16+
Лайт-версия сайта

Документальное кино о природе.. Сценарии разных лет

Литература / Cценарии / Документальное кино о природе.. Сценарии разных лет
Просмотр работы:
08 февраля ’2023   00:07
Просмотров: 2853

Лондон. Мир без людей.


…Панорама Лондона в теплый мартовский вечер с моста Ватерлоо. Словно театральные декорации, на окаменелых берегах, стянутых шнуровкой мостов, стоят большие отели, концертные залы, магазины, раскинулись скверы. Внизу и слева, на фоне деловых высотных зданий Сити, светлеет почти игрушечный купол собора святого Павла, а на этой же стороне, но вверху, громада Биг Бена, с часами, на которых издалека видны стрелки самых больших часов Англии.

Все это невольно будит ассоциации с театром, напоминает нам, что жизнь - это театр, а люди в нем актеры, и что этот явно театральный циферблат отсчитывает секунды нашей жизни и удары часового колокола напоминают о конечности бытия, о приближающейся из таинственной дали будущего, нашей с вами смерти.
Лондон театральный город- город театр. Здесь, как на сцене, вдруг, появляются загадочные гигантские колеса, старые корабельные доки превращаются в современные музеи а в «реквизитных мастерских» города, тех что за сценой, за пределами нашей видимости, есть и средневековые ужасные тюрьмы-крепости и мосты с жилыми домами на них и еще много много театральной мишуры, где стеклянный игрушечный дворец соседствует с церковными шпилями, а высокие автобусы проезжая по мосту, похожи на движущиеся двухэтажные дома с ярко освещенными окнами, дверями и людьми населяющими его…

... Солнце ушло за горизонт и в сиреневой дымке, повисли легкие прощальные платочки тающих облаков. Сумерки постепенно окутали город и дневные заботы, и рабочая суета на время утихли…
На Лондон надвинулся вечер. Зажглись электрические огни. Свинцовые волны Темзы, бьются о набережную, и их плеск смешивается со звоном церковных колоколов, зовущих к службе. И звону колоколов вторит пенье птиц в парках и скверах - так, пернатые артисты встречают наступающую темноту…
Сплошные потоки машин на дорогах, людские толпы на улицах, огни реклам, манекены в витринах освещены и похожи на заколдованных людей, а люди на улицах напоминают ожившие манекены…
Наступает темная ночь. Постепенно люди-манекены исчезают с улиц и остаются только те, что стоят за витринными стеклами, неподвижные и трагически молчаливые…

Ночь проходит…
Яркие фонари на набережной отражаются в черной воде.
На освещенной громаде Биг Бена часы бьют пять раз...
Рассвет приближается…

…Широкий проспект пуст. Фары одинокой, заблудившейся автомашины вдруг выхватывают из тьмы фигуру человека. Неподвижное лицо, невидящие глаза, камзол, башмаки, шпага в руках… Железный черный, человек на постаменте…
Вновь и вновь мы видим фигуры - каменные, железные, на коне и без,с саблями, винтовками, свертками бумаг, в воинских доспехах и в гражданском платье…
И нет живых людей……………….

…Ночью люди близки к смерти и каменной неподвижности. Их сон напоминает умирание. И только звери, птицы, деревья и цветы живут таинственной жизнью. Стволы, ветви, цветы чуть заметно движутся, дышат утренней прохладой. Кажется они разговаривают на языке жестов… Чуть заметно…
Сквозь черные громады стволов и ветвей платанов, видны бело-розовые кружева цветущих деревьев, невесомыми облачками всплывающие над поверхностью земли, то тут, то там…

Мы в парке Сент - Джеймс, куда нас пропустил торжественно молчаливый конный страж, изваяние воина – полководца на коне и с саблей …
И птичий хор встретил нас гимном…

Природа - символ. Нет человека в предутренней мгле. Во сне он почти мертв. Но есть Бог – создатель всего, в ком все отражается, как осуществившаяся мечта. И мир без людей - это Бог, всевидящий, всеслышащий, всечувствующий, великий и молчаливый – прекрасная тайна…
Не будет человека, не будет человечества, но Бог - Создатель пребудет во веки веков…
И будет жить красота…

Огромный платан заслоняет пол неба и где-то в его ветвях поет свою песню черный дрозд - посланник музыкальности и невидимой красоты... Ему вторят десятки, сотни других крылатых певцов…
В пруду кипит весенняя жизнь. Сквозь кисею зеленых листочков плакучей ивы печально опустившей длинные тонкие ветви до воды, видны плавно плывущие тени грациозных лебедей…Тревожно перекликаются гуси… Крякают, свистят, шипят, хлопают по воде крыльями утки и уточки.

Из края в край небольшого озера, звучит, перекликаясь, разноголосица птичьего гомона, песнь слаженного природного хора. То ручьями журчит этот хор, то свирелью поет, то напряженным горлом свистит – выговаривая волшебное сокровище звенящих звуков,- песнь мира…
И грустен этот сказочный мир без человека…

…Мир вечера и рассвета - как они не похожи. Сейчас, на окнах железные решетки, двери заперты, улицы пустынны. Дома - братские могилы, в которых люди умерли до утра. Лежат в темноте спален и только статуи уже умерших охраняют их сон-смерть…
Мир перед нами безлюден, одинок и прекрасен…

Высоко в небе слышны тревожные крики гусиной стаи и с воды им ответило несколько голосов.Парочка гусей поднялась с поверхности озера и шумя крыльями улетели в светлеющее небо…
Сумерки рассеиваются. Свет приходит в мир и тьма отступает...
Мы видим, на серых каменных островках, неподвижных белых пеликанов, а рядом быстрые оживленные кряковые селезни с изумрудно – зелеными головками ухаживают за серенькими уточками. Они уже давно проснулись...
Неподалеку, сцепились в драке черные петушки водяных курочек. Тут же, презирая суету, скользят по гладкой воде черные лебеди. Над ними, резвятся на ветках ивы шустрые белки, шурша по коре коготками и почти летая, прыгают с ветки на ветку…

