЕМ-ТО ПОДОБНЫМ)

“Век княжий, он обычно и крестьянского короче,”
“Вот только место не бывает, и “не свято”, пусто.” (ПОГОВОРКА ЕСТЬ: “СВЯТО МЕСТО ПУСТО НЕ БЫВАЕТ”)
“Другой воссядет на престол, скоту как иго*, круг порочный.” (ИГО – НАЧАЛЬН ЗНАЧЕНИЕ, ХОМУТ/УПРЯЖ)
“Сменяются князья, быть не переставая остальным напастью.”
“Власть опьяняет, “Пусть не смеют “сЯвки” кОгану* перечить!”” (КОГАН – СТАТУС АНАЛОГИЧНЫЙ КНЯЖЬЕМУ, ТАК В ОСНОВНОМ У СТЕПНЯКОВ ПРАВИТЕЛИ НАЗЫВАЛИСЬ)
“Оправдано любое самодурство, не для знати припасает пУты* совесть” (ТО ЧТО СВЯЗЫВАЕТ, СПУТЫВАЕТ, НЕВОЛЬНИКОВ, ЭТО И ДЕРЕВЯННЫЕ КОЛОДКИ, И ВЕРЁВКИ И ЖЕЛЕЗНЫЕ КАНДАЛЫ, НО ЕСЛИ ЭТО ВНУТРЕННИЕ ОГРАНИЧЕНИЯ НАЛОЖЕННЫЕ СОВЕСТЬЮ, ТО ЭТО В ЦЕЛОМ НЕ ПЛОХИЕ ПУТЫ)

“Вот он! Кощей! Тиранящий, бессмертный!”
“И вместе с тем, многоголовый Змей Горыныч!”
“Над сёлами и городами он распластан мрака тенью.”
“Скончанья нет его засилию над миром горемычным!”
“Сменяют головы одна другую, да при том грызясь нередко с теми,”
“Что рядом с ними, с кем удел отмеренный граничит.”
“Как мельничными жерновами давятся там рядом остальные.”
“И даже хуже, стравливают люд намерено, чтоб не за грош им…”
“За княжью спесь, друг друга изводить остервенело.”

“Пусть княжий век не долог для самих,”
“Вот только для народа, как и прежде, тяжкий, нескончаем.”
“Им легче не становится, коль одного другой сменил.”
“Подмяло в Новгороде и у нас снаружи натисками вече.”
“Нет, медицины, придержу, не обнародую я, ремесло.”
“На случай, на особый. Будет может мной достойный кто излечен.”

“И математика высокая, нужна здесь как собаке пятая нога,”
“Пускай в Европе, как я знаю, уж основан университет,”
“И там на знания не будет спроса, им хватает тем других,”
“О врачевании кровопусканием, и скольким ангелам на острие сидеть,” (СХОЛАСТИЧЕСКИЙ СПОР О ТОМ, СКОЛЬКО АНГЕЛОВ УМЕСТЯТСЯ НА ОСТРИЕ ИГЛЫ)
“А расскажи я им о микромире, то охАят словно в помутненьи дурака.”
“Коль покажу приборами, то буду я приговорён, к огню костра, судом.”
“Нет дела им до тел небесных, кроме как тем мнимо предрекать*.” (АСТРОЛОГАМ)

“А вот, я очутись веков бы на пятнадцать раньше,”
“С имеющимся ныне знаний багажом,”
“Нашлась почва благодатная и принципам решений…”
“Математических задач, что занимали горожан…”
“Афин и Фив, помимо прикладных каких-то операций с барышами.”
“И геометрия абстрактная, что непотребна ныне и за малые грошЫ,”
“Вопросами своими мучила, да был к ним и патриций обращён.”
“Но в Риме интерес уже слабел, абстрактным знанием “грешил”…”
“Народ всё меньше. Учёных подлинных тенденция не сбережёт.”
“Ценя практическую смётку в прикладных изобретениях ещё.”
“Пренебрежение наукой чистой обуславливало деградации режим.”

“Что греки сами, без извне, подобных дару мне, подачек,” (Стр №194)
“К науке страстью загорелись, да в быту их архаичном и суровом,”
“Чуть обнадёжило, не беспробудно дремлет то под спудом, значит.”
“Возможно в университетах с псевдо-врачеванием и с правом,”
“Да с богословья дебрями, и логики взойдут зачатки.”
“Вот мельница уж недолече, но пристроить надо бы сперва нам,”
“Тебя на вольном выпасе, а то уж стала, от товарок под уздою, отличатся.”

“Вот и болотина нехоженая. Чем тебе не дом?”
“Не выследят охотники тут и зимой по следу.”
“Мы, люди, здесь тебя случайно или по потребе не найдём.”
“Охотой проживёшь, поочерёдно заменяя лес и воду.”
“Не разучилась бегать чтоб, порою покидай ты водоём.”
“Не всё перебивайся рыбою, ты на земле и с лосем сладишь.”
“Тут место гиблое, сдаётся, что с тобою станет таковым в двойне.”

“А если люди всё ж вниманием излишним будут докучать,”
“Или пересыхать вдруг сто тысячелетнее болото станет,”
“По руслам полноводных рек ты под водой кочуй.”
“Иль облюбуй себе простор, тут недалече он, балтийский.”
“Приметный посох прихвати, а то народ видал как “КарачУн”…”
“С таким ходил, и в городе с девчИною слепец набаламутил столько.”
“Молва приметы разнесёт , а не слеп, в делах тех не причём.”
Возьми с собою на хранение ты посох с функцией баллисты.
На остров наш заглянешь, да изделие техническое спрячешь там.

Кобыла удалялась, без наружных проявлений сентиментов.
По глади вод плыла в зубах удерживая посох.
Остался из оружия под рукавами у Степана скрытно…
На нАруче* на каждом закреплён, заряженный боеприпасом, (НАРУЧ – ДОСПЕХИ НА ПРЕДПЛЕЧЬЯХ)
Ряд из стволов, калибром “стОпок” поскромнее,
Но палец в ствол войдёт, из каждого пальнув по разу…
Уложишь дюжину врагов. Вернулся к пестику как ранее,
Чтоб бить по капсулю, надёжней телепатии то интерфейсов.

Как “снегом на голову” заявился утром Стёпа в мельницу села.
Не очень рады, да и после месяца уже не ждали.
Не смели проявить хоть как-то неприветливость в лицо и на словах.
“Опять заклятье не наслал бы он, как прежде, с илом.”
Жизнь потекла обыденной чредой, стал за десятилетие и он своим.
Селяне недоверчивые к пришлым, но справедливо уважают дельных.

Кузнец когда скончался, ему из местных не нашлась замена.
И вызвался Степан, уверив, что есть опыт.
Впрямь споро ладить стал он инструмент железный,
Так, что и слава разнеслась по сёлам об искусстве Стёпы.
От работяг и воинов настырные пошли заказы.
Набрал в работники ребят. “Да и с подспорьем таковым поспеть бы”.
Еще наладил горнов, в стороны расширил кузню.

На возраст свой ссылаясь, он всё больше дело доверял,
Ученикам, кто лучше тонкости усвоил, был толковей.
Но и от них скрывал секреты лучших лигатур.* (ЛИГАТУРЫ – ПРИМЕСИ В МЕТАЛЛ, В ОПРЕДЕЛЁННОЙ ПРОПОРЦИИ ПРИДАЮЩИЕ ЗАДАННЫЕ СВОЙСТВА, НАПРИМЕР ДЕЛАЮЩИЕ СТАЛЬ НЕРЖАВЕЮЩЕЙ)
Мечи с доспехами пусть будут не подвластны тленью,
Но сделать их существенно прочней, чем были у других,
Нарушит это паритет, и справедливость в мире дольном.

Сам продолжал вбирать о мире знания, “из уст” безликого плазмоида. (Стр №196)
Такого не узнал бы в жизнь, без служки пришлого с далече.
Пришёл он к выводу, что обезглавь орду, сомнительную пользу даст то.
Но и к войне себя готовил, упражняясь, если будет случай,
Не оплошать бы. Орудие, сметать чтоб, и без лезвий, супостатов,
Из инструмента выбрал, молот, тяжестью под стать что удали силачьей.
В другую руку выковал топор, махать таким не хватит сил простому.

ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ "МЕЖДОУСОБИЦА"

Приёмы отрабатывал фланкируя, закрывшись ночью в хате.
Хоть удавалось уклонятся ему среди смуты непрестанной,
От рубок, в коих он не видел правых, но кромешно частых,
В которых, то водила русских татарва, то местные просили это сами,
Что бы на брата натравить, “Такое замарает нЕшто честь их!?”
А враг сторонний угодить и рад, им ненасытным подсобить войсками.

Грядёт, что выбивается, и в этой череде возни неблаговидной,
Где клались жизни многие в угоду княжьей спеси.
Не с ворогом, на них что первый разоренья полки двинул,
Со стороны на Русь придя, без вежливого спроса,
Не торговать, и не дела рядить, А жечь и резать горла, облагая данью.
Не с ними на войне сложились голов снОпы* русских, (В СНОПЫ ПШЕНИЦУ СРЕЗАННУЮ СВЯЗЫВАЮТ, ЗДЕСЬ КАК СИМВОЛ БОЛЬШОГО КОЛИЧЕСТВА)
А русич с русичем рубились в желчи их раздора под монгола дланью.
Средь даже этого, Андрея злое своеволие, особенное непотребство.

Вёл по Руси рать, истребляя, выжигая города, потомок Александра,
Полки объединив с ордынской силой Елторая,
Ущерб Батыева набега мог и превзойти несносный сдуру.
Уж столько горестей принёс, взять власть стараясь.
В сравненьи с ним, ну прям, святым сияньем осеняем и сам Дмитрий. (Стр №197)
Его брат старший, а ведь сам он ненависть со страхом сеял.

Был в Новгород юнцом посажен*, и был “с треском” изгнан с града. (ПОСАЖЕН КНЯЖИТЬ, В 12ЛЕТ КАЖИСЬ)
И сам с войсками подступался к городам.
А ныне он нам всем надёжа, вот истории зигзаги,
Вокруг него сплотиться, да с полками друга из орды.
Кузнец прикинул умозрительно, “А перспективы не завИдны”
За НогАй, и власти беклярбЕка* до Днепра предел, (ДОЛЖНОСТЬ ПРАВИТЕЛЯ УЛУСА (РАЙОНА))
Правитель западных улусов, но и супротив ещё сильнее золотоордынец,
Андрей неудержим, и смерти лютой Дмитрия предаст .
Не в силах помешать ордынское подспорье, “И куда от злодеяний деться?”
“Гулять” продолжит истребляя Андреев беспредел.

Не сдюжить без уловок в противостоянии с Лютующим.
Не зря ковались загодя им копья с наконечником диковинным.
Не цельными, а вогнутыми для соединения листочками.
Как створки приложил, и сваркою кузнечною так скованны.
Оставил входы в полость ту у древка, под пластический…
Состав подобный тесту. На вопросы, “То к чему? Зачем?” не растолковывал.

С другими ополченцами его села пошёл к набАту* (КОЛОКОЛ НА ЦЕНТРАЛЬНОЙ ПЛОЩДИ)
Ко граду созывавшему в преддверии беды.
Ходили люди и вещали, “Брат пошёл на брата!”
“Коли не удержать, то разоренье и до деревень дойдёт”
Степан с подводами придя, сказал толпе “Не жаль, Берите”
“Что наковал заранее для торга, но теперь не до деньги.”
“Оставлю я доспех особенной закалки из полос, да шлем себе нарядный.”
(Стр №198)
“С личинами забрал на все четыре стороны, пущай пугают хари.”
Такого благодетеля приметил и сам князь Демитрий.
“Честь и хвала тебе Степан, для дела нашего за дорогой подарок!”
“Наслышан, что в металла обработке ты кудесник, Даром этим…”
“Нам уж помог, сам не ходил бы ты, впрягаясь в драку.”
“Да и летА твои не те уж, для скитаний, вдалеке от терема, маетных.”

