"Арфы грустной гаммы"

На берегу морской лагуны
Стоял шалаш из листьев пальмы,
А в нём под светом тусклым, лунным,
Лились от арфы грустной гаммы.

Сидела девушка на стуле
С глазами бездны поднебесной,
Но в них слезинки вдруг блеснули,
И из глубин души лилася песня.

О том, как море берег гладит,
Как ветер шепчет сны ушедшим,
И как судьба надежды крадёт
У всех, кто в ней любовью грешен.

Звучала музыка так звонко,
Теряясь в пене океана,
Звенела одиноко, тонко,
В потоках звёздного тумана.

Она играла, не взирая,
На холод ночи и забвение,
И, словно дверь приоткрывая,
Дарила вечность на мгновение.

И тени пальм дрожали нервно,
Внимая песне одинокой,
Что рвалась в небо бесконечно,
В страну, где нету боли, рока.

И в тишине, где звёзды гаснут,
Застыли звуки пред рассветом.
Настал финал — такой прекрасный,
Окутан дымкой… без ответа.

Она прижала арфу крепко,
Стирая с щёк следы печали,
И в этот миг короткий, цепкий,
Её глаза тьму ночи освещали.

Исчез шалаш — лишь ветер вешний
Пронёсся над пустой лагуной,
А арфы тон, чуть слышный, грешный,
Растаял эхом в тиши лунной.

Осталась лишь немая память
На дне морского полотна:
Тому, кто мог любовь исправить,
Играла дева до утра.