16+
Лайт-версия сайта

Хорошо, когда нас ждут

Литература / Повесть / Хорошо, когда нас ждут
Просмотр работы:
04 ноября ’2020   09:33
Просмотров: 627

***
В доме было тепло. Я смотрел в замёрзшее окно и думал о надвигающейся зиме. На моём столе лежала раскрытая книга с уже пожелтевшими и немного запачканными листами. Я пил крепкий чай и пытался дочитать необходимый мне материал. Однако в голову, кроме мыслей о зиме и снеге, ничего не шло.

Взял книгу в руки и полистал. Неожиданно на стол упала небольшая фотография, на которой был я. Фото было сделано лет пять тому назад. Требовали на работе. На снимке я был хмурый, немного сутулый и задумчивый. Помню, приболел тогда. Овальное лицо казалось слишком бледным и продолговатым, а большие карие глаза печальными. Но в целом я нисколько не изменился. Всё такой же кудрявый с широким лбом, немного курносым носом и пухлыми губами. Я вздохнул и положил фото обратно. Оно напомнило мне о прошлой жизни.
Так вышло, что моя биологическая мать с юных лет увлеклась пьянством. Ребёнком я был незапланированным, поэтому она быстро отдала меня в детский дом. Отца своего до сих пор не знаю.

В детском доме я прожил три года, после опеку надо мной взяла Антипова Антонина Васильевна, которую я и считаю настоящей матерью. На тот момент ей было около сорока. Сумев договориться с соцопекой, она забрала меня к себе в деревню. То время я помню смутно, но Антонина Васильевна рассказывала мне, что она сразу нашла ко мне подход. Вскоре я стал называть её мамой.
Мама держала хозяйство и торговала мясом на городском рынке. Поэтому каждое утро она оставляла меня за главного, а сама ехала работать. Она так и не вышла замуж. Говорила, что не нашёлся тот самый.

Теперь же всё изменилось: скотину мы не держали уже давно, а в огороде я сажал только картошку.

В нашем доме было три комнаты: кухня, зал и спальня. С детства спальня была в полном моём распоряжении. Это был мой уголок, где я мог побыть наедине с собой и своими мыслями. Ведь творческому человеку необходима тишина и личное пространство. К маме же всегда приходили гости: соседки, подруги, старые знакомые, в деревне её все знали, уважали и любили.

Я вздохнул, поднялся со своего места и направился в коридор. По привычке глянул в зеркало и провёл рукой по непослушным каштановым волосам. Набросил на себя шубу, надел шапку и, нырнув в валенки, вышел на улицу.
Снег кружился юлой, и этот лихой вихрь будто мечтал унести куда-то далеко... Я зашагал по деревне, оставляя за собой следы на снегу. Белый ковёр слегка поскрипывал подо мной. На тёмном небе полумесяц светился как-то тускло и уныло.

Я зачем-то считал свои шаги и глядел на искрящийся снег, освещённый фонарём. Задумался об одиночестве, которое было одновременно моим наслаждением и проклятием.
Так бродил около часа, пока не замёрз. Вернувшись, я подогрел чайник и вдоволь напился горячего чая. Голова моя просветлела, захотелось снова читать, и я взялся за книгу. Снег продолжал кружиться за окном, а в моей голове родилась отличная идея для создания нового сюжета. Дочитав материал в книге, я открыл свою тетрадь и стал трудиться.
По профессии я — писатель. Пишу рассказы для детей и веду небольшие колонки в газете «Родники». Именно поэтому я стараюсь много читать. Чтение учит мыслить и помогает мне в работе. Почти каждый день езжу в город, в редакцию, и возвращаюсь поздно вечером. Так было и в тот день. Я вернулся поздно, зайдя в дом, я увидел маму, которая сидела, как обычно, около окна в своём большом кресле-качалке и глядела вдаль.

— Здравствуй, сынок! — воскликнула она, и в её глазах засиял тёплый огонёк.