Из сена, с воза взял, кувалду с топором увесистые шибко.
Да покрутил искусно, во двух руках, играючись, старик
“Найдёшь ли князь ты молодого пАрубка*, управился так чтобы?” (ПАРНЯ)
“По пуду каждое орудие, такое раскроит щит всяк”
“И копья, что мне только по руке,” (ДАЛЕЕ СЛОВА КНЯЗЯ) “Ну прям, явил ты чудо”
“Достойный богатырь, тебе покрепче стоит лошадь поискать.”

“Благодарю князь, только к верховой езде я не привычен,”
“По молодости, в пеших, доводилось воевать, полкАх.” (КОНЕЦ ЕГО СЛОВ)
“Надеюсь, что ты духом так же, как и телом ныне прочен.”
“Что ж, встань в пехотные ряды, таскай сам вьюк свой по лугам.”
“А путь не близкий ждёт нас от Переяславля, не по речкам.”
День не один прошёл, покуда вышло войско в поле к ним.
В развёртке боевой напротив, выслал Елторай царевич,
Для торга делегацию, мурзы большие словесами распинались, на конях…
Гарцуя перед Дмитрием, расписывали, несогласие с их ратью, чем чревато.

Отверг посулы, отказался как смиренный данник простереться ниц.
Суровой карою всем вставшим на пути грозя, и сквернословя,
Назад парламентёры повернули. “А Вы отдохнёте, русы, в стрел тени,”
“Когда над Вами тучи их взметнём, и пригвоздим к земле сырой Вас.”
Стояли плотно, супостата против, не расстроить с лёту их стенЫ, (Стр №199)
Но татарва перед рядами ездя с луками, нам нанесёт урон весомый.
Проредив, лавой уж копейной устремятся с удалью степной.

Чтобы мандраж унять наверное, в преддверии побоища,
В рядах подтрунивали над Степаном; “Вот он дед запасливый”.
“Топор да с молотом, за поясом, размером бОльшие,”
“Чем было бы сподручно. Копий не одно, ну запускать их если бы.”
“Так ведь тяжёлые такие кинешь разве? Вдаль ещё.”
Затихли вдруг товарищи, глядя с опаскою, как с поля пыль…
К ним тучей двинулась, татаров конница резва, галдящая.

Степан достал шлем из холщёвого мешка, четырёхликий.
И к удивлению своих, надел глазницами назад,
Подъял с земли свои копья три мощных, и не очертя главы как… (ОРУЖИЕМ ОБВОДИЛИ ВОКРУГ ГОЛОВЫ, СЧИТАЛОСЬ, ЧТО В БОЮ ЭТО БУДЕТ ХРАНИТЬ)
Предписано приметами. То, дескать, сделавшим, везёт.
Рванул вперёд из строя, пеший “чёрт”, да с тягой вьюка,
Оружья и доспеха, что не обскакать дедка на лошади мурзе.

В недоумении, товарищи, и полковые командиры,
“Сошёл с ума, или решил в полОн врагу предаться он с испугу?”
И конники татар опешили. “Что понесло к ним одного батыра?”
“Нет, не переговоры говорить, он с копьями в руках, и при доспехе.”
Строй конный на него стал заходить, подковой будто свёрнут.
Всяк честь себе хотел, сразить батыра. “И быстрей других успеть бы!”

Торцом от древка одного, копья, притормозив,
Ударил о набойку металлическую носа сапога.
Огнь извергая зашипело, и понёсся на противника как змей, (Стр №200)
Как вскинувши, копьё метнул, чадя из сопла гарь,
След прочертила в воздухе, склонилась траектория к земле…
Чрез пару сотен лишь шагов, в скопление татар…
Нырнув, там полыхнуло, кляксой рваной огнь взмыл.
Размером с хату, и немалую, плеснулся в этом месте в ширь.

От вспышки разлетелась верховая рать подобно брызгам.
Тряхнуло грохотом, и землю самоЮ, и небо.
Такую звука силищу не слыхивали в бытности при грозах.
Кого не разметало клочьями, смело их набок.
От кинув в тех, кто дальше устоял бы, но под грузом,
Коней отброшенных, да с ратниками из села кто брЯкнул*… (УПАЛ)
Как из онагра* бы бурдюк, в кого-то из соседей угораздил. (ОНАГР – МЕТАТЕЛЬНАЯ, ОСАДНАЯ МАШИНА)

На месте вспышки огненной через мгновенье чёрной тучей дым.
А лошади, кто от неё поодаль с ног не сбит.
Метнулись, сами обезумев в громе, ошарашенные, одичав.
Сметали и топтали ближних, да лягались от себя.
Вокруг воронки как ковёр, ошмётки шкур, да чрев.
Ещё поодаль, опоясывая валом сгрудились, в той свалке бъясь,
Попадавшие друг на друга лошади, крошили черепа.

Несущие заряды, что в двух остальных, из полимера, древках,
Степан немедля активировал, и крутанув над головой, послал…
Ракеты самодельные, туда, толпилось где столпотворенье конных.
На левый фланг, да и на правый, думая не долго, опосля.
Ещё два взрыва грянуло. Степан свой молот с топором вертя руками.
Прыжками в беге, каждым коим перепрыгнул бы он по дуге лосЯ,
А под ногами видели, аж пламя, да с напором, ратники другие. (Стр №201)
Как в скороходах сапогах, годов преклонных дедка, поскакал отсель.

Контроллер порциями выдавал потоки реактивных газов в струях,
С движков, что на доспехах голенных, направили вниз, под ногами, сопла.
Плащ углепластиковый, не надёжно прикрывал их, развеваясь.
Степан в прыжках-полётах, маневрировал зигзагами по полю,
Удерживая равновесие с трудом. Лишь виртуально в кузне сельской,
Опробовать мог гаджеты, напяливая шлем с экранами, что мозг дополнил.
Сейчас реально отрывался от земли, шлем тылом на глаза сел тесно.

Под нос из труппок подавал в достатке кислород,
И визуальную картинку с камер расположенных по кругу,
На шлема ободе, под самоцветики, глазкИ сойдут.
Зато стрела не просочится чрез сплошную корку,
На теле же подогнаны пластины, что клинками не залезть сюда.
И сверху, виды в плане, как рекогностировщик с горки,
Плазмоид в зрительные центры слал, сам издали, за тем следя.

Система выделяла в мельтешне, что удостоить бы радением особо,
Анализируя опасности и перспективы, действий совокупность.
Скакал он меж врагов, разя увесистым металлом с рук, с обоих.
Поколебавшись чуть, и остальные в диве от неистовств,
Решились, всё же, подсобить, метнулись с криком: “Бей их!”
И княжую дружину конников, остановив, на силу*, в вёрстах, (НА СИЛУ – ЗНАЧИТ С ТРУДОМ)
От взрывов перепуганных коней, Демитрий кинул к бою,
Уже в конец побив, рассеяв супостатов злобных “братских”

Движков хватило на минут пятнадцать лишь всего, Степану,
По полю поскакать, а там, с подмогой подоспевшей, обходился силой ног. (Стр №202)
Те благо тоже человеку не чета, но всё же хоть он лучше, но весь потный,
Изрядно помахавши топором и молотом, почти что обессилел, изнемог.
Без проработки генной и десятой доли не получится, из той работы ратной.
Но бой закончен, пленников кто напрочь не слинял, сгоняют в гурт* (В СТАДО)

Удрал Андрей сам, с Елтораем, их ещё дружина погоняет вволю,
Не раз ещё в погоне той, случатся мельче стычки,
Князь Дмитрий рад победе, но не радужна гневливость,
А тучей грозною сгущается на “колдуна”. “Ко мне! И нынче ж! Старче!”
“Я голову мог бы свернуть, коли б шарахнувшись гнядая* оступилось” (ОКРАС ЛОШАДИ)
“Не думал, не гадал, камлАньем*, чуждым, страшным…” (КАМЛАНЬЕ - У ШАМАНОВ СЕАНС ОБЩЕНИЯ С ДУХАМИ, ВЫХОДА ИЗ ТЕЛА В АСТРАЛ, ТУТ КНЯЗЬ, ОСОБО НЕ УГЛУБЛЯЯСЬ В ТОНКОСТИ, КАК ВООБЩЕ ПРО КОЛДОВСТВО ГОВОРИТ)
“Себе стяжать победу! Ведь не иначе, дьявол дал Степану силу.”

ГЛАВА СОРОК ВТОРАЯ "ВЗЯТЫЙ ВОБОРОТ"

Дружина посланная, обступила в лагере героя.
С почтением и поясным поклоном начал сотник смуглый речь:
“Признательны тебе! Так по давно постылым громом грянул!”
“И дрался славно, соратников ты наших стольких смог сберечь!”
“Зовёт тебя князь, во шатре столы накрыл горою*” (СТОЛ ГОРОЙ – СТАРИННАЯ ПРИСКАЗКА, ОЗНАЧАЮЩАЯ ОБИЛИЕ КУШАНИЙ)
“Орудья славные оставь, сталь скидани ты с плеч.”

“Не гоже, при оружии, в броне, идёшь ты не на брань, на пир.”
“Там где тебя хотят почествовать, восславить.”
Мог даже мысли не читать, чрез давешний прибор,
Который отложИл давно, с беспечностью, он после всех тех…
Их приключений, разлюбил соваться в души, прямо “Брррр!” (ИНТОНАЦИОННО, РЕАКЦИЯ ОТВРАЩЕНИЯ)
“Аж передёргивало! И не честно лаской* влезть-то” (ЛАСКА – ЗВЕРЁК СЕМЕЙСТВА КУНЬИХ, В НАРОДЕ СЧИТАЕТСЯ (НАВЕРНО БАЙКИ), ЧТО ОНИ МОГУТ В УХО ЛОШАДИ ЗАЛЕЗТЬ, СВОДЯ ЕЁ С УМА.) (СТР №203)
“Как в ухо лошадиное в людскую голову, то совестно принять теперь.”

Мог мысли не читать, чтобы понять, что брешут.
Стыдятся сами, цедят фразы “через не могу”.
Что взять с невольных? “Честью честь, а подчиненье прежде.”
Разоблачился он от лат, сменил с железом сапоги.
На принесённые в подарок, на коие пошла телячая промежность.
ТонкИ, легки, удобны, хоть не снимай всю жизнь с ноги.

По верх рубахи, князем дАренный, кафтан.
Сам понимал, что милости обманны.
Владыку вверг в неимоверный гнев он тем…
Сюрпризом, как не силился, не пОнят им он.
“Да и не мог бы, если б я заранее то говорил, мне внять.”
Предстану перед ним без арсенала если, в пУты мигом…
Захомутают, если не обварят ног, по мановенью Мити*. (МИТЯ – ПРОСТОРЕЧНОЕ ОТ ИМЕНИ ДМИТРИЙ, ПО ЕГО ЖЕСТУ)

Давненько для меня так не был риск велик!
И даже в бой кидаясь, знал что под бронёй почти без брешей.
Теперь без хитроумности устройств, коль князь велит…
Что сделать на до мной, не поборю народ опричный, бОрзой брошен. (БОРЗЫЕ – ОХОТНИЧЬИ СОБАКИ, НАЗНАЧЕНИЕ КОТОРЫХ, ЗАГНАВ ДОБЫЧУ, НЕПОСРЕДСТВЕННО НА НЕЁ КИДАТЬСЯ, И РВАТЬ, В ТОМ ЧИСЛЕ И КРУПНЫХ И ОПАСНЫХ.)
Почти забытый за десятилетья шевелится страх, как слизень липк.
“Мне было пробиваться с бранью, ратников разя не проще ль?”