Незаметно, неостановимо в мир приходит день…
Тускло горит электрический фонарь, напоминая об ушедшей ночи...
Хорошо видны яркие цветы в траве, на кустах, на деревьях. Нежный аромат весеннего цветения, разливается над цветочными куртинами…
Как хороши цветные грезы весны в предутренних парках и садах! После холода и аскетизма зимы, наступает время мечты, обещая почти вечное счастье лета…

... Остров среди воды зарос деревьями и кустарником. Там не бывает человека, даже днем, и там поселилась тайна смены зимы - весной и лета - осенью.
А рядом, на берегу, из чащи вытекает хрустально чистый ручей, со звоном, переливаясь и прыгая с камня на камень. Небо над парком становится всё выше и глубже, и сквозь ветки, по - прежнему видны пустынные улицы и дома. А мы тщательно рассматриваем игру прозрачных струй, цвет камней и мха...
Вода, камни и зеленый мох - это символы, через которые выражены земные моря, океаны, реки, горы, холмы и долины. Маленький ручеек, сбегающий в озерцо, серые камни и зелёная травка между ними - это Земля в миниатюре...
Чистая вода, камешки и песчинки на дне, трава, цветы и деревья – красота Земли...
Земли без людей!!!


1999 год. Лондон. Владимир Кабаков.




"Другой мир"




…Лондон в районе Сити. Высотные здания из стекла и бетона теснятся один рядом с
другим... На улицах – обычное утреннее столпотворение: тысячи и тысячи людей рекой текут, движутся по тротуарам в разные стороны, и скрываются в дверях этих гигантских строений наполненных компьютерами. По улицам растянулись бесконечные вереницы машин и автобусов. Шум и гул большого города, множество незнакомых мужских и женских лиц. Все спешат и никому нет дела до других, никто не интересен друг другу... Час пик в большом городе...
И вдруг наступает тишина и на экране, на фоне сибирской тайги и птичьего утреннего щебета, всплывают титры названия документального фильма: «Другой мир»...