Я обнял маму и погладил по седым волосам, затем включил чайник, наполнил небольшую кастрюлю водой и поставил греться.
На полу около плиты лежал серый мешок с картошкой, которую я принялся чистить. Справившись с картошкой, я набрал воды в небольшой сотейник — собирался варить сосиски. Когда всё было готово, я разложил ужин по тарелкам, налил чай в кружки и придвинул стол поближе к матери.
Моя мама двигалась мало, болели ноги и спина, зато собеседником она всегда была очень интересным. Память не покинула её, мама спокойно рассказывала интересные истории из своей жизни. Когда я был на работе, она вышивала красивые узоры на платках, которые потом продавала деревенским, пряла, читала и выращивала комнатные растения.
Она и в свои восемьдесят лет была красивой. Каждая морщинка говорила о её большом жизненном опыте, седые волосы водопадом спускались на большую грудь, порой я помогал маме собрать их в толстую косу. Мне нравились мамины тёмно-карие глаза, в которых не угас огонёк доброты. Она постоянно щурилась и почти не видела без очков. От природы крепкая и немного пухлая, она любила носить широкие длинные расписные сарафаны, которые придавали её тёмной коже золотистый оттенок. Порой я пересматривал старые фотографии, на которых маме было от силы лет двадцать пять. Я искренне любовался ею. И сейчас она казалась мне даже ещё красивее, чем раньше, ведь мудрость красит человека.
— Давай поедим, мам, — проговорил я.
Она посмотрела на меня, кивнула и, взяв ложку, принялась есть. Я улыбнулся.
На столе я увидел большую новую вазу с фруктами и конфетами.

— Тётя Катя заходила. У неё внук родился, поделилась радостью.

За ужином мама вспоминала, как они вместе с той самой тётей Катей ездили в гости в соседнюю деревню. Мама помнила всё до мелочей. Рассказывая, она живо улыбалась, и мне казалось, будто в тот момент она перенеслась в свою молодость, такой яркий был её рассказ.

После ужина мама взяла вышивку, включила телевизор и принялась смотреть сериалы, а я пошёл топить баню. На улице разыгралась зима, и мороз заметно щипал нос и щёки. Я любил делать все дела, когда надвигалась ночь, это придавало моему существованию некий тайный смысл.
В отличие от мамы, скотину я никогда не держал, мысли не возникало завести даже собственную собаку. Всё не решался брать на себя ответственность. Ведь приручить кого-то — это дать обещание любить и заботиться. А я трусил. Всегда боялся провалиться, случайно не сдержав обещания, именно поэтому никогда и ничего не обещал.

— У вас банька сегодня, Николай Семёнович! — услышал я звонкий голос проходящей мимо соседки.

— Здравствуйте! Да вот… погреться захотелось.
Соседка улыбнулась. Румянец покрывал её щёки, а глаза блестели. При свете фонаря она показалась мне таинственной.
— Как Антонина Васильевна?
— Хорошо, спасибо.
— Зайду завтра к ней на чай.
Соседка ушла, а я продолжил топить баню.

***
Проснулся я часов в десять — скулил пёс. В голове моментально промелькнула мысль о том, что собаки у нас уже давно нет.
Тогда я подумал, что наверняка соседская. Однако я отчётливо слышал, что вой доносился из-за двери. Я встал и нехотя поплёлся узнавать, что за непрошеный гость пожаловал ко мне. Действительно, на пороге оказалась небольшая светло-рыжая дворняга. Пёс смотрел грустными тёмными глазами и жалобно скулил. Худой, облезлый, лапы все в снегу…
— Ну, чего скулишь? — спросил я.
Пёс поджал под себя задние лапы и опустил мордочку вниз. Мне стало жаль его, и я вынес ему пару остававшихся сосисок.

— Покушай, брат.

Тот радостно завилял хвостом и принялся поглощать сосиски. Я усмехнулся. Он мне сразу понравился.
Справившись с сосисками, пёс мирно разлёгся на ступеньках.

— Откуда же ты такой взялся? — развёл я руками. — Потерялся?

Пёс продолжал смотреть на меня. Этот преданный, добрый и непоколебимый взгляд заставил меня растеряться. Я не решался впустить пса в дом и стоял в одних шортах на пороге. Чувствовался утренний морозец, и за короткое время я порядком озяб.
Зазвонил телефон. Я вернулся в дом и взял трубку. Звонил коллега по работе и просил приехать помочь. Мне пришлось мигом собраться и бежать на электричку. Пёс остался лежать на ступеньках…



***
Вернулся я поздно. Пёс по-прежнему лежал на том же месте. При виде меня он радостно залаял и принялся вилять хвостом. Мне стало приятно. Пёс так радовался моему приходу, что я потрепал его шёрстку и впустил в дом.
— Он с самого утра тебя ждёт, — проговорила мама. — Я кормила его, звала в дом, а он, паршивец, не зашёл.

Я улыбнулся и ушёл спать в свою комнату. Мне нравилось проводить время в одиночестве, но сегодня я был не один. Пёс преданно стерёг мой сон.