“Пока был при оружии. Но не! Своих крушить - последне дело!”
“Пойду, предстану, в княжеском, пристАновом* шатре” (ПРИ СТАНЕ)
“Коли захомутает в путы, будет проще мне, то опосля, помедлив…”
“Плазмоида окликнуть, режет он и сталь окОв, или решёт.”
“А коль пытать возьмутся сразу, я в рубашке тканной из пластида.”
Чип- детонатор в воротник мной прежде вставлен, и в канву прошит.
Мыслительный сигнал… И некому, брешА толпе, давать свидетельств.
Шатёр со всеми миражом растает, канувши в тиши,
Для тех оглохших, зрящих как столбом то света-дыма стало.
А я своё пожИл, хоть старость и не докучает шибко-то ещё.

Князь смотрит опершись на стол, пришедшего буравя*. (ВЗГЛЯДОМ)
“Ты что ж стервец, победу мне вещУнствами испортил сёдня!”
“Я одержал её бы по любому! Мне достало полчищ бравых!”
“Без колдовства. Теперь замаран буду, и всевышний спросит с сына…”
“За грех такой. Коль буду пред престолом* я очищен и оправдан,”
“То пересудов и хулы не миновать, повиснет шлейф напраслин.” (КОНЕЦ ЕГО ТИРАДЫ)

“Нет колдовства в том чуде! Верь Владыка мой!”
“Дар то священный от пророка! Почитай*, от Илии.” (ПОЧИТАЙ - СЧИТАЙ, НЕКОТОРОЕ СОМНЕНИЕ ВЫРАЖАЕТ)
“Во сне привидясь, в руки дал мне ком.”
“Велел мне, чтобы о победе Отче я молил.”
“Над этим тестом, во красном углу икон.”
“А после, в сделанные копья, разделив на части влил.”

“Вот чудо помогло, победа наша небесам угодна!”
“А коли, не угодна бы была, то разве б совершилась!?”
“Господь всего превыше! Власть ведь и над бесами Господня!” (КОНЕЦ СЛОВ СТЕПАНА)
“Ну словословия плести горазд! Сверстал, не сыщешь щели…”
“В твоих резонах! И лукав, и льстив по пёсьи ты поскудник.”
“Такое плут загнул, не разогнуть софистам ушлым!” (Стр №205)

“Так что ж? Сказать ты хочешь, что угодное лишь богу…”
“Свершается на деле? Значит, за проделки нет ни в ком вины!?”
“Любой поступок значит неподсуден?” “Надоумил, вишь*, во благо” (ВИДИШЬ – СТАРАЯ РАЗГОВОРНАЯ ФОРМА)
“Пусть непотребством выглядит вначале, а далеко не видим мы.”
“Выходит, если я обдам ковшом щей вара тебе ноги?”
“Богоугодно сделаю? Раз попустил и не вмешался, дланью кару отведя.”

Степан почувствовал, что он в риторике обыгран.
Лукавости Демирия, его речам не превзойти.
Он знает как прикинуть только быта грани,
И суеверия суждения почти развеял тем.
Теперь манипуляциям те поддаются туго, не как ранше.
Другим внушать сложнее, коли сам в том разуверился Степан.
Спор со схоластами не продуктивен, и в нём не конкретны вещи.

Так он не смог бы дискутировать и с богословом,
Абстрактные и отвлечённые понятия приняв за инструмент.
К тому же, доводы свои крепить не смог бы свистом по солвьи,
Напором, словно Соловей-разбойник, на партнёра истерить.
И позы делать “в лучших чувствах оскорблёно” сетуя на не склонённых…
Ко мненью их. Грозиться карою те мастера!

Ему пришлось, личину, к коей много раз уж прибегал…
Опять примерить, простака изображая раболепно.
“Не ведаю, о чём ты князь, то не для разуменья бедолаг.”
“А что не обсудил заранее с тобою плана…”
“Поверить до конца не мог и сам, что вправду, грозный Илия дал толк*.” (ТОЛКОВОЕ, А НЕ ПУСТЫШКУ)
“Что просто не приснилось мне, и то не хлебная была мякина.”

“Да и как мне, из люда чёрного*, да подступится с разговором?” (ОФИЦИАЛЬНО СОСЛОВИЕ НА РУСИ, К ЧЁРНЫМ ЛЮДЯМ И ПРИНАДЛЕЖАЛО ПОДАВЛЯЮЩАЯ ДОЛЯ НАСЕЛЕНИЯ)
“Неужто, стал бы слушать ты мужичье слово!?”
“Чай не боярин чином, даже не посадский гражданин с дворами.”
Поддакивали люди думные*: “Оно не гоже с чернью сёл Вам…” (ОФИЦИАЛЬНЫЙ СТАТУС, ДУМНЫЕ БОЯРЕ)
“Совет держать! Коль допустить, ох, будет нагорожено оравой!”
“Цыц! Сами что-то много говорите! Ишь, чирикать взяли!”

“Кафтан мой с сапогами, скидавай!”
“Суй руки с головою, в растопыр-колодку!”
“Так в город надлежит поскуд вводить!”
“Без спросу колдовал, теперь поголодай ка!”
Подумал, не впервой он жил на корме скудном и воде.
Такое нынче не грозит, а кладовая яств, то блАго-дело, недалёко.

Вокруг витает в воздухе, загвоздка за реакцией не хитрой.
Прогнавши воздух через скатерти дарённой фибры,
Налёт белкА пластом со ткани скручивай в темнице скрытно.
А если руки не свободны будут, дрОном вобран,
Продукт к устам перекочует, будешь массой нАскоро подпитан.
Не мало в воздухе и влаги, конденсируй воду на мембраны.

Введён был в город среди пленных прочих, но особняком…
В подвале, был оставлен, потомится, при хоромах.
Колодки не снимали, не прилечь чтоб с расслаблением никак.
То после боя и похода, даже с телом с правкой в хромосомах… (Стр №207)
Томительно. Плазмоиду велел: “Опричь, ты силовых полей накинь.”
“Чтоб облегли меня. Привык в них рея сонным…”

“И дома расслабляться, не было где пут-колодок.”
Князь думал: “Вот сначала волю кузнеца сломлю,”
“Помучается так, не приклонив главы, Степан не долго.”
“Сам выложит секреты колдовства, на пузе, ниц, о сём моля.”
“Запросится сам послужить, пошлю его на сбор налогов.”
“Где не боятся рати, устрашится чёрта козней суеверный люд.”
“Не открывают где… Он копий чтоб бросать наделал много.”

“Метать такие можно через стену, в терема”
“Или, что даже лучше, кинь, враз вынеся копьём ворота.”
“И в бое рукопашном с теми Стеньку не ровняй!”
“Пойдут клочки по закоулочкам*, Степан как развернётся!” (ЭТАКАЯ ПРИСКАЗКА ИЗ РУССКИХ НАРОДНЫХ СКАЗОК, ТАМ ТАК ОБЫЧНО ЛИСА ГРОЗИТЬСЯ, ТЕМ, КТО ПОМЕНЬШЕ)
“Карелы, да с Чухонью распоясались, страх пред страной подрастеряв.”
“На них глядЯ, и Русич то, свою степенность всю развеет в ратный натиск.”

“Чтоб ропот позабыли города, мне надобен колдун и богатырь.”
“Вот только, как, обидев, к арсеналу Стеньку допущу?”
“На поле говорят, что луки били в голову, в бока, и в грудь в упор,”
“Доспех его непроницаем стрелам, острым пикам и пращам.”
“Коль облачится дам, с оружием, побьёт и гвардию Степан сперва,”
“А там и мне достанется, коли сочтёт, что “старый” мало поощрён.”
“Казну сам вытрясет, после кровавых над людьми расправ,”
“Я так бы поступил, будь в сече столь удал, как пышущий дракон,”
“Метать мог огнь, всё в праве, не с меня тогда спрос вам,”
“Возьму что захочу, уступит и престол первейший орды хан!” (Стр №208)

“Он был бы молод, может к верности склонил бы обхожденьем.”
“Дуб старый, не направить вкривь, а можно лишь сломать.”
“Что ж, заберу доспех себе, а кузнеца “скуленья”* подождём мы” (ЧТОБ ЗАСКУЛИЛ)
“Ишь ты! Строптивиться!? Я во служенье не ищу, а сами те,”
“Желая впредь кормится от казны, искали хода во дружину.”
“Я лучших волен выбирать, уже в ристалище смотрю,”
“Кого прибьют, а кто, пусть в бое показном с колами верх и не одержан,”
“Но храбрость проявил, их в подмастерья младшие для “строевых”.”
“За всех служивых, сам решает князь, что благо и вершить что должно,”
“Кто ворог им, и кто достоин смерти, надлежит их затравить*.” (КАК ЗВЕРЯ СОБАКАМИ (ФИГУРАЛЬНО))
“Жаль, он не беден, с кузней сколотил навара с дел железных,”
“Хотя, могу его я всякой трапезы лишить, там взаперти.” (ТУТ ЕГО ХОД МЫСЛИ ПРЕРВАН)

“Князь, не гневись, к тебе пожаловал сам беклярбЕк Ногай!”
“Пшёл вон, собака! И скажи, пусть накрывают полный стол.”
“Приветствую тебя Демитрий! Если же балАки нагло и не лгут!” (Говоруны, балакать – говорить)
“В подвале держишь Стёпку этого, за нас который постоял!”
“Али ревнуешь, что часть славы и не княжая!? Оно не в благодать.”
“Стяжающие почестей, скопив, не выторгуют свят престол.” (ЦАРСТВИЕ НЕБЕСНОЕ ПОСЛЕ СМЕРТИ)

“Мне уступи бойца, тебе же с ним одна морОка.”
“Ты начал не с того, враждебно навсегда его теперяча настроив.”
“Чуть отвернись теперь, небрежно, всуе, ненароком…”
“При случае при первом же удобном, будет череп твой раскроен.”
“Тебе от недотёпы, хилого, недужного, весомей прока,”
“Чем от удАлого во всём, но вот держать которого опричь - риск крайний.”
“А я готов не задорма сей меч пиров Дамокла*” (НУ ПОМНИТЕ, ПРО МЕЧ НА ВОЛОСКЕ ВИСЯЩИЙ, НАД НИМ)
“От головы убрать. Вчера понравился рысак мой рьяный?” (Стр №209)

“Привёл к тебе на двор, да с дорогою сбруей.” (ДАЛЬШЕ СЛОВА КНЯЗЯ)
“Что ж, мудр ты царевич, всё ты угадал, ну ладно.”
“ЧестнОму люду только не показывай дорОгой, забирая.”
“Что князем отдан был “поганому”* колодник” (ЭТО НЕ РУГАТЕЛЬСТВО, А ОТ ЛАТИНСКОГО СЛОВА POGANIUM – ЯЗЫЧНИК, В ДАННОМ СЛУЧАЕ НЕ ХРИСТИАНИН) (ДАЛЕЕ ОТВЕТ НОГАЯ)
“Колодника уж нет, ответ я твой предугадал заранье.”
“Мурзы мои охрану потеснили во подвалах хладных.”
“Колодки сняли. Этого улуса беклярбек зазря ли!?”
“И помни, кто родня для хана, а кто хану только данник!”

