Пред.
![Перейти к предыдущей работе Перейти к предыдущей работе](/images/strel_pred.png) |
Просмотр работы: |
След.
![Перейти к следующей работе Перейти к следующей работе](/images/strel_next.png) |
30 марта ’2018
06:17
Просмотров:
11488
БОЛЬШЕ ЗЛО НЕ ПОДХОДИТ КО МНЕ
ПОДБОРКА СТИХОВ 103
. . .
Больше зло
не подходит ко мне
верно очень боится
словно я начертил
тот заветный
серебряный круг
вокруг жизни своей
за который
не могут ступить
чьи-то грязные лапы
но летят
на своих легких крыльях
счастливые птицы любви
и поют
так поют
как не пели еще никогда
в этом мире.
. . .
Что за мир вокруг нас
в нем так много
красивых домов
тихих улиц
чудесных садов
за высокой оградой
и в них
удивительных девушек
милых и юных
и над ними
седых облаков
в синем небе
и горячего солнца
в вязанке лучей золотых
и его поцелуев
и птиц
так поющих красиво
и любви по ночам
упоительной
нежной любви
той в которой
растаял весь стыд
словно лед
и совсем не суровых
как зимнее утро
запретов.
. . .
Я не являюсь шуткой
в этом мире
которая затем и появилась
чтоб стало всем вокруг
совсем смешно
и облака расплылись бы
в улыбках
и хохот рассмеявшихся прохожих
летал по городу
как стая легких птиц
и не беру за шиворот
ту жизнь
которая ко мне приходит
греться у моих ног
и не плачу тоской
за радости
когда их получаю
я просто строю замок
на песке
волшебный удивительный
воздушный
и не грущу когда он исчезает
как солнце исчезает по ночам.
. . .
Могли бы вы
пешком пройти по нарисованной картине
к художнику
в простую мастерскую
пожать ему на счастье руку
и выйти через холст
куда-то в ночь
где светят звезды
как глаза влюбленных
и нежная луна
оближет языком всю вашу душу
чтобы в ней остаться
за просто так
до самого утра.
. . .
Окно открыто
мир уже не тесен
и можно плыть
по голубому небу
в перине облаков
и ничего не видеть
что там на этой
маленькой земле
которая кружится и кружится
воздушным шаром
пущенным ребенком
под радостные возгласы таких же
как и он сам
хохочущих детей.
. . .
Я как в лодке плыву
по большой
полноводной реке
берега все меняются
то на них вечно леса
то высокие горы
то поля без конца
и без края
то чьи-то дома
и живут в них наверное
добрые люди
но я мимо плыву
и о них ничего не узнаю
и в лесах тех не буду
и издали горы увижу
и в полях потеряться
увы не успею
широка ведь река
и быстра
и несет она лодку мою
в то далекое море
у которого нет берегов.
. . .
Не ссорься
с пустыми домами
в которых давно уже выбиты стекла
так просто
захлопнуть калитку заросшего сада
забыть и уйти
пусть вечно
на петлях скрипят заржавевшие двери подъезда
разинув
огромные черные страшные рты
пусть кто-то
в них входит как тень и выходит
будь счастлив
что все таки это не ты.
. . .
Мне хочется
белую шерсть
этой снежной зимы
также гладить
как гладит ребенок
кота
и легко пролететь
как летучая мышь
над домами
заглядывать в окна
и в каждом
оставлять
на огромном
сияющем блюде
на память
простой поцелуй.
. . .
У меня есть друзья
одиночество ночь
и улыбка
та с которой
я встречу тебя
мне ведь странно
что ты для меня
существуешь опять
я же думал ты стала
пушинкой
пропавшей в безоблачном небе
и уже не вернешься
теперь никогда
но ведь мы
ничего и не знаем о мире
что в нем будет и как
почему и зачем
и я снова тебя обниму
так как синее небо
обнимает весной облака
и как солнце
обнимет всю землю
опять на рассвете.
. . .