Кино – кадры: Земля из космоса. Серебристые облака, синие пространства океанов... Изображение укрупняется и мы видим складки горных хребтов Восточного Саяна...
Панорама гор и долин... Синие ленты речек и рек, соединяющих зеркала озёр... Тишина и разноголосое пенье птиц...
Диктор: Перед нами Окинская долина, часть горной страны под названием Саяны, в самом центре громадного материка Евразии, снятая со спутника земли...
Эту речную горную долину, известный русский геолог и путешественник Обручев, назвал Тибетом в миниатюре, а ещё, это место называют Страной Поднебесных Долин...
Кино-кадры: Панорама горных ущелий, скалистых серых склонов и степных широких долин... На склонах мы видим семейство медведей, пасущихся неподалеку от стада горных козлов. В небе над нами парят орлы, распластав в воздухе свои двухметровой ширины крылья...
Грунтовая дорога больше похожая на тропу, петляет вдоль небольшой быстрой реки. По дороге едет всадник с загорелым лицом и раскосыми глазами. Это мужчина пастух в потрёпанной телогрейке и в кирзовых сапогах – обычная рабочая одежда местных жителей. Он пасёт стадо коров и хайнаков – помеси обычной коровы и сарлыка... Мимо, на большой скорости проезжает легковая машина – японский внедорожник. За рулём сидит бурят, местный житель. Для многих в Оке сочетание современного автомобиля и привычной лошади – обычное дело...
Из-за поворота показываются первые деревянные домики посёлка Саяны, стоящего на берегу реки Оки. Здесь, издавна, бок о бок живут буряты и представители некогда большого племени – сойоты...
К-кадры – По степной долине на всём скаку мчится большой табун лошадей. Топот копыт, развевающиеся гривы и хвосты оскаленные морды, пыль клубами поднимающаяся вслед табуну...
Сойоты – одно из племён издавна населявших эти горы, а буряты, впервые появились здесь в конце семнадцатого века, переселились сюда из степей Забайкалья, уходя, спасаясь от преследования воинственных манджуров, которые завоевали в те давние времена земли бурят, расположенных северо-восточнее Монголии. Сойоты – горное племя – аборигены Восточного Саяна. В древности они приручили северного оленя и жили здесь занимаясь оленеводством, охотой и рыболовством.
К- кадры - Несколько оленей пасутся на горном склоне , спокойно щиплют короткую, словно постриженную травку. Вдруг, они чего то пугаются и галопом скрываются за ближайшей гривой...
Пришедшие сюда воинственные буряты потеснили их и сойоты стали жить в вершинах горных долин и ручьев, а буряты обосновались на равнинах, вдоль по течению самой крупной реки региона – Оки и стали разводить рогатый скот и лошадей...
К- кадры - Панорама долины Оки с вертолёта. Под нами, кажется совсем рядом, проплывают горные остроконечные вершины с шапками глубокого белого снега, засыпавшего все ущелья и скальные трещины. Чуть ниже, мы видим каменные осыпи и серые пики скал, торчащих из склона непроходимой стеной, на самом гребне хребта...
Ещё ниже, по склонам, к степным приречным луговинам спускаются заросли густой тайги состоящей из лиственниц, елей и кедров...
У подножия горных хребтов расстилаются зелёные луговины поросшие высокой травой и цветами. По дну долины петляя от склона к склону течёт горная холодная бурливая речка с пенными бурунами на каменистых перекатах...
И вновь мы видим одинокого всадника, который скачет по ровной, как большое футбольное поле луговине, выходящей на берег реки...
Это место по-бурятский называется Монголжон, и по легенде, здесь почти восемьсот лет назад, предводитель монголов, основатель самой большой мировой империи, Чингисхан, проводил курултай – праздничную встречу вождей, ханов и князей, покорённых им окрестных народов и племён.
Диктор – по этой легенде, Чингисхан, именно после этого курултая двинул свою непобедимую конницу под началом старшего сына Джучи – хана, на завоевание Западных стран...
К-кадры - Вечер на берегу Оки. Горит большой костёр, вокруг которого видны силуэты сидящих людей. Неподалеку пасутся многочисленные кони и их силуэты едва различимы в наступающей темноте... Окрестные горы окутаны тьмой ... Под высоким берегом шумит река...
Над долиной поднимается полная золотистая луна. В её неясном свете мы видим вереницу всадников скачущих мимо костра. Слышен топот лошадиных копыт и ржание коней.
Луна скрывается за тёмным облаком и в наступившей темноте мы видим красные отблески факелов, которые держат в руках проносящиеся мимо всадники...
Диктор – Историки до сих пор ещё спорят - какими путями многотысячные конные воины Чингисхана проходили из Монголии в сторону казахских и русских степей, откуда они растеклись по пространствам Европы и Средней Азии...
И снова кинокадры – Раннее утро. Солнце ещё не взошло и потому, особенно заметны струйки печного дыма поднимающиеся в прохладном воздухе из труб над посёлком Саяны.
В одном из просторных дворов рядом с большим домом на окраине посёлка, под скалистой грядой, покрытой редким тощим лиственничника, мы видим Олега Иванова, бурята, главу семьи и хозяина большой сельской усадьбы, бывшего директора колхоза и нынешнего председателя поселкового совета. Он переходит из летнего дома в большой, где у него кабинет. Вот он сидит за письменным столом и звонит куда то по спутниковому телефону.
Во дворе стоят несколько легковых и грузовых автомобилей и колёсный трактор. Хозяйство семьи Ивановых большое. Несколько автомобилей, включая грузовик, трактор, скотный двор с несколькими коровами и бычками. А ещё большой табун лошадей и несколько сарлыков, которые круглый год пасутся в окрестных горах...
Панорама горного луга, высоко над долиной. На склоне, пасутся чёрные, заросшие длинной шерстью яки – сарлыки. Они ведут полудикий образ жизни и хозяева считают их только летом, когда сгоняют вниз, в долину...
Вновь двор Олега Иванова... Из дома выходит с вёдрами его жена Герылма, и направляется в сторону скотного двора, откуда слышны мычание не доенных коров...
Закончив телефонный разговор, Олег выходит на крыльцо осматривается и садится в машину. Выезжает через деревянные ворота на улицу, закрывает их за собой и едет по улицам, рассказывая и показывая.
Выехав за посёлок, указывает рукой налево, на ровную плоскую площадку и говорит.
- Здесь, около двадцати - тридцати лет назад был маленький аэродром, куда прилетали самолёты с грузами и пассажирами с большой земли. Тогда ещё не существовало дорог в Окинскую долину и добирались в город и из города, либо по воздуху, либо на лошадях, по конным тропам. Лет двадцать назад построили наконец грунтовую дорогу до Тункинской долины. А до этого все основные грузы завозили сюда зимой, когда замерзали реки и устанавливался «зимник», дорога расчищенная среди льда и снега, трактором...
К-кадры – вдоль дороги на лугах то тут, то там видны пасущиеся коровы и лошади. Вплотную к дороге подступает густой Сосново - лиственный лес .