В своём дворце, как дорогого гостя привечает беклярбек.
Богатыми одеждами, как мурзу высшего Степана одарив.
Насилу упросил, чтоб старое тряпьё не забирали для рабов.
Ну как Ногай не урезонивал: “Носи шелка с Китая при дворе”
“Всегда вдостаке будет на замену зипунОв и армякОв не впроворот.”
Твоё обеспечение казне, во всём с излишками, ты впредь доверь.

“Обноски не понадобятся больше никогда, урус-батыру.”
Нет, настоял, чтобы его старьё в опочивальне положили во сундук.
Царевич рассудил: “Видать был нищим он года, и в бытность старым…”
“Отделаться от установок, то как пчелке не жужжать неся медок”
Сам не умел смерится, и с мельчайшим несогласием, растя бастардом (В ДАННОМ СЛУЧАЕ, РЕБЁНКОМ ОТ НАЛОЖНИЦЫ, А НЕ ОТ ОДНОЙ ИЗ ОФИЦИАЛЬНЫХ ЖЁН ХАНА)
Непререкаемость доказывал, и ныне, “В печке сжечь, как сами мы уйдём.”
Шепнул он стражнику, миг улучив когда с ним Стёпа не был рядом.

На званом ужине как равного обхаживал, с почтением, уруса.
Когда раздался, о пожаре в кухне, тёток крик, кухарок. (Стр №210)
То рядом с трапезной, там жерло всё печное крАсно,
Предстало забегающим гостям, не тухнет жар тартара…
И от воды ушатов, а напротив даже, паче* на такое ярость…
Вздымалась пламени, так пыхнуло наружу, да не паром,
А вспышкой огненной, поджарило б, опричь, напротив стой там,
Но благо дело, разогнал жар, и ордынцев с ором.
До белого каления дошёл уже кирпич, прям патокой стекая.

Степан, поняв в чём, дело, запретил лить воду в сам очаг.
“Вокруг горюче из утвари, что можно оттащите,”
“И обливайте остальное, что затлело надобно смочить.”
“Огнь в печке утихает, уж и не гудит, а ульем зажужжал он тише.”
Он понимал, про водород им объяснить, чету.
От жара может и вода стать топливом, разложенная штатно…
На составляющие, водород и кислород, и сами чтобы те,
Сгорели споро, но ведь, “непонятливым” рассказы ближе про шайтана.

Огонь, затих, и только лишь свод печи круглой,
Что как воронкой перевёрнутой, трубою уходила в потолок,
Светился раскалённый, и особенно очаг где угли,
Белели словно солнце самоё, на них котёл потёк,
Расплавленным металлом, да и кочерга прогнулась.
Сказал Ногай: “Ну и кому, вы стервецы, за мой убыток заплатить!?”

“Не сам ли, господин, велел сжечь скарб с моею рухлядью?”
“Хоть я просил то сохранить, но был обманут.”
А детонаторы зашитые там не сработали, и не рвануло ладно хоть.
Ткань бывшая взрывчаткой, то не хворост, пламя люто…
Даст при горении, энергии сброс растянув, недолог, и не тих. (Стр №211)
Но всё ж не взрыв, что разбросает все полати.

“Я был не прав, Степан, твоею просьбой пренебрегши.”
“Похоже, много у тебя секретов в закромах.”
“Пойдём к столу, ведь много обсудить пора нам грешным”
“В местах сих кратко лето, и мороз, и мрак зимой.”
“Со мной поедем на Дунай, нам покорятся Венгр с Чехом.”
“Зачем Каракорум далёкий и мурзы с коварностью измен.”

“Не буду я престол захватывать ордынский,”
“В сухих степях безрадостных, где был рождён,”
“Там обоснуюсь, где природы благодать, и Одр, и Днестр где,”
“Где реки полноводные, простёрлась чтобы и Болгарии южней…”
“Моя власть. И задворками останется тога орда, старея.”
“Я новую империю создам, дам благодать и мир живущим в ней.”

“Но ведь не понимают неразумные те, приносимых выгод уймы!”
“Противятся с оружием в руках, мной приводимой рати”
“Что гибнет много в брани их самих, то выбор им угодный,”
“А вот своих бойцов мне жаль, особенно мне по народу братьев,”
“Да собственно, и русичей, что я призвал на брань к Дунаю,”
“Мадьяров* обуздать, и сербов, пособили и они* орде, тех против.” (РУСИЧИ)
“Обязаны идти, поход раз на противника задуман мною.”

“Ну, разве хуже, будет покорённым, под моей стелясь пятою!?”
“Порядок принесу разрозненным, от внешних недругов оберегу,”
“Вы хуже ль зажили, ну кроме дани, опосля Батыя?”
“Да много вас побито, но когда бы шёл с ордою без преград”,
“То сколько б избежали горя, сдав нам поселения без боя.” (Стр №212)
“Помочь ты можешь, и с гораздо меньшими потерями, брать города.”

“Нет, не понадобится тебе самому, сходится в сече,”
“Хоть вижу, в силе ты ещё, и можешь быть рубакой,”
“Я знаю, что в труде на кузне, был искусен и усидчив,”
“Но будешь впредь избавлен от мощей работы всякой.”
“Твой ум и знанья, вот сокровищ всяких средоточье,”
“Встань над моими мастерами, всё что нужно требуй к сроку,”
“Отказа нет тебе ни в чём, всё сыщут, раз распорядился ты, УЧИТЕЛЬ!”

Вот для начала золота прими кошель,
За твой доспех мудрённый, что я отобрал у князя,
Мне, вправду, он не в пору, ведь ты не в пример тощей,
Хоть крепок, и широк, но не набрякло пузо,
Коль переделать не возьмёшься, я кому примерить поищу,
Ждут дома сыновья, богатыри и не обрЮзглы.

Степан дар принимая, понимал, что взят он в оборот.
Пока что обходительно, и впердь, коль будет он покладист.
“И как назло, тряпье несущее заряд, всё до порток,”
Спалили, а с ним был уверен, что под пытку и на кол не дастся.
Нет ни угроз, ни пут, и разодет, но несвободен он притом.
Сомнений нет, раз заартачится, то быть опять в колодке Стёпе.

По залу стражники стоят, приладив стрелы к луку.
Пусть наконечники и смотрят вниз, не тянут пальцы тетиву,
Но в миг один, лишь стоит беклярбеку слово кликнуть,
И вскинут, наводя, непревзойдённы были лучники Тувы,
По меткости, и скорости. “Осилил бы в уклонах как то…” (Стр №213)
“Двух, трёх их, пораженья избегать, подручное меча* в ответ” (ГЛАГОЛ)
“Но с этакой оравою, в заслон брать только “ханку”” (УМЕНЬШИТЕЛЬНОЕ ОТ ХАНА, КАК ЦАРЬКА)

“О чём задумался, Степан? Ни я, ни князь, настолько не наивны,”
“Что бы считать, что громыхал на поле, дар небес тебе.”
“Секрет в чём чудо копий? Я весь стал слухом, и внимаю.”
“Во только коль заговоришь про Илию, тогда не обессудь”
“Быть одноглазым, для начала, если снова мимо,”
“Подумаем, чего не надобно, есть в теле, хоть колодою сидеть…”
“Тебе без рук без ног, чтобы давать лишь мог словами знанья.” (Конец речи Ногая)

Чтобы стратегию избрать, не плохо бы знать, рекогонсцировку.
Но вот плазмоид сгинул сожран, и самому придётся отвечать.
“Да, подобрал состав, кузничным делом занимаясь, просто ненароком.”
“Искал, что б в горне* жар усилило, знал от предтечи о печах,” (САМО СЕРДЦЕ КУЗНИ, ГДЕ ГОРИТ ОГОНЬ)
“Беседуя при жизни, передал что в смесях, спрятано укромно.”
“По кузни, по горшкам, и указал приметы, прочее чтоб отличить,”
“При поиске болотного железа, то, сопутствует что сором рудным.”
“Использовать додумался, пестом когда то мельче растолчёт,”
“Смешает в нужных долях. Им состав из чёрной серы был придуман.”
“Но тот лишь жар давал, чтобы железу течь ручьём.” (Конец речи в слух)

Вот снова вру, да изворачиваюсь во грязи червём.
До этого и не бывал в столь положеньях не завидных.
Взрывчатки синтезированной, в чане не сварю,
Её молекулами собирал услужливый плазмоид, аддитивно. (АДДИТИВНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ – 3D ПЕЧАТЬ)
А порох мог бы, но то зря ему, чревато сверх,
Возможность дать, оружие такое делать вволю злыдню и детинке.
(Стр №2014)
“Как не детинка он? Ну да, умён, в вещах житейских, то бесспорно!”
“Наива с детства не осталось в нём толИк.”
“Хоть многие, его и превзошли жестокостью, персоны ровни,”
“И кто даже мельче властью, но не менее тот лют,”
“Всё же, не угодить, и ужас испытает непереносимый, тот провинный.”
“Вот именно, дитё, ведь свойственно уму и этике “малют”.”
“Не заморачиваться угрызениями, насекомым лапки отрывая.”

“Пожалуй, мог бы, я метнувшись, голову Ногаю оторвать.”
“Но не сбежать потом, а пасть под стрелами тувинцев.”
“Всё взвесив, вижу, что пока он нужен как фигура в играх с татарвой,”
“Пока он на Джумчи сидит, стабильность хоть сравнительно царила.”
“Что о геополитике судить!? из горя б выкрутится только своего!”
Ментальная пробилась связь с кобылою, призвал слетав отселе…
Плазмоид, что приблизится не мог, барьер здесь сотворён,
Его чуть не убило, разрывая плазменных сплетений силы.

Видать, на службе у Ногая, угождая, или господин, скорей, того,
Здесь скрытым в морок, подряжается упырь при нём.
Телепатическую связь чрез гаджеты тот саботирует легко,
Невольно, и не зная, что такая есть, но сам корёжится приём,
Вся электроника при приближении сбоит, в ней тремор, глюк.
Коль не убрать, то сети-схемы пережгутся упырём.

Чтож, хорошо, что в мозг не стал проращивать я чипов,
Подспорьём ограничиваясь, на носителях, на съёмных.
Иначе было б мне как в приступе паршиво, да и череп…
Могло бы выжечь, или рухнул, в эпилепсии, стелясь, безумный.
Разряды с электроники и мозг прошили б прочий. (Стр №215)
Оставив как экспериментов, после во степи, Жужуней (НАРОД В 5/6 ВЕКАХ НАШЕЙ ЭРЫ СОЗДАНИЕ МАНКУРТОВ ПРАКТИКОВАВШИЙ)

“Сцепившись в схватке, упыря осилить, нет надежды,”
“Да собственно, она не брезжила особо мне до того.”
“Всё же хотелось знать, где скрыта нежить?”
“Любой из стражников, хоть с рожею обыденной монгол,”
“Мог быть сосудом для него. Иль хочет красоваться нешто?”
“Нет, хоть сильны, не лезли на рожон они, хоть днём могли,”
“В отличьи от стригоев, и при солнца свете шастать,”
“Но видно не без слабостей созданья, раз уж очень вид их не наглел.”

“Мог упырём быть, с вероятностью изрядной, сам Ногай!”
“Но нет, в глаза смотрю, и вижу, пусть при власти, человека.”
“Вот, углядел, чрез морока завесу видно, света некою игрой,”
“Пространство съёжилось, поставленной юлой или челноком как…”
“Прям трапезной посредь трепещется, не усмотрел никто другой…”
“Той ряби подпространственной, отвёл он людям очи ловко.”
“Но мои чувства обостренней, сыщут в самых тютельках прогиб…”
“В картине восприятия, от нормы тривиальной, деланное, отличу я всяко.”