Много раз
жизнь уже начиналась сначала
словно много в ней
маленьких жизней
которые можно прожить
и они все бегут
как тропинки в лесу
по которым ты кружишь и кружишь
потеряешь одну
но находишь другую
и она тебя вновь уведет
неизвестно куда
и всегда интересно -
что дальше
а вдруг повстречаешь избушку
где волшебница-фея живет
она знает так много
о нежной любви
таких ласковых тайн
их и звезды не знают
и луна их
не может понять по ночам
а вот ты -
будешь знать эти тайны
от феи чудесной
и как будто бы пить их
как воду живую
и жить.
. . .
Ты начал жить
на полюсе восторга
там вечно вздохи
в омуте блаженства
и там вовсю цветет
цветами счастья
волшебное безумие любви
и все кто там
живет уже годами
когда-то превратятся
в белых птиц
и улетят
в распахнутое небо
такое синее и молодое
как море нежности
без берегов и дна.
. . .
Теперь пешком иду я
на край мира
я там хочу сорвать
последние цветы на свете
после которых
мрак и пустота
их положить в свою корзину
к звездам
самым дальним
я там их тоже
невзначай нарву
как спелых ягод
и принесу тебе
в наш светлый дом
в знак трепетной любви
она конечно будет
среди ночи
под ласковой
взволнованной луной.
. . .
У всех такое
все хотят вернуться
в те милые места
где родились
вернувшись замолкают
и не вспомнят
желанье это
больше никогда
ведь заросло травой
все что что было
ведь никого уж нет
из тех кто жил
когда-то там
в твоем счастливом детстве
а после умер
как и все на свете
обычно умирают
жизнь прожив.
. . .
Ты будешь жить
до самого конца
вот так как едут
до последней остановки
на трамвае
и нехотя выходят
на кольце
вокруг пустырь
домов уже и нет
обратно в город
просто не вернуться
и вот таким бывает
конец жизни
если ты сядешь
в сказочный трамвай
и будешь ехать годы
по маршруту
от детства к старости
и дальше
на тот свет.
. . .
А я так и останусь
на этой земле часовым
охранять все давно уже
мертвые души
чтобы в небо
они не летали
без дела
чтобы жили как все
в этом мире живут
оставались всегда молодыми
а потом умирали
когда-нибудь ночью
так тихо
что об этом
никто и не знал.
. . .
Достается мне только
пустая любовь
просто к синему небу
высоко над моей головой
и к зеленому лесу
где я не раньше и был
увы никогда
и к бескрайним полям
я их даже не видел
но я верю
что всем на них
так хорошо
как нигде не бывает
ведь нет им конца
сверху солнце
а рядом
шумящие травы
и иди куда хочешь
по этой земле
хоть до края
которого нет
и тогда ты
вернешься обратно
но с другой стороны
нашей доброй земли.
. .
Жизнь твоя бывала
и растрепанной
словно поле
где гуляет ветер
и бывала тихой
и тяжелой
как вода
стеклянного пруда
и на дне его
лежали твои мысли
что так скучно здесь
на белом свете
под высоким небом
голубым
а теперь ты словно
взял все счастье
что лежало рядом
на земле
и принес к себе домой
и с ним играешь
по ночам
в волшебную любовь.
. . .
Заполучили в свои руки полночь
и с ней плясали
пятнам на стенах
потом пришло рассеянное утро
с него сорвали праздничное платье
и рассмеявшись в темной подворотне
на сером и замызганном асфальте
нарисовали старенькое сердце
лежащее
в холодной синей луже
и были это
маленькие черти
живущие на чердаке под крышей
вы никогда их хохоту не верьте
ведь он для нас
невидим и неслышим.
. . .
Жизнь заплетается
в длинную девичью косу
каждый ее волосок -
это прожитый день
только когда-то придет
удалой парикмахер
скажет:
ненужная длинная скучная жизнь
лучше пусть будет
смешной и короткой
девчоночьей стрижкой
и побежит по лугам
как тропинка
или останется просто
веселой картинкой
которую мы
на своей одинокой дороге нашли.
. . .
День сегодня
опять приоделся
у него уже солнце в петлице
и зеленое платье бульваров
развеваясь
вновь мимо промчится
если ты
как заправский повеса
в чаще города утренней
едешь
словно в чаще дремучего леса
где деревья-дома надоели
и где в старом
гранитном халате
отдыхая
река проплывает
где за счастье
мы вечно не платим
но его
почему-то хватает.