Вот заехали на деревянный длинный высокий мост, с которого во все стороны, сквозь прогалы леса видны далёкие снежные вершины гор, трёх тысячеметровой высоты.
Через какое то время дорога выходит к небольшой луговине и рядом, за оградой, мы видим маленький деревянный буддистский храм.
Олег рассказывает:
- Ещё совсем недавно, мы все здесь живущие, были тайными шаманистами, а сегодня всё больше буддистских монахов приезжают к нам и даже построили этот храм. Постепенно буддизм становится основной религией в нашей долине... Да это и понятно – ведь не так далеко и Тува и Монголия, которые уже много столетий исповедуют буддизм...
Впереди появляются первые деревянные домики посёлка Орлик, административного центра Окинской долины. Машина въезжает на широкие песчаные улицы посёлка, по которым, во все стороны едут по делам местные жители на машинах, в основном японского производства, на Хондах, на Тойотах, на микроавтобусах, которые тут любовно называют «таблетками». Но изредка попадают и всадники...
На углу, около продуктово-промтоварного магазина стоя легковые автомобили и мотоциклы. По улице в магазин в европейской одежде в курточках и джинсах в обтяжку, идут девушки и молодые женщины. Некоторые из них в туфлях на каблуках...
Олег объясняя говорит: Многие молодые парни и девушки, закончив здесь десятилетку уезжают в Улан – Удэ и поступают в институты. Закончив учится, многие возвращаются сюда и становятся врачами, учителями, библиотекарями, ветеринарами, строителями.
Жить у нас хорошо. Воздух чистый, охота и рыбалка замечательная. Есть и детский сад и десятилетняя школа. Все здесь друг друга знают и потому жить хорошо и спокойно. Почти в каждом доме телевизор а то и компьютер. Спутниковые антенны позволяют принимать до двадцати телепрограмм со всего света...
К-кадры – Широкая река огибает посёлок с востока и на другом берегу – панорама близких и далёких горных вершин и хребтов. Река, словно разделительная граница между миром человека и просторами дикой первозданной природы. Водные струи широкой блестящей лентой стремятся вниз по долине, играя под солнцем белопенными бурунами и синеватыми заводями...
Подъезжаем к длинному двухэтажному зданию в центре посёлка, в котором расположена районная администрация. Внутри, вдоль длинного коридора – ряды дверей кабинетов. В одном из кабинетов стоят около двадцати компьютеров, стойки аппаратуры связи, которыми распоряжается оператор и компьютерщик , Николай. Он рассказывает, что отсюда может связаться с любой точкой на карте мира, в течении нескольких минут...
На втором этаже – приемная и кабинет главы администрации Он стоит у карты района и рассказывает:
- Окинская долина, это район величиной наверное со Швейцарию и потому и земли и гор вокруг всем хватает. В этих горах много разных полезных ископаемых от графита и железной руды, до золота и угля...
Людей в районе живёт около четырёх тысяч, в основном буряты и сойоты, а точнее метисы. Смешанные браки здесь давно не редкость. Постепенно идёт смешение двух народностей.
Несколько лет назад, сойоты стали официально одной из малых народностей России и принята программа помощи и возрождения сойотов. Возрождается культуру сойотов, профессор из Улан – Удэ вот уже несколько лет восстанавливает письменность на сойотском языке. Он работает в университете, в республиканской столице, но часто бывает и здесь, тут недалеко его дом...
Дом профессора Рассадина. Он сидит за письменным столом и показывает сойотскую азбуку...
Профессор говорит:
- Сойоты – древняя народность. Они жили в этих горах тысячи и тысячи лет. Их соплеменники расселились по окрестным горам и многие, сегодня живут в Монголии. Сойоты издавна связаны были с разведением и использованием северных оленей, которых было, ещё сто лет назад, совсем немало в окрестных горных долинах. Существует гипотеза, по которой получается, что первыми одомашнили северных оленей в Сибири, именно в этих горах, а потом домашнее оленеводство распространилось на север и даже в Северной Америке...
Приручили они и сарлыков, горных коров, которые были до появления здесь рогатого скота и которые давали и молоко, необычайно жирное и питательное, и шерсть и кожи. Сегодня, их уже в хозяйствах совсем немного, и доить этих полудиких животных разучились. Однако они хороши тем, что ведут полудикий образ жизни и часто, хозяин не видит их стадо по полгода, особенно зимой и весной...
Потом, на рубеже девятнадцатого-двадцатого веков, сойоты были близки к вымиранию, и после Революции, для них стали создавать специальные школы –интернаты и селить их в деревянных домах. Ведь до девятнадцатого века включительно они вели кочевой образ жизни и жили в лёгких юртах. В Монголии, некоторые сойотские семьи до сих пор живут в чумах...
Сегодня, сойоты в Окинской долине, живут рядом с бурятами в посёлках и улусах, на лето перегоняя стада на летние выпасы, которые называются стойбами. Некоторые пожилые люди живут на этих стойбах круглый год...
Ещё двадцать лет назад здесь был большой скотоводческий колхоз, но потом колхоз распался скотину раздали по дворам и все стали частными собственниками. Теперь многие семьи здесь имеют стада: и коров, и сарлыков, и лошадей по несколько десятков голов и живут очень зажиточно...
К-кадры – Вновь панорама Окинской долины с воздуха: высокие красивые горы и долины, леса и степные участки. Вот под нами, у излучины реки, видны несколько небольших деревянных домиков и сараев.
... Мы входим во двор и видим лающих собак, вдалеке за оградой стадо коров и телят, у коновязи стоят и обмахиваются хвостами лошади...
Нас встречает грузная толстая бурятка Диана, и показывает и рассказывает:
- Здесь со мною живут мои неженатые сыновья. Одному скоро идти в армию, а другой недавно отслужил.
...Молодые мужчины крутят ручной сепаратор в деревянном пристрое, делают из молока, сметану и масло, которое потом увозят в Орлик или ещё дальше – в Слюдянку или Улан-Удэ...
Рядом с домом большая круглая спутниковая «тарелка». В доме большой цветной телевизор показывает футбольный матч и переключив программу, мы видим церемонию награждения кино призами в Голливуде...
Диана продолжает:
- Летом со мной живут сыновья, а зимой мы переезжаем в посёлок и старший уходи на охоту в горы.
... Вновь панорама горной долины. На склоне кормится семейка медведей – медведица и два медвежонка. Тут же, неподалёку стадо горных козлов, во главе с большим козлом с толстыми рифлёными рогами и бородой. Он стоит на высокой, крутой скале и осматривает склоны под собой...
Всадник на лошади, с ружьём за плечами. Две крупных собаки лайки бегут впереди него по извилистой лесной дороге.