“Но нет, не мОрок тут сознания, задействовал иное.”
“Похоже, что в пространство самоё, тот завернулся как в платок.”
“Как с этаким противником тягаться, знамо дело, не сумею.”
“Выкручиваться попытаюсь, да, заврался Стёпка в потолок*” (МНОГО, ЧТО ФИГУРАЛЬНО, ДО ПОТОЛКА ЛЖИ)
“Есть связь ментальная с лошадкой, и мозгами установлена своими,”
“Без электроники, помог чрез вирусы сдвиг воплотить такой,”
“В моём геноме ПРИШЛЫЙ, то использую в игре со властной силой.” (КОНЕЦ РАССУЖДЕНИЯ ПРО СЕБЯ)

“Вот я составы, жАра больше что дают, перебирая, в бытность,”
“Нашёл такой, что и метал рвёт в клочья как “Разрыв-трава””
“Как рассказать тебе, пошагово то, и подробно,”
“Названий и не знаю, как и где что раздобыл, кто мёртв.”
“Меня проводят в кузню пусть, там по горшкам, по вёдрам,”
“Распихано оставшееся, хватит для подрыва теремов,”
“Или в самом Каракаруме, нагружено на верблюда,”
“Тебе расчистит путь, орды всей трон имей.” (КОНЕЦ СЛОВ СТЕПАНА)

“Да как ты смеешь, Шелудивый, домыслы изречь!?”
“Сказал же, мне не интересно ханство во степях!”
“А в кузню отпустить… где жил давно в селе, не зря ж,”
“Наверно каверз напридумывал, на месте том Степан?”
“Замыслил, как сбежать, случись чего, заранее ещё?”
“Нет, здесь останешься, помается, да с яством и питьём.”

“А люди съездят, всё забрать, сюда на двор к крыльцу.”
“Да, хоть всю кузню перетащат, если надо.”
“Но лучше распиши, где, что запрятано из снадобий и варева, гонцам.”
“Сам понимаешь, заинтересован ты, чтоб сделать чудо.”
“С тебя спрос, и не заставляй пороть*, если не будет рвать как там,” (РОЗГАМИ (ДОПУСТИМ))
“На поле боя получилось, как в наконечник заключены силы ада.”

Через неделю прибыли подводы нагружены.
Сказа Степан, что смеси нужно делать в полутьме.
“Состав быть должён, от света, от дневного огорожен, коль состряпан”
“Иначе вспыхнуть может, и всё подле, этим пламенем взметнёт.”
“В подвалы всё снесли, сосуды, вёдра, много груд железных, странных” (Стр №217)
“Не всё мне ведомо, и не спросить, того, кто уж в могиле спал, совет.”
“А этот видишь, вытесанный из колоды гроб? Уже мной предусмотрен.”
“Себе сам смастерил, обычно дело, ведь не молод, пусть на полу стоит.”
“Не просит хлеба”*, околею, будет мне убежищем посмертным.” (ЗНАЧИТ НЕ НАКЛАДНО ХРАНИТЬ)

“Родни ведь нет, и не к чему обременялись чтоб односельчане.”
“Гроб мой, а вот не знаю многого про остальные вещи,”
“Предшественник как применял? Гадал, и сам не чаял.”
“Быть может примененье тут, с твоими мастерами мы и сыщем.”
“Что и к чему? Меня умней люд здесь учёный.”
“Откуда прежний “кОваль” понабрался хитростей, знать не моим умишкой.” (ДАЛЕЕ СЛОВА НОГАЯ)

Был прав, не отпустив тебя на кузню самого тогда.
Нашли там лазы, заготовлены прохвостом прозорливым.
Хитёр ты как барсук, нарыл ходов подземных, из сеней ведут.
Их несколько, чтобы сховаться в разветвлениях от ловли.
Жди от такого каверзы и здесь, то знАмо, не смирён ты дед.
В подспорье дам тебе провизоров толковых.

“Не думай, что тобою будут смертоносные составы разливаться.”
“Стой в стороне, и говори, что делать людям надобно.”
“И я тут буду заходить, да посмотрю за результатом.” (КОНЕЦ СЛОВ НОГАЯ)
Из заготовленных ингредиентов, в малых ладонках*, (И КИСЕЯ (МЕШОЧЕК), С АМУЛЕТАМИ КУСОЧКАМИ ЛАДАНА, КАК ОБЕРЕГ НА ШЕЕ НОСИТСЯ, В ДАННОМ СЛУЧАЕ ПРОСТО МЕШОЧКИ С КОМПОНЕНТАМИ)
Смешали кашицу, как Стёпа приказал татарам.
Шмат высушили, аккуратно наломал долей крохотных.
По указанью мастера, щепотку корки взяли, и ударом…
Несильным молотка, заставили ту грянуть с молнией*, немедля, грохотом (СО ВСПЫШКОЙ)

“Вот, повелитель, это нужно для начального запала.”
“На кончике копья, чтобы ударить в твердь…”
“Щитов, ворот или стены, громить что позы боле.”
“Коль сложится удачно, остальное в недрах подорвёт,”
“Что по рецепту по другому сделаю, гремучим зельем, пыльным.” (КОНЕЦ СЛОВ СТЕПАНА)

“Мне недосуг, тебя пасти тут неотлучно.”
“Вот, чтобы не удумал ни чего, запрещено переступать черту.”
“Иначе… Видишь!? Каждый, к тетиве стрелу приладил, лучник.”
“Нарушишь правило, я приказал в штаны стрелять тебе. Чай там…”
“Всё ценно и для старика, и чрЕсла, да и ляжки.”
“Вот, в обведённом круге стой, и делать надобно что им…”
“Диктуй. А мне, чтоб не пришлось дней лишку…”
“Ждать результата, я нетерпелив, и очень не томи.”

Пошла работа под присмотром дюжины бойцов-стрелков.
Вот, говорит: “К ответственному подошли этапу!” (ДАЛЕЕ МЫСЛИ ПРО СЕБЯ)
Давно не замечал, чтобы упырь там удосужился, свой спрятав лик,
Пробраться в мастерскую. “Соглядатай не дотошный, а растяпа!”
Хватает у него забот, а слежка вся свалилась на простых. (ДАЛЕЕ ВСЛУХ)
“Нам надо факелов огни все потушить, и днём приступим.”

“Когда свет будет бить через наклонный жёлоб,
“Через который скатывались, с фуражом мешки, в подвал.
“И распахните возле сводов ставни Окон, лишь бы,”
“Сам состав, во свет, не отражённый, не размешанный, не попадал.”
“Вот те берите крынки, ставьте в ноги, ближе.”
“Затянуто их горлышко не бычьим пузырём, не мочевым, подобием его.”
“Прорвите, порошок насыпан крынках бело-жёлтый.” (Стр №219)
“Пока оставьте, и пусть воздух впитывают зёрна измельчённые “побей травы””

“Берите, вон, горшок побольше, запечатанный,”
“Без горлышка, а на подобии осиного гнезда.”
“В нём жидкость надобно взболтать, потщательней.”
“Теперь, взяв молоток, дыру пробейте с силой, за удар*” (ЗА ОДИН, ИМЕЕТСЯ ВВИДУ)
“Чтоб можно было нацедить для зелья в чан смесительный.”
Ударил подмастерье, амфора, хрустальный звон издав,
Рассыпалась на гранулы, той захлестнув “водицей”, чУни* и смотрителей (ОБУВЬ ТАКАЯ)

Разбрызганная жидкость, словно кипяток парила.
И от неё ударил в ноздри запах не привычный.
Не то чтоб неприятный, сильный, неким пряным маслом.
Пытался вопрошать мурза ордынский Стёпу о причине.
Но только вот язык не слушался, как набрякло и всё тело…
Мешком свалилось, в разливанном снадобье слёг на полу парящем* (ПАР ИСПУСКАЮЩЕМ)

В растерянности лучники: “Стрелять бы, так ведь нЕзашто”
Стоит со всеми вмести рус, и с места “лис” не порывается…
Бежать иль что ещё, и самому той дрянью снизу дышится.
Секунд чрез десять, мало кто остался там из татарвы стоять.
Попадали, как если от плодов тряхнуть под зиму грушицу.
Дыханье задержавши стражник расторопно к двЕри семенит.

Проём уж перед ним, но тут Степан, сорвавшись быстро с места,
В скулу ударом сбил с пути, да в угол косяка.
Потом за голову схватив, ещё раз саданул, да с треском…
Ей об косяк. Боец затихнувший, слёг кровью истекать.
Ещё один подручный* вдох сдержать старался как-то (ИЗ ПОМОГАВШИХ ЕМУ ХИМИЧИТЬ) (Стр №220)
Кинжал для обороны выставил, не помогла Дамаска сталь…
Против того, чей разум да инстинкты, прежде, обострились многократно.
Считал он нужным и приёмов, долго практикуя, довести задел.
Что сам же разрабатывал, для жизни, где брутальность силы аргументом…
Была надёжнейшим. С ним прав*, к досаде остальных, злодей. (КТО СИЛЬНЕЕ, ТОТ И ПРАВ)

В подобном мире, будет ли искусство боевое лишним.
То благо дело, что сам наделён умом изобретательным,
Рациональным, с представлениями, как суставы, кости, будут лучше…
Использованы, в соответствии с механикой и со стереометрией*. (ГЕОМЕТРИЯ ОБЪЁМНЫХ ТЕЛ)
Вот перехвачена с ножом, Степаном, кисть, поддев предплечье,
Сам с проворотом, поднырнул под руку, и легко вовне скрутил её.
Заваливался “болевым”* противник вкось, подобно параличным. (БОЛЕВЫМ ПРИЁМОМ)
Подошвой шею придавив, рывком сустав, он вырвал с треском, локтевой
Ногою топнув, перебил в том месте шейный позвоночник.
Заметил зреньем боковым, притвора как татарский, лук свой натянув
Стрелу пустил, не думал, что почтенейший, столь резв, отскочит,
Как у шайтана взгляд, когда к нему повёрнутый, сверкнёт из полутьмы.
Вскочивши, на дыхания задержке, метнулся, что есть мочи…

В проём дверной, и далее, крутою лестницей подъём наверх.
“Умно, дыханье задержал, и притворился спящим.”
“Хитрее оказался остальных, лисицей из пройдох”
Кинжал в руке Степана, но и не проблема, если спасшись…
Тревогу он поднимет. Удалялась цель, “Орёт, нихАй*” (ПУСКАЙ/ПУСТЬ)
“А мной в другом должна проявлена быть сильная поспешность.”

Сосуд, подобие расколотому со снотворным хлороформом,
Что также изготовлен напрочь глухо, без отверстий. (Стр №221)
О пОл со звоном ухнул, а в нём спрятанный, рулоном свёрнут,
Доспех кольчужный, нАручи и наголенники. “Быстрей набросить!”
Кольчуга без прорех, глаза под сетчатым переплетением, и рот там…
Под капюшоном, под сплошным, смотри через наборы* сЕти. (НАБРАННОЙ ИЗ РЯДОВ КОЛЕЧЕК)

Пока расходуется кислород, на случай сей, в подкожном слое связан…
В газогидратах, и по тканям он распределён,
Надеть кольчугу, наручи и пОножи, успел из “вазы”.
Накинул плащь поверх, обвешан кистенём, и с раскладным копьём.
Состав взял он, подобный сургучу, и нужный для запала взрыва,
Его плиту приставил ко столу, чтобы броском одним по ней…
Заставить сдетонировать и пар летуч, зажжённый после, в зале…
Гремучей смесью в воздухе стоял, чад от искры как надо полыхнёт.
Пары эфирные в задумке и служили основным зарядом.