. . .
Что я скажу
когда давно за шторой
стоит рассвет
холодный тихий белый
в котором нам
легко забыть друг друга
как осень просто
забывает лето
своей рукой
легко наклеить память
как этикетку «прошлое»
на время
где нас уже
вообще-то больше нет
есть череда
ответов и вопросов
как ряд дверей
в которые ты входишь
чтоб стать другим
чем этой ночью был.
. . .
У сварливой простуженной осени
которая ходит
с дождями подмышкой
старухой опять по дворам
есть сердитые внуки -
рассвет и закат
они оба лежат
в своих старых кроватях
и ругают весь мир
лишь за то что он есть
словно если бы не было
этого мира
им бы стало приятней
и легче
в пустынном холодном
бессмысленном космосе жить.
. . .
Ты давно уже стал
лишь паркетом для щеголей
в желтых ботинках
и как старый ненужный мешок
теперь вечно тоскуешь в прихожей
у двери
забудь то счастливое время
когда ты был пухом
какой-нибудь юной подушки
летевшим по комнатам славно
когда ее вмиг разорвет
с оглушительным лаем
смешной толстопятый
хозяйский щенок.
. . .
На свете
много слез
и много слов
из слез
белеют лужи
на асфальте
из слов
можно построить
корабли
уплыть на них
в то море
на закате
где бродят грезы
синими волнами
все в белой пене
сказочной любви.
. . .
Ты шлешь привет
всем тем
кого здесь нет
и жмешь
несуществующие руки
и на трибуне счастья
говоришь
красивые
бессмысленные речи
и призраки смеются
все вокруг
и радостные
хлопают в ладоши
и тени
вновь танцуют
до утра
в обнимку с тишиной
в прозрачном платье.
. . .
С чертями вместе
надо дружно жить
не ссориться
а нежно целоваться
и морды их
мохнатые любить
и до рассвета
в счастье обниматься.
. . .
Я буду радоваться
черной ночи
и назову ее
любимой негритянкой
ведь у нее на шее
бусы звезд
и на груди девической
луна
огромной брошкой золотой
сверкает
и я ее ласкаю до утра
потом встречаю солнце
молодое
его целую и люблю
весь день
и опускаю
на постель заката
пусть засыпает
а я буду жить
в стране любви
и нежных поцелуев
где как в подводном царстве
жизнь идет всегда
под вздохи волн
у берега крутого.
. . .
Кто-то начал
нам вновь помогать
принесет то что нужно
положит под дверью
привет передаст
и уходит
кто же это
никак не могу я понять
выхожу - его нет
лишь гостинцы лежат
на полу
и следы по паркету
уводят куда-то
как будто бы вверх
может в небо
я их видел
среди облаков
кто-то шел
и глядел постоянно
на землю
словно знал -
все мы смотрим теперь
на него
и конечно же ждем
когда он к нам вернется.
. . .
На свете теперь остаются
одни лишь следы
тех кто здесь проходил
и пропал
чтобы больше уже
не вернуться
будто бы испарился
как вода испаряется летом
или снегом растаял
под солнцем горячим весной
и от них сохранились
лишь тени
на черном асфальте
на облупленных стенах домов
среди старых деревьев
заросшего сада
и в пустынных подъездах
похожих на вечно
раскрытые рты.
. . .
Как будто я варю
отвар любви
кто его выпьет
станет вдруг счастливым
ему весь мир
покажется другим
наполненным восторгами
и светом
и поцелуями
и пеньем птиц
и белыми как пена облаками
среди которых ангелы
летают просто так
и радуются
чудному раздолью
в небесной этой
синей глубине.
. . .
Словно кто-то
тебе на плечо
положил вдруг ладонь
и сказал -
все же будет
о чем ты мечтаешь
и придет к тебе девушка
та молодая
и будет любовь
и напишешь ты песни
которые люди полюбят
и будешь
всегда молодым
беды все уже
раньше случились
их больше
тебе не осталось
ведь на всех
не хватает и бед
в этом мире
ты получишь
все то что просил
и уже получил
очень много
и уже твои песни
поют по утрам
тут и там
и уже тебя любит
счастливая девушка
в светлой косынке
и ведь ты ее
любишь и сам.