На следующий день я решил узнать, может, собака принадлежала кому-то из деревенских, но все видели пса впервые.
Прошла неделя, и каждое утро, просыпаясь, я хотел прогнать пса, но не мог. Когда я возвращался из города, он бежал мне навстречу, заливисто лая и радуясь моему приходу. Он слышал и узнавал мои шаги, когда я только заворачивал на нашу улицу.
Я назвал его Другом. Такое странное и непонятное имя — Друг. Да, я стал считать своего пса другом. Возможно, это было из-за того, что у меня никогда не было друзей и порой мне не хватало родственной души. Конечно, мама всегда понимала меня и была самым лучшим другом, но мне всё-таки хотелось чего-то ещё... Часто, подолгу сидя в своей комнате, я начинал чувствовать одиночество и тут же выходил в зал к маме.

Вместе с псом мы готовили, гуляли по деревне и смотрели на ночное небо, он ходил за мной по пятам. И лишь иногда немного жалобно скулил, словно боялся, что я прогоню его. Один раз я накричал на него. В тот день я очень устал и хотел спать, но пёс тянул меня на прогулку, вцепился в мою штанину и скулил, тогда я разозлился и прикрикнул на него. Пёс опустил мордочку, поджал уши и лапы, спрятал чёрный нос и вообще весь как-то сжался и затих. Я остыл и позвал его. Да, он стал откликаться на Друга. Пёс подпрыгнул и пулей принёсся ко мне. Я извинился и почесал ему за ухом. Пришлось поддаться и пойти на прогулку.
Бывало, я читал ему свои рассказы и заметки, он внимательно слушал, застыв на месте. Пёс понимал меня, и за короткое время мы очень привязались друг к другу.
Мама говорила, что в моё отсутствие пёс всегда находится рядом с ней, охраняет.

***

Как-то раз я опаздывал утром на работу, поздно проснулся. Бывает… Сова всё-таки.
Пса оставил на улице, на крыльце. Закрыл дверь, ведущую в дом, и прикрыл небольшую калиточку. Соседские ребятишки залили горку, и ледяная дорожка пересекала мой путь. Я улыбнулся и спокойной пошёл прямо. Но мои ноги не захотели меня слушаться, и, поскользнувшись, я упал, сильно ударившись рукой. От резкой боли в локте я закряхтел. Послышался лай, пронзительный заливистый лай моего пса. Он бежал мне навстречу. Мой друг. Дорогой и верный. Мне стало стыдно за то, что я когда-то хотел прогнать его.

Пёс вцепился зубами в мою старую и немного потрёпанную шубу и принялся тянуть, пытаясь поднять меня. Я засмеялся, потёр ушибленный локоть и встал. Рукой я мог шевелить спокойно, а значит, волноваться не стоило. Синяк, конечно, будет, но, как говорится, до свадьбы заживёт!
Пёс грустными глазами глядел на меня, тревожился, затем стал ласкаться и скулить. Он лизнул мои большие руки и засопел.
— Перепугался ты за меня, Друг! — воскликнул я и принялся гладить собаку. Друг встал на задние лапы, запыхтел и обнял меня передними.

— Друг, Друг! Настоящий друг!

На работу я всё-таки опоздал, но пришёл счастливый, в расстёгнутой шубе и с улыбкой на лице. Редакция давно меня таким не видела.
— Жениться надумал? Давно пора! — шутили коллеги.

Я смеялся, но ничего не говорил. После работы зашёл в магазин, накупил целую кучу еды: себе, маме и Другу. Медленно шёл снег. Я торопился на последнюю электричку, зная, что дома меня ждут…










Голосование:

Суммарный балл: 0
Проголосовало пользователей: 0

Балл суточного голосования: 0
Проголосовало пользователей: 0

Голосовать могут только зарегистрированные пользователи

Вас также могут заинтересовать работы:



Отзывы:


Оставлен: 04 ноября ’2020   09:55
Интересное повествование     
62On-line

Оставлен: 07 ноября ’2020   22:44
Спасибо!



Оставлять отзывы могут только зарегистрированные пользователи
Логин
Пароль

Регистрация
Забыли пароль?


Трибуна сайта

Я счастлив тем, что жил я, как умел

Присоединяйтесь 




Наш рупор

 
КОНКУРСЕ
«СОВРЕМЕННЫЙ РОМАНС»!

ЛЮБОВЬ ТОЛКАЛИНА

«НЕ ГОВОРИ»

https://www.neizvestniy-geniy.ru/cat/music/sovremenniy_romans/2230788.html?author


Присоединяйтесь 







© 2009 - 2021 www.neizvestniy-geniy.ru         Карта сайта

Яндекс.Метрика
Реклама на нашем сайте

Мы в соц. сетях —  FaceBook ВКонтакте Twitter Одноклассники Инстаграм Livejournal

Разработка web-сайта — Веб-студия BondSoft