Осуществляя план, он мыслью призывает лошадь верную.
Труп взялся кантовать, лежал со сломанными позвонками рядом.
Из крынки порошок ссыпал за отворот, за шиворот, разравнивал.
И спереди ещё изрядный слой, ему за пазуху запрятал.
Остался порошок и в тарах, и пО полу швырнул из таза веером.
“Нелишним оказалось, приготовить мне заранее в прок это.”

А труп подняв, легко как тряпошную куклу,
В наклонный жёлоб, да подальше кверху, запихал его.
В гроб нЫркнув, закрывая крышку плотно, кинул,
Монеткою по детонирующей корке, злато пулею…
Что брошено, её разбило, было видно вспышку мельком,

Когда захлопнулся гроб герметичный, (Стр №222)
Снаружи выглядящий, по старинке тёсанным.
Подогнаны в нём створки до микронов точно.
Пропитан смолами армирующими струг тисовый.
Достроены неровности на стыках методом три “D” печати.
С пазами, с фланцами, надёжно запирались стыки все.
Смеялся беклярбек над стариком: “Удумал ты пошастать…”
“Из гроба после смерти, если из железа петли* в створках есть” (КАК НА ДВЕРЯХ, ВОРОТАХ, СТАВНЯХ)

Вот, в полной темноте, Степан, взрыв переждав,
Выскакивает, мига не промедлив, обдаваем “брИзом” пыла.
Через кольчужное забрало брезжит ад.
“Надеюсь, здесь лежащих погубила бАротравма, и без боли”
“Нет злобы на алхимиков, устроились сопровождать орду,”
“Всяк место ищет потеплее, для прокорма в сей юдоли.”

Тем временем, с разбитых крынок порошок дымил.
На то и приготовленный, всё заполнял там чад жёлто-зелёный.
А тело с жёлоба метнуло как из пушки вдаль.
Под армяком его дымило, тоже тлея зелье.
След дымный описал поверх коньков крыш лёт.
В очередной вломился скат*, да в женскую светёлку залетает. (СКАТ КРЫШИ)

Татары по двору метались, взглядом проводив.
Коней напуганных с трудом угомонили.
И бросились, смотря, куда ведёт след дымный по дворам,
Покуда не развеялась его дуга, немедля.
Уверены, что улетел от господина див* или дракон. (СВЕРХЕСТЕСТВЕННОЕ СУЩЕСТВО В ВЕРОВАНИЯХ БЛИЖНЕГО ВОСТОКА И СРЕДНЕЙ АЗИИ, ЭТАКИЙ ДЕМОН.)
Который притворялся человеком. “Ну догоним, одолеем!”. (Стр №223)

Вот получается, что Стёпа не дышал минуты полных уж как две.
А дым густой, всё заволок внутри, валил наружу.
Ни зги не видно, представлял по памяти весь план, что, где,
Все направленья с расстояньями в уме он держит.
Не прибегал к эхолокации, помехи ведь от пелены, в чаду, идут.
С закрытыми глазами сиганул, в проём, на двор уж.
По жёлобу за трупом вслед, жаль на вспорхнуть, не полететь.

Но благо, дымная завеса с функцией слезоточивой.
Его буквально невидимкой сделала для стражи,
Что по двору мотались, распуская слюни да чихая.
Их кашель забивал со рвотой, не взглянуть, как режет* (ГЛАЗА РЕЖЕТ)
Двор пересёк, перемахнул забор с наскока, частокольный.
Назначена там встреча у него с кобылкою-подружкой.

С недоумением увидел, что идёт к нему кобыла с седоком.
В условленное время с местом, но ведь не одна.
Умела плохо в морок прятаться. Дня бела средь как ей…
По улицам идти бесхозной!? Этим удивит, не надо нам…
Устраивать переполоха БЛЕДНЫМ СМЕРТЬ-КОНЁМ.
Вот и попалась, как бы невзначай подводе. “Ох умна!”

Обрадовались отец с сыном на просёлочной дороге мимо топи,
Увидев ПОТЕРЯШКУ ценную, лишь жаль, что конь без сбруи.
Сын – пАрубок* лихой, сманил, суля калач, да прыгнул попой, (ПАРЕНЬ)
С телеги ей на спину, и держал руками клячу он за гриву.
И тут чрез лес та понесла вскачь паренька галопом.
Из виду скрылись в бездорожьи, крик отчий строгий зря был. (Стр №224)

Окольными путями восьмью вёрстами их “Сивка” в город принесла.
Старался обуздать, тянул за гриву, и бил пятками в бока.
Кобыла оглянулась, неестественны, и морда, и гребёнкою оскал.
И то, как развернула шею, прям лебёдка, иль бекас,
Но адское создание, произнесло не “Иго-го-го”, утробные слова:
“Сиди! Не дёргайся! Не то, я бОшку, парень, отделю в один укус!”

Так в город въехали степенно, он ни жив, ни мёртв,
Весь бледный, сердце бьётся как у зайца, льёт холодный пот.
К Степану вырулив по улицам, скомандовала та, не разжимая рта:
“Пошёл вон!” Парень соскочил, и звучен хлОпот удаленья пят…
По брёвнам мостовой. Скликать народ не сразу удосужился, ретив.
Ведь как слова тут подберёшь, по улицам ходила ДЬЯВОЛА НАПАСТЬ.

Но видно оказался паренёк рассказчиком толковым.
С рядов торговых, от товара, даже, отлучится убедил.
От высыпавших перед ним, разыскивал по улочкам путей окольных…
Степан верхом. “От тварей в этаком обличьи жди беды!”
Зловещий всадник, и рысак, “красив”, как апокалипсиса те бед кони.
Лица у всадника не видно за плетёнкой металлической, из под одежд…
Играющей на солнце, плащ неброский на доспеха блеск накинут. (ОТ СЕБЯ ЗАМЕЧУ, ЧТО ГОНЯСЬ ЗА ЭФФЕКТНОСТЬЮ И ЭСТЕТИЗМОМ, ГЕРОЙ СГЛУПИЛ, ДЕЛАЯ ДОСПЕХИ БЛЕСТЯЩИМИ, В ЕГО СЛУЧАЕ, КОГДА МОЖЕТ ПРИДЁТСЯ ПРЯТАТЬСЯ, ПРАКТИЧНЕЕ ЧЕРНЁННЫЕ, КАК НА НИНДЗЯ НЕ УВИДИШЬ БЛЕСТЯЩЕЙ АМУНИЦИИ.)

Орали люди вслед, трясли оглоблями и топорами.
Послать додумались к воротам пару верховых,
Предупредить дозор, что бдил там за порядком,
За сбором пошлин на товары, в город кто входил, (Стр №225)
Ч то дьявол сам, средь бела дня, забрёл из ада.
“По улицам гоняют люди и татары, Вы тут перекройте их! ЛадЫ!?”
Пока с сомнением соображали витязи, не бред ли это,
Не шутка ль наглая, от поворота в переулок с прытью “Дух” летел.
Прыжки семи саженные*, знать то не от природы кобылица, (МАЛАЯ САЖЕНЬ – 142СМ (ОКОЛО ТОГО))
А сверх естественная. То Перуна ль ветхих идолов ответ,
На поруганье их, иль Святовит ожИл, забытый на Руяне, на балтийском*. (НА БАЛТИКЕ, НА ОСТРОВЕ РУЯН (НЫНЕШНИЙ ГЕРМАНСКИЙ РУХЕН ИЛИ РУГЕН), У ПЛЕМЕНИ РУСОВ(ЭТНИЧЕСКАЯ ПРИНАДЛЕЖНОСТЬ ТУМАННА, ТО ЛИ СЛАВЯНЕ, ТО ЛИ СКАНДИНАВЫ) ИСПОВЕДОВАЛСЯ ЯЗЫЧЕСКИЙ КУЛЬТ БОГА СВЯТОВИТА, ПРИВЛЕКАВШИЙ ПАЛОМНИКОВ В ЕГО ХРАМ, ЗА ПОДНОШЕНИЯ, УЗНАТЬ СВОЁ БУДУЩЕЕ, ИЛИ ПОЛУЧИТЬ СОВЕТ, ПРИ ХРАМЕ КАК РАЗ ЖИЛИ СВЯЩЕННЫЕ КОБЫЛИЦЫ.)

Одни кресты нательные, несущимся, навстречу выставляли.
Кто направлял, из за щита, в грудь копья, Стёпке.
Кобыла подскочила в сторону, на стену, влево,
От частокола двух саженного, под самою грядой копыта сцепкой…
С наскока оттолкнулись, и поверх растерянных, настИльно* взмыла. (ХАРАКТЕРИСТИКА ТРАЕКТОРИИ)
Минуя наконечники, за спинами их ряда с лёта цокнув…
О брёвна мостовой, перед воротами, их створы схлопнуть не успели.

Толкали спешно с внешней стороны, но в исчезающую щель…
Успела проскочить с наездником нездешняя кобыла лихо.
Навстречу как назло разъезд* из рейда казначейства шёл.
На крики среагировали, и причин не зная шума, да переполоха,
И так понятно, что порядком напроказничал, то весть, из шельм.
Зря не погонятся, “поставлен здесь уже садок для перепёлки…”
“В который сам несётся, а у образины-то кольчужный, свитый, шлем.”

Навстречу всаднику, с колоны быстро развернулись веером,
Рассыпались по полю, словно с рыбаками невод, заходя в обхват. (Стр №226)
Из городских ворот татары резво ринулись, тем временем.
Меж ними маневрируя, он успевает, копья отводя с груди, сбивать,
Предплечьем в наруче, иль пикой раскладной поддев, парировал.
Телескопическая, да с сажень*, клинок из древка, в два собой локтя…
Прямой блестит, и древко из металла, доброго*, красивого. (КАЧЕСТВЕННОГО, ХОРОШЕГО)

Додумались колоть не в самого, а в лошадь, ведь вернее дело то.
И если стрелы сыпались, с него, в кобыле застревали, но снаружи свисли,
Копьё навстречу в грудь, вошло бы, да внутрь, вертелом.
Своё перехватив концу поближе, острым выводил окружности завесу,
Сбивая иль перерубая древки, что в “товарища” враги наметили.
Иной раз тыкал сам, иль в стороны по амплитуде режа, свистнет*. (КОПЬЁМ РАССЕКАЯ ВОЗДУХ)
Под шлемом проносилось лезвие, и бОшки прыгали от ихних тел.
“Что ж, действую не беспредельно я и в положеньи незавидном.”
“Такую смерть себе, а не чтоб вылезли кишки, на брани бы хотел.”
“Они-то взять не прочь для беклярбека и в полон живьём, за деньги,”
“Им пытками чтоб упиваться злым: “Кричи ты при варении в котле!””
“А мне полезней было б подрубать погони лошадям враз ноги.”
“Упав, заваливали б прочих, коли подвернулись, в сутолоке той.”
“Мне, и прагматику, то непотребно, не щадя терзать кто в иге…”
“И без того. Печально, что с рождения подвластным им стал конь.”

“А вот и я свою втянул “Каурку” в злые передряги.”
“По дружбе старой помогла, теперь самой живой уйти бы в поле.”
“С такою ношею наступит скоро сил её предел, порогом,”
“За коим или сердце разорвётся, или семенить* не сможет боле.” (БЕЖАТЬ)
“Живою трудно взять, но искромсают рОдной* топорами ноги,”
“ СудЯ: “Пусть будет люта смерть, коль не стреножена кобыла!””
“Ведь наказать бы сверхестественных уродин* им примерно надо.” (ОБОИХ, И ВСАДНИКА И ЛОШАДЬ.)