. . .
Я теперь и останусь
таким же
уже навсегда
я уже разучился
стареть
разучился страдать
и терять что когда-то имел
но зато
научился смеяться
и в мире моем
смех повсюду
на зеленой траве
на деревьях
в журчащих ручьях
в синем небе
где белое облако бродит
и в твоих озорных
и веселых глазах
что все знают давно
о любви и о счастье.
СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРЕ:
Носов Сергей Николаевич. Родился в Ленинграде ( Санкт-Петербурге) в 1956 году. Историк, филолог, литературный критик, эссеист и поэт. Доктор филологических наук и кандидат исторических наук. С 1982 по 2013 годы являлся ведущим сотрудником Пушкинского Дома (Института Русской Литературы) Российской Академии Наук. Автор большого числа работ по истории русской литературы и мысли и в том числе нескольких известных книг о русских выдающихся писателях и мыслителях, оставивших свой заметный след в истории русской культуры: Аполлон Григорьев. Судьба и творчество. М. «Советский писатель». 1990; В. В. Розанов Эстетика свободы. СПб. «Логос» 1993; Лики творчестве Вл. Соловьева СПб. Издательство «Дм. Буланин» 2008; Антирационализм в художественно-философском творчестве основателя русского славянофильства И.В. Киреевского. СПб. 2009.
Публиковал произведения разных жанров во многих ведущих российских литературных журналах - «Звезда», «Новый мир», «Нева», «Север», «Новый журнал», в парижской русскоязычной газете «Русская мысль» и др. Стихи впервые опубликованы были в русском самиздате - в ленинградском самиздатском журнале «Часы» 1980-е годы. В годы горбачевской «Перестройки» был допущен и в официальную советскую печать. Входил как поэт в «Антологию русского верлибра», «Антологию русского лиризма», печатал стихи в «Дне поэзии России» и «Дне поэзии Ленинграда» журналах «Семь искусств» (Ганновер), в петербургском «Новом журнале», альманахах «Истоки», «Петрополь» и многих др. изданиях, в петербургских и эмигрантских газетах.
После долгого перерыва вернулся в поэзию в 2015 году. И вновь начал активно печататься как поэт – в журналах «НЕВА», «Семь искусств», «Российский Колокол» , «Перископ», «ЗИНЗИВЕР», «ПАРУС», «Сибирские огни», «АРГАМАК», «КУБАНЬ». «НОВЫЙ СВЕТ», « ДЕТИ РА», «МЕТАМОРФОЗЫ» , «СОВРЕМЕНАЯ ВСЕМИРНАЯ ЛИТЕРАТУРА», «МУЗА» и др., в изданиях «Антология Евразии»,», «ПОЭТОГРАД», «ДРУГИЕ», «КАМЕРТОН», «АРТБУХТА», «ДЕНЬ ПОЭЗИИ» , «Форма слова» и «Антология литературы ХХ1 века», в альманахах « НОВЫЙ ЕНИСЕЙСКИЙ ЛИТЕРАТОР», «45-Я ПАРАЛЛЕЛЬ», «ПОРТ-ФОЛИО, «Под часами», «Менестрель», «ЧЕРНЫЕ ДЫРЫ БУКВ», « АРИНА НН» , в сборнике посвященном 150-летию со дня рождения К. Бальмонта, сборнике «СЕРЕБРЯНЫЕ ГОЛУБИ(К 125-летию М.И. Цветаевой) и в целом ряде других литературных изданий. В 2016 году стал финалистом ряда поэтических премий – премии «Поэт года», «Наследие» и др. Стихи переводились на несколько европейских языков. Живет в Санкт-Петербурге.
Голосование:
Суммарный балл: 0
Проголосовало пользователей: 0
Балл суточного голосования: 0
Проголосовало пользователей: 0
Голосовать могут только зарегистрированные пользователи
Вас также могут заинтересовать работы:
Отзывы:
Оставлять отзывы могут только зарегистрированные пользователи