Вот из-за поворота появляется красивая полянка ограниченная по дальней стороне зелёным ельником. Отдельно стоит развесистая, красивая ель, на которой висят множество матерчатых ленточек развевающихся по ветру. Это «Обо» -место поклонения Бурхану, духу этой местности и богу охоты...
Всадник – Лёня Иванов, останавливает лошадь спрыгивает на землю, привязывает лошадь и подойдя к специальной каменной глыбе разводит на ней костерок и кладёт в огонь кусочки сушёного мяса и несколько конфеток - карамелек... Бурхан, наверное тоже любит сладкое.
Потом на какое то время застывает в неподвижности... Завершив обряд, он вскакивает на коня и довольный продолжает путь...
Он едет и вглядывается в расстилающиеся на склонах луговины И вот в какой то момент он слышит изюбриных рёв, а затем и видит быка – изюбря, который стоя на открытом месте на склоне, ревёт, роет копытом передней ноги землю и «боронит» траву своими большими шести отростковыми острыми рогами...
Тут же с дальнего склона ему отвечает бык – соперник и олень сорвавшись с места устремляется навстречу противнику...
Леня спрыгивает с лошади и крадучись начинает подниматься на лесистый склон пригибаясь, часто останавливаясь и осматриваясь...
Олени ревут сближаясь, а потом увидев друг друга сходятся, осторожно ступая и задирая головы , а потом вдруг бросаются друг на друга и начинается схватка. Их сильные тела напрягаются, мышцы мощных ног и шеи вздуваются и один начинает теснить другого..
Наконец, один из них, тот что отступает поскальзывается и чтобы не попасть на рога сопернику, мощным прыжком отскакивает в сторону и развернувшись, убегает...
Победитель не преследует побеждённого, гордо поднимает голову и хриплым, почти тигриным рыканьем оповещает окрестности о своей победе над очередным соперником...
Лёня с горящим взглядом качает головой и так же осторожно, стараясь не потревожить оленя- победителя возвращается к лошади, садится на неё и следует дальше...
Вот уже и вечер наступает и Лёня, на утомлённой лошади подъезжает к таёжному зимовью – лесному охотничьему домику. Он спрыгивает с лошадки, снимает кожаные вьючные мешки, рассёдлывает лошадь, стреноживает её и отпускает пастись, а сам кладёт седло под навес, а вьюки заносит в домик...
Через время из трубы домика появляется дымок, а Леня в это время разводит костёр перед домиком, ставит в котелке варить кашу, кипятит чай и, наблюдая, как медленно в тайгу приходят сумерки, ест, а потом покормив собак остатками каши и сушёной рыбой, сидит у костра и пьет чай посматривая вокруг. Собаки ложатся неподалёку от хозяина и спрятав носы в опуши хвоста задрёмывают, изредка поднимая голову осматриваются и прислушиваются...
А Леня рассказывает о себе:
- Я закончил десятилетку и потом пошёл в армию, где служил в бронетанковых войсках и стал командиром танка. Возвратившись из армии сюда, в Оку, я уехал в Улан-Удэ и поступил в сельхоз институт. Закончив ветеринарный факультет, я вернулся в Саяны и стал работать, а потом стал профессиональным охотником. Каждую зиму я уходил с собаками на промысел в дальнюю тайгу, и возвращался домой с соболиными и беличьими шкурками, кабарожьей струей и несколькими рысьими шкурами...
Мои родители завели в хозяйстве лошадей и со временем у нас получился большой табун, до сорока голов числом. Есть ещё несколько коров и бычков, мясо которых мы в начале зимы увозим в большие города и сдаем по определённой цене. Денег хватает и на телевизор и на поездки в город. У меня сейчас около сорока лошадей в табуне и я стал сдавать их туристическим командам, которых становится с каждым годом всё больше. Приезжают туристы из-за границы. Недавно были немцы и большая команда из Голландии. Я для них становлюсь проводником и мои лощадки везут их тяжёлые рюкзаки. За летний сезон, я так, тоже прилично зарабатываю...
Но главное, у меня есть время и возможность выезжать на охоту в эти далёкие от посёлков места, где мне бывает хорошо и свободно. Иногда мы выезжаем сюда с друзьями и охотимся на изюбрей и даже на медведей, которых здесь ещё очень много...
К-кадры - Табун лошадей состоящий из нескольких кобыл и молодых жеребят ,пасётся на луговине. Полудикий жеребец – табунщик обегает свой табун по кругу . Длинный чёрный хвост развевается по ветру, грива, тоже чёрная, длинным шлейфом спадает с могучей шеи, шерсть на плечах отливает коричневым блеском. Он здесь, на свободе, силён и опасен для соперников и готов ринуться в драку на любого пришлого жеребца или даже мерина...
Лёня отхлёбывая чай, продолжает рассказ.
– Сейчас мы находимся с вами в долине которая называется сегодня «Долиной вулканов», но которая раньше по-бурятски, называлась долиной снежного человека. Рассказывают, что кто – то, когда - то видел здесь снежных людей и потому это место у бурят считается местом опасным...
К- кадры. Неширокая горная долина с речкой посередине. На горизонте заснеженные горные пики. В устье долины видна невысокая конусообразная, со срезанной вершиной, гора. Это вулкан Перетолчина.
- А вот там – Лёня показывает рукой вперед, - стоят два вулкана один неподалёку от другого, вулкан Кропоткина и вулкан Перетолчина. Эти вулканы единственные в Сибири на протяжении многих тысяч километров... Завтра утром мы поедем туда, поднимемся на вершину и увидим кальдеру, воронку кратера...
К-кадры. Наступает ночь. На горизонте появляется полная луна. Долина во тьме и только вершины скал тёмными силуэтами граничат с темно-синим, звездным небом. Воздух прозрачен и холоден и потому на небе видны мириады серебряных звёзд и звёздочек... Тихо... На темной луговине перед избушкой виден силуэт пасущейся лошади...
В зимовье светится окно, а внутри Лёня включив диодовый фонарь, подбрасывает дрова в жаркую металлическую печь...
К-кадры – Туманное утро. Горы вокруг дремлют в тишине и только с травянистой луговины у речки, доносится звон колокольчика на шее у коня. Лёня ловит свою лошадку, приводит её к зимовью, седлает и закрепляет вьюки, а потом, свистнув собак едет по тропе в сторону конусообразной горы – это и есть вулкан Перетолчина. Приблизившись, Лёня по тропе поднимается на перевал и оставив привязанную лошадь, дальше по крутому склону, пешком поднимется на вершину вулкана...
Поднявшись к воронке кратера, он, тяжело дыша, вытирает пот со лба и показывает вперед и вниз, на воронку глубиной метров в восемьдесят и в диаметре метров двести... Потом он обходит воронку по периметру и рассказывает.
– Этот вулкан, по предположению учёных, извергался последний раз около десяти тысяч лет назад. Из него вытекло несколько кубических километров лавы, которая разлилась вниз, по долине на восемьдесят километров в длину. Я представляю, как она текла, словно дымящаяся ало-красная, раскалённая река и застывая превращалась в полосу, шириной в несколько сотен метров чёрного, острого на сломах как стекло, камня...
К-кадры извержения вулкана. Фонтаны магмы выплескиваются из земли под рёв и гул взбунтовавшейся земной стихии...