Подумывал копьё своё перехватить, поближе к острию,
Его направить в грудь, чтоб на скаку упёрлось землю древко задом.
Хоть и кольчугу мне плазмоид некогда не из железа смастерил,
Копья клинок пройдёт как в масло, звеньев дуги разрывая.
Он тонок и остёр, ещё активно дрожью лезвия сам истирал…
Под ним металлы, с частотой не мыслимой звеня, их за один миг в брызги,
Касаньем наконечник, порождал, скользнув, снопы как от кресал*. (КРЕСАЛОМ ИСКРЫ ВЫСЕКАЮТ)
В полях* вибрируя, висел, вонзить и в наковальню мог бы в кузне. (ТИПА ЭЛЕКТРОМАГНИТНЫХ.)

При истощении энергии он просто в древке зажимался намертво,
Но и таким превосходил функционал клинков Дамасских.
С копьём я соскочу, упрусь в дёрн, и как ёж* свисаю с вертела. (С НЕСКОЛЬКО ВОГНУТОЙ ГРУДЬЮ, “ЛАПКИ” ВПЕРЁД СВЕСИЛИСЬ)
А лошадь хоть устала подо мной, но налегке, удАлей всяко…
Их скакунов, и рысью удерёт, путь перережут супостаты вряд ли ей,
Способна и перемахнуть, коль на дороге перед нею всадник.

В той суматохе взглядом выделил он аномалию,
Шугались кони, кто-то падал, подминая всадника,
На поле появился кто не явный, идя к ним с кобылою,
Быстрей джигитов, подлетал, невидим и средь дня ни кем.
Лишь кони чуяли, да на равнине клубы пыльные
Пред кем-то расступались, этот демон не стригой,
Упырь пожаловал на пир, покинуть гроб не лень ему.

Метнувшись между всадников зигзагами,
Прыжок Степану в бок он сходу устремил,
В полёте проявлялась невидимка та загранная. (Стр №228)
Рождая ужас у бывалых в схватках, строевых.
Не ждали таковых союзников ордынцы в партии разыгранной.
Степана снёс с кобылы, и ту в сторону свалил.

Грудная клетка затрещала, не оторвалась и голова от тела чуть его,
И не уверен, в том, что органы внутри не посрывались с мест,
Когда ударило то тело, и по траектории отправив баллистической.
С ним вместе рухнуло, саженях в трёх, упырь над сваленным навис.
Пробрал враз ужас, ведь такого не представить было Стёпе давеча.
Мужик по форме, без одёжи, как не свежий труп, он сиво-синий* весь. (СИВЫЙ – СЕРЫЙ)
Без разложения следов, лишь по нему разводы трупных пятен сизо-чёрные.

Твёрд словно из морённой дуба древесины истукан.
Черты лица хоть и суровы, но обыденно людские,
С мужицкой бородой, и словно пот смолой стекал.
Но не естественное что-то в лике тёмном выдавалась, коим…
На фоне неприглядных типов свальных в сутолоке кабака,
Он выделялся бы, и распугал бы публику там, что видала всяка много,
Хоть сами злыдни ещё те, для остальных столь лютые, в бегах*. (В РОЗЫСКЕ)

Рыча, упырь к земле прижал грудь Стёпы пятернёю,
Был день, но лика мрачного во глубине мерцали как СелЕна* зенки. (ЛУНА)
Шипенье с дымом и огнём, жар под рукою, кисть одёрнул с воем,
Вскочил, рука с коленом тлели горячо как марганцовокислый калий.
Касание с кольчугой обожгло, а кистенёво для удара било, звенья…
Его цепи, все из металла что горит, оказывается, его касаясь.
Для сверх-естественной сей твари с болью, знАмо.

Вскочив, схватил немедля из за пояса, похожее на жезл магистра. (Стр №229)
Где цепь заправлена вся в рукоять, и закреплено било в стыке.
Замочком щёлкнул, описуя полукружье, и наружу лязгнув, быстро,
Цепь вылетела силой центробежной, словно с катапульты иль баллисты.
Кручньем било, попетляв с жужжанием, обескуражив злыдня, в ступор,
В виске его, остановило сложной траектории кульбиты, глухо стукнув.

Удар, что человеку бы прошил на вылет два виска,
Не произвёл ошеломления, хоть и утопла “звёздочка”* на половину. (БИЛО В ШИПИКАХ)
Махнул упырь рукой вовне, как крУжит подле надоедливый москит.
Цепь лопнула, искря, металл как лазерным лучом был переплавлен.
От цЕпи на предплечьи у него ожог тлел, ну а било над скулой…
Огнём обрамлено, такое пекло, в горне кузни получить, не просто было.

Он выдернул из головы, с горящих пальцев било в ноги бросил.
То покатилось меж сухой травы осенней…
В каленьи белом, грунт шипел, как и на листьях и былинках росы.
След оставался палом, принимался хворост с сеном.
Стегнул, обрывком жалким цепи, захлестнуло половинку торса.
Одёрнул сразу, раскалённая, приметил, что в реакцию вступает сильно.
Чем при касаньи первом, посильней, палИт его сторИцей.
Цепочкою за шею обовьёт, как под серпом “кочан капусты” снимет.

И хоть не медлил действовать нисколько,
Мах следующий перешиб упырь, чуть не сломав предплечье.
Движенье упредил, и смял дистанцию наскоком.
Захлёст снаружи внутрь, ребром ладони левой встречен,
По нАручу ударив, выбил из десницы цепку с палкой.
И той же* на противоходе вдарил по ланите*, лапу скрючив… (ТОЙ ЖЕ РУКОЙ, ПО ЩЕКЕ)
Когтистую, в ней словно из металла цельны пальцы. (Стр №230)

Взмахнув конечностями на подобии соломенно-тряпичной куклы,
Степан саженях в двух упал от места, где стоял.
Когтями упыря забрало продрано, вися теперь кольчужным клОком.
Разбиты чувствуется лицевые кости, вдрызг скула.
Кровь побежала селем тёплым по плечу, одежды складкам.
За поединком смотрят всадники, им Стёпа – враг заклят.
Но ненавистен и упырь, не прочь их тоже съесть украдкой.
“Что может сделать беклярбек? Остепенит ли, поругав слегка?”
Боится своего союзника причём, и держит ненасытного не крепко.
Кто у кого в служеньи состоит? А только тот упырь его сильней.

Кобыла на дыбы за упырем встав, на главу обрушила копыта,
Двойной удар стук произвёл, как по кедровому стволу.
Он отмахнулся, и ногИ передней голень у лошадки перебита,
Болталась, та отпрянула, второй удар пред горлом просвистел.
Степана взгляд копьё нашёл, что подле обронил тут.
В броске схватил, и мысленно при этом передал кобыле весть,
Как сможет, уходить к реке, ей далее при нём не место.
Помочь ему уже нельзя, сама пройдёт на глубине отсель.

Во вспышках, от касанья, отбивал упырь все выпады копья.
Аж на запястьях кряжистых местами оголились кости.
Татары чаяли, что их избавит от “несносного” батыр в бою.
Такой исход желанен, да и сам он будет обессилил, кстати.
“В прореху на кольчуге у лица стрельнуть вперёд других поспей,”
“И вот тебе почёт, на пире будешь славным гостем.”
“Не осерчает господин, что не пленён, раз одолел и упыря, пострел,”
“Такого не реально взять живым, пытаясь так совсем упустим.” (Стр №231)

Не получалось так, упырь, одолевает в схватке.
Обычно он не бьёт врагов и не толкает даром,
Зачем отбрасывать еду? Поболее ему от ловли толку всё тки.
Но здесь как удержать? Горение, как только тронет.
Копьё парирует, и лупит, отлетает Стёпка.
Хоть вскаивает, но уже трудней, скопились травмы.

И упырю, на счастье, он живым, и на мучения не нужен,
Когда уже не в силах встать, тот взглядом изподлобия наметил,
Кровавое лицо, оно от сеточки обнажено кольчужной.
Бросок, с разинутою пастью, выгрызет, чуть подпалив себе ланиты.
Застыл упырь, над Стёпой, что-то неподвижен, но что ждёт он?
Взгляд устремил поверх, угрозу чует, плавно с неба латник…
Спускается поодаль, только стати, читаются обводы, чисто женской.

Доспех, как зОлотом сверкающий, подогнан по фигуре.
Шлем со сплошным, таким же золотым забралом.
Меж всадников гарцующих, испуган говор,
Похоже, знают, в схватке сладить будет не реально,
Их пересуды о какой-то, владычице Сибири древней.
Жестокой бабе золотой, она и сил даёт орде правленью.

Но не устроило, опасливых их, просто в стороне держаться.
Как будто, будет та гонятся за любым из них,
Все врассыпную кинулись, не в створы даже городские.
Загнать себя в ловушку, было б не умно,
А предпочли из видА, в рассыпную, да подальше где-то скрыться.
На гОрода стенАх, попрятались в раз любопытные с бойниц. (Стр №232)

Упырь взревел: “Я в прошлый раз тебя одолевал!”
“Не помнишь!? Сама спаслась на силу бегством,”
“Чего забыла здесь!? В Сибири твой удел не мал.”
“Второй раз за, последний год, явилась баба в гости!”
“До этого столетие не выходила вдаль!”
“Какие могут здесь манить особые богатства!?”

Ответа не было, пошла вперёд с мечом как ость прямым,
А над плечами, пялились вперёд с них, тУеса два сиднем.
Упырь пошёл навстречу, и стопой примял…
Степана грудь, так мимоходом, вдарил от досады,
Потом пинком, отбросил словно сноп, переломав.
Тут с одного из туесов, луч, видимый на конденсате,
В осеннем воздухе, шагов со ста, упёрся в упыря “клинком”.
С гореньем жарким, где скользнул, и тихим от касанья свистом.

Он руки пред собой, как зщищаючись, скрестил.
Вокруг него, топорщилось и дыбилось пространство.
В него завёрнутый, укрыт как шалью от луча, или коростою стекла.
Луч долетая, извивался, и дробился, прям аркана тросом.
Во диво, свет не прям, а пляшет, тонкие рябин кося с стволы.
Что вдоль дороги порослИ, буравя, в грунте канув, и теряясь.

Вот рябью луч пошёл назад, и не дойдя до упыря,
Наплечный туес, бабы золотой, взорвался снопом искр.
“Так было в прошлый раз, и все потуги и попытки зря,”
“Я рушу “магию” твою, своим присутствием, смирись.”
“Сейчас уже не отпущу! Что у тебя там в “котелке”? Сгорит!” (Стр №233)
Метнулся, к ней навстречу потрусИв. “Тут в самый раз…”
“Закончить мне с тобой”, поднял ладони он когтистых рук.

Воздействия, не видно было, но её, корёжа, подкосило.
Вот уж над нею скрюченной, упырь как бы колдует.
“Но что-то я не чувствую тебя, твою, как прежде, силу?”
Направила последний туес, чуть привстав, и пыли облако как дунет,
С хлопком и вспышкой из него, к его притягиваясь коже, оседало,
Та пыль, металл такой же, как в оружии Степана, обволокнут демон.
Горит как в горне под мехами, и меч что тоже не из стали…
В грудь вогнала по рукоять, и был повален тот непобедимый.
Пока меч прогорал, в груди дыру тем жжением оставил.
Скукожился как сухофрукт, рассыпался трухою в тленьи под ногою.