Лёня продолжает рассказ, а мы видим чёрное каменистое дно долины, ручей бегущий вниз превращающийся в речку, иногда исчезающую под каменным щитом застывшей лавы покрывающем дно долины. На берегах реки нагромождение валунов с ноздреватой неровной поверхностью.
- Эта река – продолжает Лёня, показывая на реку Монголжён - не замерзает в самые лютые морозы, в то время, когда все кругом покрыто снегом и льдом. Это воздействие тепла, согревающего речную воду глубоко внизу, под землёй...
По пути, несколько раз, эта каменная река перекрывала долину, как плотина и образовала несколько озёр, самым большим из которых является Харанор, или Чёрное озеро...
Я читал рассказ известного историка и писателя Яна, который описывал громадное чудовище жившее в этом озере. Этому «монстру», местные жители каждый день скармливали по молодому телёнку, пока его не взорвал гранатой какой - то смельчак, вернувшийся в эти места с Гражданской войны... Всё это, немного напоминает рассказы о Лох-Несском чудовище, живущем в глубоком озере в горах Шотландии и о котором я читал в газетах...
Было это или не было – я не знаю, но места здесь действительно удивительные и страшные...
Вот и геолог Перетолчин, пропал здесь без следа, хотя старики его предупреждали, чтобы он сюда не ходил, тем более один. Сами они отказывались его сюда вести.
К- кадры – Длинная панорама окрестных суровых и молчаливых гор, громоздящих свои скальные утёсы к самому небу...
А Лёня продолжает рассказ:
- Вот он и пропал. Нашли его последнюю стоянку, некоторые его вещи, но сам он исчез, словно сквозь землю провалился...
К-кадры - Лёня выходит на край кратера и показывает рукой на север. – Там, за хребтами, есть урочище, где из земли бьют горячие лечебные источники. Значит земное тепло, раскалённая магма, в этих местах, по прежнему очень близко находится от поверхности...
К-кадры - Лёня поднимает с земли камень коричневый, лёгкий и пористый. И говорит - это окаменевший пепел из кратера вулкана, который покрывает толстым слоем все окрестные склоны...
Лёня спускается по склону вулкана, заросшего кустарником, подходит к лошади, которая испуганно прядает ушами, отвязывает её садится в седло и едет конной тропой, на север, по голым, покрытым короткой травкой, склонам.
Панорама горной страны с вершины перевала. На скалах мы видим стадо горных баранов, во главе с рогатым вожаком.
Лёня останавливается и говорит – Здесь есть и замечательные хищники – снежные барсы – ирбисы. Они живут там, где много горных баранов, потому что это их основная пища. Несколько лет назад, рядом с одним из наших горных селений, охотничьи собаки задрали вот такого снежного барса. Их здесь совсем немного и живут они очень высоко в горах, там где человек редко бывает. Вот поэтому их и видят редко. Но они в наших горах есть – заканчивает он и снова трогает лошадь вперёд.
К-кадры – Идущий мягко и неслышно снежный барс – ирбис. Длинная, в ярких чёрно-серых узорах шерсть небольшая голова с яркими, страшно спокойными глазами. Хищник красив дикой, первобытной красотой...
Потом Лёня по крутой каменистой тропе среди соснового леса спускается в долину и выезжает к небольшому поселению, состоящему из маленьких домиков. Это горячие источники и урочище называется Хойтогол.
Лёна раседлав лошадь отпускает её пастись, а сам идёт купаться в источник который окружили деревянным срубом...
Здесь, летом, бывает довольно много больных, которые приезжают лечить ревматизм и радикулит со всей Бурятии... Эти домики построены для них...
... Вечером, сидя вокруг костра эти путешественники слушают рассказы Олега Иванова, который и привозит на мощном грузовике больных сюда, за сорок километров от ближайшего посёлка...
Олег рассказывает, что в один из приездов сюда, они, несколько человек, наблюдали здесь в течении часа, в небе над горным хребтом, громадную серую сферу, которая медленно двигалась над вершинами, а потом исчезла.
- Думаю, что это НЛО – продолжает Олег . - Многие наши соседи видели и не один раз загадочные светящиеся объекты взлетающие вот оттуда, из тех гор. Мы здесь уверены, что там в горах настоящая Шамбала или космодром Пришельцев...
Бывший директор школы, пожилой уже учитель, с Николаем, компьютерщиком, лет десять назад, летом на покосе, видели такой корабль пришельцев, который в сумерках садился в горах освещая место посадки двумя яркими прожекторами – лучами света...
К-кадры – Сумерки опускаются над горами и тёмном небе загораются яркие звёзды. Над гребнем горного хребта появляется необычное свечение и только через время мы понимаем, что это восходит полная, яркая луна...
... Солнечное чистое утро, синее небо, яркая зелень листвы и травы. Олег Иванов прощается с Лёней и другими больными, садится в машину и уезжает в посёлок. По дороге он показывает и рассказывает о здешних местах...
- Здесь, в этих озёрах и реке очень много рыбы, и мы, иногда приезжаем сюда порыбачить. Однажды, когда мы варили уху и сидели у костра, к нам в гости неожиданно пожаловали парочка медведей. Мы их отогнали выстрелами...
Панорама горного склона и вдалеке мы видим пасущегося медведя, который не торопясь ходит по склону и что то копает когтистой лапой в корнях лиственницы...
... Олег подъезжает к своему дому, въезжает во двор, проходит в кабинет и садится, продолжая рассказ об Окинской долине.
- Совсем недавно, геологи, неподалеку от посёлка обнаружили залежи золота, и сегодня мы думаем, как открыть здесь золотой прииск. Он показывает кусочек каменистой породы и смеясь говорит: - В этом куске содержится около грамма золота...
- Однако – вздыхает он – мы по прежнему думаем, что лучше любого золота наши природные богатства – чистый воздух вкусная вода и наш национальный образ жизни. И мы надеемся, что со временем, здесь, мы откроем туристический центр, куда будут приезжать тысячи и тысячи туристов со всей России и из-за границы, любоваться этой первозданной строгой красотой, дышать чистым горным воздухом и любоваться дикой природой, рядом с которой живёт свободный и счастливый человек...
Теперь, наша главная задача состоит в том чтобы сохранить этот уникальный уголок нашей большой земли в неприкосновенности...
Я уверен, что сама земля и люди живущие на ней смогут сохранится если мы будем иметь такие места как Окинская долина ...
Говорят, человечество спасётся и спасается праведниками... И я думаю что природа земли спасётся благодаря наличию на земле таких замечательных мест, как наша Страна поднебесных Долин...
К-кадры. Вновь длинная панорама гор и долин речек рек и озер, степей и лесов...
Камера проделывает обратный путь и земля в объективе удаляется от зрителя, и мы вновь видим нашу планету из космоса в серебристой оправе облаков, сверкающей синими зеркалами водных океанов...
Конец...

Осень 2009 года. Лондон... Владимир Кабаков...







Ричмонд парк. Осень

Сценарий документального фильма



Э П И Г Р А Ф:
«… В рощах далёких олени трубят…
Осень приходит.
Лето уходит.
Жизнь проходит…» Гийом Аполлинер.

Лондон. Сити. Утро…
Потоки машин, автобусов движутся по улицам непрестанно. Людские «реки» выливаются из метро, сходят с автобусов, вылезают из такси и потом «растекаются» по своим рабочим офисам, оставаясь в них до вечера, в течении всего, тягостно длинного дня…
В середине дня, на некоторое время, толпы клерков вновь заполняют улицы, в поисках еды и короткого отдыха.
Наступило время обеда…
Кто – то идёт в знакомую пиццерию, кто-то в Макдоналдс, кто-то в близлежащее кафе или в недорогой ресторан.
Улицы и переулки в это время, как утром и вечером, в начале и в конце работы, вновь полны.
В скверах и парках, на скамейках и на траве располагаются группами и в одиночку клерки: в основном юноши и девушки. Все они жуют взятые в магазинчиках бутерброды и запивают, взятыми там же, кофе или чаем в бумажных стаканчиках.
Окрестные рынки на улицах, магазины и магазинчики, в том числе книжные, тоже заполнены любопытствующими людьми, привыкшими прицениваться и любоваться на «интересные вещи», которые им совершенно не нужны.
Купленные книги, прочитываются перед сном за несколько дней и потом ставятся на полку, чтобы быть навсегда забытыми.
Конечно, о них могут какое – то время говорить в кругу «своих», продвинутых книголюбов, а потом переходят всё к новым и новым сюжетам и новостям, «расписанным», бойкими перьями писателей – промышленников. Они на этом зарабатывают деньги и их служба, отличается от обычной, только тем, что они свою работу делают дома, в кабинете…
После полудня на час-два наступает время сосредоточенного безлюдья на улицах. Тысячи и тысячи похоже, почти одинаково одетых людей, сидят в почти одинаково оформленных прямоугольных помещениях разного размера, рядом с компьютерами и напряжённо глядя на экраны, манипулируют кнопками клавиатуры, кто бесшумно, а кто с ожесточением «клацая» на кнопки с названием букв, «виртуально» покупая и продавая разнообразнейшие товары и услуги, включая сами деньги...
…И вот наконец день закончен. И вновь «в суету городов и в потоки машин», возвращаются чиновники и чиновницы.
И эти реки людские, в течение часа заливают городские улицы.
Народ разъезжается, расходится, «рассасывается» по пригородам и окрестным городкам, примыкающим к Лондону, скрываясь в свои дома и домики...
И наступает вечер, когда в жилых домах зажигаются вечерние огни, включаются телевизоры и до глубокой ночи слышны через окна, звуки теленовостей, громкие споры и разговоры на реалити - шоу, трагические вскрики мужских и женских голосов в теле - мелодрамах, а то рёв толпы болельщиков в спортивных трансляциях, после гола, досадного промаха или неудачной попытки забить, забросить, ударить так, чтобы сразу в нокаут...
Люди отдыхают и готовятся к завтрашнему утру, похожему на сотни и сотни других рабочих дней в году, …
…Ближе к ночи, громадный город постепенно затихает. Только изредка в наступившей тишине звучат пронзительные сигналы-вопли полицейских машин и машин скорой помощи. Где-то совершены преступления, а может кто-то умирает! Жизнь то продолжается, хотя уже в полусонном состоянии…
…Панорама высотных зданий Сити из стекла, стали и бетона, фантастическое зрелище сверкающего электрическими огнями вечернего Лондона…
Медленно и тихо, проходит ночь. Город спит и только несчастные бездомные не спят и ворочаясь в своих картонных ящиках, обдумывают свою неудавшуюся жизнь.
Но вот заалел восток и над городом поднимается тяжёлый, сонный рассвет. На улицах появляются ранние прохожие и машин становится всё больше.
Открываются станции метро и первые электрички, полупустые еще, «причаливают» к платформам, а потом, высадив и посадив новых пассажиров, убегают в норки, под землю. И кажется, что это и есть пути в «преисподнюю» которой пугали грешников ещё так недавно…
Наступает новый день и вновь, как всегда, на улицы выплёскиваются волны человеческого моря. Как и всегда, улицы заполняются тысячами и тысячами спешащих на службу, прохожих...

...Середина дня: впечатляющая панорама лесистых горизонтов с высот Ричмонд – парка…
Блестящая лента Темзы далеко внизу делает плавный поворот вправо. На реке, посередине, стоят катера и моторные яхты…
По берегам растут старые дубовые леса в осеннем наряде…
Перед нами панорамы пригородов: широкие, просторные. Они, на фоне птичьего щебета сменяют одна другую и мы видим яркие краски осени: коричневые, золотые, красные, жёлтые деревья одетые в осенние наряды…
… И вдруг из тишины леса доносится страстный и грозный олений рёв. На поляне среди леса, стоит олень – самец, с громадными рогами закинутыми за спину, высоко поднятой головой и разинутой пастью. Его голову, словно шипастой короной увенчают многоотростковые рога.
Рёв – рычание вместе с серым облачком пара вылетают из его горла и разносятся по округе. Доминантный олень - самец обводит взглядом окрестные леса и мы вместе с ним видим круговую панораму дубового леса и желтых ковыльных луговин с серебристо- блестящим большим прудом посередине парка…
И тут, из окрестностей, с лесистых склонов невысокого холма доносится ответный рёв. Потом, уже с луговины из-за стволов деревьев, слышен яростный клич другого «быка».
Издалека, чуть слышно, отвечает третий олень…
В парке начался олений гон – время, когда откормившиеся за лето, набравшиеся сил олени – быки ревут, вызывая соперников на бой, дерутся между собой и завладев матками, иногда целым «гаремом», из десяти - двадцати оленух, воспроизводят будущее оленье стадо.