К Степану подошла, он смог привстать, на руку оперевшись.
Подковыляла, ждавшая чуть в стороне, лошадка, хоть трёхнога.
Зеркальность разошлась забрала, и знакомая предстала внешность.
Его подруга, хоть и поздновато, но пришла с подмогой.
“Нууу, как поспела*. От плазмоида узнав, что вы за стены вышли,” (С ИНТОНАЦИЕЙ ОПРАВДАНИЯ)
“Из далека увидел, к упырю приблизится ещё, не мог он.”

“Нет, не со мной тогда упырь встречался, сладив.”
“Та баба золотая из Сибири, инкарнация шаманки,”
“Что помогала, нашего пришельца земляку, облечься плотью.”
“Сам он обличье взял огромной, чёрной, кошки некой.”
“Она* же плоти слабостей вкусивши, предпочла по полной,” (ШАМАНКА)
“В металле быть изваенной, жила чтоб в чипе и её душа навеки.”

“Что технологии не терпят упыря, конечно же прознала,” (Стр №234)
“Надеясь, что врага такого, просто не подпустит близко.”
“Оружьем дальнобойным иссечёт, к чему и нужен лазер.”
“Вот только не учла, что даже свет его подвластен козням.”
“Вот если бы протонный, после лишь сражения узнала,”
“Что высОкоэнергитический поток, не в силах исказить он.”
“Не вольно мне тогда помог упырь, невежу разыграли,”
“В игру его привлёк, мной неожиданный совсем союзник.”

“Мой мозг преображённый, заработал с полной силою когда,”
“Приняв из камня и переварив способности и знания существ,”
“Запеленгован был, той кошкой, хоть и далеко сибирская тайга.”
“Мне не понять и просветлённой будучи, зачем им здесь мешать…”
“Своим сородичам обосноваться, но не поленилась киска та, придя,”
“По душу, по мою, с помощницей, в Джумчи улус, чтоб тут,”
“Со мной расправится, пока покоилась я склепе, в пору то.”

“Оказывается, ум карликов благоволил мне, как богине,”
“Верней меня готовили на эту роль, в царицы прочили себе.”
“Подрывши норы под землёю к, над ковчегом, кокону-могиле,”
“Со мной делись знаньями телепатически, и в прочем подсобив.”
“Весь ход игры продумать с резиденции баскака, аж, они могли ли?”
“Или потом потенциал приметили, о причинённом мной забыв.”

Проведали о приближении опасности ко мне.
И не уверенные толком, ни в себе, ни в наверху несли что стражу,
Которая не знала о помощниках, о новой свите в глубине.
Призвали упыря, сказавши о вторженьи силы чуждой.
Крыс первый, пару их незваных встретил, дал бой им.
Расправилась с ним кошка жИво*, и не насылая чары даже. (БЫСТРО/ПРОВОРНО)

Физически была сильнее и проворней, горло разорвав.
Процессор в виде камня драгоценного, округлого,
В котором прИбыл визитёр, уж прямо в кости ей врос в лоб.
Давая силу с интеллектом, с мозгом на ряду, для киборга.
А спутница не из органики и вовсе, хоть ей прозапАс и был.
На вотчине её, набор на выбор тел, в которые карга могла…
Вселяться из машины, ведь нужна чтоб порезвится плоть.

Для мисси предпочитала из металла АВАТАР.
Без слабостей биологических, машину боевую.
С усмешкой внутреннею вспоминая, как немощна бывала в стара.
Когда Манкурт путь преградил, им, ищущим не наобум, а внемля…
Флюидам от меня, когда ещё я не могла восстать.
Встав надо мной, могли направить лазер прямо в землю.

Та механическая баба золотая кошку отстранила.
Как не ловкА, не гоже шкурой ей на меч зазря переть.
Сама могла бы лазером разить, он будет скошен быстро, милый.
Ты видел сам, боясь такого от меня, попряталась вся рать.
“Машина” пожелала поиграть как с мышкою, и остротА металла…
В руке Манкурта механизма оболочку не попортит, силясь зря.

Игры лишь ради, уходила от клинка ударов.
Круша Манкурта лишь конечностями в жёстких контратаках.
Вот на последнем издыханьи, на колено припадая,
Не в силах встать, меч выбит, силою и скорость повержен тактик.
Но и рассудочный потенциал его превосходил, накопленный в ПермИ той бабой.
Вкусить плоть, кошки уступает: “Пустит пусть в живое когти.” (Стр №236)

Тут демоны потусторонние, которых ПОЛУМЁРТВЫЙ так давно дразнил,
Чрез щель в смерть приоткрытую от зелья у баскака,
Почуяли сквозняк, сильнейшие лишь за приотворённой дверцею в грызне…
Толпились, и сейчас, когда и вправду смерть взяла, сквозняк как…
Их вынес в мир наш. Кто-то на челе зверином* “лабиринт” заняв… (КОШКИ, КОТОРАЯ МАНКУРТА В ЭТОТ МОМЕНТ ТЕРЗАЛА)
Обосновался в “камне”, “альтер эго” кошки.
Безумная, она каталась по земле, как под атакой ос.
К недоумению товарки: “Как так вышло?”
“Что СУПЕРРАЗУМ ей не отвечает, только завывание да треск.”
От давешней союзницы, телепатические слышно.
Взъерошенная встала, и не отзываясь скрылась в лес.

Преследовать безумную бы, но не отзовётся,
А тут ещё неладное, моз кристаллический самой сбоит.
Упырь пришёл, чужачку изгонять из места,
Которое угодьями своими почитал он испокону лет.
Пыталась лазером из далека кромсать, всё четно.
Ему подвластен свет, он генератор на её плече спалил.
Сама насилу скрылась от коварных излучений,
От рук идущих упыря, они чуть чипы не спекли.

“Подобный рОбота броне, мне аддитивно* вырастил “ковчег”,” (КАК НА ТРИ “D” ПРИНТЕРЕ)
“Как и оружие сварганил, какое я сочла удачным.”
“От микросхем я не завишу, сделать излученье упыря не в силах ничего.”
“С животными мозгами, только налетевши соколом на “дичь” он…”
“Порвёт живого, вот и пригодилась мне смекалка, чУди дар.” (Стр №237)
“А ты, я вижу, лезть в дела людские, прежним опытом, нисколько не отучен” (КОНЕЦ ЕЁ МЫСЛЕННОГО ПОВЕСТВОВАНИЯ)

“Всё, больше мне совершать на старости ошибок, будет* всяких” (ДОВОЛЬНО/ДОСТАТОЧНО/ХВАТИТ)
“Оторванные органы сочатся кровью, щепы в них костей.”
“Наверно, ногу перебитую, себе ещё и вырастит лошадка, я надеюсь.”
“А мне не оклематься, уж и выше не привстать. Прости.” (КОНЕЦ ЕГО СЛОВ)
“Зато летать я научилась, быстро и без помощи дивайсов.”
“Когда понятны мироздания основы, свойства обрести…”
“Дано, за рамки заданные, выходящие, до высей.”

“Хотя расширен у меня теперь и арсенал устройств,”
“На силы внутренние больше полагаюсь, и тебя могу подправить.” (КОНЕЦ ЕЁ СЛОВ)
“Нет, всё! Утратил волю к жизни, как-то разом стар я стал.”
“Жаль, что твоё оружье вдрызг разбит, мигом бы я был пропорот светом*” (ЛАЗЕРОМ, ДАЛЕЕ ЕЁ СЛОВА)
“Что ж, чувствую, в решеньи утвердился, сбросит “остов” свой.”

“Вот прихватила, для сраженья, из твоих запасов что-то,”
Цилиндр незамысловатый со взрывчаткою,
Был на держателе магнитном закреплён за поясницей.
Он дар приняв, за пазуху, в прореху на кольчуге тыкает.
Удар по фитилю, и “баба золотая” скрылась в пелене синицею,
В портал разверстый залетев, “пичуга латная”.
Трёхногий конь бежал к реке, полно там места “нечисти”

Чуть осмелевши, возвращались всадники к лежащему ничком.
Когда взрыв мощный, снова перепуганных их по округе разогнал.
Потом, в полях, нет, нет, да и находятся кольчужные шмоткИ. (Стр №238)
Но не из стали, их металл прочней намного и не тронуть рже его.
На океанском дне далёком, в окружении кромешной тьмы,
Те образы отчётливые наблюдал как партию в воображаемой игре,
Моллюск головоногий, Кракен жуткий, и притом шалун-дитё…
Откладывает как солдатиков, самостоятельно в миру пусть поживёт герой.

“А это что за аномалии? Всех прочих интересней.”
“Пантера чёрная, была вместилищем космического гостя,”
“Сейчас его изрядно потеснили черти преисподней,”
“Что ждать от симбиоза этого, не ясно мне, что и к чему, покамест,”
Заинтригованный подумал осьминог, в чертогах своих донных.
А это интересно, подошла к манкурту, навзничь упокоясь,
В разверстых ранах, но он не обглодан, словно горечь не съедобна,
Он пАдальщиков не привлёк, почти, что ночь спускалась.

Над ним пантера встала, без движений, ворожа умом,
Затягивались раны, от её же давешних когтей,
Сейчас она уже другое что-то, только тело прежнее её.
Восстал мертвец, и словно в душу чудом поглядел,
За ним же наблюдающему. Он очи вперив, ужаснул.
В далёком океане, думавшего, что он идеал,
Над миром властный щупальцами, прочих он в вертепе режиссёр,
А то игру пустил на самотёк, коли осточертеет мир людей.
В программу вшитые ограниченья, в нём пределы положИли снам…
По интересности. Людей всё в стычки тянет, норов лют,
Пусть таковой, у меньшинства, те деятельные, навяжут остальным.
То всё заезженные драмы, на сценический театр ровен взгляд,
Страдания людские уж скучны, для “зрителя”, зевает осьминог.
А вот исчадьям не от мира, что из ряда вон, моллюск и рад, (Стр №239)
Интригу те привносят, кто так иль Иначе, за рамки выйти смог.
А вот ещё крыса, уже геном отредактирован её, несла приплод.
Бессмысленность сраженья с парой видя, в дебри сиганёт.
Свою спасая жизнь с дитём, так интригует перспектива, если посудить.

А так же интересен, на дне таящемуся, техники прогресс,
Но люди, пока мало чем, способны удивить.
Он помнит мир свой прежний, там, за рамки грёз…
Ушло развитие, и привело его чрез космос, в бездну вот, сюда.
В слиянье с монстром глубины, чей на поверку интеллект не прост,
Пришельцу чрез него непредставимые способности даны.

(Законченно 27. 09. 2022ого)








Голосование:

Суммарный балл: 0
Проголосовало пользователей: 0

Балл суточного голосования: 0
Проголосовало пользователей: 0

Голосовать могут только зарегистрированные пользователи

Вас также могут заинтересовать работы:



Отзывы:



Нет отзывов

Оставлять отзывы могут только зарегистрированные пользователи
Логин
Пароль

Регистрация
Забыли пароль?


Трибуна сайта

105
ПРИГЛАШАЕМ НА ПРЕМЬЕРУ! С ДНЕМ МАТЕРИ!

Присоединяйтесь 




Наш рупор

 
Оставьте своё объявление, воспользовавшись услугой "Наш рупор"

Присоединяйтесь 





© 2009 - 2022 www.neizvestniy-geniy.ru         Карта сайта

Яндекс.Метрика
Реклама на нашем сайте

Мы в соц. сетях —  ВКонтакте Одноклассники Livejournal

Разработка web-сайта — Веб-студия BondSoft