И вновь панорамы густого тенистого дубово-букового леса.
На луговине между лесными урочищами лежат олени-матки и среди них видны большие развесистые рога – это бык «табунщик» и владыка «гарема».
Бык встаёт, осматривается подходит к лежащей матке и согнав её с места, обнюхивает лёжку, а потом гонится за ней…
Таков ритуал ухаживаний в оленьем стаде во время гона.

Вновь панорама парка. На горизонте, за далёкими лесами, видны высотки Сити. А чуть ближе дубовые рощи, просторные луговины, блестящая, зеркальная поверхность озёр…
Сквозь чащу мы видим ревущего быка и рядом пасущихся маток из его «гарема». Метрах в ста второй бык яростно отвечает - рядом с ним тоже пасутся матки…
«Олени - красивые сильные животные, в обычное время осторожны и пугливы, но во время гона превращаются в злобных и яростных бойцов. Такой олень – самец весит около двухсот с лишним килограмм и силён, как настоящий бык…»
Быки, поревев и продемонстрировав друг другу громадные семи – восьми отростковые, острые как вилы рога, медленно расходятся, каждый на свой «участок».
Между собой они бьются чтобы отвоевать новых маток, чтобы показать свою силу и власть и ещё, чтобы стать родителями нового поколения оленьего стада…
И снова панорама осеннего леса и посреди дубовых рощ мы видим два озера – поменьше и побольше. В этих озёрах множество водоплавающих птиц, которые здесь живут круглый год и гнездятся, на островах и в огороженных участках леса, примыкающих к озеру. Это и большие величавые белые лебеди, и гуси многих пород, и утки, и водяные курочки…

Этот парк стал домом для множества полудиких животных и птиц. А днём, ворота огромного парка, окружённого трехметровой кирпичной стеной, открываются впуская посетителей приходящих сюда пешком и приезжающих на машинах. Люди хотят подышать лесным воздухом и полюбоваться на жизнь диких животных. Каждый день здесь бывают сотни, тысячи посетителей!
Есть в парке и охраняемые территории – например, сад Изабеллы, заложенный здесь сто семьдесят лет назад, чуть раньше начала Крымской, англо-русской войны.
Плантации Изабеллы - замечательно уютный и красивый сад с небольшим прудом и почти ручными утками всех пород и расцветок.
Руины, оставшиеся от многовековых дубов, сменяются здесь вечнозелёными рододендронами, экзотическими кустарниками из разных стран мира. В густой зелёной траве журчит ручеёк и сквозь лесные чащи проглядывают зелёные даже зимой, травянистые луговины…
Ричмонд парк – традиционное место гуляний и отдыха для англичан…
Асфальтированные дороги парка с потоками машин в обе стороны... Машинные стоянки… Дворцы и виллы в глубине леса… Гольфовые поля и кафе с ресторанами…
Люди едут на велосипедах, гуляют по дорожкам – тропинкам парка компаниями и поодиночке, часто выгуливая собак и собачек…
Здесь, как в первозданном раю, безбоязненно встречаются человек и дикая природа. Такое, очень редко можно увидеть в реальном, «прекрасном и яростном мире»!
И снова вечер…

Закат солнца…
Тишина и только слышны в округе раскатистые звуки оленьего рёва. Олени на просторном лугу. Возбуждённые, нервные олени-быки, гневливо рыкая, бегают вокруг своего «гарема», охраняя маток от «незваных пришельцев», отвечая на рёв соперников, скитающихся вокруг.
По лесным чащам, спокойно пасутся матки и заметив нас пугливо поднимают головы, всматриваясь… Белочки снуют от дерева к дереву запасая орехи и жёлуди на зиму или гоняясь друг за другом…
Вновь панорамы лесов и озёр парка…
Солнце заходит, становится тихо, кажется жизнь замирает вокруг...
И вдруг, после резкой смены картинки, мы видим заполненные толпами людей, сверкающие ярким светом улицы Лондона, витрины магазинов и стоящие за стёклами застывшие манекены, словно заколдованные люди охраняющие эти волшебные «пещеры» разбойника Али Бабы…
Гул, шум, толкотня…
И всё это сопровождается песней Высоцкого: «В суету городов, и в потоки машин, возвращаемся мы – просто некуда деться…»

Вот таким, увидел я в своём воображении осенний Лондон и поделился с вами этими видениями!


Зима 2009 –Лето 2022 года. Лондон. Владимир Кабаков.





Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте «Русский Альбион»: http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/ или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal






Голосование:

Суммарный балл: 0
Проголосовало пользователей: 0

Балл суточного голосования: 0
Проголосовало пользователей: 0

Голосовать могут только зарегистрированные пользователи

Вас также могут заинтересовать работы:



Отзывы:



Нет отзывов

Оставлять отзывы могут только зарегистрированные пользователи
Логин
Пароль

Регистрация
Забыли пароль?


Трибуна сайта

Я все помню

Присоединяйтесь 




Наш рупор







© 2009 - 2024 www.neizvestniy-geniy.ru         Карта сайта

Яндекс.Метрика
Реклама на нашем сайте

Мы в соц. сетях —  ВКонтакте Одноклассники Livejournal

Разработка web-сайта — Веб-студия BondSoft